# География

Эрвин Гельмутович Полле

С детства пытаюсь "разглядывать мир". В "хрустальных мечтах" посещение Самарканда, Тбилиси, Одессы, Японии, США, Индии... Частично иллюстрированный вариант.

География


Одним из любимых предметов в школьной программе для меня всегда была география. На далёком прииске Джелгала (4-й класс) над моей кроватью висела большая политическая карта мира, знакомый столяр сделал указку, ещё позже (7-й класс) мама привезла с курорта в Кисловодске в подарок красивую указку с выжженным рисунком. Без ложной скромности скажу, среди знакомых ровесников равных в знании территориального деления мира у меня не было. В молодости запоем читал знаменитых путешественников 19-20 веков от Ливингстона и Стэнли, Пржевальского и Арсеньева до Ганзелки и Зикмунда. Сочинения более ранних путешественников без адаптации трудно читаемы, специально же подготовленные для советского школьника компиляции записей древних землепроходцев и завоевателей настолько примитивны, напичканы идеологией, что фальшь чувствует даже способный к самостоятельному мышлению ученик средних и старших классов школы, не говоря уже о студенте Вуза.

Сколько я мечтал поездить по миру. К сожалению, детские и юношеские грёзы в значительной мере остались неосуществлёнными по тривиальной причине - недостатку финансовых возможностей. Ещё 10 лет назад я при каждом удобном случае называл первоочередное "географическое" желание: хочешь узнать, как живут люди в мире, познакомься с двумя странами, США и Японией. А уж потом Индия, Африка, Австралия, Европа. Сейчас уже ни о чём подобном не мечтаю, нет возможности даже посетить отца в Папенбурге (ФРГ) в день 85-летия (22.04.99 г.). Нет оснований надеяться, что до конца моей жизни ситуация изменится.

Трудно сказать, что послужило первым толчком к стремлению "посмотреть мир", под любым предлогом ехать туда, где ещё не был. Скорей всего, тяжкий путь под вооружённой охраной в товарных вагонах, трюме парохода "Минск" с Челябинска-40 на Колыму (подробно описано в семейной хронике).

И ещё. В каждом новом городе я люблю просто ходить по улицам, "глазеть" по сторонам, без всяких экскурсоводов, накручивая многие километры.

В Челябинске-40 (Озёрск), расположенном где-то посредине между Екатеринбургом и Челябинском, мы прожили 5 лет. В 1946 г. открытый "город" состоял из несколько бараков на берегу большого озера (на противоположном берегу - красивейшая церковь города Касли), деревушки на знаменитой ныне своей радиоактивностью речке Теча и многочисленных лагерей. Непрерывным потоком по квартирам бродили нищие, инвалиды войны. В июле 1951 г. мы принудительно покидали закрытый красивый современный город с высокими (по меркам того времени для периферии) домами в 4-6 этажей. Асфальтированные дороги, дворцы культуры, четырёхэтажные школы, наполненные продуктами! магазины, чистота (никаких нищих на улицах) - подобный уровень градостроительства мне пришлось увидеть лет через сорок в городе аналогичного профиля Томске-7 (Северск).

Путешествие по железной дороге даже в варварской форме нашего перемещения на Колыму в 1951 г., как никакой другой вид транспорта, даёт понимание (ощущение) гигантских территорий России с великим разнообразием ландшафтных и климатических зон. Невысокие горы Урала, болота и леса Западной Сибири, священный Байкал, засушливые голодные места Забайкалья, великие реки Обь, Енисей, Лена, Амур, удивительная природа Приморья - разве всё можно охватить в кратком эссе. Стоп.

Пересылка в Ванино. Огромный лагерь - накопитель. Детям иногда разрешают выйти за территорию лагеря к небольшой речушке, прячущейся в разнообразной зелени. Над головой взлетают и садятся реактивные истребители, шум явно превышает экологические нормы. Как только дикие животные терпят, впрочем, возможно они оттуда и перебрались в более спокойные места.

Пять суток на грязном товарном корабле "Минск" до Магадана (охрана разрешала детям подниматься из трюмов на палубу) добавили ощущения огромности России, позволили несколько часов рассматривать Сахалин и Японию "с далёкого пролива Лаперуза". Аналогичный маршрут в обратную сторону на комфортабельном теплоходе "Александр Можайский" много добавил в восприятие моря. Следом передвигаются и выпрыгивают дельфины, на расстоянии видны киты (фонтаны видел ежедневно, естественно, непонятно был ли это один и тот же кит или разные). Скорей всего, морская живность питалась отходами огромного лайнера, в своё время флагмана пассажирского флота Германии. Прошли мы и двухсуточную зону шторма 5-6 баллов, для моряков - "семечки", но большинство пассажиров находились в горизонтальном состоянии.

Магадан 1951 года в моей памяти остался грязным серым и мрачным городом, расположен в ложбинах между сопками и на некотором удалении от побережья Охотского моря с портом Нагаево, воспетым миллионами зэков. Огромные перевалочные лагеря, по улицам города пешком водят многочисленные колонны заключённых, в т.ч. женщин - каторжанок. Охрана: солдаты с винтовками наперевес и огромные овчарки, современные фильмы показывают эпизоды перемещения зэков на работу и обратно вполне правдоподобно. В 1954 г. во время возвращения "на материк" Магадан мало изменился внешне, дополнительно запомнил базар с морепродуктами, среди них огромные крабы. Если судить по нынешним телевизионным картинкам Магадан стал более привлекательным, однако не возникает желание ещё раз посмотреть на город, кроме трагического памятника жертвам Гулага Эрнста Неизвестного.

600 километров (двое суток) по великой колымской трассе под вооружённой охраной в обтянутой тентом грузовой "Татре" с прицепом. На остановках (вне придорожных поселений) поражало изобилие ягод и кедрового стланика. Перевалка в открытом месте, недалеко от посёлка Саганья. Через пару дней на гусеничных тракторах начали суточный 30-километровый переход до конечной цели - прииска Джелгала. Люди, не спеша, шли своим ходом, объедались голубикой и брусникой, часто вынужденно останавливались на привал, так как тракторам трудно давался путь по крупному галечнику русла небольшой реки. Главный охранник, некий капитан из Челябинска-40, весьма доброжелательно беседовал с родителями, не понимал причины нашей высылки, торопился сдать нас местным "чекистам" и вернуться к семье на Урал.

Джелгала - небольшой посёлок, упоминаемый в "Колымских рассказах" Варлама Шаламова с непременным прилагательным "страшная". Прииск имел всё необходимое для автономной жизни без связи с "большой землёй" - в данном случае имеется в виду колымская трасса и столица Северного управления "Дальстрой" - Ягодное, в 1954 г. превратившееся в райцентр. Контора, клуб, начальная школа, детская площадка с каруселью, больница, магазин, пекарня, лесопилка, конюшня. Верховая лошадь - единственный вид связи с трассой в течение полугода. Зимой прокладывали зимник, однако, сообщение с трассой весьма нерегулярное. Помню, как нас, интернатовцев, везли на каникулы. "Козлик" начальника прииска, в нём человек 10, на участке трасса - Джелгала тащит на канате трактор. Весной 1953 г. с мартовских каникул смогли вернуться в интернат почти к майским праздникам.

1952 г. Колыма. Прииск "Джелгала". Автор в большой кепке.


В конце августа 1952 г. выпускников начальной школы в Джелгале привезли в интернат Ягодного. По масштабам Колымы Ягодное - крупный рабочий посёлок городского типа, протянувшийся на несколько километров вдоль колымской трассы, запомнил километровый столб на въезде со стороны Магадана - 541. В центре дом культуры, большой парк, стадион с теннисными кортами (здесь я впервые взял в руки ракетку), крупная больница, в которой последний год нашей колымской жизни работали мама с папой. Рядом с домом культуры длинный дощатый сортир, очков на 50 (не каждый способен представить, как это безобразие выглядит зимой). Большинство домов одноэтажные, строятся, в основном, двухэтажные. По трассе движется много большегрузных автомобилей, по ней же водят колонны заключённых на работу и с работы. Приходилось видеть, когда одного зэка вели три охранника с винтовками наперевес, по-видимому, дерзкие преступники. Видел и зарезанных насмерть людей в парке.

Вообще Ягодное вызывает ностальгию. Буквально, за два дня до того как вплотную заняться настоящим эссе (07.03.99) на серебряной свадьбе Слижовых случайно познакомился с геологом Славой (в студенческие годы свидетель Юры на регистрации), который хорошо знает Ягодное и его окрестности, слышал о Джелгале. Обсудили и трагедию, постигшую Ягодное. Все СМИ России зимой 1997 г. передавали сообщения, в районном центре Ягодном Магаданской области полностью переморожена система теплоснабжения, население вывозится в другие населённые пункты. Вползание России в рынок нанесло урон экономике северных районов, но власти должны же учитывать, сколько человеческих жизней и финансовых средств затрачено предыдущими режимами России на создание подобных Ягодному опорных пунктов промышленного освоения Севера.

Возвращение с Колымы осенью 1954 г. насыщено положительными эмоциями. Порт Находка, никаких зэков, после морской качки неуверенно чувствуешь себя на "твёрдой" земле. Базарчики в районе порта и железнодорожного вокзала, наполненные дарами осени. Для нас самое вкусное: отварная картошка, малосольные огурцы и домашний "варенец". На Колыме о подобных деликатесах не мечтали.

По транссибирской магистрали ехали в отдельном купе, имели возможность выходить на каждой остановке. Далеко не всегда железнодорожный вокзал является лицом города и, тем не менее, интересно их сравнивать, увлекательно рассматривать пассажиров в залах ожидания. Как и три года назад, вдоль железной дороги полно голодных людей, кидающихся за куском хлеба, брошенным из окна проходящего поезда. Ужас! Особенно много голодающих видно из поезда при приближении к Байкалу с востока. Начинаются многочисленные туннели вокруг Байкала, на каждом разъезде люди торгуют жареным, копчёным омулем. Торгующих людей значительно больше, чем домов на разъезде. Рыба очень вкусная. Только сейчас, набирая эти строки, я задумался, насколько бедно жили в то время люди, но здесь помогал великий кормилец - Байкал.

Пересадка в Новосибирске. Великолепный вокзал. Индивидуальная архитектура. Трудно сказать, какое место занимает новосибирский вокзал в нынешней "железнодорожной иерархии". Позже я много ездил по железной дороге, уверен, вокзал Новосибирска входит в тройку лучших вокзалов России. Другая достопримечательность Новосибирска, созданная в сталинские времена - оперный театр. Великолепен Красный проспект - центральная магистраль Новосибирска. Аэропорт Толмачёво - один из крупнейших в России. Хрущёв "отметился" в Новосибирске, прежде всего, созданием Сибирского отделения Академии наук с отличным, не имевшим аналогов, Академгородком. Во времена Брежнева открыты первые станции метро. Я много раз бывал в Новосибирске и, откровенно говоря, город мне не нравится. Центр застроен в сталинские времена серыми зданиями в 4-6 этажей, что придаёт городу мрачный вид. Мне неизвестно, что думали сталинские градостроители Новосибирска, очевидно, выбор отделочного камня не случаен. Новые районы Новосибирска не отличаются от аналогичных в других городах, застроенных "хрущобами". Город стремительно растёт "вширь", население давно перевалило за 2 миллиона. На городских дорогах сплошные пробки, транзитный транспорт основных направлений (Омск, Алтай, Кузбасс и Томск) идёт через центр города.

