# Как Писали Завещания 1820 Году

Вадим Арпадович Литинский

Вадим Литинский


Денвер, Колорадо


Как писали завещания в 1820 году,


СПРАВКИ в 1846 году и свидетельства


о рождении в 1861 и в 1866 годах


Эссе в стиле light stёb


Завещание написано на сложенном пополам листе бумаги размером 18 х 30 дюймов (45.8 х 38 см), так что размер листа, на обеих сторонах которого написано завещание, составляет 9 х 30 дюймов. Вторая половина листа чистая.


[Две строчки сверху написаны на иностранном языке, возможно по-фински. Не-специалисту разобрать можно только дату во второй строчке: 25 Апреля 1823 года. Повидимому, это дата заверения копии. На третьей строчке, вероятно, подпись из трёх слов также латиницей]

[На левом поле вертикальная запись: К сему завещанию приложена двух рубл: 88 копеек серебром Гербовая Бумага]

Копия


Во Имя Отца и Сына и Святаго Духа Аминь


Будучи я в полном уме и совершенной памяти, желая при жизни моей к спокойствию моему и супруга моего Надворного Советника Ивана Федорова сына Литинскаго и детей наших учредить и постановить о движимом и недвижимом благоприобретенном мною обще с супругом моим имении состоящем в Финляндской Губернии Кексгольмского уезда называемом Гофряйзаля, по купчей крепости 1789гогода июня 19 дня во владении моем утвержденном оставляю следующее завещание.

По смерти моей передаю я право владения в отуем [слово неразборчиво] имения Гофряйзаля помянутому Супругу моему Надворному Советнику Ивану Федорову сыну Литинскому, а по смерти его разделить оное недвижимое имение по равным частям детям нашим: а именно сыновьям Маиору Хрисанфу находящемуся в провиантском Штате, и подполковнику Гавриле Литинским, а как сей последний сын наш волею Божиею преставися, а по нем остался сын его, а наш внук Александр в малолетстве, то надлежащую ему часть отца его получить не прежде, как при совершеннолетнем возрасте; до возрастания его чтобы он никого ничем не безпокоил не вступался и никаких претензий с помянутыми лицами не имел, равные же части назначаю и дочерям нашим Александре, Супруге Надворного Советника Ивана Максимова сына Брискорна, так как она по выходе в замужество из недвижимаго имения части на приданного не получала; девицам же Анне и Софии Литинским из недвижимаго имения равную часть, а движимое имение представляем им обеим все в полное свое распоряжение.

Относительно же старшего сына нашего Губернского Секретаря Ивана Литинскаго, так как он оказался не способным владеть и пользоваться имением, а ныне находится в Каневской обители с тем чтобы всегда иметь свое пребывание, то по разделе недвижимого имения по именно всем сыновьям и дочерям нашим назначается для его Ивана по сту пятьдесяти рублей в год по смерти его, чтобы от составленной сей суммы каждый и каждая из них получивших равные части давали равную часть денег ежегодно назначенную сумму и доставляли в полное распоряжение тоя обители начальнику. - За всем тем предоставляю вышесказанным нашим детям коим назначаются равные части недвижимаго имения, в свое время по общему согласию просить добрых людей из родственников своих или посторонных принять по средничество в рассуждении сего завещания и по совету их утвердавшась [Sic! - В.Л.] в таком разделе имения, так что бы недоводить себе недокаких споров и несогласий вточности выполнить сие завещание, в случае чего либо спора исполнить по большинству голосов. 1820 года сентября 23 дня. К сему моему Завещанию собственно ручно подписываюсь урожденная Грудинская Катерина Литинская, к сему моему Завещанию собственно ручно подписываюсь Иван Федоров сын Литинский.

