# Из воспоминаний об Одессе - 8

Лев Иосифович Штерн

Церкви и синагоги. Море. Рыба. (15 иллюстраций)

Из воспоминаний об Одессе -1(Введение. Берег. Город. Пляж.)

Из воспоминаний об Одессе - 2(Трамвай. Коммунальная квартира.)

Из воспоминаний об Одессе -3 (Школа. Строительство. Тротуары, мостовые. Бани )

Из воспоминаний об Одессе - 4 (Сады и парки.)

Из воспоминаний об Одессе - 5 (Театры, кино, клубы. Базары. Толчок.)

Из воспоминаний об Одессе - 6 (Вокзалы. Троллейбус. На улице.)

Из воспоминаний об Одессе -7(Ателье мод, прачечные, химчистка, аптеки, кладбища, дачи, почта, дворы.)

Из воспоминаний об Одессе -8 (Церкви и синагоги. Море. Рыба.)

Из воспоминаний об Одессе - 9 (Греческая площадь. Детские игры. Университетский город. Благосостояние).


Церкви и синагоги


До революции в городе действовало большое количество культовых учреждений разных конфессий: православных , иудейских , католических, протестантских и др., которые посещало большинство населения.


После 1920-го года началась тотальная борьба с религией. Антирелигиозная пропаганда сочеталась с экспроприацией и закрытием церквей , синагог и устройствам там складов, спорт залов и т.п. или их полным разрушением. Фактически все такие учреждения были закрыты.

Клуб в помещении церкви на Пушкинской возле вокзала (кадры из к/ф 'Человек с киноаппаратом, 1929 г).


Сразу после войны ( с 1944 г), некоторые церкви возобновили работу. ( послабления связаны с политикой властей во время войны, которые были вынужденны обратится к религиозным чувствам населения для поднятия духа). Тем не менее большинство храмов и молитвенных домов использовались не по назначению. Так в 50-е- 80-е годы в городе функционировала одна синагога (да и та на Пересыпи, где евреи почти не жили), на все еврейское население 200 тыс. человек.


Справедливости ради надо признать, что религиозность населения в 20-ом веке сильно снизилась - сказались десятилетия антирелигиозной пропаганды с одной стороны и действие многих ограничений для верующих с другой.

Например: за посещение церкви или синагоги подростка могли исключить из комсомола и соответственно закрыть ему доступ к образованию, а члена партии лишить партбилета и поставить крест (простите за невольный каламбур) на его карьере.

К тому же в школе ни о каких предметах связанных с религией не могло быть и речи, более того - любая религиозная литература была под запретом: в магазинах не продавалась, а библиотеки не выдавали даже то, что сохранилось со старых времен.


В рамках все той же борьбы с религией существовал почти полный запрет на выпечку и продажу мацы, нужной евреям на праздник Песах. Власти города создали положение, сильно затрудняющее приобретение мацы и в то же время предотвращающее обвинения в антисемитизме полным ее запретом .


Вот как это было. ( Я сам несколько раз прошел такую процедуру).

Единственным местом во всем городе, где разрешали выпекать и продавать мацу определили синагогу на Пересыпи. Естественно там уже за 2 месяца до праздника ежедневно выстраивались большие очереди. Но главная трудность состояла не в этом. Дело в том , что мацепекарня не имела права закупать муку для выпечки, а могла только печь из муки заказчиков. Поэтому каждый еврей, проехав через весь город ( большинство евреев жило на Молдаванке и в Центре), привозил с собой мешочек муки с которым и становился в очередь. Простояв несколько часов, муку по весу сдавали приемщику, платили за работу, записывались в список и получали записку с датой получения мацы ( где-то через неделю). Очередь за получением была немного меньше и счастливцы с пакетом подмышкой спешили домой.

До сих пор для меня остается загадкой, как эта пекарня умудрялась изготовлять такую хорошую мацу из такой разнокалиберной муки. Или она только казалась мне вкусной после всего...