Поезд Новосибирск - Ташкент покатил нас по Турксибу на юг. Въезжаем в Казахстан, первый город - Семипалатинск. Десятки раз позже проезжал я этот крупный (по масштабам республики) город. С одной стороны города крупный мост через Иртыш, с другой - крупный военный аэродром, причём реактивные Миги взлетают и садятся на глазах пассажиров близко от железной дороги. Севернее Семипалатинска вдоль Иртыша тянется уникальный сосновый ленточный бор. В студенческие годы Семипалатинск запомнился хлебосольным вокзалом: к подходу поезда стояли накрытые столы с мантами и графинами пива. Удивительно, на всём двухтысячекилометровом пути до Томска Семипалатинский вокзал - единственный, где действительно культурно обслуживали пассажиров.

Конечная точка нашего движения железнодорожная станция Уштобе, место моего рождения. Станция начала развиваться после пуска Турксиба. Первоначально это был типичный пустынный казахский посёлок. Заложен парк, преимущественно из карагачей, заложен сад при железнодорожной больнице. Вот, пожалуй, и всё. Принципиальные изменения начались после принудительного расселения в Уштобе и ближайших селениях корейцев с Дальнего Востока в конце 30-х годов (о великая национальная политика Сталина!). С появлением корейцев в Уштобе начали выращивать рис и овощи, что дало импульс развитию ирригационной системы (рисовые чеки постоянно находятся под водой). В 1954 г. по всему Уштобе журчали арыки, большинство саманных домов (других материалов для строительства жилья не было) утопали в зелени. У тёти Муси в саду плодоносили яблони разных сортов, виноград, сливы, вишня. Асфальта не было и в помине. К осени деревья вдоль дорог стояли серые от пыли, корни тянут влагу из арыков, дожди летом бывают очень редко.

Лет через 30, в 80-е, (Уштобе уже неплохо асфальтированный город, кое-где встречаются и пятиэтажные дома) сказалась интенсивная, научно не обоснованная, эксплуатация земли. Подземные воды поднялись высоко к поверхности, завершилось засоление почвы (жаркое солнце испаряет чистую воду, соль накапливается на поверхности, а естественные осадки весьма ограничены). Большинство садов погибло. У тёти Муси пропали фруктовые деревья и виноград, у тёти Лизы (более новый дом) все попытки что-то вырастить из хороших саженцев оказались безуспешными. Последний раз тягостную картину в усадьбах тётушек наблюдал в начале 90-х перед их отъездом в Германию. Пирамидальных тополей почти не встретишь, пропали от болезней. Зато неплохо растут типично корейские овощные деликатесы: лук, чеснок, редиска, помидоры, баклажаны, перец...

Через несколько недель отдыха от трёхлетней работы на Колыме родители купили дом в Талды-Кургане (50 км от Уштобе) и устроились на работу в областную больницу. Талды-Курган утопает в зелени, до 1949 г. назывался Гавриловкой (одна из станиц семиреченского казачества). От нашего дома до обкома партии не больше 1 километра, но электричества нет. Освещение - керосиновые лампы, приготовление пищи - керогаз или примус. Гавриловка была разумно спланирована квадратными кварталами с хорошо продуманной арычной системой, а улицы назывались в соответствии с арифметикой 1-я, 2-я, 3-я... (Нью-Йорк и только!). Очень удобно. В 50-е годы многое начало принудительно меняться в названиях (национализация: 5-я улица стала имени Абая, 6-я - имени Чокана Валиханова и т.д.) и в подходе к градостроительству. В 60-е появились кварталы "хрущоб", ума не приложу, как в этих панельных домах можно жить летом, когда температура в тени превышает порой +40?. В 70-е в Талды-Кургане построен аккумуляторный завод союзного значения.

Последний раз я был в Талды-Кургане через 38 лет после первого появления, в сентябре 1992 г. Добавило отвратительного настроения посещение кладбища. Простой бетонный памятник бабушке разбит кувалдой, фотографии нет. Я думаю, коренное местное население скоро сады в городе изведёт, как это фактически случилось в немецких деревнях после бегства немцев в Германию. Летом 1998 г. мне рассказывали, что аккумуляторный завод давно стоит, кварталы "хрущоб" почти без жителей, напоминают сцены из фильмов-катастроф, дома стоят без окон и дверей, жители неказахской национальности подались либо в Россию, либо в Германию.

Летом 1955 г. мне посчастливилось проехать с папой по Уралу. В Челябинске умер папин дядя - учитель физики. На похороны опоздали, но увидели много родственников папы со стороны его родной матери Доротеи Полле, умершей, когда папе исполнилось 7 месяцев. Папа их не видел с 30-х годов. Квартира дяди находилась в районе тракторного завода. На всю жизнь осталось восхищение зрелищем утреннего движения на работу десятков тысяч людей: все виды транспорта переполнены, на трамваях люди висят даже на крышах под контактными проводами, по проезжей части идёт сплошной поток.

Челябинск произвёл прекрасное впечатление, широкие центральные улицы. Посетили с папой соцгород (социалистический город - абсурд сталинских времён, когда жильё строили прямо вокруг промышленного гиганта) в районе металлургического завода, на строительстве которого папа работал в трудармии. Побывали у родственников в фактическом пригороде Челябинска - Копейске. Типичный шахтёрский городок с двухэтажными бараками, большим количеством зелени. Следующий пункт остановки город Соликамск, место жительства дяди Роберта. Неожиданно у него в гостях оказался и младший брат папы Отто. Не буду останавливаться на положительных семейных эмоциях.

Соликамск - город, широко разбросанный по холмам, в своё время строился прямо на соляных копях. Там и сям видны купола церквей, уж не знаю, какие склады или архивы в то время в них располагались. Дома, преимущественно, частные одноэтажные. Старина проявляется во множестве деталей: то попадёшь на клочок булыжной мостовой, то увидишь на частном доме необычный флюгер прошлых веков, то удивительно красивые поросшие мхом резные наличники, то двухэтажный дом, наполовину вросший в землю. Везде деревянные тротуары, так характерные для утопающих в грязи регионов России.

Контрастом старинному Соликамску является расположенный в нескольких километрах город Боровск. Послевоенный город застроен 4-5 этажными домами, дороги асфальтированы, построено несколько предприятий военно-промышленного комплекса, на одном из них, радиотехническом заводе, работал начальником цеха дядя Роберт.

На обратном пути вместе с дядей Отто остановились у него дома в городе Кизел. Ещё один, после Копейска, типичный шахтёрский город с терриконами, перемежающимися с двухэтажными бараками. В конце века в плане реструктуризации угольной отрасли нерентабельные шахты Кизела подлежат первоочередному закрытию. Высокие московские лбы покрылись морщинами в поисках решения проблемы трудоустройства шахтёров.

Осенью 1955 г. наша семья опять переезжала, теперь в город Текели, 40 км от Талды-Кургана. Горняцкий город Текели протянулся вдоль ущелий Джунгарского Алатау. В шахтах добывается руда, на свинцово-цинковом комбинате из неё выделяют чистые металлы, причём не только титульные. В Текели я впервые столкнулся с таким страшным природным явлением, как сель. Сидим в школе на уроках, несколько часов идёт дождь. В окно уже не видно земли. Срочно распустили учеников по домам. В нашем доме вода вошла в подъезд. К счастью, подъём воды остановился на уровне первого этажа (метра полтора от земли). Ночью селевой поток снёс в речку 18 домов с людьми в другом районе города, никто не мог точно подсчитать количество жертв. Территория вокруг нашего дома утром была покрыта метровым слоем плотной грязи.

Июль 1957 г. Джунгарский Алатау. Переход Текели - казачья станица Копал.


Первый раз я появился в Томске 19 июля 1958 г. За 40 лет многое в городе изменилось. Осталось главное - дух молодости в центре города, ощущение города, имеющего большую историю, не за горами празднование 400-летия (для Сибири это очень много). Длительное время Томск - один из нескольких крупных административных центров от Урала до Приморья. Транссибирская магистраль в конце 19 века прошла в 90 км от Томска и на первые роли начал быстро выдвигаться Новосибирск (Новониколаевск). Захиревший губернский город, основной достопримечательностью которого остались Вузы, стал отличным местом для передислокации промышленности в начале Великой отечественной войны. После войны Томск превратился в закрытый для иностранцев город наукоёмкой оборонной, в т.ч. космической, промышленности, в 1949 г. начато строительство крупнейшего комбината по изготовлению атомного оружия (Томск-7). Во второй половине 70-х в Томске началось гражданское строительство в больших объёмах. Томский нефтехимический комбинат, городской подземный водозабор, Академгородок, театр, большой концертный зал, новые микрорайоны жилья, не всегда продуманный снос старинных строений - далеко не полный перечень направлений, существенно изменивших облик Томска.

С интересом присматривался в студенческие годы к деревням Томской области. Громышовка, Маложирово, Старокусково.... Никакого сравнения с деревнями (не казахскими аулами) Талды-Курганской области. Дома стоят, как попало, без кирзовых или резиновых сапог пройти по улице нельзя. В одних деревнях в старой церкви - амбар для хранения зерна, в других (Маложирово) - клуб, куда студенты по вечерам собирались танцевать. Практически нет деревьев, одна рябина, одна черемуха - максимум в палисаднике. Возможно, дело в том, что сами деревни начинали строиться в лесу. Большинство мужчин в деревнях - отсидевшие в лагерях, не стремящиеся к работе. Много алкоголиков и дебилов (может быть в городе их не так видно, хотя нельзя исключить, что увеличенный процент деревенских "дурачков" создаётся алкогольным зачатием). Особо следует сказать о райцентре Асино, в то время единственном городе в области. На всю жизнь Асино остался для меня эталоном города, утопающего в грязи, нигде я не видел, чтобы грузовики с большим трудом проезжали по центральной улице (приходилось возить льняное семя из Маложирово). Мне пришлось несколько раз побывать в Асино через 30 лет, в конце 80-х, мнение мало изменилось, разве что центральная улица заасфальтирована, но пешеходу без сапог не пройти.