Сие завещание действительно написано съобщего их согласия и в полном разуме в том свидетелями были таврю[? таври]льский Священник Петр Иоаннов

J.C. Schwindt

Ober [неразборчиво] in Raif[?]ala

Сподлинным верно свидетельствуем

Густав Наукляр... Павел Пининен [неразборчиво]


Петр Кугаз [неразборчиво]


Вот так писали завещания в 1820 году. Не сохранилось бы у моей мамочки это завещание - не знал бы я имён моих пра-пра-пра-предков. Мамочка рассазывала мне только о своём деде, генерал-майоре Александре Гавриловиче, малолетнем внуке составителей завещания. Упоминала она и о её прадеде, Гавриле Ивановиче, сыне завещателей, погибшем в Бородинском сражении. В отношении его мамочка ошибалась, она думала, что он был генералом. По-видимому, она давно не заглядывала в Завещание, а экстраполировала генеральский чин её деда на прадеда. Поэтому я напрасно искал его портрет в картинной галлерее в Эрмитаже, где помещены портреты 329 генералов войны 1812 года кисти Джорджа Доу. Судя по завещанию, Гаврила Иванович был только подполковником. В Аттестате его вдове, Авдотье Григорьевне, Г-же бывшей начальнице Харьковското Института Благородных Девиц (см. моё эссе в стиле 'light stёb' "Как писали характеристики в 1838 году..." в www.lib.ru, Заграница), сказано, что она вдова полковника. В дореволюционной России было принято завышать чин, начинающийся на под-, до полного звания. Так что, скорее всего, Гаврила Иванович был, в действительности, подполковником, как сказано в Завещании. Мамочкина ошибка только подтверждает выведенное мной правило, что обычно дети о родителях могут написать на одной-двух страницах, о дедах-бабках - на пол-страничке, о прадедах и прабабках - в одном абзаце. Да и то с ошибками. А дальше вверх по генеалогическому древу - дальнейшее безмолвие. О своих пра-пра-родителях, составителях Завещания, моя мамочка уже ничего не знала. Мораль сей басни - пишите, дети, мемуары и заставляйте написать хоть что-нибудь своих родителей, если они ещё живы. Иначе распадается связь времён.

И я бы, кроме имён своих пра-пра-пра-, Ивана Фёдоровича и Катерины Батьковны, урождённой Грудинской, ничего бы не знал, если бы не всёзнающий интернет. Разыскивая с помощью русской поисковой системы Yandex.ru своих предков, наткнулся я на вышеупомянутого Ивана Федоровича Литинского в записках А.Я. Ильина "Из дневника масона 1775-1776 гг.". (Смотрите www.memoirs.ru/texts/Iliin.html). Оказывается, мой пра-пра-пра-пра подбил этого Ильина написать эти его записки. (О времена! О гены! Так вот откуда у меня идёт страстишка всех подбивать писать мемуары!). Дневник озаглавлен: 'Дневныя записки мои'. Под заглавием автором записано: '1775 года 25  февраля  от рождения  моего минуло мне 21 год', а на  первом  листе:  'Господи благослови на добрыя дела. По совету Ивана Федоровича Литинскаво написал верхнее в Москве, на Поварской улице, в доме Шарыгина в кабинетце'. Об этом Литинском у автора дневника несколько заметок. 'Иван Андреевич сказывал мне, что он вчерась, идучи в камедию с Алексеем Петровичем, слышал, что Литинской Иван Федорович на встречу Алексею Петровичу сказал: всио ли он в добром здровье. Алексей Петрович, ево не зная, отвечал, что он здоров и что ево совсем не знает, кто таков. Тогда Литинской говорил ему, что конешно вы узнаете меня, потому что наши ребята у вас всегда дежурят. Он спросил: кто такие ребята? Литинской сказал: Ильин и Петров. И когда Иван Андреич cиe разсказывал, то я в преужасной был досаде, а перед выходом в сенат был Литинской и И. Андреич. С ним очен таки поговорил, изрядно." Автору дневника, бывшему 'в преужасной досаде' на Литинского за сказанное Алексею Петровичу об Ильине и Петрове, могло показаться обидным выражение, что они 'дежурят' у Алексея Петровича. [Хорошо хоть на дуэль не вызвал, а то не было бы меня и не читать бы вам этих строк - В.Л.]. 'В седьмом часу с Иваном Федорычем Литинским и с Иваном Андреичем пошли по Мещанской и заходили к Ивану Андреичу, где я у Осипа Данилыча, брата Ивана Андреича, взял шпагу, потом шли же по Невской Прешпективой, и Иван Федорыч от нас отстал на Владимерском Прешпекте, а мы продолжали путь наш по Невской до Знаменской церкви, а там Преображенским полком и артиллериею прошли прямо к Запасному дворцу и в ......... Урании, где и ужинали. Была ученич., двух приним. Немецких купчиков. [Речь, вероятно, идёт о вербовке в жидо-масоны этих немцев. - В.Л.]. Оттуда уже попив [пошли? - В.Л.] во втором часу к Ивану Андреичу, где я и ночевал'.

