Люблю беседовать с литературными старушками, многое от них можно узнать о том или ином писателе.
При жизни Максима Горького в Тессели Фаня ( Фаина Самойловна) Олейникова числилась парковой работницей и по совместительству завхозом, она рассказывала мне:
- Максимыч очень любил соловьиное пение. Выйдет на крылечко дачи и слушает, слушает, довольно подкручивая усы!.. А это, Фанечка, говорил он мне, молодой соловушка голос подал...Любишь молодых то?..
Я краснела. А Алексей Максимович, усмехался довольный, что довёл меня, девчонку, до краски. Он, надо заметить, и сам до женщин был охочий, - ох, какие дамочки его посещали! Артисточки!..
Но я отвлеклась. Максимыч всякую живность любил. Даже тараканов!.. Так вот, привезли из одного совхоза фазанов и посадили их в клетку большую, - вольером называется. Все фазанчики-курочки ведут себя тихо, зёрнышки поклёвывают, а самец-фазан не хочет жить в клетке, ни за что! Бьётся грудочкой о железные прутья, того и гляди разобьётся в кровь...Алексей Максимович и приказал его выпустить на волю.
- Не выносит вольная птица цепей! - говорил Горький.
Фазан, однако, далеко от клетки не ушёл, облюбовал себе местечко в парке! А , когда Максимыч, подсыпал корм в вольер, фазан был тут как тут! Чуть ли не в клетку просится:
- Бедная птица с израненной душой! - окал Максимыч. - Человек кого угодно испортить может! Даже фазана: в тюрьме жить не хочет, а на воле не может! Отвык.
МАКСИМ ГОРЬКИЙ И АВТОМОБИЛЬ
Дорога в Тессели, если ехать из Фороса, извилистая, как "сука кобелиная!" - любимое изречение шофёра Гриши Пеширова, возившего на автомобиле Максима Горького.
Однажды Григорий подсчитал, что от Байдарских ворот до Тессели - восемьдесят пять поворотов!
Когда Пеширов впервые провёз Горького по этой дороге, Максимыч заметил: " Как у вашей машины голова не закружится?"
Сам он был бледен. А, когда кашлянул в ладонь, на ней оказалась кровь.