В 1961 г. летом приехал лечить радикулит к родственникам в Щучинск Кокчетавской области. Старинный захолустный грязный городишко, не намного лучше томского Асино. Однако город расположен на берегу большого озера "Щучье", на противоположном берегу начинается знаменитый курорт "Боровое". Несколько санаториев, один из них грязевый, где я и лечился (по блату). Удивительная природа. Холмистая местность, украшенная причудливыми природными каменными сочетаниями, каждое из которых имеет своё имя, сопутствующие легенды, рассказываемые пациентам. Озёра, полные рыбы, и сосновые боры. Воздух не описать, недаром основной профиль курорта - лёгочный. Раньше я и предположить не мог, что в полупустынной зоне Казахстана могут встречаться подобные районы прекрасной природы.

1961 г. Казахстан, окрестности курорта "Боровое".


В 1962 г. мой географический кругозор существенно расширился. Две недели майских праздников провёл на родине будущей жены Нины в Бийске. Позже неоднократно бывал в этом городе, главная достопримечательность которого очень холодная река Бия, недалеко от Бийска слияние Бии с Катунью даёт начало великой Оби. Исторически через Бийск проходит торговый путь в Монголию и Китай. Огромная территория Горного Алтая имеет выход в Россию через Бийск, являющийся железнодорожным тупиком. Вспоминаю, рейс Бийск - Томск много лет был самым популярным поездом студентов, собиравшим в Вузы Томска жителей Алтая, Казахстана, Новосибирской и Кемеровской областей (не один раз приходилось последний участок Тайга - Томск ехать "на одной ноге"). В центре Бийска много каменных домов прошлого века, похожих на томские строения, новые районы мало отличаются от всех российских городов. Город напичкан крупными предприятиями военно-промышленного комплекса, в т.ч. химического профиля. Десятки моих знакомых, выпускников Томского университета работают в Бийске по распределению.

Июль 1962 г. Маршрут Новосибирск-Симферополь.


Летом, после производственной практики в Новосибирске, уехал поездом на крымский курорт Саки. Впервые пересёк Урал в юго-западном направлении. Несколько суток у окна. Не перестаёшь удивляться огромной территории России. Волгоград, Краснодар, паромная переправа Кавказ - Крым, наконец, Симферополь. В Симферополе я был и позже несколько раз. Особого впечатления не произвёл. Может быть потому, что крутился рядом с вокзалом и аэропортом, не знаю. Зелёный город! Много цветов! Обычные атрибуты южного города областного уровня. 20 км в сторону Евпатории и курорт Саки, самый старый грязевый курорт на территории СССР, стоит памятник Гоголю с пометкой о его лечении в Саках в 1837 г. Курорт расположен на солёном бессточном озере в 6 км от побережья Чёрного моря. С противоположной стороны озера находится крупнейший в СССР химический завод по производству брома и йода. Воздух в Саках очень тяжёлый, как только приспосабливаются местные жители. Лечебное действие грязи и рапы на больных отменное. Ловил момент и ездил на все экскурсии, которые не шли в ущерб лечению. Евпатория выделяется среди других крымских курортов обилием детей и песочными пляжами. Ялта - много не расскажешь, всё сказано. Удивили: отсутствие песка (сплошная галька), холодная вода при 30-ти градусной жаре, поразительно грязная поверхность воды около берега и ненормально большое количество народа. Бахчисарайский дворец очень красив, хотя реставрация не была закончена. Музей Чехова - серый, как и большинство литературных музеев. Особо следует сказать о Севастополе.

Первые впечатления от однодневного пребывания в Севастополе оказались такими сильными, что когда через 12 лет я провёл там месячный отпуск, выяснилось, мало принципиально нового в свою черепную коробку смог добавить. Красивое расположение города, бухты с разнообразными военными кораблями, на улицах обилие моряков. И, конечно, памятники. Величественная панорама кисти Рубо, показывающая оборону Севастополя в 1855 г. Памятники адмиралам Нахимову и Корнилову, инженер генералу Тотлебену (в 1962 г. гиды стыдливо называли красивейший памятник "русским сапёрам", так как русский генерал по национальности немец). Кстати, памятник Тотлебену - один из немногих, устоявших без разрушения в военных катаклизмах 20-го века. Гораздо скромнее смотрятся памятники героям последней отечественной войны, в т.ч. диорама на Сапун-горе. В 1974 г. посчастливилось увидеть грандиозное зрелище - военно-морской парад Черноморского флота в честь Всесоюзного праздника военных моряков. Авианосец "Киев", подводные лодки, воздушный массовый десант на воду.... Только в трёх точках России раз в год можно увидеть нечто подобное (Североморск, Владивосток, Санкт-Петербург).

1962 г. Панорама обороны Севастополя. Автор сзади, пятый справа.


1962 г. Севастополь. Памятник Тотлебену. Автор четвёртый слева.


После лечения в Саках на каникулы к родителям сознательно поехал длинным железнодорожным маршрутом (не через Новосибирск) Симферополь - Москва - Алма-Ата - Уштобе, в Талды-Курган, куда родители вновь переехали на постоянное место жительства, добирался автобусом. Моё место - у окна. Чем дальше от Симферополя на север, тем бедней привокзальные базарчики (денег у студента мало, а поесть чего-нибудь вкусненького хочется). Цитирую фразу из семейной хроники. Станция Мелитополь, сотни вёдер отборных абрикосов, 1 рубль ( ведро. Походил, посмотрел, был бы на рубль 1 кг взял бы, а куда мне ведро. Во время московской пересадки побродил по трём знаменитым рядом стоящим вокзалам. Такой грязи, как на Казанском вокзале в 1962 г. я что-то вообще не припомню. Люди валяются на полу, в переходах, дух внутри вокзала такой, что глаза не выдерживают, слезятся. Архитектура вокзала очень даже неплохая, просто надо следить за порядком. И можем, когда власти этого жёстко требуют. Большую часть времени старался находиться на перроне или привокзальной площади, ночью это чревато всем известными неприятностями. Тяжёлая дорога до Алма-Аты начинается южнее Караганды с построенного в 50-е годы участка Моинты - Чу. Пустыня. Движущиеся барханы. Из растительности только "перекати-поле", верблюжья колючка, редкие заросли саксаула. Из живности изредка видны верблюды. Жара на уровне 40R, а может и выше, открытые окна только утяжеляют ситуацию в плацкартном переполненном вагоне. Длинные перегоны. На остановках пассажиры бегут за водой. Кошмарные двое суток, о еде совсем не думаешь. Никогда в будущем у меня больше не возникало желания проехать летом этим маршрутом. Но опыт есть!

Летом 1964 г. переехали в Барнаул в связи с переводом в аспирантуру Алтайского политехнического института. Барнаул понравился сразу, прежде всего разумностью планировки города, центральным бульваром, текущей вдоль города Обью. Регулярные командировки в Томск позволяли сравнивать градостроительные подходы к жилищному строительству. В Барнауле строилось больше, выше, красивее, причём новые кварталы соединялись с центром широкими проспектами.


Июнь 1963 г. Томск. Сквер у драмтеатра (ныне ТЮЗа).


В ходе выполнения диссертационной работы потребовались командировки не только в Томск. Весной 1966 г. две недели работал в библиотеке химфака МГУ. Первое обстоятельное знакомство с масштабом Москвы, работал в главном корпусе на Ленинских горах, а проживал в гостинице "Алтай" (комплекс отвратительных гостиниц ВДНХ). Добирался с несколькими пересадками на разных видах транспорта. Позже в Москве я бывал десятки (может быть сотни) раз. Всегда ощущал суетливый ритм гигантского города. Но это на улице, в транспорте. В учреждениях, институтах москвичи ведут себя по-другому. Возможно, выскажу спорную мысль о принципиальной разнице между средним москвичом и средним человеком с периферии: москвич отдыхает на работе и решает домашние дела, компенсируя энергетические и временные затраты на дорогу; человек с периферии более интенсивно трудится, а отдыхает и решает личные дела после работы. В памяти кабинеты в главке, министерстве: 5-6 письменных столов, хозяева числятся присутствующими, на рабочем месте не более 2 человек. К сожалению, московская чиновничья тенденция отдыхать на работе к концу 80-х пришлась по нраву периферийным чиновникам. И не только чиновникам, на закрытых заводских территориях (наглядный пример - ТНХК) начали открывать магазины, талонные распределители, что приводит к длительному отвлечению рабочих и служащих в течение рабочей смены. Впрочем, это явные проявления скрытой безработицы и нарушений техники безопасности при обслуживании технологически сложных производств.

Май 1966 г. Москва, Красная площадь.


В первую поездку в Москву удалось познакомиться с прекрасной природой Подмосковья. Разыскивал Тимофея Ефимовича Березовского, полковника в отставке, дядю Нины. Сначала Опалиха, затем Новый Иерусалим. Недалеко от Москвы, а пейзажи сельские: маленькая речушка с пескарями, заросшая по берегам ивняком, перелески, стадо коров, на холме стоит знаменитый древний монастырь. Позже я бывал в Подмосковье по другим направлениям. Растительность везде разная. Есть чистые дубравы, сосновые боры, берёзовые и липовые рощи, но чаще смешанный лес в разных комбинациях. Много ягод и грибов, хотя временами кажется, грибников гораздо больше.

Положительные эмоции на всю жизнь оставило первое посещение Сандуновских бань (см. "Баня"). Впечатлил аэропорт Домодедово. Недавно построенный для обслуживания преимущественно восточного направления аэропорт показался красивым, полным воздуха, свободным. Через пару лет Домодедово превратился в некое подобие Казанского железнодорожного вокзала в Москве. Сесть негде, люди неделями валяются на полу, ожидая рейса куда-нибудь в Норильск или Анадырь. Мне тоже приходилось несколько суток ожидать самолёта в Домодедово. Иной раз встать негде, не только посидеть. Временами задумываешься, неужели россияне заслуживают таких "пересылок" как Казанский вокзал и аэропорт Домодедово. Не связано ли это с тем, что власти предержащие не бывают в общих залах. Для них существуют специальные залы VIP с комнатами отдыха, раньше они назывались депутатскими залами. Я только один раз был в таком зале томского аэропорта, когда провожал заместителя министра, а вылет самолёта неожиданно задержали. Мягкие диваны, полумрак, цветной телевизор, специальная обслуга. Прилетает самолёт, автомобили для начальства подаются к трапу. Из московских аэропортов только Шереметьево-2, специализированный на международные рейсы, пытается приблизиться к мировым стандартам. О "европейском уровне" Шереметьево-2 немедленно забываешь, прилетая из Франкфурта или Ганновера, видишь сотни разноязыких людей с одновременно прилетевших рейсов, в тесноте и духоте пытающихся разобраться с получением багажа, понимаешь - Россия.

Июль 1967 г. Одна из жемчужин Горного Алтая - озеро Шавло.


