# Неизвестные Героические Будни Советских Полярников На Льдах Арктики. Часть 5

Вадим Арпадович Литинский

НЕИЗВЕСТНЫЕ ГЕРОИЧЕСКИЕ БУДНИ СОВЕТСКИХ ПОЛЯРНИКОВ НА ЛЬДАХ АРКТИКИ


Часть 5


-- ПРОВАЛ ЮРЫ ЧЕРНЕНКОВА В 100-МЕТРОВУЮ ТРЕЩИНУ НА ЛЕДНИКЕ.


Как вы, престарелые ребята, которые из вас склеротики-маразматики-альцгеймеристы, хорошо помните - чего было пол-века или более тому назад - мы все хорошо помним, а уж вот чего вчера - не обессудьте. Вот так и в этой документальной истории. Когда она произошла - главные её участники геофизик Юра (Юрий Фёдорович) Черненков и начальник отряда Андрей (Николаевич) Орлов рассказывали мне её сразу после возвращения с полевых работ в Ленинград. Так что запомнил я эту историю, как будущий склеротик-альцгеймерист, отлично до мельчайших подробностей. Вот только где она произошла - конфуз произошёл! Приведу вам мою переписку с моей любимой девушкой (теперь уже бабушкой) Любочкой (Любовь Яковлевной) Харитоновой, с которой я в 1976 году шнырял на раздолбанном, списанном из армии, вездеходе вдоль и поперёк по острову Котельный, который, если кто не знает, есть в архипелаге Новосибирские острова. Вот ужо перепишу полевой дневник того года и опубликую докуисту об этом, а пока почитайте Любочкины воспоминания о той эпопее "Письмо в прошлое" (http://www.evgengusev.narod.ru/baiki-3.jpg).


Итак, наша переписка:

То: Любовь Харитонова

21 января 2013.


Любочка, дорогая, опять я вынужден озадачить тебя просьбой порыться в наших НИИГАвских фондах! Я созрел написать докубайку о падении в ледяную трещину Юры Черненкова в 1967 г. Эта история у меня, как и у всех маразматиков, запечатлена в мозгах намертво со всеми подробностями. Мы, склерозники, помним отлично, что было пол-века или более тому назад, но не помним, что жена наказывала сделать по дому час тому назад. Рассказ о падении Юры в трещину я слышал в древности от него самого и от начальника его лётного отряда Андрея Орлова. Вот только на каком острове случилась эта страшная, но благополучно закончившаяся  история - науке это точно не известно. У меня в склерозной голове засело, что дело было на Северном острове Новой Земли (год, к сожалению, из головы выветрился). Но у меня есть бумага, датированная 26 ноября 1977 года - я записал рассказ Андрея в день празднования 15-летия Полярки. Написано было: "Отряд Орлова на вертолёте Ми-4 вылетел на съёмку на о. Комсомолец (архипелаг Северная Земля)". Но это зачёркнуто, а сверху моей рукой написано "Земля Франца-Иосифа - остров Земля короля Георга". Значит, сам Андрюха-покойник, через 10 лет после этого события, колебался и путался, если не в дате - 1967 год, то в месте происшествия. Любочка, ты моя самая любимая и главная помощница - помоги, Христом-Богом прошу, и на этот раз! Кто прав - я ли, склеротик (Северный остров Новой Земли), или Андрюха-маразматик - то ли Северная Земля (остров Комсомолец), то ли ЗФИ (Земля Георга)!

Жду ответа, как соловей лета.

Тебя и Анечку крепко обнимаю и целую. [Анечка - Любочкина дочка]

Вадим.


From: Любовь Харитонова

To: vadimlit1@msn.com

Sent: Wednesday, January 23, 2013 5:00 AM

Subject: ответ Любочки


Здравствуйте, дорогой Вадим Арпадович! Мне очень приятно Вам чем-нибудь помочь.  Поиск начала с геофизической изученности арктического шельфа, которой я когда-то занималась. Нашла  1967 год, отчет "Гравиметрическая и магнитометрическая съемки Карского моря". Авторы: Гапоненко, Витязев, и др.  В томе 1 "Гравиметрическая съемка восточной части Карского моря и архипелагов Северная Земля и Земля Франца-Иосифа" в главе - "Организация и состав экспедиции" - прочитала, что для выполнения полевых работ были сформированы рабочие группы: 6 летно-съемочных отрядов для выполнения грав. и  магн. съемок. Из них 4 отряда для съемки акваторий морей на самолетах АН-2 и 2 отряда для съемки архипелагов на вертолетах МИ-4. Согласно таблице,  ваш Черненков работал геофизиком в составе отряда под руководством Орлова В.Н. (нач. отряда). С ним работали  ст. геофизик-сейсмик Голубков В.С. и астроном-радиогеодезист - Эзрохи А.К. Отряд базировался в а/п Средний, Греэм-Белл, Нагурская, Челюскин, Рогачево - это по проекту.  В действительности же авиация отказалась работать, т.е. летать с базы а/п - Нагурская, Греэм-Белл, Рогачево по причине ледовой обстановки (ледовые торосы), и т.д.  Вообще в связи с тем, что в 1967 году в районе работ  были  очень плохие метеоусловия,   ЦУГА [Центральное Управление Гражданской Авиации] отказались выполнять гравиметрическую съемку  на вертолетах МИ-4 и самолетах ЛИ-2 на о. Новая Земля. Так что северный остров Новой Земли из поиска исключается. В главе проведение полевых работ никаких случаев экстремальных не описано. В параграфе "Техника безопасности и охрана труда" отмечено, что проведение съемки на дрейфующем льду, арх. ЗФИ и Сев. Земля являлось главной заботой руководства экспедиции.  По сему "существенных нарушений ТБ не было, а потерь и несчастных случаев удалось избежать". Таким образом вопрос, где произошел случай с Черненковым Юрием - о. Комсомолец или Земля Георга - остается открытым. Но мне кажется, прочитав главу климатические условия района работ в целом и ледовая обстановка непосредственно в 1967 году, что это было в районе ЗФИ -  Земля Георга. Мои аргументы. Из описания о. Комсомолец, самый северный из арх. Северная Земля, покрыт мощным покровом ледника на 70%, а в районе ЗФИ в 1967 году ледовая обстановка была очень плохой, ледяной покров был сильно всторожен, появились большие пространства  чистой воды.  В результате севернее и восточнее архипелага съемка вообще не была проведена. Обратите внимание на то, что авиация вообще отказалась летать с а/п Нагурская и Греэм-Белл.  Все это говорит, что там с проведением работ были проблемы, хотя ЗФИ в итоге был покрыт гравиметрической съемкой. В отчете есть фотография, сделанная Голубковым В.С. арх. ЗФИ - Земля Георга. Голубков был в отряде Орлова В.Н. Фотографий в отчете мало. Чем-то Земля Георга запомнилась... Отсюда мой вывод. Пока всё. С приветом из зимнего Петербурга - Люба.