Под 13 июля 1775 г. автор записал со слов жены княза М.М. Щербатова , что 'Литинский просился у князя (М.М. Щербатова) и при Льве Васильевиче (Тредьяковском), чтобы определить его в геральдию на регистраторское место, но князь ничево ему не сказал'. Дальше следует, что Ильин сам пытался протиснуться в геральдию (интриги, интриги, кругом сплошные интриги!).

Автор дневника день за днем описывает свою жизнь: ходил в сенат, переписывал дела иногда по личному указанию кн. M. M. Щербатова, гулял, ходил в церкви, бывал у знакомых; отмечает, когда бывал пьян, как развлекался, у кого ужинал, у кого попил чаю. Несколько раз упоминает, что за 50 копеек купил ножны к шпаге. В общем - чушь несусветная, а не мемуары. Служил автор под ближайшим началъством Льва Васильевича Тредьяковскаго. Под 23 октября 1775 г. им отмечено, сколько ему определено было жалованья: 'Лев Васильевич (Тредъяковский) был у князя (М. М. Щербатова) и, оттоле приехавши, сказывал, что князь приказал подать доклад, чтобы мне зделать двести пятьдесят рублев в год жалованья, и князь узнавши, что я М. [масон. - В.Л.], спрашивал, в какой я ..... [ложе - В.Л.], и Лев Васильевич отвечал, что у Гагарина'. О месте своем в сенате автор дневника под 28 октября 1775 г. записал: 'Я был в сенате и написал к генерал-прокурору доклад, по приказу Льва Васильевича, о помещении меня на канцеляристскую вакацию'.

Интересный факт - автор дневника, служивший в сенате канцеляристом под началом Льва Васильевича Тредьяковского, получал двести пятьдесят рублёв в год жалования. А моя пра-пра-бабушка Авдотья, сноха Ивана Фёдоровича, служившая под началом Марии Федоровны и Александры Федоровны Романовых, получала 3000 р. - в 12 раз больше. Блат - великое дело!

Судя по всему, в 1775-76 гг. Ваня Литинский ещё был достаточно молодым человеком, вероятно, сверстником Ильина, кторому в ту пору был 21 год. Завещание его жена Катерина и он писали в 1820 году, то есть через 45 лет, когда он уже был Надворным Советником, отцом многочисленных детей и дедушкой. Какого хрена он не написал мемуаров, едрёнать! В такое потрясающе интересное время он жил! Подбил какого-то щелкопёра, да ещё к тому же и жидо-масона, написать предельно пустозвонные дневники, на которых теперь докторские диссертации стряпают, а сам - ни гу-гу, затаился, гад! Товарища Сталина и КГБ тогда ещё и в заводе не было, чего ж таиться то?!...

Вот и я всех подбиваю писать мемуары, а сам-то успею ли написать до того, как копыта откину?