Последний раз я был командирован в Москву на международную выставку "Химия-95" как представитель ТНХК в сентябре 1995 г. Проживал в гостинице "Украина", напротив Белого дома. Поразился, как за три (!) года изменилась Москва. Строятся высотные дома, центр вычищен, торговли с рук на улицах нет. Киоски приобрели цивильный вид. Кое-что и неприятно удивило. Скажем, ресторан "Арбат" на Калининском проспекте (сейчас Новый Арбат) превратился в промтоварный магазин фирмы "Микродин". Много лет во время командировок я заходил в "Арбат" днём обедать: вкусно, недорого, ноги отдохнут. Последнее, пожалуй, самое важное. Мне всегда нравилось пройти Новый Арбат и Старый Арбат сначала по одной стороне, затем по другой. Делал покупки домой, на Старом Арбате любовался картинами художников, именно здесь я положил начало небольшой картинной галерее в зале нашей квартиры. Сначала каждую командировку привозил домой по одной картине, затем пореже, а в 90-е стало уж совсем "не по карману". Заканчивая тему Москвы, скажу, что пришлось поездить и по области. Серпухов (комбинат химических волокон), Клин (завод по изготовлению лабораторной стеклянной посуды), Воскресенск (химкомбинат), Мытищи (комбинат химических волокон)... Подмосковные города напоминают друг друга высокой концентрацией промышленности на небольшой территории, ощутимой загазованностью, одинаковой жилищной застройкой.

Весной 1967 г. начал представлять диссертацию. В мае выступил на Всесоюзном симпозиуме в Яремче (турбаза в Прикарпатье). Конечно, главное - деловые разговоры, не рисуясь, скажу, произвёл приятное впечатление на многих известных учёных в области физико-химических методов анализа. Интересно было смотреть по сторонам. Крутые горы, покрытые растительностью почти как джунгли, быстрая речка с ледяной водой, стилизованные под сказочные мотивы корпуса турбазы, лежащие у входа в турбазу разукрашенные гуцулы, продающие деревянные поделки - очень красиво и необычно. Кстати, привёз оттуда папе в подарок пивную кружку из морёного дуба, мама приспособила её для хранения соли (у женщин своя логика!). Потрясающее впечатление произвела воскресная автомобильная экскурсия в Закарпатье (через Рахов до Хуста, ~ 250 км). Перевалили Карпаты и долго двигались в нескольких метрах от государственной границы, проходящей по широко известной по детективам реке Тиса, левому притоку Дуная. Населённые пункты отличаются, как по архитектуре строений, так и по внешнему виду жителей, чередуются украинские, румынские, венгерские деревни. В одежде много ярких красок, оказалось, жители сами изготавливают краски древними способами. Поразило разнообразие растительности Закарпатья. В районе Хуста мы пешком поднимались к развалинам древнего замка венгерского князя, я всё пытался посчитать, сколько разновидностей деревьев на небольшой территории встретил. Забыл, сколько, раз в 10 больше, чем можно одновременно встретить в Сибири и на Алтае. Разнообразные виды ели и сосны хорошо сочетаются с дубом, липой, дикой грушей, берёзой.... Очень красиво!

Возвращаясь из Яремче домой, не мог упустить возможность познакомиться с Львовом. Доложил диссертацию преподавателям и дипломникам химического факультета Львовского университета. Удивился, что некоторые химические дисциплины в ЛГУ читаются на украинском языке (в СССР было принято естественные науки читать на русском языке). Походил по великолепному многовековому парку университета. Гигантские платаны и цветущие каштаны, обилие цветов и приятных запахов. Университетской роще Томска далеко до этого парка. Город мне понравился и, прежде всего, своим откровенно "заграничным" видом, резким отличием от насаждаемого "советского стиля" градостроительства. Львов расположен на холмах, древние улицы и кривые переулки мощены камнем, тёмные от старости дома имеют остроконечные черепичные крыши. Много костёлов.

После рассылки автореферата диссертации (Томск, 03.07.67 г.) позволил себе двухнедельный поход в Горный Алтай, на озеро Шавло (~ 600 км от Барнаула, недалеко от границы с Монголией). Через год состоялось второе путешествие по Горному Алтаю на озеро Тайменье. Никакого сравнения с Карпатами, более суровый климат, вверху бедная растительность. Организованные туристы в те "дикие" края не ходят, предпочитают великолепное Телецкое озеро, расположенное гораздо ближе к "цивилизации", да и растительность здесь побогаче, включает крупные кедрачи. Алтайский край велик территориально, включает широкий диапазон климатических зон от засушливых степей Кулунды до ледников Белухи, во многих местах мне посчастливилось побывать и каждый раз удивляться своеобразию конкретной точки. Великолепные сады и гигантские плантации хмеля в районе Горно-Алтайска. Староверы в деревнях долины Катуни на корню (без теплиц) выращивают огромные красные помидоры (километров 200 вверх от Горно-Алтайска). Потрясающие урожаи сахарной свеклы в районе Топчихи (приходилось со студентами убирать). Обилие медведей по пути второго маршрута в Горный Алтай и лосей в районе Барнаула, отличная рыбалка в горах (хариусы!) и на Оби. Все впечатления нельзя вложить в короткое эссе, напомню только, Алтай - хлебная житница России.

Июнь 1971 г. Пржевальск. Могила великого путешественника на высоком берегу Иссык-Куля. Автор слева.


В сентябре 1967 г. - предпоследняя стадия диссертации - доклад на учёном совете химфака Киргизского университета (официальная оппонирующая организация). Университет (здания) не произвёл впечатления, а химики откровенно слабые. Но город заслуживает добрых слов. Фрунзе (Бишкек) - прекрасный южный город, утопает в зелени. Особенно хорош центральный бульвар, начинающийся от железнодорожного вокзала (неделю прожил в комнате отдыха). По вечерам часами гулял по бульвару. Жара спадает, сотни видов цветов на разнообразных клумбах, деревья аккуратно подстрижены - порой казалось, ты находишься в раю или во сне. Запомнился стоящий рядом с бульваром питательный четырёхэтажный комплекс (1 этаж - столовая, 2 этаж - ресторан, 3 этаж - чайхана, 4 этаж - шашлычная). Вот в шашлычной, практически крыша под зонтами, ветерок, я и любил посидеть во время жары и попить пива (пиво было дефицитным напитком), закусывая отличным бараньим шашлыком. Удивило во Фрунзе отличие национальных кладбищ киргизов (многие склепы ярко раскрашены) от невзрачных кладбищ казахов. Многие дома в центре Фрунзе украшены национальным орнаментом, очень красиво.

В августе 1968 г. принят на должность доцента тюменского индустриального института. Тюмень внешне не выдерживала сравнения с Барнаулом, поразила обилием грязи. Оказалось, в городе не было ливнёвой канализации, в дождливый период грязь находилась на дорогах и тротуарах (перед учреждениями стояли резервуары с водой для мытья обуви), в сухой период грязь превращалась в пыль. Преимущественно старые двухэтажные дома. Безобразный вокзал прошлого века. Отвратительная система транспорта. Градостроительная ситуация в Тюмени начала понемногу изменяться в 70-х после появления "нефтяных" денег, естественно со строительства шикарных "контор нефтяных королей" Муравленко, Эрвье, Салманова, Нестерова. За 9 лет жизни в Тюмени так и не ощутил любви к городу, как таковому. В то же время это был активный период жизни (см. семейную хронику, "Грибы", "Баню"...).

Тюменская область настолько большая, что из Москвы на Ямал быстрей долетишь, чем из Тюмени. На юге области засушливая степь с большим числом озёр, здесь я провёл несколько "сентябрей" со студентами на сельхозработах. Центральная часть - бесконечные болота, богатые нефтью (один Самотлор чего стоит). Север области - вечная мерзлота и колоссальные запасы природного газа. Нефть и газ вдохнули жизнь в умиравшие Ханты-Мансийский и Ямало-Ненецкий округа, выросли города с сотнями тысяч жителей. К стыду своему, мне ни разу не пришлось побывать непосредственно на нефте- и газо-промыслах. Как-то не получилось, хотя и стремился. Зато посчастливилось познакомиться с древним Тобольском. Только-только пустили новую железнодорожную ветку Тюмень - Тобольск. Красивый реставрируемый кремль. Действующая тюрьма, построенная в 18 веке, в ней ещё сидел Кюхельбекер. Могилы декабристов. Множество церквей со сброшенными куполами, так хорошо просматриваются с верхней части города, где расположен кремль. Жилая застройка прежних времён расположена в нижней части города, регулярно заливается во время весеннего наводнения. Тобольский нефтехимический комбинат продолжает строиться на незатопляемых землях. Я читал лекции в четырёхэтажной каменной средней школе, которая принимала гимназистов ещё в 19 веке. Удивительное ощущение прикосновения к старине. Не забуду старую бабушку-служку часовни около кремля: открытым текстом проклинала коммунистов за погибших от холода людей в 30-е годы, когда их зимой на санях перевозили из Тюмени в Тобольск. 70-е годы! Для меня - откровение, при посторонних людях не принято было говорить вслух о преступлениях коммунистов.

Крупнейший город рядом с Тюменью (~ 300 км) - Свердловск (Екатеринбург). Первое посещение Свердловска весной 1969 г. приятно удивило просторным центром, широкими центральными проспектами. Много раз позже я бывал в Свердловске: в институтах Академии наук, Уральском политехническом (напоминает томский аналог), районе знаменитого Уралмаша. Каждую поездку кто-то из местных показывал место убийства Николая Второго с семьёй, похоже, для свердловчан - это основная достопримечательность. Отвратительное впечатление оставили аэропорт Кольцово и железнодорожный вокзал, объёмные, но какие-то неухоженные, грязные.

Научная тематика, близкая моей, наиболее интенсивно разрабатывалась в Москве, Прибалтике, и на Украине. Отсюда и направления научных командировок: Рига (1969, 1973, 1976), Ворошиловград (1971), Каунас (1973). Смысл подобных симпозиумов прежде всего в общении с коллегами в неформальной обстановке и новых личных знакомствах. Всегда остаётся достаточно времени для знакомства небольшими группами коллег с местными достопримечательностями.

Рига произвела потрясающее впечатление. Прежде всего, старая Рига. Домский собор (13 век), величественный и строгий, с отличной акустикой. Мне кажется, единожды побывавший на концерте в Домском соборе, внутренне осмыслит величие органной музыки (орган в обычном концертном зале и близко не создаёт подобного эффекта). Всегда любил посещать рижские церкви разных конфессий: скромнейшие лютеранские, разукрашенные православные, величественные католические. Кривые вымощенные улочки старой Риги, с утра пропахшие отличным кофе из маленьких в 2-3 столика кафе - нечто особенное, трудно поддающееся описанию. Постоянно ощущаешь давление старины. Прекрасно смотрится пригород Риги, протянувшийся вдоль рижского взморья - Юрмала. Кстати, симпозиум 1969 г. проходил в пансионате Вайвари. Отличные песчаные пляжи. К сожалению, ни разу не удалось покупаться в море, "бедную науку" принято собирать в межсезонье, так как разместить одновременно 200-300 человек, из которых несколько десятков человек "с претензиями" всегда проблема.