Мне довелось бывать в нескольких бывших культовых зданиях. В годы учебы в школе ном. 49, я некоторое время посещал баскетбольную спортивную секцию в католическом костеле, превращенном в спортзал. Костел занимает середину квартала между ул. Екатериненской , Жуковского, Ришельевской, Полицейской., а в ряде флигелей вдоль Полицейской располагалась моя школа.


Костел на моей памяти перестраивался ( вернеее проводилась внутренняя перепланировка) дважды. В середине 50-х и в 60-е годы. На первом этапе центральное большое помещение превратили в баскетбольный зал , а в подсобных помещениях разместились раздевалки душевые и т.п. На втором этапе главный зал разделили горизонтальным перекрытием. Внизу остался большой баскетбольный зал, достаточно высокий даже после перестройки, а на верхнем этаже устроили несколько небольших залов для секций бокса,. настольного тенниса и некоторых других. Году в 66 или 67 будучи студентом, я посещал там секцию настольного тенниса на втором этаже.Главный зал костела после 1-ой реконструкции. Кадр из к/ф 'Повесть о первой любви' 1957.


В здании лютеранской кирхи оборудовали спортзал института связи , а в большой синагоге на Ришельевской уг. Еврейской спортзал педагогического института. Там так же зал был разделен перекрытием. В синагоге Бродского много лет и до настоящего времени размещается областной архив. Здание несколько раз перестраивалось, добавлялись перегородки и перекрытия, а элементы наружнго декора утрачивались. В синагоге на М. Арнаутской уг. Ремесленной в 50-80-е годы работал клуб ДОСААФ ( Добровольное Общество Содействия Армии, Авиации, Флоту.)


Кафедральный собор на Соборной площади вовсе разрушили в 30-е годы. В детстве да и в юности, произнося название площади "Соборка", я никак не увязывал его с церковным зданием и только позже понял связь названия со стоявшем там прежде Собором. Тогда же разрушили церковь на Приморской ул. напротив Потемкинской лестницы. В монастыре возле ж.д. вокзала размещались какие-то подразделения Политехнического института и работал планетарий ( использовался один из куполов ).


МОРЕ


Жизнь города с самого основания зависит от моря. В 1960-80 гг. до 20 проц. населения была так или иначе связана с морем. Это моряки, рыбаки (моряки рыболовецкого флота), работники порта и судоремонтного завода, учащиеся и студенты нескольких высших и средних учебных заведений морских специальностей. Наиболее престижной считалась профессия моряка, но не просто моряка, а моряка загранплавания и не столько из-за романтики дальних странствий - хотя такой элемент тоже присутствовал - сколько из материальных соображений.


В силу "спец-фических" (по А. Райкину) экономических отношений в те годы, доходы моряка с визой (то есть с правом на загранрейсы) раз в 10 превышали заработок моряка каботажного плавания. Официально зарплата первого была лишь немногим больше, чем у второго. Дело в том, что часть ежемесячной зарплаты за время проведенное за границей (с момента выхода в загранрейс и до возвращения в любой отечественный порт) моряк получал в долларах. Эти деньги предназначались на карманные расходы и покупки вещей личного пользования во время увольнительных на берег в иностранных портах ( рубль был неконвертируемой валютой и был запрещен к вывозу за рубеж).


Однако на практике, моряк старался накупить за границей как можно больше дешевых - нередко уцененных - вещей, имеющих спрос в Одессе, и в силу огромной нехватки товаров - получить дополнительный доход. Так если по официальному курсу 1 долл.= 65-75 коп., ( по такому курсу моряк получал валюту), то после реализации товара на толчке или в комиссионке у него выходило 30-50 руб. за 1 долл. Таким образом 20-30 руб. в м-ц(10- 15 проц. от зарплаты), но полученные в валюте, превращались в немалый доход.


