Конец войны, Германия в осаде,
Старик Рентген почти уже не ест,
Опять с едой пришла посылка, кстати;
Поступки странные ему диктут честь.

Он равнодушен к сахару и хлебу,
Вот он встаёт и медленно идёт,
Его глаза почти совсем что слепы,
Кусок последний людям отдаёт.

Он знает также: нужно сжечь бумаги,
Ошибок нет, а электрон не в счёт.
Об электроне знает нынче всякий,
И здесь Рентген на шаг ушёл вперёд.

Кто будет той едой спасён - никто не знает,
Как не узнает евший хлеб тогда,
Что за него учёный умирает,
А X-лучи остались на века.