Впервые, в Риге увидел культурные кладбища, могилу Яна Райниса, совместные захоронения погибших в войне (независимо на какой стороне воевали) латышей. Именно здесь, на Рижских кладбищах, сознаёшь, насколько далека Россия от цивилизации, коммунистический режим ещё дальше откинул Россию в нравственном отношении (если государство не заботится о живых соотечественниках, и в этом духе воспитывает молодёжь, то зачем думать об ушедших?). Уже позже, в 90-е, латыши, литовцы, эстонцы специальными авиарейсами вывозили из Сибири останки своих соплеменников, двумя волнами (1940 - 1941, 1946 - 1950 годы) сосланных ретивыми строителями коммунистического общества. Это государственная политика восстановивших самостоятельность Латвии, Литвы, Эстонии. Благородная политика, ориентированная на каждого человека.

Ворошиловград (Луганск) ничем особым не запомнился, кроме звона трамваев рядом с центральной гостиницей. Обычная южная зелень. Город не выглядит чистым, что не характерно для южных городов.

Съездил на экскурсию в Краснодон. Маленький одноэтажный шахтёрский городишко весь в терриконах с тяжёлым запахом сероводорода, похоже, со времён Молодой гвардии мало изменился. Но музей красивый. Не экспонатами (лежит большой зелёный огурец, под ним подпись: огурец выращен таким-то молодогвардейцем в бутылке - чушь какая-то!), но архитектурой. На крыльце сидят 2-3 пенсионера, бывших молодогвардейца, ждут вопросов и стаканчик вина. Я и раньше скептически относился к сознательной пропагандистской профанации истории гибели молодёжи Краснодона. Много безвинных ребят сброшено в шахту, но ведь не за подвиги, расписанные Фадеевым. Методы выявления врагов гестапо и НКВД мало отличаются: из одного-двух слабых выбивают любые нужные показания, приближается фронт, разбираться некогда, всех ликвидируют и пытаются спрятать концы в воду. Во времена хрущёвской оттепели некоторые историки пытались разобраться с фактической деятельностью Молодой гвардии, им быстро заткнули рот под предлогом, что молодёжь надо воспитывать на положительных примерах. Так и стоит музей Молодой гвардии как памятник сталинской пропагандистской машине оболванивания молодёжи.

На обратной дороге из Ворошиловграда в Тюмень сделал крюк через Киев. Долго потом объяснял институтскому бухгалтеру причины перерасхода командировочных, но не использовать момент, чтобы посмотреть Киев не смог. Вторая половина сентября. Золотая осень. Киев прекрасен. За сутки сумел рассмотреть центр: Владимирскую горку, несколько раз прошёл туда-сюда по Крещатику, заглянул на центральный рынок - это сказка, даже с учётом того, что мне приходилось видеть южные рынки в Алма-Ате и Бишкеке. Проехал с автобусной экскурсией по городу, ухоженные деревья, море цветов, чистые улицы. Днепр красив, киевляне его любят, но своей мощью, несомненно, уступает Оби.

Каунас находится в центре Литвы, до войны её столица, и, как говорили в то время, самый литовский город в Литве. Сразу увидел разницу с Ригой. Практически нет надписей на русском языке (1973 год!). По центральному бульвару группами в 5-6 человек "прогуливаются" милиционеры с открытыми дубинками, нигде такого раньше не видел. В Каунасе много достопримечательностей. Музей Чюрлёниса, живописца и композитора начала века, фамилию которого, к стыду своему никогда раньше не слышал. Поразительные по цветовой гамме картины. Единственный в мире музей чертей, сотни экспонатов со всего света - рассматриваешь с "разинутым ртом", то ли удивляешься, то ли смеёшься. Несколько раз в неделю вечером толпы людей собираются на центральную площадь слушать концерт, исполняемый на колоколах костёла. Ни до, ни после я такого нигде не слышал. И ещё. В Каунасе функционировали два ночных кафе и мы, группа сибиряков, не могли не посмотреть, что это такое. Напомню, шёл 1973 год, в России ничего подобного не было. Пришли к открытию (19 часов) и часов до 22 в зале были одни, денежные ресурсы уже исчерпали. Начал подтягиваться народ, в полночь начинается концертная программа, выступают артисты местного театра оперы и балета. Танцевальные номера, возможно, эротической направленности (так тогда не говорили). Игра светом, временами кажется, что танцуют совсем голые, вдруг включается яркий свет, все видят, что танцоры в костюмах, освещение снова меняется. Аплодисменты! Красиво! В 2 часа кафе закрывается. Сейчас такими концертами никого не удивишь, но в то время.... Долго в гостинице мы обсуждали тему, не могли понять, почему такие кафе не могут функционировать в России. Повсеместно существующие ныне ночные клубы гораздо более порочны, чем ночные кафе Каунаса первой половины

70-х.

Находясь в Каунасе нельзя было не съездить на экскурсию в Вильнюс (100 км отличного скоростного шоссе). Вильнюс - столица республики, внешние признаки лояльности центру налицо, в т.ч. витрины имеют надписи на двух языках. Строения города свидетельствуют об исторической многонациональности Вильнюса, много поляков, русских, евреев. Посетили древний университет, в котором учился Адам Мицкевич. Потрясающе красиво выглядит главный костёл Вильнюса, роспись, скульптуры. На службе присутствует несколько тысяч человек, поёт хор мальчиков - впечатляющая торжественность происходящего. Посмотрели в Вильнюсе, как можно строить типовое крупнопанельное жильё (не "хрущобы") и при этом сохранять национальные и градостроительные особенности. Создатели нового района Лазденай в Вильнюсе получили ленинскую премию по архитектуре, на мой взгляд, заслуженно. Многоэтажные дома красиво вписаны в холмистый рельеф местности, причём вековые сосны не повреждаются строителями. Объекты социальной сферы (магазины, детские учреждения, спортивные площадки, автостоянки...) органично вписаны в структуру застройки.

Пора вспомнить и о путешествиях в отпускной период. Летом 1969 г. провёл месяц в Чолпон-Ате на Иссык-Куле. Первые впечатления очень сильные. Красивейшее озеро на высоте 1608 метров. Последний фактор осознал через три часа пребывания на озере без майки, получил ожоги второй степени во время рыбалки и весь сезон проходил, перевязанный бинтами. О купанье речи не было, кстати, вода холодная, кое-где в мелких местах может достигать 16-18?, не более. Побережье Иссык-Куля имеет особенный микроклимат, местные жители продают крупную и потрясающе вкусную черешню, абрикосы, яблоки. Здесь же промышленные посадки опиумного мака с предупредительными надписями о запрете захода на плантацию. Говорят, сейчас там мак не выращивают, но во вторую поездку на Иссык-Куль в 1971 г. мак был на месте. В этот раз я приехал в Чолпон-Ату по путёвке на одноимённую турбазу. Теперь я уже загорал небольшими дозами, вернулся в Тюмень смуглым, как мулат. Запомнился поход в горы, добрались до ледника, любовались невзрачным горным цветком (инструктор назвал его эдельвейсом, я предполагал другой внешний вид эдельвейса). Был на экскурсии в Пржевальске (километров двести от Чолпон-Аты по берегу озера). Захолустный городишко с преимущественно земляными домами. Запомнилась скромная могила великого русского путешественника Пржевальского на высоком берегу Иссык-Куля, сверху небольшого обелиска бронзовый (?) орёл с расправленными крыльями, как будто собирающийся парить над озером.

Июнь 1971 г. Иссык-Куль, на вёслах бородатый автор.


Июнь 1971 г. Горы вокруг Иссык-Куля. У костра полуголый автор.


Летом 1972 и 1973 г. по приглашению родственников, переехавших из Копейска, отдыхали на Черноморское побережье Кавказа в деревне Лыхны, 5 км от Гудауты. Много впечатлений: чайные плантации, промышленная технология производства чая, специфические двухэтажные дома абхазов с семейным кладбищем во дворе, действующая с 13-го века православная церковь, сухумский обезьяний питомник...

Дней 10 жили с Ниной у троюродной сестры Геды в Сухуми. Южный двухэтажный дом в центре Сухуми в 100 метрах от моря. Семья имеет по комнате. Общая, хозяев на 20 веранда, заставленная хламом. В комнате одна большая супружеская кровать, на ней нас расположили, на ночь ещё расставляли раскладушки. Удивительная убогость жилищных условий, а ведь Терентий Чаниа известный, печатающийся в Москве, поэт и ответственный секретарь областной партийной газеты на абхазском языке....

1972 г. Сухуми. Обезьяний питомник, закрытое для посетителей научное отделение.


1972 г. Абхазия. Озеро Рица. Рядом троюродная сестра Гедвига Чания.


Поразительна летняя погода Сухуми, утром солнце, вечером дождь. Утром под окном стоит "белый пароход", как у Александра Грина. Туристический рейс Сочи Сухуми выполнялся ночью, каждое утро у пристани стоял белоснежный круизный лайнер. Незабываемое зрелище в восходящих лучах солнца! Геда - старший гид Интуриста и вместе с группами из Восточной Германии мы познакомились с Новым Афоном (монастырь, пещеры), высокогорным озером Рица (очень красиво), Гаграми и с бесподобной Пицундой (вода настолько прозрачна, что около ограничивающих зону купания буев на дне виден каждый камешек). В Пицунде в 60-е построен комплекс 14-этажных зданий для иностранных туристов. Через пару лет выяснили, что плохо исследовали структуру грунта, корпуса начали смещаться. В 1972 г. один корпус (никого близко не подпускали) напоминал Пизанскую башню, его показывали туристам как очередной экспонат. В Пицунде я впервые увидел на каждой сосне металлический номерной жетон. Оказалось, это реликтовая разновидность сосны, в других местах не встречающаяся. Рядом с Пицундой расположено большое село с преимущественно армянским населением (название забыл). В ближайшем к морю двухэтажном доме (метров 150) жили две пожилые родные тёти папы. Окунулся в море, понял насколько трудно выбираться на берег даже при лёгком волнении, если нет рядом волнорезов (на обустроенных морских пляжах этого не прочувствуешь). Запомнил рассказ бабушек о каверзах Чёрного моря. В декабре 1969 или 1970 г. (температура воды и воздуха в пределах + 5-10?) море вдруг начало повышать уровень. Вода поднялась на второй этаж, бабушки лежали на кроватях (ножки в воде) и готовились к смерти, помощи ждать неоткуда. Бог миловал. По-видимому, подобное явление вызвало катастрофу в туристическом комплексе Пицунды.