Я ничего не знаю об упоминаемых в Завещании их детях - майоре Хрисанфе Ивановиче, находившемся в провиантском Штате; старшем сыне, Губернском Секретаре Иване Ивановиче, который оказался не способным владеть и пользоваться имением и находился в Каневской обители с тем, чтобы всегда иметь там свое пребывание (постригся или свихнулся?) и о дочерях-девицах Анне и Софии. В интернете я нашел, что старшая (?) дочь, Александра Ивановна, жила с 1788 по 1862 год. Про её мужа, Надворного Советника Ивана Максимовича Брискорна, я прочёл (http://www.education.rekom.ru/3_2007/111.html): 'Брискорны принадлежали к нетитулованному дворянскому роду, чей герб находился в 4-й части "Общего гербовника дворянских родов Российской империи". Известный литератор Н.И. Греч (1787-1867) в своих мемуарах пишет: 'Родоначальником [фамилии Брискорн] был придворный аптекарь Максим Брискорн. Детей у него было как склянок в аптеке, и все они процвели и распространились. Иван Максимович был финляндский помещик [возможно, его имение соседствовало с имением Литинских в Кексгольмском уезде (теперь Приозерский район Ленинградской области)? - В. Л.], человек очень добрый и умный, часто приезжал к отцу моему со своего геимата... Карл Максимович был прокурором в Риге; Яков Максимович вице-губернатором в Митаве, а потом в Тифлисе... Максим Максимович (отец нынешнего тайного советника Максима Максимовича) был в военной службе и в начале царствования Павла служил майором в Перновском гарнизоне'. Ну, и конечно, все грамотные советские люди знают, что петербургском доме Ольги Константиновны Брискорн, которая была вдовой тайного советника Фёдора Максимовича Брискорна, на Галерной улице (ныне Красная ул., д. 53) поселился А.С. Пушкин с женой и жил там с осени 1831 до весны 1832 г.

Что касается покойного сына Завещателей, а моего пра-пра-прадеда, подполковника Гаврилы Ивановича, погибшего в Бородинском сражении (или умершего от ран, как князь Болконский?), ничего на интернете я не нашел. Зато на его сына, Александра Гавриловича, моего прадеда, у меня есть живые документы. В моей байке "Как писали характеристики..." приведено письмо Канцелярии Капитула орденов Министерства Императорского Двора Начальнику штаба 2-го резервного кавалерийского корпуса, датированное 17 ноября 1853 года, уведомляющее о получении Капитулом орденов присланного Мариинскаго знака отличия беспорочной службы за XVть лет, оставшегося после смерти бывшей Начальницы Харьковского Института Благородных девиц, вдовы полковника, Авдотьи Литинской, мамы Александра Гавриловича. Это письмо с соответстующими резолюциями вышестоящих командиров было доставлено полковнику драгунского Его Императорского Высочества Наследника Цесаревича полка А.Г. Литинскому. Есть и другой, более ранний документ 1846 года, из которого следует, что в момент его составления Александр Гаврилович был подполковником этого полка. Вот этот документ, написанный на потемневшей бумаге размером 17.5 х 14 дюймов (44.6 х 35.5 см), сложенной пополам, так что размер писчего листа составляет 22.3 х 35.5 см. Другие имеющиеся у меня старые документы написаны на двойных листах того же формата, что, по-видимому, было стандартом в то время. Но приведённое выше Завещание написано на двойном листе бОльшего размера. Значит, с 1820 года стандартный размер бумаг менялся в сторону уменьшения. Итак:


Полковой канцелярии -N 850 полу 13 апреля 1846 года


Санктпетербургское Господину Командиру Драгунскаго Его Императорского

Высочества Наследника Цесаревича полка

Дворянское Депутатское

СОБРАНИЕ

-------***-------

В следствие отношения Вашего Превосходительства, от

Марта 31 дня 1846го 21гоминувшаго февраля за 464м, Дворянское Депутатское

Собрание, по учинении над лежащей с делами справки, имеет

800 честь уведомить, что из фамилии Литинских по дворянским родословным книгам СПетербургской губернии, никого

-------***--------- записанными не значится.

Депутат Дворянства [подпись неразборчива]

Секретарь Дворянства [подпись неразборчива]

Столоначальник [подпись неразборчива]

[Надпись на обороте этого листа:]


Отношение это препровождаю Г. Подполковнику и кавалеру Литинскому. Предлагаю Его Высокоблагородию сделать надлежащие исполнение.

