# Израильский "национальный лагерь"? Это фикция.

Лиора Зив-Ами

Почему "национальный лагерь" Израиля катится по колее, проложенной левыми? Все очень просто: в Израиле "национального лагеря" нет. Ему лишь предстоит сформироваться. И чем скорее мы это поймем, тем скорее начнем его формировать. (Заметка из дневниковых записей времен последних выборов. События, последовавшие после выборов, лишь доказывают ее актуальность.)

Израильский "национальный лагерь"? Это фикция.


Приближаются выборы, а с ними и очередные разговоры о сплочении "национального лагеря". Что же мешает этому "лагерю" сплотиться? И почему из года в год идут одни и те же разговоры о сплочении, а "лагерь" этот все никак не сплачивается?

Я думаю, что "национальному лагерю" сплочение не светит в принципе, так как этот "национальный лагерь" до сих пор не понял, что такое нация, и чем нация отличается от общины.


Из кого у нас, собственно, состоит этот "национальный лагерь"?

В национальный "лагерь" почему-то попала наша ортодоксия. И это при том, что партия "Агудат исраэль" - партия европейской ортодоксии - вообще не признает это "безбожное" государство, из-за чего ее представители демонстративно отказываются занимать пост министра. Правда, все это "фойле штик", фальшивые штучки, так как занимать пост замминистра они не отказываются. И делают это по очень простой причине: они все-таки хотят руководить этим "безбожным" государством и получать от него деньги. А уж должность председателя финансовой комиссии кнессета вообще самый лакомый кусочек. Еще бы! Общие денежки делить!

В общем, типично галутские выкрутасы: кашерные слова и вонючие дела.

Партия ШАС - партия восточной ортодоксии - государство признает и посты министров ее представители еще как занимают. Только дай позанимать! Но ее идеология строится на тех ценностях и той еврейской учености, с которыми нужно сидеть в общине и не лезть в государственные деятели.

Так что признание государства ШАСовской ортодоксией на деле ничем не отличается от непризнания государства Агудовской ортодоксией: и те, и другие культивируют авторитет духовных вождей, ограниченность женщин, негативное отношение к наукам, к продуктивному труду, к государственному порядку подчинения закону, а не духовному вождю, и все такое прочее, что они именуют еврейской "святостью". Проблема в том, что вся эта "святость" с государством несовместима.


Ядром "национального лагеря" принято считать религиозных сионистов. (У нас их называют "вязаными кипами".) И вроде бы все основания для этого есть: "вязаным кипам" удалось сочетать традицию и современность. Они трудятся, учатся, служат в армии, как все остальные граждане. При этом свято соблюдают традиционные предписания и культивируют традиционную ученость.

Но этого им мало. Они хотят всех уверить, что нашли некий патент, который превращает их в национальный авангард. О себе они так скромненько и заявляют: "Мы - лучшая часть общества".

Эта их самоуверенность базируется на определенной идеологии, в основе которой лежат идеи рава Кука. В свое время, когда евреи в массовом порядке начали порывать с традицией, уходить из общины и даже принялись, не дожидаясь Машиаха, воссоздавать государство, рав Кук сделал то, что может сделать только по-настоящему великий человек - он поверил народу. Все ж-таки этот народ - Свидетель Откровения! Раз народ почувствовал необходимость выйти за пределы сложившейся в рассеянии традиции, значит за этими пределами есть искры святости, которые служащий Б-гу еврей должен освятить.

Самым ярким образом, иллюстрирующим идею рава Кука является, естественно, Храм: Храм стоили простые люди и топтали место Святая Святых. Но по завершении работы только Первосвященнику было дано стать на это святое место раз в году. Экстраполируя эту ситуацию на современность получаем следующее: государство воссоздает простой народ, однако, с тем, чтобы в дальнейшем служащие Б-гу евреи это государство освятили.

Этими служащими Б-гу евреями религиозные сионисты возомнили себя. Дескать, вы тут всякие социалисты-"безбожники" покопайтесь, заложите основы государства, а потом придем мы, все в белом, святые и чистые, и все освятим.

Что они понимают под "освящением" государства, мне неоднократно случалось слышать из их уст. И я утверждаю: их подход не только обрекает их на неудачу, но является извращением идей рава Кука.