Провезти товары для продажи было непросто. Перед заходом в родной порт каждый моряк раскладывал купленные вещи для показа таможне. Существовали списки товаров и их количества разрешенные к ввозу. Главный критерий: "не в товарном количестве". Например: ткани - до 5 метров, пальто - 4 ( 2 женских, 2 мужских), косынки - до 10 шт. "Лишние" вещи опечатывали и записывали на следующий рейс. В случаях крупных нарушений могли и визу закрыть.


Таможенники тщательно осматривали корабль, особенно сухогрузы, залезали во все щели и люки, где могла быть спрятана "контрабанда", но пассажирские суда досматривали по упрощенной схеме : просто не хватало времени ввиду их больших размеров.

Моряки покупали дешевые товары в определенных портах и если заходов в эти порты не было, валюта оставалась. Ее сдавали и в следующем рейсе получали опять, либо обменивали на специальные чеки на которые можно было покупать только в особом магазине для моряков (в просторечии "торгсин") на пр-кте Шевченко по совершенно другим, значительно более низким, ценам, но главное - там были импортные т.н. дефицитные товары. Поэтому на черном рынке за 1 руб-чек давали от 10 -12 до 20-25 обычных рублей (в разное время) и это еще при том, что входить в "торгсин" могли только моряки и члены их семей по соответствующим документам.


В заграничных портах моряков отпускали на берег по три человека - один обязательно из командного состава. Списки на увольнение составлялись накануне помполитом ( 1-ый помощник капитана). Этот помощник в кораблевождении участия не принимал - назначался партийными органами и следил за благонадежностью команды, включая капитана, за границей.

Образцы чеков разных лет . Чеки шли сшитыми в книжечку в наборе разного достоинства ( на полях видны дырочки от скрепки). На чеках для моряков всегда было изображение якоря для отличия от других многочисленных типов валютных чеков разных категорий ( дип.работников, специалистов работавших по контракту за границей и т.п.).


Отношение властей ко всему этому валютно-товарно-чековому обороту на флоте было двоякое: с одной стороны таможенники отлавливали " спекулянтов", стараясь перекрыть "незаконный источник обогащения", с другой пароходство, самая влиятельная организация, смотрела на все "сквозь пальцы" - сложившаяся система закрепляла квалифицированные кадры и помогала держать дисциплину (под угрозой закрытия визы). Работа моряка очень тяжелая: несколько месяцев в рейсе вдали от семьи, работа без выходных и праздников в три смены, жизненное пространство ограниченное кораблем, шторма и резкие перемены климата (сегодня северный порт, а через 2 недели тропики или наоборот) и только возможность хорошего заработка могла удержать людей.

Между высокими заинтересованными инстанциями по поводу "спекуляции" постоянно велась подковерная борьба, которая иногда выходила наружу: помню как-то в 70-х в местной газете появилось объявление от Горисполкома о том, что с завтрашнего дня Промтоварный рынок, т. е. толчок, закрывается, а через три дня новое объявление: Промтоварный рынок возобновляет работу. При этом в дни прошедшие между объявлениями, с понедельника по четверг, толчок и так был закрыт (работал только в субботу, воскресенье) т. е. фактически он не был закрыт ни одного дня. Тогда пароходство победило Горисполком.


Моряки плававшие на пассажирских судах ходивших в "загранку" , а это были суда зафрахтованные иностранными турфирмами и соответственно возившие туристов из своих стран, получали немнго дополнительной валюты в виде премиальных. Источником таких премий служили чаевые, которые туристы давали обслуживающему персоналу: барменам, официанткам, борт-стюардессам ( горничным). Часть этих чаевых заставляли сдавать в судовую кассу. Из этих денег и платили премии тем, кто чаевых не получал. Естественно, большая часть доставалась начальству.