23 января 2013.

ЛЮБОЧКА, ЛАПУШКА, ОГРОМНОЕ СПАСИБО!


Дополнительные вопросы:

1. Согласимся с твоим фандоринским выводом (Боря Генин мне сказал, что великий сыщик Фандорин погиб?!) и склерозной памятью Андрюши Орлова (моего однокашника по Горному институту), что случай с Юрой Черненковым произошёл на острове Георга. Трещина была глубокая. Как мне подсказывает моя светлая головушка (что было около века тому назад, я помню хорошо, а вот что неделю тому назад - совсем плохо, а уж чего меня Лена просила сделать час тому назад - забыто навсегда), они не смогли с первого раза достать Юру, так как длины тросика (около 100 м) - нахватало. И они полетели в аэропорт базирования и привезли более длинный тросик, и достали Юру. Есть ли сведения о толщине ледяного покрова на острове? На какой аэропорт они могли лететь за тросиком?

2. Андрей пишет, что тащить Юру из трещины помогал Гущин. И это похоже на правду - Гущин всегда был астрономом и оператором зонда "Поиска". Шурик Эзрохи в 1965 или в 1966 году был у меня на льдине хозяйственником и техником-камеральщиком. Мог ли он на следующий год стать астрономом? Любочка, проверь, пожалуйста.

3. Андрей говорит, что Витязев вызвал их к себе на Средний. Аэропорт на острове Средний архипелага Седова находится в западной части архипелага Северная Земля. Ет-то куда же наши Орлы летели с архипелага ЗФИ на архипелаг Северная Земля только для того, чтобы хлобыстнуть коньяка с Витязевым?! (Витязев хлобыстал коньяк, спирт и водку по любому поводу). В каком году всё это происходило?! Может не в 1967 , а в 1968? Или 1969, когда я делал одиночным отрядом Полярной экспедиции съёмку Байдарацкой губы? (Ждите докубайку!). А может Андрей по склерозности перепутал, и Витязев базировался где-то на ЗФИ? Любочка, только от тебя, умница, зависит разгадка этой истории, основанной на показаниях двух склерозных однокашников. Может, всё-таки, мой склероз лучше, чем у Андрея, и дело происходило не на ЗФИ, а на северном острове Новой Земли? Не могла же Полярка не делать гравику на этом самом большом архипелаге? Полистай все отчёты, давай с тобой сделаем доброе дело для истории освоения Арктики!

Что в отчёте не упомянуто об этом инциденте - всё правильно, Юра не погиб, а отделался лёгким [на самом деле - очень тяжёлым!] испугом - чего же писать? Это же не нарушение правил ТБ, а просто несчастный случай. В 1966 г. самолёт Шимочки утонул, все отделались лёгким испугом - чего же писать об этом?! Делов-то куча! А вот сейчас, через почти пол-века, необходимо восстановить события и дать трудящимся прочесть о героических эпизодах освоения Арктики нашим родным Институтом!

Любочка, можно ли сканировать голубковское фото Земли Георга и прислать мне? И желательно получить максимум подробностей об этой съёмке - сеть пунктов на льду моря и на островах, места базирования отрядов, трудности работы, и т.п. Можешь ли ты поставить точки посадок на этой карте Земли Георга, чтобы хоть догадаться, где Юра мог провалиться?

Обнимаю тебя и Анечку,

Вадим


25 января 2013.