Генерал Маиор [подпись неразборчива]


909й

' 14 ' Апреля 846 года

____________________

Г Воронеж

Вот такие справки писали 160 лет тому назад.

Этот документ свидетельствиет, что мой прадед, как и я, интересовался своими предками. Жаль только, что мемуаров он тоже не написал.

Из данной справки следует, что в 1846 году А.Г. Литинский в чине подполковника, по- видимому, командовал батальоном этого полка, а командиром полка был безымянный генерал-майор. Через 7 лет, в 1857 году, А.Г. Литинский был уже полковником и, по-видимому, командиром этого полка, как это следует из резолюций на письме из Канцелярии Капитула орденов ('Как писали характерисики...').

Чтобы проследить дальнейшую служебную карьеру моего прадеда, приведу ещё один документ, написанный на потемневшей бумаге точно такого же формата, как и предъдущий.


как писали документы Закса в 1861 году


[в правом верхнем углу овальная отпечатанная типографским способом печать с двуглавым орлом, под которым надпись: Цена 90 коп. сер. - это гербовая бумага. На левом поле посередине листа вертикальная надпись: 15й. Весь документ написан, как и предыдущий, от руки.]


Свидетельство

Сие дано Оренбургской Георгиевской церкви Священно церковнуслужителями в том, что в метрической книге за тысяча восемь сот шестьдесят первый год под 28 женска пола значится: двадцать шестаго Генваря родилась, а девятого Февраля крещена Мария; родители ея: Командир [вставлено сверху строки - В.Л.] Оренбургского казачьего 3 полка Полковник Александр Гаврилов Литинский и законная его жена Мария Евгениева. Восприемниками были:Управляющий Областию Оренбургских киргизов, Действительный Статский Советник, Василий Василиев Григориев и начальника 1го военнаго округа Оренбургского казачьего войска Полковника Глухова жена Екатерина Петрова Глухова. Таинство крещения совершал Священник Григорий Кибардин с Диаконом Иоанном Покровским с Дьячком Алексеем Евиадовым; в чем свидетельствуем надлежащим подписом с приложением церковной печати. Февраля 15го дня 1861 года.

[Сргучная печать] Священник Григорий Кибардин

Диакон Иван Покровский

Пономарь Алексей Евладов

Сверх строки написано: Командир; тому верить. Священник Григорий Кибардин.

[На оборотной стороне этого листа написано:]


По указу Его Императорскаго Величества, в следстие отношения Правления Оренбургского казачьего 3 полка от 8 марта 1861 года за 538, сия надпись учинина в Оренбургской Духовной Консистории по определению ея утвержденному Его Преосвященством, Преосвященнейшим Антониом, Епископом Оренбургским и Уральским и Каза ... [неразборчиво - В.Л.] в том, что свидетельство ....... ........ [два слова неразборчивы] Оренбургской Георгиевской Церкви составлено согласно.

Мая 10 дня 1861 года Г. Оренбург

Консистории Член, Священник [подпись неразборчива]


[Чёрная чернильная печать

с белым двуглавым орлом

и надписью по окружности:

"печать оренб. духовной

консистории" [Чья-то должность и подпись - неразборчиво]


В должности Столоначальника [подпись неразборчива]


Это свидетельство о рождении Марии Александровны, моей любимой "бабы Мари", о которой я писал в 'Как писали характеристики...'. Она кончала Смольный институт благородных девиц и была очень образованной женщиной, но при этом верила в Бога. Как я проводил среди неё антирелигиозную пропаганду, написано в 'Как писали характерисики...'. Умерла она от голода в возрасте 80 лет в декабре 1941 г. в Ленинграде.

Примечание для шибко грамотных, которые воскликнут: какая ещё тут область Оренбургских киргизов?! Тихо, ребята! Это в 1734 во время посольства казахов о принятии покровительства России, императрица Анна Иоанновна потребовала подготовить сведения о казахах. Однако вследствие ошибки вместо сведений о казахах ей были представлены сведения о киргизах. С тех пор в российских документах казахи назывались "киргизами". Вот так вот! Хорошо ещё, что их в какой-нибудь Кыргызстан не выслали. Это только советская власть под руководством вождя всех времён и народов устраивала всемирное переселение неугодных народов в Среднюю Азию. Цари так не делали, совесть не позволяла.