При пересечении экватора на судах устраивали праздник Нептуна. Моряки впервые пересекавшие экватор проходили обряд " крещения" и становились как бы настоящими моряками. Вся эта шуточная церемония с чертями , пиратами , окунанием в бассейн, Нептуном и пр. "нечестью", служила, я думаю, некой разрядкой для команды в длительном утомительном рейсе. После, всем прошедшим обряд вручали грамоты.

Особым уважением в 50-е - 60-е пользовались китобои - члены команды китобойной флотилии "Слава" и позднее "Советская Украина" ("Слава" - 1947-1966, "Советская Украина" - 1959- 1986, несколько лет флотилии работали параллельно). Флотилия состояла из корабля-матки, где разделывали добытых китов и небольших кораблей-охотников. Китобои уходили в рейс более чем на полгода в Южную Атлантику с осени по весну (когда там лето). День возвращения флотилии ощущался как праздник: на причале собирались родственники, играл оркестр, на Бульваре сотни горожан наблюдали за входом кораблей в гавань, подающих приветственные гудки, швартовкой огромной матки и вереницей юрких охотников один за другим проходящими Воронцовский маяк.


Встреча китобойной флотилии "Слава" на причале старого морвокзала (кадр из к/ф "Инрстранка", Одесская киностудия, 1965).

"Советская Украина" в порту (кадр из к/ф "Инрстранка").

Векслер."Встреча китобойной флотилии "Советская Украина".

Работа китобоев была еще более тяжелая и опасная, особенно на охотниках. Почти каждый рейс гибло по несколько моряков, о чем по городу ползли слухи на следующий же день после торжественной встречи.


Рыба

радиционно в Одессе было много разнообразной рыбы, особенно морской. Это кефаль, скумбрия, камбала, глосса, бычки, хамса и др. Все это рыбное изобилие широко представленное в начале 20-го века постепенно, в силу разных причин, пошло на убыль. Я уже не застал кефаль, а ведь еще в 20-е, 30-е годы, как поется в популярной песне: "Шаланды полные кефали в Одессу Костя приводил", но я еще помню черноморскую скумбрию, которая продавалась не только на базарах, но даже в госторговле (настолько ее было много). К концу 60-х скумбрия исчезла, одесситы шутили, что вся скумбрия сбежала в Турцию. Скумбрия - рыба не крупная , не более 200 г штука (или как ее называли качалка), но жирная и очень вкусная. Попадалась более мелкая рыбка - чирус - молодь скумбрии, вкус похожий, но суховатая. Свежую скумбрию обычно жарили на сковороде, малосольную ели с помидорами, но горячего копчения была самой вкусной (и дорогой - 3 руб. 6 коп. кг). Последний раз я ел скумбрию горячего копчения в 1968 г.

Камбалу - большую круглую с черной спиной с шипами и глазами с одной стороны - на базаре в рыбном корпусе продавали по частям (вся рыбина весила 4-5 кг). Больше всего ценилась спинка - толстая мясистая часть, но покупали, естественно подешевле, тонкий край и голову на уху. Родственница камбалы - глосса (мелкая и без шипов) считалась диетической и полезной рыбой. Истинно одесской рыбой считались бычки. В описываемое время они продавались в большом количестве, и не только на базарах. Вязки бычков, а их обычно нанизывали на веревочку, а не продавали на вес, можно было купить прямо в городе на некоторых углах, у магазинов. Интересно, что бычки не считались серьезной рыбой и в магазинах не продавались. Рыба эта костлявая и как говорили: "кай унд шпай" / жуй и плюйся (идиш). Бычки жарили, но особенно вкусна из них уха.

До засыпки побережья мелким песком во время берегоукрепительных работ (60-70 -е годы), среди прибрежных "скалок" - глыб ракушняка источенных прибоем и обросших водорослями, во множестве водились бычки и креветка-рачки. Бычков ловили прямо на пляже на удочку, сидя на "скалке", а наживкой служили тут же пойманные мелкие креветки. Их было настолько много, что достаточно было несколько метров медленно протащить под водой раскрытую наволочку и подняв ее и дав стечь воде, найти в ней несколько рачков.