Любочка, снова вопросы у меня, неугомонного. <...>

От аэропорта Среднего до ЗФИ жуть, как далеко. В то же время от Среднего до острова Комсомолец, покрытого мощным ледником, рукой подать. Слетать за тросиком - полчаса туда и обратно, как мне и рассказывали, то ли Андрей, то ли сам Юра. Любочка, проверь, пожалуйста, делал ли отряд Орлова съёмку острова Комсомолец? Если да, то тогда всё встаёт на свои места. И в том ли же 1967 году? И пришли мне тогда карту посадок на Комсомольце. <...>

Кстати, все точки наблюдений на ЗФИ располагаются на берегах (припайном льду?) островов, и есть только одна точка внутри острова Вильчека. Если нет ни одной точки на леднике Земли Георга, то куда проваливался Юра?! Сплошные загадки! (Хотя, если он провалился именно на леднике Георга, то и точки наблюдения на нём быть не могло). <...>

...Tы ссылаешься на отчёт, в котором говорится, что во время полевых работ один гравиметр во время работы на точке провалился в глубокую трещину одного из ледников ЗФИ и достать его не представилось возможным. Это произошло 15 апреля. Вот это число, если авторы отчёта не сочиняют, позволит пролить свет на всю историю. Где была последняя точка маршрута Орлова в этот день?!

А почему провалился  только один гравиметр, а где же второй? Андрей говорил мне (см. мою записку 1977 года), что пропали 2 гравиметра. Но я по стариковской склерозности, совершенно твёрдо помню, что в древности (значит, в том же 1967 году), мне рассказывали, что Юре кричали в трещину: "Бросай второй гравиметр!", но Юра при всём желании не мог этого сделать не потому, что болел за социалистическую собственность, а потому, что не мог разжать скованные судорогой пальцы. Вот что я писал более года тому назад в докубайке "Остров Новая Сибирь, 1977 год", которую пока так и не закончил:

"Главная рабочая часть в гравиметрах - это система, состоящая из тончайшей кварцевой оси и кварцевой пружинки микронной толщины. Переносить их следует очень аккуратно, при перевозках мы соблюдаем предельную осторожность. У нас бывали случаи, когда гравиметры мгновенно выходили из строя от небольшого удара или толчка. Но были и чудесные случаи. В 1968 году при съёмке северного острова Новой Земли, покрытого толстой шапкой льда, оператор Юра Черненков провалился в узкую трещину во льду, судорожно сжимая в руке ручку гравиметра. Он летел вниз около ста метров, ударяясь о выступы льда, не выпуская гравиметра (не потому, что болел за социалистическую собственность, а потому, что не мог разжать судорожно сведённые пальцы). Как его удалось спасти и поднять побитого, но живого, из трещины наверх - обещаю рассказать позже в одной из будущих докубаек. (Как бы только случайно не помереть до назначенного мной 2056 года). Но развёл я эту бодягу только для того, чтобы сказать вам, что хрупкая кварцевая система Юриного гравиметра не пострадала! Вот, поди ж ты! И наши гравиметры после двух падений с тележки тоже остались живы! Боженька - он не фраер, он часто правду видит (хотя и редко когда скажет). Пусть плюнет в меня тот, кто скажет, что это не так!"

Здесь две ошибки, связанные с моим застарелым склерозом - год 1968 и Новая Земля, которую, как ты пишешь, мы так и не заснимали. Виноват, исправлюсь. Так что может быть Андрей ошибается про гибель второго гравиметра - у всех у нас склероз, батенька!

Думай, Любочка, думай! Я не Коля Ржевский, который пишет только прекрасные художественные произведения на основе баек полярников, не придерживаясь истины и, поэтому, не называя никогда фамилий участников. Я же пишу ДОКУбайки, стараясь как можно точнее передать историю освоения Арктики. Посмотри нашу с ним полемику на тему разницы художественного произведения, где допустимы любые выдумки, чем Коля и пользуется, и документального рассказа (докубайки), в конце "Жировианы"  (http://world.lib.ru/l/litinskij_w_a/zhiroviana.shtml). Поэтому мне нужны железные факты - где Черненков падал в трещину?!

Обнимаю тебя, привет Анечке и внучке. Пришли мне фотографии и той и другой, и свою обязательно тоже, а то я тебя вижу только на картине Репина в Байках ВНИИОкеангеологии. Но там слишком маленькая фотография.

Вадим.


Люба Харитонова в белой шапочке улыбается из-под руки Бори Кима на заднем плане. Вадим Литинский сидит крайний слева, положив кулак на спину полу-голого запорожца (http://www.evgengusev.narod.ru/baiki-3.jpg

From:

VADIM LITINSKY


Sent:

Fri 4/12/13 11:37 PM


To:

Любовь Харитонова


Дорогая Любочка,

<...>

Что касается докубайки о провале Юры Черненков, то я уверился, что это дело случилось на о. Средний архипелага Северной Земли. Мне бы очень хотелось для правдивости истории связаться с сыном или другими оставшимися родственниками Юры. А то у меня даже нет его фотографии! Может, у кого-то наших НИИГАпников его фотографии найдутся? Любочка, не сможешь ли ты через свои связи разыскать телефон или, ещё лучше, электронный адрес Юриных родственников? Чтобы я смог с ними связаться и расспросить их, что они помнят об этом случае.

Обнимаю тебя, Анечке большой привет.

Вадим


Sent: Wed 10/29/14 10:15 РМ

То: Любовь Харитонова, Надежда Евдокимова

О Юре Черненкове и ващще

Дорогие Любочка и Наденька,

Снова вынужден обременить вас надоедливой просьбой. Среди огромной кучи задумок о написании историй о работе Полярной экспедиции, наиболее героический эпизод - чудесное спасение  Юры Черненкова, провалившегося в узкую (1.5-2 м) трещину в леднике глубиной немного более 100 м. Этот эпизод врезался в мою склерозную память навечно, рассказанный обоими главными участниками - Юрой и Андреем Орловым вскоре после этого происшествия.  Но, к сожалению, в те годы Райка Деменицкая выперла меня с должности главного инженера экспедиции, и я не принимал участие в съёмке западных морей - Карского и Баренцева и их островов, когда и произошло падение Юры в трещину. Поэтому я и не запомнил на 100 процентов, где и когда это произошло. (Только в 1969 г. меня позвали делать съёмку Байдарацкой Губы Карского моря).

