Мистер Туккер, президент страховой компании средней руки "Туккер энд Ко", сидел в своей, пропаренной жарким летним солнцем, комнате, в потертом кожаном кресле и тапочках на босу ногу. Солнечный луч, простреливший пыльное стекло, щекотал нос. Мысли текли уныло, точно дождевая вода по сточному желобу вдоль тротуара, темная, как будто в ней постирали копирку. Дела шли не в жилу. В бумагах и "дохлый конь не валялся" пару недель. Туккер перевел свой остановившийся взгляд с худого тапочка на потрескавшийся потолок. Еще три дня тому назад белая... О, сирень!.. Рубашка посерела от пота. А по сжимающим его грузное тело подтяжкам апельсинового цвета ползет плешивая муха. То шнурки порвутся, то обои отстанут, то лампочка лопнет... А вчера он умудрился расколотить свою любимую чашку в красный горошек. Все эти невзгоды, набиравшиеся постепенно, как мусор в баке, требовали денег. Конкуренция, клацая зубами, сожрала уже почти все его имущество. Она напоминала ему акулу у побережья Флориды. Контору, пообещав вернуться к обеду, покинули почти все его агенты. Сам он отяжелел и обзавелся одышкой от табака и виски. В последние дни ему особенно нравилось нет-нет, да и взглянуть на зеленую полоску носка, отделявшую штиблету от брючного манжета. Повеситься, что ли на этих подтяжках?
Но нет и нет. Упрямая муха навела его на мысль, что нужно ползти в гору. Туккер упрямо поднялся и направился в умывальню. Муха, описав восьмерку вокруг его лысины, последовала за ним. Скрипнула дверь. Черт! Тапочки, как тряпочки... Опять эта кадушка Мэгги залила его... Месяц назад - последний раз. Как сказал тот... русский писатель, на каждое яблоко червяк зуб точит. Тогда он недурно провел время в ее компании за чаем и пирожными. А раньше, еще каких-то три года назад, он был подтянутым спортивным джентльменом. Окруженным сослуживцами и не обращавшим ровно никакого внимания на Мэгги, попадавшуюся ему на глаза. - "Дела, дела... мисс Мэгги", - и он улетал от нее, словно боялся обжечься о раскаленную сковородку. Но месяц назад, когда она устроила ему этот Всемирный потоп, он был почти счастлив. И намеревался почти уже твердо отказаться от своего прежнего к ней отношения. Вот и к счастью. Спешу к тебе, будь я неладен. Мистер Туккер обулся в штиблеты, освободил шею от воротника, набрал в грудь воздуха и заскрипел вверх по лестнице.
Мэгги открыла дверь, не сомневаясь в его намерениях. Туккер лукаво улыбнулся и без лишних слов, по-хозяйски, заспешил в умывальню. Каких-то десять минут, и - Олл райт! Точно опасаясь, что на него обрушится Ниагарский водопад, он приоткрыл дверь. Вот те раз! Это - кто же? В заполненной до краев ванной мечтательно лежал долгоносый господин. Над водой, как остров, плавал его круглый мохнатый живот. Мистер Уильямс - адвокат, каких поискать. Самый прыткий толстяк в округе. Туккер тихо прикрыл дверь. Ему стало неловко. Он даже не взглянул на Мэгги и, опустив голову и ссутулившись, буркнул: "Прошу прощения". И заспешил к себе.
Но он и не думал сдаваться, подобно какому-нибудь ржавому замку. - Будет здорово затопить эту белую моль Мэгги параллельно с ее Уильямсом. В самом деле, мистер Бенгсли как раз - над ней. Он не любит Мэгги. Она, судя по всему, питает симпатию к юриспруденцции. Тогда как мистер Бенгсли, напротив, к юриспруденции никакой симпатии не питает. Когда-то он был громиллой почтовых дилижансов в Техасе. Теперь мистер Бенгсли - писатель. А тогда, в юности, он просто зачитывался письмами. Они и послужили его информированности о положении вещей не только в Техасе, но и во всей стране. Она, эта информированность, выпирала, будто ободранная коленка из разорванной брючины. Кто, скажем, не читал его "Письма, которые никто не прочтет"? Изданные, неведомо как, в Мексике. Мистер Бенгсли, к примеру, точно знал, что мисс Кларк в Портленде без ума от цветов, а мистер Гаррисон потерял зонт в родной Оклахоме. Его произведения были достоверными, как Библия. Как-то раз попавшись, он поклялся говорить Правду, только Правду, ничего, кроме Правды. Однако он не сообщал никаких источников. Иногда для лучших рекомендаций. Он и фамилии менял, и имена. Хо...хо...хо... Грусть тянет аж на целый квартер. Как бы обрадовался мистер Гаррисон, когда бы узнал, как его "сосед" Паркинс нашел свой зонт. К зонтику, между тем, он прилепил приличную вымышленную дырку. По секрету он как-то сказал ему, Туккеру, что заглавная буква А значит: "У маленьких кувшинов - длинные уши". В, которая венчала вторую главу, переводилась как "Слишком много поваров портят бульон", и - в таком вкусе и все вот под таким соусом. Принцип шифра был отобран у германского бенедиктинца Тритемия Иоанна. Монах жил в числителе 16-го века.
