Облупленное здание больницы сонно грелось в зарослях кривых яблонь и высоких кустов боярышника. На забытых клумбах колюче зеленели выбившиеся из затоптанной земли сорняки.
В палату, по-казенному неуютную, вошла молодая женщина в короткой джинсовой юбке и в кофточке, застегнутой на крупную пуговицу-брошь.
Она скользнула холодным взглядом по стоящим вдоль стен кроватям, задерживаясь на лицах женщин, и хрипловато обратилась. - Здравствуйте! Где тут свободная койка?
- У окна, - приветливо откликнулась светлокосая девушка, в цветастом халатике, забравшаяся с ногами на подоконник, и кивком показала на стоящую справа кровать,
- Только там дует, - предупредила дама с ежиком седых волос на голове и неиссякнувшим любопытством в глазах, густо окруженных морщинками. Она выуживала ложечкой из стакана с компотом ягоды.
- Я вредная, меня не сдует, - усмехнулась новенькая.
Поставив на тумбочку пакет, она, не тушуясь под взглядами, разделась до тесного белья. Черные стринги двоили ее круглый зад на отчетливые доли с ямочками, как на улыбчивых щеках, а лифчик бесстыдно выталкивал из кружевного нутра тяжелые груди. Вытащив из пакета яркую футболку и обтянув ею фигуристое тело, новенькая представилась:
- Меня звать Роза, а вас? - и бросила в тумбочку сигареты.
- Меня Ксения, - живо отозвалась девушка на подоконнике.
Отставив стакан, дама сказала:
- Я Раиса Алексеевна.
- А где же остальные? - спросила Роза, показывая на пустые кровати.
- Александра Ивановна ушла кардиограмму делать, Надюшка тайком убежала домой до вечера. Вот и все, - ответила Раиса Алексеевна и, аккуратно вытерев безымянным пальцем уголки губ, наставляюще обратилась к Ксении: - А тебя, голубушка, может сдуть. Ты не вредная, и тебе фигуры не хватает. Если не сдует, то продует. И найдет твой Костик себе здоровенькую жену. Они, мужики, и от здоровых бегают... Вот скажи, почему он вчера не пришел?
- Костик был занят! - со звонким возмущением заявила Ксения.
Раиса Алексеевна, соболезнующе посмотрев на нее, хотела что-то сказать, но заметив в дверях палаты немолодую, но яркую, похожую на актрис немого кино женщину, отвлеклась:
- Александра, как кардиограмма?
- Нормально. Можно операцию делать, - устало ответила та.
- Так это ж хорошо! Сделают - и домой. Муж, поди, измаялся каждый день к тебе ходить. Как молодожен, - в голосе скользнула завистливое удивление.
- Устал. Я его прошу не приходить, а он... - женщина вздохнула: - Жалко мне его, аж сердце болит. У него работа, и я тут со своими болячками. Похудел, - голос женщины дрогнул.
Она опустилась на кровать, выцветший халат открыл ее отекшие ноги. Заметив новенькую, женщина мягко сказала:
- Какая красавица к нам поступила! Прямо Роза...
- Меня так и зовут, - улыбнулась польщенная девушка, со взаимным интересом разглядывая женщину.
А Александра Ивановна осторожно легла в постель, сложив руки на груди и глядя в потолок.
- Ну и тоска здесь! - протянула Роза и подошла к подоконнику, где горкой лежали разноцветные журналы. Коротко взглянув на Ксению, которая, чтобы не мешать, отодвинулась к самому краю окна, спросила: - Мужа ждешь?
- Да, - не сразу ответила Ксюша.
- Ну и время! - покачала головой Раиса Алексеевна и назидательно проговорила: - Муж - это, когда есть печать в паспорте, без этого - любовник. Роза, а ты замужем?
- Нет, - мотнула головой та. - А нужен он, муж?
- Это что-то новое! - удивленно воскликнула Раиса Алексеевна. - Девушки всегда стремятся замуж.
- Чтобы потом искать мужа по подружкам? - насмешливо спросила Роза. - У кого из женатых нет любовницы?
- И то правда, - согласилась пожилая женщина. - Я вот как любила своего мужа! Только его! Ни с кем, хотя на меня такие красавцы смотрели!
- Кто бы сомневался! - весело подначила женщину Роза.
- Директор дома отдыха меня обхаживал, красивый, богатый... - стала доказывать женщина.
- А вы?
- А я нет. Мужа любила...
- А он?
- Он? Застукала я своего Рому. Смотрю, стоит наша машина, а из окна торчит женский локоть, я подошла осторожно, а они там... я схватила эту руку. До сих пор помню, какая мягкая она была... А сердцу как больно было! Ведь я никогда ни с кем! Тут изменила бы, да время ушло... Вот и говорю вам, девчонки, любите себя и надейтесь на себя. И гуляйте себе в удовольствие.
- Так и живем! - подхватила Роза и вдруг хихикнула: - Ой, что тут пишут! - ее голос приобрел клоунские интонации. - "Оказывается, англичанки не настолько нравственны, как было принято думать. Исследования британских ученых показали, что, в среднем, у англичанки в жизни бывает шесть сексуальных партнеров". Вот бедненькие!
- Кто? - не поняла Раиса Алексеевна.
- Англичанки! Это ж скучно: шесть мужчин за всю жизнь! У меня было сорок! И все суперские!
- Ну, ты даешь! - ахнула Ксения.
- А то! Мужикам можно иметь любовниц, а нам нет?
- Это как ты умудрилась? - распахнула глаза Ксюша.
- Как-как... На тусовках подхожу к самым красивым и знакомлюсь. Ну, и это имеет продолжение в виде волшебного секса...
- От секса-то они не откажутся! - сварливо заметила Раиса Алексеевна. - Если девушка себя предлагает.