У меня есть запись разговора с Андреем Орловым, начальником вертолётного отряда, когда проваливался Юра, но через 10 лет после этого эпизода. Андрей сначала сказал, что это было на Северной Земле, но потом передумал, и сказал, что это было на ЗФИ на острове Георга (ни хрена себе! Значит 40 лет тому назад у Андрюхи уже был глубокий склероз!). Я зачеркнул Северную Землю и сверху надписал остров Георга. К сожалению, я тогда не имел представления об этом вшивом островке, на котором нет ледника, и не сказал об этом склерозному Андрею, чтобы он подумал ещё раз. У меня у самого в памяти было, что это случилось на Северном острове Новой Земли. Но когда Андрей сказал о Северной Земле (скорее всего об о. Комсомолец, где есть огромный ледник), я сейчас понимаю, что я в древности, когда впервые слушал их рассказ о падении в трещину на леднике на Северном острове Новой Земли, я мог и ошибиться, спутав Северный остров Новой Земли с северным островом (Комсомолец) Северной Земли. Я по электронной почте уже давно обсуждал эту проблему с Любочкой, и она мне тогда сказала, что на Новой Земле гравитационной съёмки вообще не было. Сейчас я думаю, что Любочка сильно заблуждалась - ну как это на Новой Земле не делали гравитационную съёмку?!


Точки посадок съёмочных вертолётов на островах архипелага Земли Франца - Иосифа.

На Земле Короля Георга нет ледника, и все посадки были только на побережье.

Так что у моего однокашника по Горному институту Андрея Орлова склероз проявился раньше, чем у меня.

Милые девушки - у меня к вам огромная просьба - сходить в Фонды и проверить по отчётам, была ли съёмка на Новой Земле. И если была - то в каком году, и где тогда размещалась база Полярной экспедиции (в районе Маточкиного Шара?). Андрей рассказывал, что когда имевшегося у них на вертолёте 100-метрового троса немного (5 или 10 м) не хватило, чтобы Юра его схватил, они полетели в аэропортик, на котором базировался их вертолёт (или базу экспедиции?) и взяли большой трос. Полёта до аэропортика (или базы) было не более 30 минут. Когда Юру вытащили и привезли на базу, Витязев дал ему хлобыстнуть стакан водки - значит, это действительно была база экспедиции.

Но если действительно на Северном Острове Новой Земли съёмки не было (хотя для меня это невероятно), тогда посмотрите отчёт и ответьте мне на те же вопросы о Северной Земле (о. Комсомолец) - год съёмки, где базировался вертолёт Орлова, где была база экспедиции, работал ли тогда отряд Андрея Орлова, и т.п. Нельзя, чтобы такой героический эпизод остался неупомянутым в истории Полярной экспедиции! Девять десятых старых героических Полярников уже ушли в рейс, из которого не возвращаются... Помогите, девушки!

В том "Эпилоге" из "Байдарки", который я послал во ВНИИОкеангеологии и которой сейчас прилагаю к этому письму, было обращение к вашей дирекции об организации группы геофизиков (я назвал вас двоих), кто бы мог заняться написанием истории геофизической съёмки на дрейфующих льдах Советских арктических морей, чтобы о принадлежности этого огромного шельфа России можно было бы утверждать не только на гипотетической основе "откуда есть пошёл подводный хребет Ломоносова", но и на основе, какая страна выполнила грандиозную съёмку Северного Ледовитого океана. Несколько недель тому назад я написал два Открытых  письма главарям нашего Российского Географического Общества на эту тему. Разумеется, ни от Каминского, ни от Путина, ни от Шойгу и Чилингарова я ответа на моё предложение не получил (конечно, я никакого ответа от этих высоких лиц и не ожидал - подумаешь, какая-то американская шавка квакает из подворотни). Но откликнулся наш писатель-историк освоения Арктики и Антарктики - Толя Лайба - и предложил свою помощь в написании этой грандиозной истории.

Как раз сегодня по русским каналам ТВ сказали (к сожалению, невнятно), что в результате исследований на судне "Академик Фёдоров" появились новые доказательства того, что России может принадлежать 1.2 миллиона кв. км этого самого океана. Дай-то Бог! Но всё равно только Россия засняла через каждые 25 км весь Северный Ледовитый океан и его Советские моря! (И, кстати уж, по предложенной и разработанной мной методике!).

Спасибо!

Обнимаю вас,

Ваш Вадим.

From:

Лайба Анатолий

Sent:

Thu 10/30/14 1:25 AM

To:

VADIM LITINSKY; Любовь Харитонова


Привет, Вадим!

Могу добавить информацию, которая еще более запутает твои географические розыски.

Юру Черненкова я хорошо знал в 1980-х гг., когда вместе работали в Восточной Антарктиде. Есть у меня парочка баек, связанных с ним.