Летом 1972 г., имея транзитный билет через Москву в Адлер, сделал в Москве остановку и поехал в Торжок Калининской области в гости к Фёдору Ефимовичу Березовскому (ещё один дядя Нины). Многое удивило. Совсем недалеко от Москвы, а жизнь, как будто остановилась. Торжок - древний город, двухэтажный дом, в подвале которого жил дядя Федя с женой (когда-то весь дом принадлежал её родителям, мещанам), стоял прямо на знаменитом тракте из Петербурга в Москву. В 50 метрах стоит действующая гостиница, в которой останавливались Радищев и Пушкин (ел воспетые в стихах "пожарские" котлеты). Местные жители рассказывают каждому приезжему про знаменитую гостиницу. Здесь же единственная в СССР золотошвейная фабрика с многовековой историей (раньше выпускали штандарты императора, позже знамёна с Лениным-Сталиным, сейчас знамёна с двуглавым орлом, погоны офицеров во все времена). Кстати, первое упоминание о Торжокских золотошвеях относится к 13 веку. В Борисоглебском монастыре тюрьма (сейчас, по-видимому, тюрьму куда-нибудь перевели). Численность населения Торжка меньше, чем была до 1917 г. Никакого строительства в Торжке я не увидел.

1972 г. Вид сверху на древний Торжок. Рядом Фёдор Ефимович Березовский, дядя жены.


Помимо Абхазии в первой половине 70-х неплохо ознакомились с Адлером (недели две жили "дикарями") и Сочи. Чего-то для себя нового не обнаружил. Парковая растительность после Абхазии не вызвала чрезвычайных положительных эмоций. В Сочи поразили скопление загорающих на городских пляжах и грязная вода в зоне купания. Противно в воду заходить. Много ездил на экскурсии, запомнил поездку в горную Красную Поляну. Дорога вверх идёт серпантином, большинство экскурсантов чувствуют себя как на пароходе во время качки, проклинают распространителя билетов. Конечная точка - охотничий "домик" министерства обороны, рядом вертолётная площадка. Экскурсовод взахлёб рассказывает, кого здесь убил Гречко, другие маршалы. Мне же больше всего запомнились полосатые поросята у местных жителей, домашние свиньи гуляют свободно, а дикие кабаны не дремлют.

Летом 1973 г. до приезда семьи в Абхазию находился по профсоюзной путёвке в пансионате Гизель-Дере, в нескольких километрах от Туапсе. Первое, что бросилось в глаза на пляже, обилие комочков нефтепродуктов, как в воде, так и на берегу, отдыхающие носили на пляж специальные циновки, чтобы не вымазаться. Понятно, дело связано с транспортировкой нефти через порт Туапсе, на мой взгляд, экологический контроль явно не дорабатывает. Туапсе - небольшой город, красивым назвать не могу. Южная зелень есть, но и грязи много. Запомнилась экскурсия в горы к месту опытной акклиматизации обезьян-павианов в естественных условиях, 5-6 км в сторону от железной дороги, проходящей вдоль Чёрного моря. Любопытная картина, обезьяны людей не боятся, стоит зазеваться, утащат пищу. Стая имеет ~ 30 особей: вожак Яшка, 4-5 самцов, 5-6 самок и молодняк разного возраста. Яшка - крупный зверь, абсолютный авторитет, не спеша, передвигается в сопровождении нескольких ждущих близости самок и немедленно физически наказывающий самцов, приближающихся к гарему вожака. Несколько часов с любопытством наблюдали за поведением отдельных особей в стае: всё как у людей, только более открыто. Местные жители относятся к обезьянам с антипатией, так как зимой они подбираются к жилью в поисках лёгкой добычи пропитания и доставляют много неприятностей.

Одно время в Тюмени был популярен железнодорожный экскурсионный маршрут выходного дня в Кунгурские пещеры (купейный вагон, ночь туда, ночь обратно, световой день в Кунгуре). Какой повод, какие условия времяпрепровождения тёплой компанией. Кунгур - типичный уральский городок, заложенный пару веков назад. Старинные церкви, мощённые камнем центральные улицы. Главная достопримечательность - пещеры, известные с прошлых веков, гиды говорят, самые большие в СССР (спелеологами обследованы десятки километров, и точные границы их не определены). Хоть и с похмелья, но с большим удовольствием прошли подземный маршрут, подготовленный для туристов. Некоторые проходы узкие, "добротные" русские женщины имели проблемы, приходилось мужикам их протаскивать, вымазались изрядно. Но все довольны. Чередование больших и малых залов, озёра, сталактиты и сталагмиты, искусственная подсветка - очень красиво.

Ещё один уральский городок посетил в служебных целях. Ирбит. Знаменит выпуском мотоциклов "Урал". В Ирбите все ездят на мотоциклах (мужчины само собой, женщины, дети). Середина 70-х, внешне создалось впечатление, что легковых автомобилей в городе нет. Город зелёный, улицы мощённые. Дома добротные, каменные, долго простоявшие. Несколько красивых церквей, не знаю, сколько из них действующих. Заметна угасающая красота прежде богатого города. Местные жители рассказывают, что в прошлом веке и начале нынешнего, в Ирбите регулярно проводились крупные российские ярмарки, уступавшие масштабом только нижегородским.

Весной 1974 г. прилетел в командировку в Ереван. Прекрасный город. Своеобразная архитектура. Ереван невозможно спутать ни с одним городом СССР (СНГ), да, по-видимому, и мира. Снежная вершина Арарата как бы нависает над городом. Ощущаешь Арарат совсем близко, на самом деле священная для армян гора находится на территории Турции. Вдоль центрального бульвара фонтан с 2500 струй, символизирующий возраст Армении. Великая библиотека древних рукописей "Матенадаран". Величественный скорбный памятник жертвам геноцида 1915 г. Красивый стадион "Раздан", трибуны нависают над знаменитыми коньячными погребами. Обилие прекрасной чеканки в магазинах. Поразило, в рабочее время на улицах огромное количество праздношатающихся мужчин (1974 год!), на бульваре сотни людей играют в нарды. Женщин на улицах, в кафе мало видно. До приезда в Ереван кое-что знал из литературы об его достоинствах, но личное восприятие превзошло ожидания.

По сложному маршруту из Еревана в Тюмень заехал на день в Череповец. Промышленный загазованный город Вологодской области. Преимущественно, дома в 4-5 этажей, есть и девятиэтажки. Много зелени. По сравнению с Череповцом Вологда (делал пересадку) - деревня, в основном, деревянный город (двухэтажные бараки, частный сектор), несколько кварталов "хрущоб".

В сентябре 1975 г. приехал на 4 месяца в Ленинград (факультет повышения квалификации при технологическом институте). Позже меня много раз командировали в Ленинграде (Санкт-Петербурге) и на один день, и на месяц (впечатления изложены в семейной хронике, "Хронике ТНХК", эссе "Баня"). Исходил пешком много десятков километров, изучая город. Обошёл все мосты через Неву. Проход по Невскому проспекту - обязательный ежедневный моцион. Эрмитаж, Русский музей, Петропавловская крепость, Кунсткамера, Большой драматический театр, театр им. Ленсовета, театр им. Пушкина, Александро-Невская лавра - краткий перечень объектов культуры мирового значения, в которых я бывал неоднократно. Город красив, но мрачен (стоит отойти от Невского или Литейного проспектов, попадаешь в каменные трущобы). По маршрутам движения иностранных туристов ещё со сталинских времён всё вылизано, а чуть в сторону - караул! Дороги в городе отвратительны. Новые районы, вдали от центра и метро, строятся на достойном уровне, впрочем, вспоминаешь "Иронию судьбы" Эльдара Рязанова. Пользуясь ситуацией, ознакомился с туристическими пригородами Ленинграда, летними резиденциями российских императоров: прекрасным Петродворцом, великолепным парком Павловска, alma mater великого поэта бывшим Царским Селом (Пушкин).

В мае 1976 г. лечился в Грузии на курорте Цхалтубо. Новые впечатления: бассейны Сталина и Берия; взятки медицинского персонала; потрясающее грузинское кладбище; дешёвое вино... В 10 км от Цхалтубо промышленный центр Грузии Кутаиси. Несколько раз ездил, гулял по Кутаиси. Запомнил, к сожалению, карманников, дважды залезавших в мой карман. Одного (мужчина лет сорока) поймал за руку, поднял шум, но полный автобус грузин молча наблюдал "кино", пока вор не вырвался и выскочил из автобуса. Обратился к сидящей рядом пожилой грузинке, что не думал такое встретить в Грузии. Она ответила коротко: везде так. За 35 лет я впервые столкнулся с карманниками, хотя основная часть жизни прошла в местах с развитой преступностью. Запомнилось Цхалтубо и экскурсионной поездкой на родину Маяковского Багдади. Крупное грузинское село, двухэтажный дом, в котором в семье лесничего родился Маяковский. Большее впечатление осталось от самой дороги (~ 150 км), кругом типичные грузинские деревеньки, плантации винограда, простые труженики, так отличающиеся от грузин, которых мы привыкли видеть в России.

Май 1976 г. Грузия. Место рождения Владимира Маяковского.


Май 1976 г. Грузия. Древний православный монастырь. Автор - второй справа в первом ряду.


В июле 1976 г. повёз студентов на производственную практику в Ангарск. Гигантский нефтехимический комбинат. В городе отчётливо чувствуется присутствие "химии", иной раз дышать нечем. Здесь я впервые встретился с театром на Таганке (в Москве достать билеты ни разу не удалось), с поэтом Робертом Рождественским (получил автограф на сборник его стихов). Электричка регулярно ходит в Иркутск. Обошёл центр и окраины. Старинный сибирский город, напоминающий Томск. Хороша городская зона отдыха на Ангаре.

Главное впечатление месяца Байкал! Дважды ездил со студентами в выходные дни на Байкал (см. "Рыбалка"). Удивительна природа вокруг Байкала, крупные синие и красные дикорастущие цветы поразительно насыщенных расцветок среди каменных осыпей, слюда под ногами при движении от электрички к озеру в районе посёлка Слюдянка. Вода прозрачная, вкусная, очень холодная, глубина начинается прямо с берега. Говорят, есть на Байкале места, комфортные для купания, например, остров Ольхон, но я там не был. Пытались попасть в знаменитый лимнологический музей Байкала, расположенный в районе рождения Ангары (Листвянка). К сожалению, в музей пускают только организованных туристов. Из Листвянки добирались до Иркутска по Ангаре на "Ракете", дальше электричкой. Не хватает слов для выражения положительных эмоций от встречи с одним из немногих действительно чудес света - озером Байкал.

Июль 1976 г. Чудо света - Байкал.


Июль 1976 г. Из тоннеля в тоннель, дорога вокруг Байкала.


