Стоял закат в объятьях изумрудных, 
жизнь колесила многотрудно, 
но отдыхала, присмирев, 
заката чувствуя распев.

Вода алела и слезилась, 
и в тихой песне разносилась 
испепеленная зарница 
как вздох на изможденных лицах.

Мгновенье. Тишь. Вода не спит, -
сама с собою говорит, 
и обозленная молва 
уносит в небыль все слова, 
что нас так ярили, язвили, 
а мы по жизни зло забыли.