Так вот, ветеран-геолог Леня Федоров нам рассказывал о падении Черненкова в трещину, едва отойдя от вертолета, - не где-нибудь, а в Антарктиде! Конкретно: в горах Принц-Чарльз, в начале 1970-х гг., в ходе авиадесантной гравики. Действительно, в 1972-74 гг. в этом районе проводились масштабные геолого-геофизические работы под руководством Д.С. Соловьева (т.н. операция "Эймери"). Я правда не удосужился расспросить об этом Черненкова. Могу разве уточнить сейчас  у Коли Хлюпина и/или позвонить Федорову. Но вероятно это ничего не даст, т.к. дело было в Арктике, как ты и пишешь.

С приветом!

Анатолий Лайба [Главный геолог ПМГРЭ, писатель, историк ПМГРЭ].


* * *


На этом конец истории о всеобщем склерозе и выяснении, на каком острове Юра падал в трещину ледника. Всё, песец, пока окончательно: это случилось на острове Комсомолец архипелага Северная Земля. Кто из вас серый и не хрена не рубит в географии, просветитесь, почитав тут: http://ostrov-mira.ru/severnaya-zemlya/ .


Архипелаг Северная Земля

Карта северной окраины архипелага Северная Земля (остров Комсомолец).

Остров Комсомолец -- самый северный из островов архипелага Северная Земля (Россия). Расположен между Карским морем и морем Лаптевых. Отделен от острова Октябрьской Революции проливом Красной Армии, а от острова Пионер -- проливом Юный. По площади занимает третье место в архипелаге и 82 место на планете.

Самая северная точка острова -- мыс Арктический. С него стартуют многие арктические экспедиции.

Площадь острова -- 9600 км', максимальная высота -- 781 м. Около 65 % острова покрыто ледниками с включениями песка и суглинка. Большую часть острова занимает крупнейший по площади ледниковый покров на архипелаге -- ледник Академии наук, площадь которого -- 5 900 км', толщина покрова достигает 500 м, а высота над уровнем моря -- 749 м.[1]

Исследование острова

Остров был впервые исследован и назван экспедицией Георгия Ушакова и Николая Урванцева в 1930-32 гг. Обширный залив моря Лаптевых у юго-восточного побережья острова назван в 1973 г. бухтой Кренкеля в честь полярного радиста зимовавшего на архипелаге Северная Земля в 1935-1936 гг. На полярных станциях "Мыс Оловянный"[2] (юго-восток острова Октябрьской Революции) и "Остров Домашний" (в архипелаге Седова).

Проект переименования

1 декабря 2006 на очередном пленарном заседании окружной Думы Таймырского автономного округа принято постановление, согласно которому предлагается возвратить архипелагу Северная Земля прежнее название "Земля Императора Николая II", а также переименовать его острова в честь членов семьи последнего императора. Так, остров Комсомолец предлагалось переименовать в остров Святой Марии.[3]

Однако в 2007 году с вхождением округа в состав Красноярского края рассмотрение данного вопроса на федеральном уровне было приостановлено.[4]

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9A%D0%BE%D0%BC%D1%81%D0%BE%D0%BC%D0%BE%D0%BB%D0%B5%D1%86_%28%D0%BE%D1%81%D1%82%D1%80%D0%BE%D0%B2%29


Средний -- остров архипелага Седова в составе архипелага Северная Земля. Административно расположен в Таймырском Долгано-Ненецком районе Красноярского края.

Находится в западной части архипелага. С расположенным к западу от него островом Голомянным соединён песчаной косой длиной около километра. К югу от его средней части за проливом Сергея Каменева на расстоянии всего 800 метров лежит небольшой остров Домашний. В 250 метрах к северу от полуострова Отдельного -- восточной оконечности острова Среднего, лежит остров Стрела, а в 1,2 километров к востоку от мыса Яновского (назван в честь полярного гидрографа С. С. Яновского (1927--1965)[1] -- самой восточной точки острова, находится остров Фигурный.

Имеет узкую вытянутую форму длиной от западного мыса Двойного до восточного мыса Янковского -- 24 километра и шириной -- от 0,5 до 1,3 километров. В восточной части -- небольшой полуостров, соединённый с основным островом узким перешейком. Относительно пологий, высоты острова -- от 13-15 метров на полуострове Отдельном до 20-30 на самом острове. Берега пологие на востоке и обрывистые от 6 до 20 метров на западе. Рек и ручьёв на острове нет, но есть несколько небольших безымянных бессточных озёр.

На острове расположен единственный на Северной Земле аэродром, склады горючего, хозяйственные постройки и действующая погранзастава. С 1981 года несколько лет здесь располагалась и авиационная войсковая часть, обслуживавшая аэродром. Служившим в ней авиамехаником Константином Рыбаковым написана песня "Остров Средний" Взлётно-посадочная полоса начинается в центральной части острова сразу за небольшой возвышенностью. В настоящее время с острова Среднего стартуют почти все научные и туристические экспедиции. К примеру, в 2005 году здесь стартовала первая российская экспедиция к Северному полюсу на воздушном шаре (тепловом аэростате "Святая Русь"), возглавляемая русским путешественником Валентином Ефремовым[2][3], а 18 декабря 2007 года -- первый в истории лыжный переход с Северной Земли к Северному полюсу[4]. На остров можно попасть только спецрейсом из аэропортов Хатанги, Диксона или Красноярска.[5] Из постоянных жителей на острове -- только работники погранзаставы, в разное время -- от 20 до 30 человек.[5]

Главная достопримечательность острова -- музей открытия и освоения архипелага Северная Земля в домике Ушакова, основанный сотрудниками Арктического института[6].

