Сегодня здесь. Вчера в Париже, 
а завтра Цюрих Вам родной. -
На континенте Вас оближут 
всей иностранною слюной.

Пройдут года, десятки даже, 
И вот в хрустальной седине 
понос словесный Ваш расскажет 
нам о красивой старине.

Ни Соловьёв, ни Маркс, ни Ленина 
Фрошаммер Якоб, фантазёр, 
да,что Фрошаммер, - всякий гений, 
кто в оду мысль чужую ввёл.

Пайком элитным обеспечен? 
И под защитою меча? - 
Хлебайте собственные речи 
и восхищайтесь сгоряча.

И среди всяких поздравлений 
пускай домашние стихи 
Вас тешат чудным восхищеньем, 
(их Пресс и Цигаль в умиленье 
всегда способны наплести).

Вы жили всласть (неплохо жили!)
и, отработав свой паёк,
от тугодумия решили,
что нужен нам и Ваш урок?

Вы не забыли Мандельштама...? 
Он был с фантазией поэт. 
Но Ваши мысли выше драмы, 
И в золочёной с лавром раме 
Вы свой увидели портрет.

Давно всё было. Нет мучений. 
Кошмары Вас не стерегут. 
И прах прожитых впечатлений 
не восстановит Ваш редут.

Вас не спасут воспоминанья. 
Христос. Он был всегда Христос. 
И если головы бараньи, 
то истин суть при всём старанье, 
не разглядит молокосос.

Но если в старости Пилату 
решился кто-то дать ответ, 
то лучше просто выпить яду, 
чем быть младенцем в сотню лет.