В сером фраке вечер опустился
на асфальтовую гладь;
серый люд в кино катился 
жить, любить и помирать.

Свинцовое время на сердце легло, 
и прошлое ближе, и ближе... 
Каленым железом вдруг солнце зажгло 
верхушки задумчивых вишен.

Лимонным пожаром ответила степь 
на шутку земного светила, 
И в зыбкой улыбке озерная цепь 
её глубиной поглотила.

Но серая, серая, серая мгла 
на город, на степь опустилась, 
И скукою серых прохожих гнала 
Туда, где и елось, и пилось.

Твоё же здоровье, пузатый живот, 
здоровья вам, серые люди! 
Пускай диогены встречают восход 
И  в серости с вами пребудут.