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A1%D1%80%D0%B5%D0%B4%D0%BD%D0%B8%D0%B9_%28%D0%BE%D1%81%D1%82%D1%80%D0%BE%D0%B2,_%D0%B0%D1%80%D1%85%D0%B8%D0%BF%D0%B5%D0%BB%D0%B0%D0%B3_%D0%A1%D0%B5%D0%B4%D0%BE%D0%B2%D0%B0%29


Точки посадок съёмочных вертолётов на северной части архипелага Северная Земля. Точки отряда Орлова обозначены буквой "Г".


Остров Средний с аэропортом того же названия вы можете увидеть в нижнем левом углу карты.


АНДРЕЙ


Дело было так (это я про то, как Юра провалился в трещину, и мы его вытаскивали). Мы снимали тогда остров Комсомолец, это самый северный остров Северной Земли, знаешь, да? Базировались мы в аэропорту Средний, на узком и длинном островке, тоже Средний называется, маленького архипелажка Седова. Ну, ты, Дима, знаешь - аэропортовское здание, казарма пограничников, какие-то складские бараки, бочки с горючим, тракторы - ну, как везде, где мы базировались. А на Комсомольце посередине острова - огромный ледник, говорят, аэропортовские говорили, что толщиной чуть ли не пол-километра. Вот мы на него и садились. Это было как раз в середине апреля, пятнадцатого, как сейчас помню. Летим мы на этот ледяной купол на Ми-четвёртом, довольно тепло, небольшой минус. Сам понимаешь - на куполе ориентиров никаких.

[В записанном мной 26 ноября 1977 г. рассказе Андрея говориться о валившемся густом снеге. Это значит, что через 10 лет после описываемого события маразм у Андрюши крепчал: на карте точек посадок на острове Комсомолец все точки обоих отрядов В (Волкова) и Г (Орлова) помечены чёрной звёздочкой. Это значит - координат определялись астрономией. Следовательно, снег отпадает. Но если авторы будущей книги о героической работе наших Полярников опровергнут Любочкину теорию и найдут, что съёмка северного острова Новой Земли всё-таки выполнялась, и не с астрономией, а с системой "Поиск", и отряд Орлова принимал в ней участие, то тогда я свой фетр снимаю грациозно и к ногам покойного Андрюши бросаю его с тысячью извинений. Тогда у него не склероз, а светлая головушка, как у меня, маразматика! Но, с другой стороны, куда засунем остров Георга без ледника?!]. Ну, штурман сажает нас на заранее намеченную точку, пилот на всякий случай не вырубает двигатель, лопасти крутятся, ну, на малых оборотах. Я всегда в таком случае всем геофизикам говорю, чтобы уши ушанок обязательно завязывали - чтоб не сдуло шапочку. Мне штурман на своей карте показывает, где мы сели, я ему - где должна быть следующая точка, ну, как обычно, знаешь. Как всегда - вместо стола - бочка с бензином стоит на-попа. И тут смотрю - Черненков поставил у открытой двери два гравиметра, сам спрыгнул на землю - на лёд в смысле - забирает гравиметры, а у самого уши ушанки на ветру болтаются. Кричать бесполезно, двигатель-то ревёт, я ему кулак показываю и на ушанку, он понял, завязал, взял гравиметры, и пошёл. Закончил я со штурманом, беру третий гравиметр, выхожу из вертолёта, иду к Юре, смотрю - мать твою, а где он?! Обхожу вертолёт - нет его!! Бли-ин! Не на небо же его взяли! Это значит - в трещину! Ма-ать твою за ногу, смотрю - да и трещин никаких вокруг не видно! Самому бы не залететь! По своим следам, трясусь, смотрю под ноги, возвращаюсь к махающему винтом вертолёту, подхожу, барабаню кулаком по корпусу, кто-то из летунов из тёплого вертолёта морду высовывает, я руки крестом - вырубай движок к чёртовой матери! Двигатель выключили, все из вертолёта повысыпались, я говорю, что Черненкова нет, ну, все сразу врубились. Смотрим - следы, наверняка Юрины, идут за хвостовую балку, и бах - обрываются! Вот она трещина! Вернее, кусок трещины, шириной сантиметров 70, ну или метр всего! И длиной такой же, но, конечно, трещина-то длиннющая, только снежным мостом вся прикрытая! А это - дырка, в которую Юра залетел! Вообще, если знаешь, то можно в нескольких местах догадаться, что вот тут похоже небольшой уступчик, если знаешь - скажешь - вот это край трещины, а так - нет! Не догадаешься! Смотрю - и-ёп! - вот же мой след, я же минуту тому назад по этому мосту ступал!! Сразу спина взмокла, мог бы уже рядом с Юрой быть! Народ всё это видит, пару шагов аккуратненько вперёд сделали. Отдышался, медленно ложусь пузом на снег, ползу к трещине. Вале Голубкову говорю - держи меня за ноги! Он на колени опустился, держит, мы медленно ползём к краю трещины. И вот я вижу в снегу на краю полукруглый отпечаток от гравиметра и рядом от растопыренных пальцев! Я голову в эту белую, внизу тёмную, трещину опускаю, Валя сидит на моих ногах, и я ору: Юра-а! И вдруг далеко снизу: Ба-а-а... - Живой, живой! Но видеть его невозможно, трещина неровная, с изгибами, метр - полтора, может где и больше, шириной...