- Предлагаю, - дерзко сказала Роза. - Я тоже хочу получить удовольствие.
И она обратилась к Александре Ивановне:
- Вот вы, такая красотка, наверняка мужчин имели видимо-невидимо?
Женщина повернула к ней красивую голову и негромко сказала:
- У меня был и есть один-единственный мужчина - мой муж.
- И... - споткнулась Роза и замолчала.
- Я у него тоже единственная, - Александра Ивановна вздохнула.
И никто не усомнился в ее словах, а она продолжила:
- А сейчас я не хочу, чтобы он был один... если меня не станет...
Раиса встрепенулась:
- Что ты, голубушка! Все будет хорошо!
- Хочу, чтобы рядом с ним была заботливая, симпатичная женщина, как ты, Рая. Если меня не станет...
Неожиданно Ксения замахала кому-то руками, соскочила с подоконника, глянула на себя в зеркальце, которое достала из кармана и, едва не теряя тапочки, устремилась из палаты со словами:
- Костик пришел!
Роза устроилась по-турецки с журналами на кровати, прикрыв голые ноги одеялом. Стало тихо. Раиса Алексеевна открыла книгу, почитав, достала банку с ягодами.
- Александра, компота хочешь? - обратилась она к тихо лежащей женщине. - Налить? Спишь, что ли?
Потянулась за стаканом соседки и испуганно замерла: лицо женщины было неестественно бледным. И Раиса Алексеевна громко закричала:
- Шура, Шура! - и неуклюже побежала в коридор с криком "Помогите! У нас больной плохо!"
В палату вбежала врач, медсестры привезли каталку и Александру Ивановну увезли. Раиса Алексеевна заспешила следом и села около операционной, ссутулившись. Придавленная мыслью о возможности внезапной смерти, она не заметила, что у Ксюши, тихо идущей по коридору, покрасневшее лицо.
- Голубушка, садись рядом, - позвала она девушку, чтобы посетовать на краткость жизни.
- Раиса Алексеевна, там, внизу, муж Александры Ивановны умер, - сообщила Ксюша и всхлипнула. - А она не знает... Все закричали: "Посетителю плохо! К кому он пришел?"
Из операционной вышел врач, и Раиса Алексеевна поднялась ему навстречу.
- Отчего это случилось? - спросила женщина.
--
Тромб оторвался. Такое бывает.
В палате была одна Роза. Оторвав взгляд от журналов, она лениво спросила:
- Что там с Александрой Ивановной?
Раиса Алексеевна молча прошла к своей кровати и стала наливать компот, не заметив, что стакан полон.
А вошедшая следом Ксюша ответила:
- Нет Александры Ивановны, и мужа ее нет, - и, вздохнув, завистливо воскликнула: - Как в сказке! Умерли в один день... Счастливые!
- Ты в своем уме? - недоуменно спросила Роза. - Они же умерли!
- Они любили...
Когда в палате выключили свет, Раиса Алексеевна услышала, как Ксюша шепотом спросила Розу:
- А ты хотела бы так полюбить?
- Как? - словно не понимая, буркнула та.
- Как Александра Ивановна: один раз и навсегда, - и так как Роза молчала, девушка продолжила: - А у тебя, правда, бывает классный секс с этими чужими мужиками?
- Я спать хочу, - свистяще прошептала Роза, но вскоре воровато встала, нашарила в тумбочке пачку сигарет и вышла из палаты.
Зарывшись в подушку, Ксюша счастливо думала о Костике. Вот если бы были такие весы: на одну чашу поставить Костика, а на другую Бреда Пита или Джонни Деппа и дать им голос Майкла Джексона. Да еще положить на вторую чашу все деньги Билла Гейтса... Костик все это перетянет! Пусть он худой и конопатый, он лучший.
Открыв форточку в темном холле, Роза закурила. Любовь - штука обременительная, на нее время нужно и силы. А ее даже от секса тошнит. Жизнь съедается работой, шопингом, тусовками. Розе не хотелось думать, что чувства изжиты, хотя ей двадцать девять лет - лучшее время, чтобы родить.
Она кошкой вытянулась, стряхивая пепел в форточку. За окном чужой толпой темнели деревья, рвано отсекая мутное небо. Чего-то не хватало. Звезды! Интересно, когда в последний раз она видела звездное небо? Память манила яркими картинками, но это были журнальные фото, и Роза перешла к более важному занятию: стала прикидывать, от кого лучше родить. Она сразу отсекла женатых. Делить с бывшими женами имущество мужа - это занятие для жадных блондинок. Ей нужен свободный, не жлоб, чтобы ребенка после развода не потребовал, и помогал чтобы. Она запуталась в толпе своих мужчин и решила отложить ответственные расчеты на утро.
А Раиса Алексеевна беспокоилась о Надюшке: та не вернулась вечером. Только бы у нее все было хорошо в семье! Женщина вспомнила Рому, как они ехали в троллейбусе. Солнце садилось, и длинные лучи тянулись через окно. Узкие глаза Ромы щурились, ресницы, позолоченные светом, пушились, взгляд был улыбчиво теплым. Вот тогда она была счастлива. И еще она вспомнила их первую ночь, его твердое, как дерево, тело, солоноватый вкус пахнущей летом кожи. У них ничего тогда не получилось, но это была необыкновенная ночь. Как наяву, увидела красивого директора дома отдыха, ощутила жадное дыхание возле уха, и вновь почувствовала отвращение.
Что там говорила про секс Роза? Бедная девочка не знает любви! А она, Рая, знает. Пусть Рома ее обманул. Если ему Всевышний не дал любви, то его надо пожалеть. Слава Богу, ее сердце не стало кладбищем убитых чувств.