Во-первых, религиозные сионисты не поняли, что воссоздание современного государства качественно меняет само служение Б-гу. Что-то принципиально важное произошло, что вынудило евреев вернуться на Землю Обетованную после многовекового произнесения текстов о возвращении, которое превратилось в нечто самодостаточное, не требующее реализации текстов.

"Вязанные кипы" же, напротив, используя все ту же культуру произнесения текстов из источников, доказывают, что ничто не меняется, что у нас, евреев, все, что требуется для современного государства, было изначально: базисные идеи, политические доктрины, научные знания. Всему этому народы, дескать, научились у нас, вычитали из наших священных текстов.

Вывод отсюда напрашивается сам собой: эмансипированные евреи совершенно напрасно порвали с нашей традицией. Нужно было просто глубже ее понять. А "безбожники" это делать не умеют. Только религиозные сионисты и умеют. Поэтому за ними последнее слово.

Когда мне случалось присутствовать при этом словоблудии (раньше ходила на их собрания; теперь уже не хожу), я всегда задавала один и тот же вопрос: "Если государственную идею европейцы скопировали у нас, то почему нам нужно было ждать столько веков, пока европейцы ее реализуют на практике?". И еще не было случая, чтобы кто-то попытался ответить на этот вопрос.

А ведь европейцы по сути исправили ошибку, которую допустили евреи во времена пророка Шмуэля, запросив себе земного царя. Именно в источниках написано, что евреи выбрали подчинение человеку, а не Б-гу. Современное же государство возникло лишь тогда, когда само развитие цивилизации привело европейских идеологов к мысли о недопустимости подчиняться человеку, использующего Б-га в качестве средства власти человека над человеком. То есть они отделили религию от государства...во Имя Власти Б-га. При этом европейские государственники действительно смотрели в наши источники, в Писание, так как были людьми глубоко религиозными.

Устранение власти религиозных авторитетов является базисным условием политического развития, так как граждане тем самым обретают возможность объединяться на основе общих идей. Амбиции же всякого рода духовных вождей приводят к дроблению и распаду, предотвратить которые можно исключительно диктатурой сильнейшего.

Что же сделали религиозные сионисты? Они тут же завели себе духовных авторитетов, то есть вернули государство к ситуации времен пророка Шмуэля. А это означает конец государства: ведь у каждой группки свой духовный авторитет. Последствия видны невооруженным глазом: о политическом единстве религиозные сионисты могут только мечтать. Они много и пламенно говорят о народе, но фактические их интересы сосредоточены на "своих". И проявляется это во всех областях жизни. Они дробятся и кучкуются, доказывая тем самым, что так и остались людьми общины. Суть государства они не поняли.

Во-вторых, религиозные сионисты обрекли себя на роль арьергарда, которому никогда не стать авангардом из-за порочной трактовки идей рава Кука. Рав Кук пробил им проход в неизведанный ортодоксальному еврейству мир. Но войти в этот мир религиозные сионисты боятся, потому что это требует изучения Торы по реалиям жизни, как это делали мудрецы прошлого. Они же изучают Тору, сидя в ешивах, то есть превратили Тору в книжное учение, что, кстати, противоречит нашим же источникам. Их воображение воспламеняется цитированием текстов. Но то, что происходит в реальной жизни, их просто не волнует, так как они уверены в том, что всегда смогут впихнуть любые явления современности в прокрустово ложе своих цитат.

Последствия и тут видны невооруженным глазом: "вязаным кипам" постоянно приходится копировать "безбожников" и запоздало реагировать на их "безбожные" инициативы, включая активизм Верховного Суда, Ословские соглашения и проч.. "Безбожники" же продолжают оставаться инициаторами идей, потому что как стремились в прошлом, так стремятся и в настоящем осмыслить реалии жизни. Как они осмысливают эти реалии, это уже другой вопрос. Но факт - инициатива всегда за "безбожниками".

Народ эту ситуацию остро чувствует и соответственно воспринимает религиозных сионистов: видит в них плагиаторов и решительно не видит лидеров, способных вести за собой народ. "Вязаные кипы" вроде бы делают все то, что делали отцы-основатели: заселяют Землю Обетованную новыми поселениями, занимаются сельским хозяйством, они патриоты и воины. Но когда все это делали социалисты-"безбожники", народ воспринимал их дела как общенациональные. Те же самые дела религиозных сионистов народом воспринимаются как секторальные, нужные только отдельной группке.

Естественно, что сплотить народ вокруг своих идей религиозные сионисты не могут, коль скоро вокруг своих же идей они не могут сплотить самих себя.