Кто-то подскочил в вертолёт, тащит катушку с тросом - ну, знаешь, которым мы, если садимся на льду, глубину дна измеряем, мелко же в большинстве случаев. Не помню, кто, кто-то с катушкой подполз рядом со мной к трещине, бросает в неё кусок троса, на конце троса большой болт, я держу станину катушки, тот крутит ручку, трос бежит вниз, пилит край трещины... Я кричу Юре, видит ли он болт, уже почти вся катушка раскручена, это метров сто... Юра, хватай трос, подёргай! Он чего-то бу-бухает, не разобрать, но трос неподвижен... Мать твою, значит, не достаёт! Бля-а... Я кричу ему, чтоб держался, что мы сейчас полетим за длинным тросом на Средний, держись, Юра!... Он чего-то побухал в ответ, не разобрать... Ой, блин, ой, блин, только бы продержался!

Весь народ слышал наши односторонние переговоры, все кинулись по своим местам, пилот раскручивает вертушку, мы взлетаем, пилот жмёт на газ, летим с максимальной скоростью, больше 200 километров в час. А, вспомнил - пилот потом говорил, что около 225. Я потом на карту посмотрел - от купола до Среднего один градус по меридиану, то есть около 110 километров - минут сорок летели. Механик сразу выскочил, пять минут - прыгает обратно с другой, большей катушкой, пилот врубает полный вперёд, и вот мы снова у той дырки. Я бегу, уже не ползу, только у самой дырки лёг, кто-то страхует мои ноги, кричу Юре - мол, ты живой? И опять не шибко разборчивый Юрин крик - значит живой!

Механик ещё в вертолёте подвязал болт на конец нового троса, бросает его в дырку, крутит быстро ручку катушки... Я его притормаживаю - смотрю, что уже много спустил, кричу Юре - подёргай трос, если видишь... Юра бубнит, но не дёргает... Ёшкина мать, а вдруг болт мимо вдалеке от него идёт, твою мать, ему не дотянуться! Говорю механику - спускай ещё, но только медленно! Юра, как?! В ответ: Бу-у-у... Спускаем медленно ещё... И вдруг - блядь, катушка дёргается!!! Всё, песец!! Есть! Я-то знаю, что Юра три года служил на флоте, морские узлы знает! Кричу, чтобы подёргал трос, когда закончит вязать... Не знаю, сколько времени он там привязывался, весь народ уже у трещины - кто стоит, кто на коленки опустился, кто морду в трещину опустил...

Понимаешь, Дима, как мы все волновались?! И вот вдруг ручка сама начинает вертеться, мы хватаем её, механик, подскочившие Гущин и Голубков вцепились в катушку, и начался подъём Юрки!! Другой народ тоже хватает трос, медленно тянут - он же там лавирует между изгибами и неровностями, ногами-руками упирается... Я лежу мордой вниз, коммунникирую с Юрой, командую трудящимся - тише, быстрее, и вот внизу вижу чёрную шапку...

Когда его вытащили на лёд - лежит, а у него в левой руке гравиметр!!

Первые слова спасённого Юры были: "Бросили, суки!" Мы не врубились, а оказывается, потом он рассказал, он услышал, что вертолёт затих, улетел, долго отсутствовал, и поверил, что его оставили в трещине умирать!

Поднимаем его, ставим на ноги - а он не может стоять! Развязали трос, в котором он как бы сидел в петле на заднице, пытаемся вынуть из руки ручку гравиметра - а он не отдаёт! Оказывается, он так, когда полетел в трещину, судорожно вцепился в эту ручку, что уже когда застопорился, не смог кисть разжать, даже свободная правая рука не смогла помочь! Второй-то гравиметр из правой руки сразу полетел в бездну, Юра этой рукой пытался цепляться за стенки, а гравиметром в левой руке только молотил по ним, летя вниз с переменной скоростью...

Ну, ладно, поднимаем его, он весь громко стонет - избит же, конечно, морда в синяках, да нет, лучше сказать - сплошной синяк, несём в вертолёт, а гравиметр не выпускает, пальцы посинели, нам его кулак не разжать! Я ему для расслабона в кружку спиртика немного плеснул, думал - хлобыстнёт, расслабится, и отдаст гравиметр, так он и выпить даже не смог!

Со мной тоже комедь произошла - когда все забрались в вертолёт, у меня ноженьки подкосились от всего пережитого - я чуть на пол не рухнул, ну ребята подхватили, усадили на сиденье...

Ну, ладно, уже помедленнее, на обычной крейсерской скорости летим на базу в Средний...


ЮРА


Юрий Черненков. Фото Валентина Мошковича.


- Вадим Арпадыч, так кто меня спас, как Вы думаете?

- Ну, кто - да весь отряд Вас спасал, все задницу на фашистские знаки рвали, чтобы только Вас живого достать, кто же?

- На самом деле - Андрей Николаич. Если бы он мне кулак не показал, когда я вышел из вертолёта - я сразу понял, что он это про уши ушанки. Это у него конёк такой, боится, что ветер от винта шапку с головы сдует. Да ерунда это, шапка плотно сидит, да и ветер не ураганный. Но в моём случае - этот добродушный кулак спас меня. Опустил я гравиметры из вертолёта, тесёмки плотно завязал. Ну, несу я два гравиметра, иду подальше от вертолёта, чтобы гравиметры от ветра и от вибрации при наблюдении не дрожали, иначе отсчёт будет не взять, и вдруг, ни с того, ни с сего - моя нога проваливается ващще! И-ёп!! Мордой о край трещины! Мой правый гравиметр - бум-бум-бум - в пропасть полетел! Я за ним! И тоже - шлёп-бух-бух-шлёп - всем телом и башкой бьюсь о неровные стенки трещины! Она не широкая - от полуметра до метра всего! Пытаюсь отбросить грёбанный гравиметр, чтобы как-то левой рукой пытаться зацепиться - ни хрена! Пальцы такой свирепой судорогой свело, что гравиметром по стенкам молочу, знаю, что кварцевая система от первого удара оборвалась, нахрен кому нужен теперь этот гравиметр, а разжать кулак - никак! Так и летим! Хряскаясь о все выступы и неровности!

