Ехали недолго, улица Землеустройства находилась в трех кварталах от подстаниции. Опытные водители настолько хорошо ориентировались в районе обслуживания, что могли найти нужный дом с закрытыми глазами.
Через пять минут уже были на месте. Олег быстро вышел из кабины "рафика" и пошел по направлению к подъезду. А вот фельдшер, который обычно выходил вместе с врачом и шел следом с ящиком в руках, почему-то все никак не появлялся.
Свиридов остановился на полпути к дому и обернулся, но из "рафика", кроме него, так никто и не вышел.
Доктор уже было собрался вернуться к машине и выяснить, что случилось, как вдруг дверь салона резко распахнулась, и появился фельдшер Говорков. Выглядел он немного странно, и походка у него была какая-то необычная. Шел он слегка подпрыгивая.
- Что случилось, Сергей? - поинтересовался Свиридов.
- Да все нормально, - ответил фельдшер. Говорил он почему-то очень тихим голосом.
Медики поднялись на второй этаж. Дверь одной из квартир была открыта, на пороге стояла молодая растрепанная женщина в домашнем халате.- "Скорая", наконец-то... Почему так долго? - возмутилась она, возмущенно притоптывая ногой.
- Вызовов много, - буркнул Говорков.
Больная оказалась девочкой семи лет. Все тело ребенка было покрыто мелкой красной сыпью. Температура приближалась к сорока.
Свиридов попросил принести чайную ложку, а пока достал фонэндоскоп и стал слушать больную. Хрипов в легких не было. Девочка выглядела сонливой и заторможенной.
Когда принесли ложечку, доктор заглянул в рот ребенку. Пациентка даже не сопротивлялась. Свиридов отвел в сторону внутреннюю поверхность щек и увидел рядом с коренными зубами характерные белесоватые пятнышки, так называемые пятна Филатова-Коплика, очень харктерный для кори симптом.
Диагноз был ясен, но что делать дальше - не совсем понятно. Лечения от кори нет, болезнь проходит сама. Лечат только осложнения, если они возникают. Однако девочка явно нуждалась в медицинской помощи. Необходимо было сбить температуру. У детей лихорадка всегда протекает тяжело, иногда с потерей сознания и даже судорогами.
Мать ребенка категорически отказалась от госпитализации. Обычно в таких случаях применялся метод запугивания. Говорили, что, если ребенка срочно не отвезти в больницу, через несколько часов он может умереть.
Конечно, это было преувеличением, просто никто не хотел брать на себя ответственность - мало ли что может случиться.
Если и запугивания не действовали, то с родителей брали подписку о том, что они предупреждены о возможных последствиях и берут всю ответственность на себя.
После того как мать больной девочки расписалась в карточке вызова, Олег посоветовал дать ребенку аспирин и положить на голову мокрое холодное полотенце, чтобы сбить температуру.
Больше здесь делать было нечего. Свиридов стал собираться и тут только обратил внимание на фельдшера Говоркова.
Тот мирно спал, развилившись в кресле.
Олег тихонько пнул его ногой и прошетал:
- Эй, ты чего это?
Говорков проснулся и вскочил.
- Все нормально, просто задумался, - пробормотал он, хватая ящик со стола.
Вернувшись на подстанцию, Олег отправился на кухню пить чай.
За столом сидел фельдшер Уралов из кардиологической спецбригады и жевал бутерброд с колбасой.
- Почему всухомятку? - Свиридов высыпал в кружку щепотку чая и залил ее кипятком из чайника, который всегда стоял на плите.
Одной из обязанностей диспетчера было следить за тем, чтобы медперсонал в любое время суток мог попить горячего чая.
- Чай буду пить после следующего вызова, - промычал Уралов, дожевывая последний кусок.
- Это что, диета такая?
- Нет, порядок такой.
Этот фельдшер был довольно странной личностью. Он в течение последних пяти лет упорно подавал документы в институт международных отношений и, разумеется, каждый раз проваливался. Кто только ни пытался объяснить ему, что лучше всего выбрать другой ВУЗ, ничего не помогало. Уралов упорно шел в МГИМО.
- В этом году опять будешь туда же поступать? - Свиридов улыбнулся.
- А как же? Во всем должен быть порядок. Терпение и труд все перетрут.
- "Василий Теркин"?
- При чем тут Теркин?
- Да нет, это я так..., - прыснул Олег.
Он поставил кружку с чаем в кастрюлю с холодной водой. Это был старый скоропомощной способ быстро остудить чай, ведь иногда вызовы следовали один за другим..
Не успев допить последний глоток, Олег услышал пронзительный голос "Чепухи" по селектору:
- Тринадцатая бригада, у вас вызов. Доктор Свиридов, зайдите срочно в диспетчерскую.
- Свиридов, Свиридов... У меня, между прочим, фельдшер есть. Его бы и приглашала в диспетчерскую, - пробурчал Олег.
Прошло уже несколько минут, а фельдшера Говоркова нигде не было видно.
"Какого черта его всегда нужно искать?" - доктор уже начинал терять терпение.
- Говоркова никто не видел? - громко спросил он сидящих за домино шоферов. Игра не прекращалась ни на минуту, менялись лишь участники.
- По-моему, он в нашей комнате, - сказал кто-то.
Свиридов зашел в комнату отдыха водителей и увидел своего фельдшера, который сидел в кресле, свесив голову на грудь. Вернее он не сидел, а полулежал, распластавшись и широко раскинув ноги. А перед ним на полу красовалась огромная лужа, причем, судя по запаху, это явно была не вода.
Олег настолько опешил, что просто молча смотрел на отключившегося фельдшера, открыв рот.
- Вот, ... твою мать, дожили, с утра уже нажрался, - услышал он над ухом голос водителя Харитонова.
Свиридов даже не слышал, как тот вошел.
- Что же теперь делать? - Олег все еще не мог прийти в себя.
- Что делать, что делать. Иди, сообщай диспетчеру.
- Может, он умер?
- Ага, умер. А через три часа воскреснет. Иисус Христос новоявленный! Беги, доктор, вызов стынет.
Олег дернулся, но потом нерешительно остановился и с сомнением посмотрел на развалившегося в кресле фельдшера. Тут Говорков что-то недовольно промычал, рыгнул и опять затих.
Через пять минут Крикунова носилась по подстанции с криком: "ЧП!", а через десять доктор Свиридов выезжал на вызов один, потому что других бригад на подстанции не оказалось, равно как и свободных фельдшеров.
- Черт бы побрал этих алкашей! Берут на работу всякую рвань, а потом сплошные проблемы, - никак не мог успокоиться Харитонов. Он считался малопьющим, во всяком случае, пьяным его никто не видел.
- А где же их взять - нормальных? - задал риторический вопрос Олег.
- Да уж, страна Лимония! Кстати куда едем-то, начальник?
- Улица Геологов, двадцать пять. Бабку едем спасать, у нее плохо с сердцем.
- Бог в помощь.
Машина на полной скорости неслась по улице, а в ней молодой доктор ехал навстречу неизвестности.