По возвращении из Ангарска впервые поехали за границу, предварительно год оформляли документы, проходили собеседование с сотрудниками КГБ. В Софию прилетели из Москвы самолётом, затем шестидневный автобусный переезд по Болгарии до курорта "Солнечный берег". По моему настоянию сделали небольшой крюк и остановились в Габрово, посетили музей юмора самое сильное впечатление поездки в Болгарию. Четырёхэтажное здание специально построено по тематике музея. Множество оригинальных юмористических рисунков, фотографий, скульптур и других, вызывающих смех предметов, из разных стран. Много неизвестных мне советских авторов...

София не произвела впечатления крупного города. Широкие улицы, обилие памятников. Зашли в мавзолей Димитрова, никаких очередей, как было принято у мавзолея Ленина в Москве. На постаменте величественного памятника "Александру Второму - освободителю" сбита оригинальная надпись и вместо имени императора фигурирует "русскому народу". В 90-е убрали из мавзолея Димитрова, почему бы России не взять пример со своих славянских братьев, восстановлен и памятник российскому императору.

Женщины устремлялись в магазины, восхищались обилием товаров, но финансовые возможности группы предельно ограничены, денег нам разрешили взять так мало, что и пиво я там попробовал всего пару раз.

Посмотрели музей на перевале Шипка, памятник Алёше, послушали концерт поющих фонтанов в Пловдиве. На "Солнечном берегу" нас разместили в недостроенном здании (откровенно задевает, что западные туристы, даже чехи и поляки живут в гораздо лучших условиях). Вокруг пустырь. Море рядом, но подход по щиколотку в песке. Никаких подводов (тротуаров) к морю нет. Вернувшись в Тюмень осознал, отдыхать лучше на родных берегах Чёрного моря, но поездка по Болгарии существенно расширила кругозор.

При возвращении из Болгарии заехал по служебным делам в институт химической физики в знаменитой Черноголовке (часа полтора на автобусе от Москвы). Зелёный посёлок (может быть 10-15 тысяч жителей) с глухими заборами сверхсекретных научных объектов. Бросилось в глаза, подавляющее большинство научных сотрудников относится к племени, привыкшему считать себя гонимым и покидающему в 90-е Россию.

В июле 1977 г. привёз очередной курс студентов на производственную практику в Красноярск, прощальная моя работа в тюменском индустриальном институте. Красноярск - отличный город на Енисее. С правой стороны великой реки основная промзона, трамвай движется вдоль берега много километров, доставляя пролетариат на заводы. С левой стороны Енисея отличная набережная, не хуже, чем где-нибудь на Чёрном море. Красивый центральный парк. В 45 минутах на "Ракете" вверх по Енисею расположен Дивногорск, выше Красноярская ГЭС. Незабываемое место Красноярские "столбы", груды камней, некоторые высотой в 95-105 м.

Июль 1977 г. Красноярские "столбы".


Июль 1977 г. Красноярские "столбы". Автор справа.


18 июля нанёс блицвизит из Красноярска в Томск, согласовал с генеральным директором и главным инженером условия работы на нефтехимическом комбинате. 05.09.77 г. прибыл в Томск и приступил к работе в должности начальника центральной лаборатории. Сразу начались командировки. Уже 13 сентября прилетел в Москву на выставку Химия-77 (в "Хронике ТНХК" зафиксированы 24 командировки в столицу).

В конце сентября находился в Ростове на Всесоюзной конференции по применению промышленных пластмасс. Имел массу свободного времени, побродил по городу. Золотая осень. Зелёный город, умеренно красивый. Дон - река как река, Обь лучше. Почему-то в памяти осталась продажа на каждом углу живой рыбы, в основном, толстолобика.

В октябре 1977 г. группа руководителей ТНХК прилетели в Гурьев (дорога тяжёлая, 2 пересадки, в обратную сторону самолётом добирались трое суток) знакомиться с производством полипропилена, поставленного той же итальянской фирмой "Tecnimont", которая работала на Томск. Опущу технические вопросы и процитирую из "Хроники ТНХК" запись, касающуюся непосредственно города. Город Гурьев, хуже не придумаешь. Грязь плавает на 20 см. выше асфальта, где он есть, а где асфальта нет - вообще не пройдёшь. По сравнению с Гурьевом Тюмень это Невский проспект в дождливую погоду (можешь немножко обрызгаться). Грязь в городе жёлтая с проступающей солью. Деревьев мало. Местные жители с грязью смирились и все "в голос": "Мы расположены ниже уровня моря". Ливневой канализации, естественно, нет. Правда, через центр города течет река Урал, есть неплохая набережная. Все дни на берегу полно рыбаков. Отлично брала вобла. На базаре связка вяленой воблы (10 штук) 3 рубля.... Очень дешёвые арбузы...

Добавлю поразившее меня зрелище: выглядываю из окна 14-этажной гостиницы для иностранцев, а перед входом привязано несколько верблюдов. В следующий визит в Гурьев (конец ноября 1984 г.) поразился скачкам местной погоды, снега нет, а температура ~ -10? и ледяной ветер. Гурьевский химзавод "украшен" гигантскими сосульками, угрожающими порвать технологические трубопроводы.

После ноябрьских праздников 1977 г. группа вылетела в Ленинград (в "Хронике ТНХК" зафиксировано 10 моих командировок в город на Неве) для приёмки окончательного проекта у фирмы "Tecnimont". Как-то в воскресенье делегацию итальянцев + два человека от ТНХК (начальник производства полипропилена и я) повезли смотреть Павловск и Пушкин. Организовано прекрасно, в ресторане города Пушкин обед. С тостами (уж и не помню, какую ахинею я нёс относительно Сибири, медведей и красивых девушек в ЦЗЛ), икрой, морем вина и водки. Выпили прилично (на холяву горазды пить и мы и итальянцы), расплачивался представитель отдела внешних сношений, явно чекист (откровенно избегал фотографирования на фоне экскурсионных прелестей).

В июне 1979 г. в составе 7 специалистов ТНХК командирован в Северодонецк (от Ворошиловграда несколько часов на автобусе) рассматривать с англичанами (фирма ICI) проект следующего производства ТНХК - метанола. Город молодой, хорошо спланирован, дома красивые, зелени много, но загазованность явно выше ПДК для жилых микрорайонов. В воскресенье отдыхали на прекрасной базе отдыха ПО "АЗОТ", расположенной на Северном Донце. Стояла страшная жара, даже ночью невозможно было спать. Несколько спасало обилие пива (в те времена большая редкость).

В мае 1980 г. и ноябре 1985 г. Союзхимпласт проводил отраслевые совещания по научно-техническому прогрессу в древней Суздали (электричкой от Москвы до Владимира, затем автобусом). Суздаль, районный центр Владимирской области, имеет церковные памятники, начиная с 13 века. В 70-е годы Суздаль частично реставрирована и подготовлена для приёма иностранных туристов по маршруту "Золотого кольца". На въезде в Суздаль построен отличный мотель (внимательный читатель обратил внимание на время проведения совещаний), который в межсезонье явно маялся без клиентов. Суздаль - небольшой городок без промышленных предприятий, я его вдоль и поперёк истоптал. Можно предположить, что лет 200-300 назад город имел больше населения. Типичные строения прошлых веков, скажем гостиный двор (в Томске ещё в 60-е существовал подобный, но партийным органам потребовался новый "белый" дом и базарная площадь превратилась в площадь Ленина). Женский и мужской монастыри в то время не функционировали, являлись частью музея и принимали экскурсантов, не знаю, как сейчас.

В марте 1983 г. впервые побывал в Грозном, второй раз в декабре 1984 г. Город не понравился. Может быть, отсутствие листвы на деревьях несколько исказило восприятие, но Грозный показался грязным разбросанным городом, люди живут преимущественно в частном секторе. Запомнились большие стаи собак на пустырях между кварталами (трамвай, не спеша, объезжает жилые кварталы и даёт возможность многое посмотреть). Характерная картинка. Рабочий день, центральный базар, единственный товар - черемша, продают килограммами и мешками. Продавцы - женщины. Там-сям большими компаниями (сидят вкруг, на корточках) чеченцы-мужчины ведут неспешные беседы. В то же время на нефтеперерабатывающем заводе почти нет чеченцев, в Грозфилиале Пластполимера (место назначения командировок) один чеченец, Руслан Денилов, по слухам погибший во время первой чеченской войны.

Февраль 1984. Белоруссия. Красивый современный промышленный город Новополоцк. Кварталы добротных жилых домов, широкие проспекты. Ориентированный на "большую химию" Новополоцк выигрывает, на мой взгляд, в сравнении со своими аналогами Ангарском, Северодонецком. Памятники старины сосредоточены в древнем Полоцке. Православные церкви прошлых веков, следы Наполеона, Кутузова, последней войны...

В декабре 1986 г. Союзхимпласт проводил совещание по технике безопасности в Казани. Было время и для знакомства с городом. Массовая экскурсия пошла по традиционному маршруту: музей в университете, где учился Ленин; кремль (смотрится очень прилично); новостройки. Много походил пешком. Не сказал бы, что город красивый. В промзоне высокая загазованность.

В июле 1987 г. поехал на собственной машине в Талды-Курган на золотую свадьбу родителей. Маршрут: Новосибирск - Барнаул - Рубцовск - Семипалатинск - Аягуз - Талды-Курган. После Рубцовска начинаются полупустынные места, а южнее Семипалатинска жара несусветная. После высыхающего Балхаша по дороге череда Алакульских озёр, знаменитых вкусной рыбой, но нечего и думать о рыбалке.

Апрель 1988 г. Калинин (Тверь). Командирован в институт синтетических волокон. Тверь - старинный город, в центре немало каменных домов прошлых веков, но какие-либо достопримечательности в памяти не остались, новые кварталы - типичные "хрущобы".

Октябрь 1989 г. Уфа. Совещание по организации на ТНХК производства углеродных волокон. Гостеприимные хозяева из института нефтепереработки познакомили с городом. Большой разбросанный город явно перенасыщен промышленными предприятиями, в т.ч. предприятиями химического профиля. Высокая загазованность, впрочем, местные жители притерпелись и опровергают очевидное для приезжего. Центр города, здания руководящих органов, памятники (красивый Салавату Юлаеву) подчеркивают, что Уфа - не какой-нибудь областной центр, а столица республики Башкортостан, с проявления национализма столкнулся прямо на улице. Для меня было откровением противостояние башкир и татар, начальники в большинстве башкиры, хотя по численности в республике больше татар.

Апрель 1990 г. Ярославль. Замминистра химической и нефтехимической промышленности СССР С.В. Голубков проводит совещание, направленное на повышение эффективности отраслевой науки. Расположенный на Волге Ярославль - город красивый. Ярославль скоро будет отмечать тысячелетие со дня основания, имеет много церковных памятников прошлых веков. Ярославль - редкий для центральной России пример, когда древний город не захирел, а превратился в крупный индустриальный город.