Широкая, наподобие разинутой пасти гигантского бегемота, натура мистера Бенгсли находилась всегда в напряженном поиске. Само собой, дело не обходилось без воспоминаний. О том, как он скакал во всю прыть на своей белом жеребце по имени Псевдоним. Нужно заметить, что он во время проникся заботами адресатов и разрабатывал свою золотоносную жилу... где-то так года два. До того момента, когда, во время погони за одним шарабаном, Псевдоним не схлопотал пулю в лоб из "Винчестера". В тот раз он шел как никогда хорошо. Он высекал из каменьев искры, от которых мистер Бенгсли прикуривал свою сигару. Он напоминал собой косой параллелограмм, увенчанный веселой мордой, отогнутыми назад ушами, вперившимися в одну точку глазами и выпяченными вперед зубами. Таким вот, незамысловатым образом, мистер Бенгсли остался без Псевдонима. Над могильным холмиком своего храброго друга он водрузил табличку с надписью: "Лошадь, которая никогда не унывала". И начал подписывать свои рассказы настоящим именем. По счастью, он не перешел в своих отношениях с Его Величеством законом ту границу, фигурально говоря, с Мексикой или между раем и адом.
Заключив конвенцию с мистером Бенгсли в честь старой дружбы и некоторых комиссионных, мистер Туккер притаился у себя, как паук в высохшей чернильнице. Он застрахует Мэгги под завязку. Ко всему прочему, в прошлом году он решил перестраховать имущество, застрахованное крупнейшей фирмой "Лоррид", лесопосадки и один ржавый буксир. Но не тут-то было. Деревья сожрал короед. А буксир утонул. - Полный финиш, прости Господи...
Наутро на лестнице послышались вопли Мэгги и Уильямса. Туккер, перебирая мысли в уме наподобие костяшек счет, уже шел к ним.
- "Если я тебя прибью, то я найду себе другого адвоката", - мрачно парировал мистер Бенгсли. Его зрачки расширились и напоминали дула двух шестизарядных кольтов. Выстрелы угодили точно в цель, и адвокат укатился вниз словно пучок сухой травы по ветру. За ним лился поток воды из квартиры Мэгги вперемежку с ее слезами. Тут мистер Туккер скромно продемонстрировал Мэгги засученные рукава, так, как будто он собирался влепить мистеру Бенгсли серьезный хук в челюсть или приняться за починку крана. - "Послушай ты, "Архимед"... Тебе нужен водопроводчик?" ...и решительно шагнул в дверь.
To mister O. Henry
Everybody has his favorite
writer. The happiness is he
sometimes visits us.
ARHIMEDES FORCE
Mister Tukker, the president of the average arm insurance company "Tukker & Co" was sitting at his sun-heated room, in his worn-out leather arm-chair, staring at his open-toe slipers. Formerly he has dreamed of a big company, very, very rich and respectable. The sunlight, made it` s way from the dusty, like a gray cloud, window glass, was ticling his nose. All the thoughts were flowing as the dark rain water in a gatter along the sidewalk. The business was not gay. The paper does not neigh, as a dead hors. Tukker casted a glance at at his torn slipper at once, at the cracked ceiling. The three days, nearly white... O, lilac! Shot was squeezed by the orange suspenders, the best take off way to the one big bald patch fly.
Now torn shoe-slippers, now peel off wall-paper, now the burned out lamp. And yesterday he broken his beautiful red peas cup. All these difficulties, as a garbage in the tank, demand money. The competition plays a role of one terrible shark near the Florida Beaches. It was devouring day by day his property and the clerks of the "Tukker & Co". Himself acquire obesity and lack of breath because of the smoke and whiskey. Last time he more and more like to see at the green sock` s stripe between the boot and the cuff. May to hang on these suspenders. To do it? No! The stubborn fly put him to an idea to rise the world. Mister Tukker resolutely stood up from his armchair and went to the washing room. The fly showed the eight around his bald spot and followed him. The door creaked. - Good damned! The slippers wet like the verbs. A! This upside barrel Maggie... Last month she had already created that foolish flood. As that Russian writer said: every worm is grinding his tooth to the apple. Then he spent a good time with her tea and cakes. Funny!