как писали документы Закса в 1866 году


Приведу ещё один документ старого ЗАГСа, чтобы проследить изменения в должности моего прадеда. На этот раз это свидетельство о рождении моего деда, Николая Александровича, продолжившего военную карьеру своего отца и деда, но затем вышедшего в отставку в чине поручика, и в 1904 году сдавшего экзамен на звание учителя уездного училища. Далее приводится также справка о сдаче этого экзамена.


[в правом верхнем углу овальная отпечатанная типографским способом печать с двуглавым орлом, под которым надпись: Цена 1 руб. сер. Обратите внимание, что за прошедшие 5 лет это гербовая бумага подорожала на 10 копеек - инфляция! На левом поле посередине листа вертикальная надпись: 132й. Весь документ написан, как и предыдущиЙе, от руки.]


Свидетельство


Оренбургской Епархии Города Оренбурга Военно-Петропавловской Церкви в Метрической книге в статье о родившихся под 35 записан тысяча восемьсот шестьдесят шестаго года маия десятаго рожден и тогож мца двадцать перваго крещен Николай. Родители: состоящий по Армейской кавалерии полковник Александр Гаврилович Литинский и законная жена его Мария Евгениева, оба православного исповедания. Восприемники: Старший лекарь Оренбургского военного Училища Коллежский Ассесор Никтополион Максимович Матвеев, и Полковника Констанина Стефанова Безносикова жена Александра Ивановна. Таинство крещения совершал протоиерей Иоанн Виноградов с Дьячком Романовским. В чем с приложением церковной печати свидетельствуем Маия 24 дня 1866 года.

Оренбургской Военно-

Петропавловской Церкви Протоиерей Иоанн Виноградов

Диакон Иоанн Беляев [?]

Дьячок Николай Макаров

Дьячок Ефрем Романовский

[Слева под словами Петропавловской Церкви - чёрная круглая чернильная печать с изображением белого храма и надписью по окружности "Петропавловской церкви Оренбурга"].


[На оборотной стороне этого листа вертикальная надпись на левом поле : 3838. и следующая запись:]


По указу Его Императорскаго Величества вследстие прошения состоящаго по армейской кавалерии полковника Александра Гаврилова Литинскаго и во исполнение определения Оренбургской Духовной Консистории учинина сия надпись в том, что свидетельство по поверке с метрической книгой оказалось составленным согласно с оной. В чем Оренбургская Духовная Консистория свидетельствует надлежащим подписом с приложением казенной печати. Июня 15 дня 1866го года.

Член, Кафедральный Протоиерей и кавалер Алексей Розанов

[Слева чёрная чернильная печать

с белым двуглавым орлом и надписью под ним

"оренбургской духовной консистории"].


Секретарь [подпись неразборчива]


Столоначальник Кирсанов

У меня есть также старая копия этого Свидетельства о рождении, датированная 1876 годом, выполненная на такой же бумаге. Для кого-то будет интересно, как 130 лет тому назад оформляли доверенности, поэтому я привожу ниже свидетельство нотариуса:


Я, нижеподписавшийся удостоверяю верность этой копии с подлинником ея, представленным мне, Михаилу ИвановичуУспенскому, С.Петербургскому Нотариусу, в конторе моей, Московской части по Невскому прошпекту 51, Генерал-Маиором Александром Гавриловичем Литинским, живущим Литейной части по Знаменской 19. При сличении этой копии с подлинником, в последнем почисток, приписок, зачеркнутых и никаких особенностей небыло.

1876 года Января 23 дня. По реестру 1128.