Третьей многочисленной группой в нашем "национальном лагере" числятся выходцы из неевропейских исламских стран. Эта публика составляет основную массу главной "национальной" партии Ликуд.

"Восточные" пришли в большую политику благодаря Менахему Бегину, который использовал неизбежный антагонизм между "левыми" европейцами и восточными людьми традиционной культуры. Дескать, приходите к нам, дорогие братья. "Левые" вас не уважают, а мы, "правые", уважаем.

Но разве все дело в уважении? Все дело в менталитете европейского еврейства, благодаря которому только они оказались способными воссоздать государство. Для того, чтобы обрести этот европейский менталитет, евреям пришлось именно в Европе, причем не в одном поколении, пройти через цепь травмирующих испытаний: разрыв с традиционной общиной, выход во враждебный мир, стремление во всем уподобиться цивилизованным европейцам, отречение от собственного "я" и страшнейшие комплексы из-за невозможности это сделать. Все это закончилось для европейских евреев всем известной трагедией - геноцидом. Обрели же они способность мыслить и действовать на уровне абстрактный идей. Отсюда и результат: все выдающиеся евреи последних веков были исключительно ашкеназами. Естественно, что произошла и смена элит.

И с этим ничего сделать нельзя, пока народ не придумает патент, позволяющий и людям традиционного общества изменить свой менталитет. Государство позволяет это сделать без травм, естественных в условиях галута. Но не нужно делать вид, что проблема не существует. Проблема есть и это очевидно из эпизода, который случился в конце первой каденции Нетаниягу, когда перебежчики из его партии основали новую партию "Партию центра".

Я хорошо помню теледебаты, в которых участвовал с одной стороны Нетаниягу, а с другой стороны его бывший однопартиец, человек восточный, храбрый воин, генерал.

Нетаниягу спрашивает у своего визави: "Что вы собираетесь делать?", подразумавая идеологию новой партии. В ответ раздается фраза "из другой оперы": "У нас собралась хорошая команда". Это совершенно иной образ мысли, образ мысли человека, которому кажется, что если соберется совет старейшин, уважаемых людей, то можно полюбовно решить проблемы.

Но современное государство требует мышления иного уровня хотя бы от элиты, мышления на уровне идей, которые связывают людей без непосредственного контакта. Традиционное же общество основано на этом контакте, на личных отношениях. Тем самым традиционное общество определяет и мышление людей, включая элиту. Поэтому и решает традиционное общество свои проблемы путем свякого рода "сульхи", "худны", как мы это видим у арабов.

В этом смысле наши "восточные" от арабов ничем не отличаются, независимо от личных качеств, природного ума, героизма и даже образования. Есть нечто, что лежит совсем в иной плоскости. Эта такая штука, которая называется культурно-историческим опытом. У "восточных" этого опыта просто нет.

Проблема усугубляется тем, что этот культурно-исторический опыт стремительно теряют и потомки тех европейских евреев, которые когда-то группировались вокруг Жаботинского, составляя ядро его партии. "Ликуд" считается наследником этих людей, партией Жаботинского. Однако от самого Жаботинского в"Ликуде" остался один портрет, под которым восседают партийные лидеры.


Что же объединяет эту разношерстную публику в единый якобы "национальный лагерь"? Только одно - общий цитатный фонд и, увы, общинный менталитет, обрекающий на ограниченность и стагнацию политической мысли.

Поэтому наш "национальный лагерь" никаким "лагерем" не является.

Во-первых, потому, что является свалкой различных группировок, у которых нет и не может быть объединяющей системы идей. А во-вторых потому, что не способен эти идеи порождать. По этим двум причинам "национальный лагерь" не в состоянии противостоять в качестве равновеликой силы "левым" космополитам. Взаимоотношения между "левыми" и "национальным лагерем" напоминают мне взаимоотношения между человеком и его осликом. Человек ведет ослика на веревочке, определяя путь животного. Ослик, возможно и не желает идти туда, куда ведет его хозяин, упирается, характер показывает. Но в глубине души ослик знает о своем бессилии и понимает, что рано или поздно ему придется подчиниться тому, кто прокладывает путь, даже если этот путь ведет в пропасть.

Так и наш "национальный лагерь" бредет туда, куда ведут его "безбожники", бессильный противопоставить им собственную иницативу, которой у "национального лагеря" нет и быть не может.