Only three years ago he was a tall, very handsome gentleman. Every minute he was being surrounded by his colleagues and clients and was not casting any sympathy glance to her. As if she has frightened him like a red-hot frying pan. - Business. Be in a hurry... - Maggie listened only the echo of his steps on the stairs. Yes, he was happy, when she made that Universal flood. He wish to withdraw his opinion on her. - Harry up, harry up to you, my baby, - mister Tukker put on boots, made weak his collar, inspired with courage and creaked up. Opening the door, Maggie had no doubt of his intention. Mister Tukker with a slight smile and without any needless word went straight a way to the washing room. - Ten minutes else and everything will be all right! Carefully, as if he would be collapse by Niagara waterfall, he seated ajar the door. - Such a moored! Who is it? - The long nose body was lying in the full water bath. His big hairy stomach was swimming above the water like an island. Lawyer, mister Williams. The quickest thick man of the district! Tukker slightly closed the door. He felt himself ill at ease. - Sorry... Stooping, studying the floor, he slowly, not looking at Maggie, went out and hurried down stairs.
But... But he did not wish to fall back as the old tower not lubricated lock. - It will be fine to sink that white moth Maggie in parallel with her Williams... Exactly, mister Bengsli is existing above her. He don` t love Maggie. She is obviously sympathetic to law. On the contrary, mister Bengsli is not sympathetic to legal science at all. Mister Bengsli was the formerly smasher of the mail coaches at Texas. Now he was a writer. But then, in the youth, by the way, he became engrossed in reading the letters. This material, of course, helped him to become a very informed man about the conditions of any thing not only at Texas, but also at the whole country. It, that information, looked like the skinned knee, protruding from the ripped pants. Who, for example, has not read his "Letters that nobody ever reads"? It was, somehow, the Mexican paradox, by the way, to print this book. Mister Bengsli, certainly, knew, that miss Clark at Portland was mad about flowers, but mister Harrison lost his umbrella at native Oklahoma. All his stories were strongly reliable, as the Bible. After his unexpected arrest he sworn to tell the Truth, only the Truth, nothing, except the Truth. But he never informed us of any source. Sometimes he was changing the names and surnames for the best recommendations. Ho... ho... ho... The sadness weighs about the whole gross. What it would be the pleasure for mister Harrison to know, that his "neighdour" mister Parkins had find the umbrella! And he did not forget to stick to the umbrella anyone, not very big, invented hole. At once he secretly told him, that capital letter A had the sense "Little pitchers have long ears". B was translated as "Too many cooks spoil the broth", and - in a style that's all for this sauce. Mister Bengsli took away such kind of original code of the Benedictine monk T. Iohan. The monk lived in Germany in 16-th century.
The mister`s Bengsli wide, likely giant hippo jaws, nature was finding always something interesting. Off course, these attempts were being followed by the memoirs. About how he galloped with his white steed, named Pseudonym. It` s necessary to notice, that mister Bengsli was imbued with the troubles of the addressees in time and had happy chance to use, somehow, that two years "Colorado" material... Just till the movement, when, during the one, very serious pursuit the horse-drown vehicle, Pseudonym has got a bullet at his forehead from the "Winchester". That day he went good as never before and after. Knocking the sparks from the rocks for him to get a light his cigar. He resembled the slanting parallelogram, which was crowned with the gay muzzle, bended back by the wind ears, gazed on one point eyes and the protruding teeth. Above the burial mound of his brave friend, he erected a plaque with the inscription: "A horse that will never lose heart." Thus mister Bengsli remained without the alias and began to sign his works by his really name. Fortunately he has not passed in his relations with His Majesty the law, that border, figuratively speaking, of Mexico, or between heaven and hell.
After signing the convention in honor of their old friendship and some debt, mister Tukker hid in his flat as a spider in the inkstand. - He` ll ensure Maggie over the water-line... Really! All the more, last year he tried to reinsure the property, which was already insured by the biggest company "Lorrid", the plantations and the one rusty tug. But had no result. The trees were been destructed by the beetle and the tug sank. - The full finish, sorry, my God...
А new day began with the wails of Maggie and Williams on the stairs. On sorting out all the thought as the abacus bones, mister Tukker started to the raining sky.
- "... immediately mend the tap," - advocate was crying.
- "If I blow you, I` ll apply another advocate..." - mister Bengsli gloomily parried. His pupils became wide with the anger as if the barrels of two six-load guns. The shoots hit the target and Williams was carried away as a ball of the dry grass. He was being followed by the water from mister`s Bengsli flat, mixed with the Maggie tears. Mister Tukker modestly demonstrated to Maggie his rolled up sleeves, like as he was ready to blow mister Bengsli a strong hook at the jaw or to mend the tap. - "Here carefully, you are 'Arhimed', aren` t you? Do you need a plumber?"...and resolutely went into the door.