Весенний сумрак одевает день 
в тоскливые, 
           унылые  наряды. 
Истосковалась птичья говорень
 по дням веселым, 
          солнечным и пьяным.
В кривые подворотни 
                  по углам 
весна еще пока не заходила.
Но таяло. 
        И праздничный бедлам 
оставило вишнёвое светило
в садах и парках, 
в звонкости прозрачной, 
качающейся в дрожи 
                 у ракит,
то просветлённой, 
            то глухой и мрачной, 
в ней непогода с нами говорит.
Я думаю. 
       Откуда же природа 
в своей тоске 
       так понимает нас,
Ее понять, - 
    мы тратим жизни годы, 
А ей творим в душе иконостас.