[Круглая печать с гербом Санкт-Петербурга

с надписью по окружности: "печ. нотариуса

михаила успенского в С.Петербурге] Нотариус М. Успенский


Таким образом, с помощью приведённых справки и двух свидетельств о рождении можно проследить служебную карьеру Александра Гавриловича. В 1846 году он служил в драгунском Е.И. Высочества Наследника Цесаревича полку в чине подполковника (вероятно, в Воронеже); в 1857 году служил в том же полку командиром в звании полковника; в 1861 году он оказался в Оренбурге, где в чине полковника командовал Оренбургским казачьим 3 полком; в 1866 в том же чине состоял по армейской кавалерии. Что это значило - он шёл вверх или вниз по служебной лестнице? Я не знаю. Но если судить по составу восприемников его дочери в 1861 году (Управляющий Областию Оренбургских киргизов, Действительный Статский Советник, и жена полковника, начальника 1го военнаго округа Оренбургского казачьего войска) и сына в 1866 году (Старший лекарь Оренбургского военного Училища Коллежский Ассесор и жена полковника без указания его должности), то его социальный статус явно понизился. Но судьба потом снова повернулась к нему передом, и в 1876 году он находился в столице в чине генерал-майора. Чем он там занимался - не известно. Эх, если бы он написал мемуары! Тогда всё было бы ясно!

Для любителей генеалогии скажу, что жена Александра Гавриловича, Мария Евгеньевна, урождённая Касторская, была пра-правнучкой Прокопия Акинфиевича Демидова по женской линии. У Прокопия был сын Лев; у Льва была дочь Елизавета Демидова, вышедшая замуж за Василия Свешникова. Её дочь, Софья Васильевна Касторская, урождённая Свешникова, была матерью Марии Евгеньевны.

У Александра Гавриловича и Марии Евгеньевны, помимо Марии и Николая, было ещё двое детей - Евгений и Софья, о которых я знаю только из нашего родословного дерева. Никаких других документов о мамочкиных 'дяде Гене' и 'тёте Соне', ставшей Шрамченко, у меня нет. В юности меня мамочкины дяди и тёти не интересовали (кроме "бабы Мари", учившей меня географии, истории и немецкому языку; к сожалению, от изучения французского я категорически отказался), а "насесть" на мамочку потом и уговорить её написать мемуары у меня мозгов не хватило.


И в заключение приведу ещё один документ, чтобы показать, как писали справки в 1904 году. Так как этот документ не такой старый, то он отпечатан на машинке:


Министерсрво

народного просвещения

попечитель

Санктпетербургского

Учебного Округа С В И Д Е Т Е Л Ь С Т В О

-----***-----

12 Мая 1904 г.

6679 Предъявитель сего, Губернский Секретарь Николай Александрович Литинский, на основании Высочайше утвержденнаго 22 Апреля 1868 г. мнения Государственного Совета о специальных испытаниях по Министерству Народного Просвещения,

подвергшись полному испытанию на звание учителя уездного училища в Испытательном Комитете С.-Петербургскаго Учебнаго Округа и выдержав оное удовлетворительно, удостоен права на преподавание в уездном училище матаматики, с предоставлением ему всех служебных прав и преимуществ, присвоенных учителям уездных училищ. В удостоверение чего, дано ему сие свидетельство за надлежащим подписанием и с приложением печати Канцелярии Попечителя С.-Петербургского Учебного Округа Мая '10 ' дня 1904 года.


Попечитель С.-Петербургского Учебного Округа,

Двора его императорского величества Камергер [подпись неразборчива]


Правитель Канцелярии,

Статский Советник [подпись неразборчива]


[Круглая печать с двуглавым орлом и надписью по окружности:

канцелярия попечит. с.-п.бургскаго учебн.округа.]


Итак, люди, собирайте свои старые и новые документы, которые скоро станут старыми, и пишите мемуары! Через 200 лет ваши документы и мемуары станут раритетом!


Генерал майор Александр Гаврилович Литинский Мария Евгеньевна Литинская, урождённая

Касторская, жена А.Г. Литинского


<Мария Александровна Литинская

("баба Маря) с матерью Марией Евгеньевной


Поручик Николай Александрович Литинский


Семья Н.А. Литинского (третий справа). Слева от него -

его мать Мария Евгеньевна.

Имение "Дворец" в районе Полоцка.