Большой популярностью пользовалась разнообразная мелкая рыбка: анчоус, сарделька , тюлька. Такую рыбку в основном засаливали, но и варили уху, тушили в уксусе, жарили в кляре в виде котлеток, предварительно вынув хребетики. Кроме того много различных блюд готовили из пресноводных (прудовых) рыб. Карп (произносили "короп"), судак, сом, щука и др. Традиционное одесско-еврейское блюдо - фаршированная рыба - в основном готовили из коропчиков. В то время поговорка "На безрыбье и рак рыба" еще не потеряла актуальности, в том смысле что раки (большие пресноводные) и мелкие (черноморская креветка "рачки") стоили значительно дешевле рыбы и были заурядной закуской к пиву.

Жители прибрежных деревень издавна занимались рыболовством и в советское время рыбаков добровольно-принудительно объединили в рыболовецкие колхозы. Например в Люстдорфе колхоз назывался "Червона хвиля" т.е. красная волна по- украински. Тогда модно было ко всему прибавлять слово "красный" - цвет революции, но иногда как и в данном случае, название звучало двусмысленно. Небольшие рыболовецкие суда колхозов - сейнеры часто виднелись недалеко от берега напротив деревень. На всех базарах были рыбные ряды, а на Привозе и Новом базаре - рыбные корпуса

Старые рыбные корпуса на Привозе.

В 50-60-е главный рыбный магазин находился на Дерибасовской с отделами свежей рыбы, соленой и консервов (мороженной океанической рыбы тогда еще не было). В 50-е полки для консервов в основном занимали крабы и икра, которые почти не покупали. Люди искали что-то более дешевое и практичное для пропитания. Позже рыбный магазин перешел на Ришельевскую уг. Греческой ("Дельфин"), а вместо рыбного на Дерибасовской открылся молочный магазин.

С годами местной свежей рыбы становилось все меньше, зато стала появляться разнообразная мороженная океаническая рыба с диковинными названиями: мерлуза, бельдюга, нототения, хек и др. В конце концов свежей морской рыбы не стало вообще и в 80-е годы осталась только мороженная, да иногда прудовая: карп, толстолобик. В то время предприимчивые, но жуликоватые бабули иногда продавали размороженную и засоленную атлантическую скумбрию под видом местной, приезжим отдыхающим, во множестве заполнявшим город каждое лето.

Мороженная рыба и разнообразные рыбные консервы появились с началом работы рыболовецкой флотилии "Восток". Плавучая база - рыбоперерабатывающий завод "Восток" начала работать в 1970 г. Она прямо в океане замораживала и консервировала рыбу, которую ловили приданные ей рыболовецкие суда. Эта флотилия, как и китобойные флотилии входила в объединение "Антарктика" с главной конторой на Дерибасовской уг. Екатериненской.

Полная версия воспоминаний об Одессе размещена на моем сайте https://sites.google.com/site/odessaxxvek2/


Лев Штерн

2010

Из воспоминаний об Одессе -1(Введение. Берег. Город. Пляж.)

Из воспоминаний об Одессе - 2(Трамвай. Коммунальная квартира.)

Из воспоминаний об Одессе -3 (Школа. Строительство. Тротуары, мостовые. Бани )

Из воспоминаний об Одессе - 4 (Сады и парки.)

Из воспоминаний об Одессе - 5 (Театры, кино, клубы. Базары. Толчок.)

Из воспоминаний об Одессе - 6 (Вокзалы. Троллейбус. На улице.)

Из воспоминаний об Одессе -7(Ателье мод, прачечные, химчистка, аптеки, кладбища, дачи, почта, дворы.)

Из воспоминаний об Одессе -8 (Церкви и синагоги. Море. Рыба.)

Из воспоминаний об Одессе -9 (Греческая площадь. Детские игры. Университетский город. Благосостояние).