Ноябрь 1990 г. Тольятти. Решаем вместе с директором завода полипропилена планы совместных работ с АвтоВАЗом. Затёртый термин "автогигант" начинаешь ощущать, попав на заводскую территорию. АвтоВАЗ - город, с цехами-кварталами. Высокий уровень автоматизации, огромное число работающих. Много иностранных рабочих (покраску автомобилей, одну из самых вредных для здоровья операций, проводят, преимущественно, вьетнамцы). Город Тольятти (раньше назывался Ставрополь на Волге) начал интенсивно развиваться в 60-е, когда с помощью итальянской фирмы "Фиат" страной решалась проблема создания современного массового автомобиля. Тольятти разбросан, построен в виде нескольких раздельных промышленных районов с заводами (помимо АвтоВАЗа) химического, электротехнического, машиностроительного профиля. Центральный проспект широкий, жилая застройка мало отличается от других городов.

07.04.95 г. Великая Обь, приближается ледоход. Слева Витя Солодов.


8 июня 1992 г. прилетел с группой заместителей директоров крупных уральских и подмосковных предприятий в Берлин на двухнедельный семинар по управлению качеством продукции. Служебные впечатления описаны в "Хронике ТНХК", житейские - в семейной хронике. Здесь кратко. Гостиница на знаменитой улице "Унтер ден Линден" ("Под липами") рядом с Бранденбургскими воротами и рейхстагом. Торговые ряды на подходе к Бранденбургским воротам по ассортименту напоминают Старый Арбат того времени в Москве (барахолка сувениров). Восточный Берлин и Западный отличаются как небо от земли. Западный Берлин сверкает, Восточный - мрачный. Со временем после нескольких поездок в Германию и огромных изменений в России, многие впечатления поблекли. Невозможно забыть: магазины, заполненные мыслимым и немыслимым товаром; удивительную всеобщую вежливость, недостижимую в России никогда; культуру обслуживания!!! Посчастливилось побывать на представлении в знаменитом "FRIEDRICHSTADT-PALAST", музыкальном театре Берлина.

На выходные дни поехал (12-14.06) поехал в гости к родственникам в Папенбург (Нижняя Саксония). Цель: посмотреть своими глазами, как устроились родственники, передать своё мнение родителям. По результатам поездки вынес однозначное решение, папе с мамой в Германии будет лучше, чем в Талды-Кургане. Из Берлина в Папенбург добирался поездом 8 часов с двумя пересадками. Естественно, всё время просидел у окна. Удивительно, но на глаз хорошо видно, когда поезд пересекает бывшую границу между ГДР и ФРГ. Поразил разный вид сельхозугодий, на Западе всё более ухожено и аккуратно.

15 сентября 1992 г. выехал в Талды-Курган с Надей и Юлей провожать родителей в Германию. Состояние тягостное! Несколькими машинами в ночь выехали в Алма-Ату, а в полдень папа с мамой и сестра с семьёй улетели в Москву (один из этапов пересылки). Побродили по Алма-Ате и ночью улетели в Томск. В Алма-Ате я первый раз побывал в 1955 г. во время поездки с папой на Урал. Позже бывал десятки раз. Мне Алма-Ата нравится. Изначально семиреченские казаки спланировали станицу "Верный" так, чтобы удобно было поливать, т.е. строгими квадратными кварталами. Вдоль арыков высокие деревья создают тень, а журчащая вода создаёт приятный микроклимат даже в самое знойное время. Хорошо жить в частных одноэтажных домах. Каждое утро центральные улицы Алма-Аты обильно поливаются (моются) водой. В городе много цветов, отличные парки. Популярен "зелёный" базар. К сожалению, новые кварталы "хрущоб", строящиеся по вчерашним окраинам Алма-Аты, плохо подходят для комфортного жилья, арыки в запущенном состоянии. Национальная структура жителей Алма-Аты резко меняется в пользу казахов, но ведь генетически - это чабаны (не подумайте, ради бога, что хочу оскорбить казахов) и кропотливая работа по выращиванию садов не для них. Последняя мысль хорошо подтверждается состоянием немецких деревень в районе Талды-Кургана, заселённых казахами после уезда немцев в Германию.

Август 1994 г. Виды Папенбурга, слева древняя ратуша. Рядом Надя.


Август 1994 г. Виды Папенбурга. Надя с Юлей на подлинном корабле 17-го века.


Август 1994 г. Виды Папенбурга. Надя с Юлей.


В августе 1994 г. приехали в гости в Папенбург. Красивый аэропорт Ганновера. Удивила погода, 4 августа, в аэропорту +36?. 300 км до Папенбурга Саша, муж Вельды, пролетел на Ауди 80 за 3.5 часа, большая часть дороги - отличный автобан. Папенбург - старинный городок на крайнем северо-западе Германии. Основное предприятие - верфь Мейера, существующая более 200 лет, и выпускающая круизные корабли, в основном для США. Фотографии, на которых я снял Надю и Юлю на фоне только что вышедшего из верфи теплохода "Меркурий" хорошо показывают его гигантские размеры. Жители Папенбурга и его окрестностей как праздника ждут 2 раза в год спуска очередного корабля на воду. Папенбург территориально расположен на искусственно прорытых каналах. Люди пешком почти не ходят, предпочитают автомобиль и (или) велосипед. Везде выделены специальные велосипедные дорожки. Преимущественная застройка - одно- и двухэтажные частные дома, отделанные красным кирпичом и покрытые черепицей. Множество цветов. Каждый домохозяин пытается перещеголять соседей, прежде всего, цветами. Климат морской, снег выпадает 1 раз в 5-7 лет на пару дней. Мягкий климат способствует росту растений различных природных зон: от цветущих магнолий до многих разновидностей ели (такого растительного разнообразия я не видел даже в Карпатах). Кролики, зайцы, лисицы бегают у всех на глазах. Отличные кладбища. На одном из них, евангелическом, 18.05.98 г. похоронили маму. Скромные памятники, места захоронений усажены цветами, карликовыми деревьями, нет заброшенных могил. Достойные проводы ушедших в мир иной, не отдельных личностей, а всех людей - признак цивилизованности государства и народа, его составляющего. Как же далека от такого состояния Россия!

Август 1994 г. Папенбург. Спущен на воду круизный красавец "Меркурий" для США.


Август 1994 г. Папенбург. Один из шлюзов, обеспечивающих проводку гигантских океанских лайнеров до "открытой воды".


Каждую поездку в Папенбург мы обязательно "отмечались" в Голландии. Дважды были в Грёнингене (~ 70 км от Папенбурга). Границы между Германией и Голландией давно нет, но визуально видна разница в окружающем ландшафте. На территории Германии поля более ухожены, в Голландии видны многочисленные стада коров. Грёнинген - грязный портовый город, опять же, если сравнивать с Германией. Среди прохожих много разноцветных людей (негры, мулаты, индонезийцы...), полно смешанных по цвету кожи гуляющих пар. В Грёнингене есть и запоминающиеся архитектурные ансамбли, я больше смотрел на людей. Казалось бы, 70 км, никаких границ и такая разница. Наркотики продаются свободно, я сам заходил в магазинчик, торгующий приспособлениями для приёма наркотиков (одних кальянов видов 50, от стеклянных до серебряных). В 1997 г. Саша с Вельдой повезли нас в парк роз Rosarium Winschoten (Голландия, ~ 30 км от Папенбурга). Трудно передать, огромная территория, с разбросанными клумбами тысяч разновидностей роз (и только роз!). Между клумбами гуляют декоративные разноцветные куры. Здесь же единственный в мире памятник дождевому червю.

Август 1994 г. Голландия. Грёнинген. Торговая улочка. Рядом Юля.


Август 1997 г. Голландия. Rosarium Winschoten.Надя и Юля рядом с единственным в мире памятником дождевому червю.


Август 1997 г. Голландия. Rosarium Winschoten.


Закончу тему Германии обратной дорогой через аэропорт во Франкфурте. Поезд идёт часов 6. Познавательная поездка, когда едешь днём. Поезд несколько часов идёт вдоль Рейна в десятке метров от берега. С другой стороны нависает горный склон (градусов 60, не меньше), усаженный виноградниками. Рейн не широкий, но, по-видимому, глубокий, так как корабли движутся в обе стороны (на Оби и близко нет такой интенсивности движения). Поразил самый промышленный район Европы - Рур. Проезжаешь Дуйсбург, Дюссельдорф, Кёльн и никакого смога, прозрачный воздух (как не вспомнить картину задымлённости при подъезде к Новосибирску). Там, где государство защищает природу не на словах, и добиваются успеха. Очередное вынужденное сравнение и опять не в пользу России (у нас земли много!). Фракфуртский аэропорт - самый крупный из тех, что я видел. Огромная пропускная способность аэропорта сочетается с рациональной системой обслуживания пассажиров.

--------------------------

Далеко не везде удалось побывать даже на территории бывшего СССР. Жалею, что не смог посетить Одессу, Тбилиси, Таллин, Ташкент и Самарканд. Теперь это обычная заграница. Поездки ограничены, прежде всего, финансовыми возможностями. Последний раз я выезжал за пределы Томска в мае 1998 г. (Папенбург через Новосибирск).

Географический обзор мест (не всех!), где удалось побывать в течение жизни, завершается. Я попытался решить трудную задачу: совместить биографическую канву, краткость изложения и фактическую значимость того или иного города в моей жизни. Географические объекты, с которыми мне в жизни приходилось встречаться, условно можно разделить на 5 групп. 1. Места постоянного проживания: Уштобе, Челябинск-40, Колыма, Талды-Курган, Текели, Томск, Барнаул, Тюмень. 2. Города, которые посещал десятки раз: Москва и Подмосковье, Новосибирск, Санкт-Петербург, Алма-Ата, Екатеринбург. 3. Города и местности, которые посещал 2-5 раз: Магадан, Рига, Абхазия, Грозный, Байкал, Суздаль, Папенбург... 4. Города и местности, которые удалось посетить один раз: Львов, Ереван, Киев, Ярославль, София, Красноярск... 5. Объекты, наблюдаемые в процессе передвижения: Казахстан, Закарпатье, железнодорожные вокзалы, аэропорты.... Даже внутри условных групп большие различия, скажем, в Киеве я находился сутки, а в Красноярске месяц.

Читатель видит диспропорцию в освещении географических объектов, возникших на жизненном пути автора. Особенность настоящего эссе и в том, что всплески памяти дают специфическую временную картину, в жизни непрерывно происходят изменения. Что я могу сказать, допустим, о нынешнем состоянии Озёрска (Челябинск-40), если вывезён оттуда ребёнком 48 лет назад. Или, скажем, древний Домский собор в 80-е считался концертным залом рижской филармонии, а сейчас используется по прямому назначению. И всё же, уважаемый читатель ознакомился с очередным элементом жизненной мозаики автора, смею надеяться, было не очень скучно, даже наберусь нахальства предположить, кое-что оказалось полезным. Благодарю!


Томск, 31.01.99 г. - 28.03.99 г.


8