Глубоколонный храм 
остроконечный, без излишеств, 
Он, как наш праотец Адам,
весь светел даже в тёмных нишах,

Вокруг, вокруг - везде колонны, 
Средь них робеет тишина, 
Но языком их монотонным 
вся сущность зодчества полна.

И пятна солнечного света,
врываясь, озаряют Dom 
и дышат таинствами лета, 
зовут нас думать о простом.