Ну, конечно, если бы не кулак Андрея и не завязанные тесёмки - я бы башку всмятку разбил на первых десяти метрах, и мы бы сейчас с Вами не разговаривали. Никакими силами труп из такой узкой трещины, да я бы ещё клином застрял бы на глубине метров в 300, не извлечь. Вот! А вы говорите! Конечно, Андрей Николаич! Век буду Бога молить!

Спрашиваете, был ли страх? Да какой, нафиг! Ни о чём думать не мог! Это же мгновения длилось! Боль? Да какая боль, не успевал чувствовать, только со всех сторон удары! Наверное, через секунды стал автоматически руки-ноги растопыривать, чтобы затормозиться в узких местах, луплю гравиметром, башкой, задницей! Вдруг - бах, распялся, остановился, дыханье колотится, застыл, вишу распятый... Не знаю, секунды, наверное, висел, нога соскользнулась, рука и гравиметр скребанули по стенкам, и опять вниз падаю, набираю ускорение... Ну, в общем, где-то я снова распялся, смотрю - ногами на небольшой выступ стал, стою, не падаю... Сердце выскакивает, но стою... Как-то повернулся чуток, чуть поудобней стал, руками в стенки упираюсь... Всё, вроде жив... Вот тогда везде больно стало, зубы стиснул, терпеть можно... В это время слышу далеко сверху кричат, я тоже пытаюсь ответить, что живой, но кричать очень больно - наверное, рёбра поломал... Нет, мыслей чётких не было, как-то беспорядочно они скакали, понимал, что шансов мало... Потом вдруг замечаю, что звук сверху и что-то сыпется, смотрю вверх - и вдруг вижу - болт и кусок троса, но высоко, метров пять, трудно сказать... И он вверх-вниз ёрзает, но ближе не идёт... Я им пытаюсь кричать, но больно, чтобы ниже спускали, а они, видимо не поняли... И вижу - ващще трос с болтом вверх пошёл, наверное, в другом месте трещины решили искать... Ой, блин, ой, блин... И тут слышу - двигатель включили, набирает обороты... И раз - резко звук пропал!! Бляди!! Улетели!!! О-о-о, ссуки! Бросили!

Мысль мелькнула - если долго буду мучиться - скину шапку, полечу вниз, чтоб уж сразу...

Ну ладно, сколько я там стоял - руки растопырены, на часы не взглянуть - правую руку от стенки не оторвать, рукав на левой не задрать... Всё тело затекло, больно, понимаю, что дольше не простоять, рухну... Вроде бы на какое-то время отключился, но не упал, слава Богу... Потом вдруг чувствую слабый звук мотора... Громче, громче... Значит, возвращаются, с-сволочи!!

Ну, дальше чего рассказывать - Вы знаете, они слетали на Средний, взяли более длинный кабель, спустили, смотрю - болт отпускается, мимо меня идёт, как дотянуться, чтобы не свалиться вниз, зубы сжал, чуть челюсти не сломал, сучий этот гравиметр мешает - болт с этим, как его, не шнуром, тьфу, ну, понимаете, ниже меня пошёл... Всё-таки я как-то исхитрился, изогнулся, понимаю, что последний шанс - дотянулся до этого, а - троса! Вот теперь только бы не свалиться, тяну его на себя, под ногу, под жопу, представляете, как гравиметр этот мешает, а сделать ничего не могу! Короче - ухитрился я булинь - беседочный по-нашему - я же на флоте три года, так что все узлы... Он ещё чем хорош - что одной рукой можно завязать, а то бы с гравиметром - хрен бы спасся! Да, так главное - он же, беседочный узел, не затягивается! Потом, если хотите, покажу Вам! [https://www.youtube.com/watch?v=zhQakkl2wro]. Ну, короче, подёргал я линь, они наверху поняли, и стали потихоньку поднимать! Петля вокруг жопы, не затягиваясь, потихоньку натягивается, и я поехал вверх!! Ну, и всё! Вытянули! Подхватили руками за воротник, когда я из трещины показался! Они потом говорили, что я их матом отблагодарил за спасение - но вот, честно, не помню! Вот и всё! Правда, потом я суток трое, не помню, колодой лежал - так всё тело болело!

Да, прилетели мы в Средний. Тут Витязев с бутылкой - наш радист сообщил о благополучном конце только сейчас, когда мы подлетали. А когда они за тросом тогда прилетали - Андрей Николаич решил не сообщать - начальство начнёт вмешиваться, под ногами болтаться, нахрен это, только мешать будет. Ну, я хлобыстнул четверть кружки, почти сразу отключился, меня отвели на койку. А Андрей Николаич дальше Витязеву всё в красках рассказывал. Вот и всё. Ни одного ребра я не сломал, руки-ноги целы, но тело - не поверите - и башка тоже - сплошной синяк! Да, а самое смешное - сидите на попе ровно - гравиметр-то этот - жив-здоров оказался! Сказка! В каком учебнике записать!