Смолина Алла: другие произведения.

4. Швеция. O школьном директоре, русской девочке и материнских слезах

Сервер "Заграница": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Помощь]
  • © Copyright Смолина Алла
  • Обновлено: 01/09/2017. 42k. Статистика.
  • Рассказ: Швеция
  • Иллюстрации: 12 штук.
  • Скачать FB2
  • Аннотация:
    Опубликовано в газете "Комсомольская правда" 18.11.2004. (Из цикла "Красна девица. Pодительский дневник")

  •   
      
      

    Алла Н. Смолина

      Циклом "Красна девица" я попыталась зафиксировать несколько переломных моментов дочкиной жизни, в основном на чужбине. Наподобие материнского дневника, рассказывающего о взрослении ребёнка в незнакомой среде. Писала исключительно для семейного чтения, может со временем заинтересует, хотя поначалу дочь очень ругалась и даже пыталась сообщить о недопустимости вмешательства в чужую личную жизнь. И смех и грех. Сейчас дочка выросла, стала мамой нескольких прелестных деток и женой русскоязычного мальчика. Последний пункт был для меня принципиально важным, чтоб "наш" и православный.
      
      
      
    Предыдущие главы:
      
        1. Мой первый рассказ о дочке, так сказать первая проба пера "Швеция. O пасхальном зайчике, русской девочке и голливудском актёре Де Ниро" находится здесь:
      http://samlib.ru/a/alla_s/kd1.shtml
      В этой главе рассказываю о том, как из-за постоянных переездов дочке пришлось учить несколько языков. По-русски она начала читать между двумя и тремя годиками. Потом был немецкий язык. Шведский. Английский. Испанский. Французский.
      
      
      2. Вторая глава "Россия-Швеция. Начало школьной жизни" находится здесь:
      http://samlib.ru/a/alla_s/kd2.shtml
      В этой главе рассказываю о первой дочкиной гимназии в Калининграде, куда она пошла сразу во второй класс, и о школе в Швеции, где учились дети иностранцев.
      
      
      3. Третья глава "Швеция. Выпускной класс школы первой ступени" находится здесь:
      http://samlib.ru/a/alla_s/kd3.shtml
       В этой главе рассказываю oб учёбе дочки в первой настоящей шведской школе младшей (первой) ступени.
      
      

    O школьном директоре, русской девочке и материнских слезах

     
     

    Вместо предисловия

      Сайт газеты "Комсомольская правда" я брезгливо обхожу стороной и уж тем более не куплю бумажного издания в киоске. Я понимаю значение жёлтой прессы, но светские новости и обывательские сплетни - это одно, а пропагандистская ложь, направленная на разжигание ненависти и межнациональной розни в обмен на мощную финансовую струю из бюджета, то есть на возможность сладко есть и мягко спать, заодно отправляя своих отпрысков на проклинаемый Запад... Нет, не понимаю. Разве это не пропаганда фашизма, когда со страниц газеты выражают сожаление, что кожу не всех евреев Гитлер использовал на изготовление абажуров? А совсем свежее из рассуждений об инвалидах? Ну да, текст о дочке писался давно, но, как все свои тексты, я постоянно дополняю их тематически интересным и на днях появился свежий "фашистский" перл от "Комсомольской правды" (http://www.kaliningrad.kp.ru/daily/26517/3533783/):
      "... Отвращение к уродству, болезни и к самой смерти заложено в нас эволюцией, естественным отбором, без которых на земле до сих пор в лужах копошилась бы протоплазма - и к ней сводилась бы вся жизнь. Дефектные особи не должны дать потомства. Лучше, чтоб они сразу умерли. И ни в коем случае нельзя допускать инвалидов на вершину социальной пирамиды..."
      
      Хотя когда-то "Комсомолка" была одной из любимых и именно в тот период на её страницах обсуждались острые вопросы после череды безобразных случаев в российских школах, всколыхнувших общественность. Вот газета и поднимала вопросы "Почему некоторые учителя не любят своих учеников?", "Как разрешить конфликт с педагогом, если ребёнок страдает от придирок и унижений?", "А у вас, уважаемые читатели? Как в ваших школах?"
      
      А в нашей семье произошло не совсем ординарное событие, связанное со школой, о чём я под ярким впечатлением поделилась с "Комсомольской правдой". Письмо напечатали 18 ноября 2004 года, в разделе "Педсовет". Сократили, упростили, переделали, но суть донесли верно.
      
      Сейчас же расскажу более полно. Авось когда-нибудь дочурка поблагодарит мамочку за столь бережное отношение к отдельным фактам её биографии.
      
      

    Часть первая. Немного возврата к предыдущей главе

      Чтоб понять суть вопроса, необходимо вернуться в предыдущую главу к школе первой (младшей) ступени, куда дочь попала к окончанию шестого класса, о чём рассказываю здесь: http://samlib.ru/a/alla_s/kd3.shtml.
      Это была первая настоящая шведская школа, куда дочь попала к окончанию. Ну да, шестой класс - выпускной класс младшей (1-й) ступени.
      
      Выпускной класс он и есть выпускной. Несмотря на смешной возраст выпускающихся, пришедших сюда сопливыми, плаксивыми, робкими дошколятами, проучившихся целых ШЕСТЬ лет из одиннадцати-двенадцати прожитых и познавших прелести жизни младших школьников, с окончанием шестого класса у них закрывалась последняя страница очередной жизненной главы.
      Это, если судить взрослыми мерками, - профессорский статус, не менее, и выпускники-шестиклашки по полной выделывались перед остальной малышнёй, с трепетным восхищением поглядывающих на "взрослых" мальчиков и девочек.
      
      Выделывались шестиклашки и меж собой, разбившись на группировки и выказывая мнимое совершенство всяк по своему: хорошей учёбой, прилежным поведением, спортивными успехами или же фирменной одеждой по баснословным ценам, а кто и нарушением дисциплины. Например, та самая тройка безобразников из эмигрантов, которых, устав с ними бороться, школьное руководство отправило к первоклашкам, о чём вспоминаю здесь: http://samlib.ru/a/alla_s/kd3.shtml.
      
      Внутриклассные группировки меж собой не враждовали, но подколки или завуалированные насмешки, накопившиеся за прошлые обиды совместной шестилетней учёбы, иногда проскакивали.
      
      И когда дочке предстояло влиться в столь непростой подростковый коллектив и начать учёбу на незнакомом языке, то я переживала не менее её.
      Подростковый ранимый возраст, а онa значительно опережала ровесников не только физическим созреванием, но и умственным. Чтение на немецком языке в пятилетнем возрасте я принимала само собой разумеющимся, коль она в два года приводила в шок окружающих, с открытым ртом разглядывающих чудо в коляске, крутящее по сторонам головёнкой и читающее вслух вывески. По слогам она никогда не читала, а соединяла буквы цепочкой, что позднее выльется в недоумение со стороны педагогов. Но сначала удивлялa прохожих на улице:
      - П-а-л-и-к-м-а-х-е-л-с-к-а-я. K-у-л-и-н-а-л-и-я. Г-а-л-а-н-т-е-л-е-я.
      
      Да-да, не коротенькие "хлеб" или "молоко", а длиннющие "парикмахерскую", "кулинарию", "галантерею". Так что свободное чтение на немецком языке в пять лет я приняла как естественный процесс.
      
      Более меня поразила, вернее, шокировала, её взрослая реакция на роман "Анна Каренина", прочитанный в десять (!) лет. Прочла раз, второй и подняла вопросы, уместные для старших девушек, о чём я немного рассказала в "Об Анне Карениной и шведских библиотеках" (здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/sw4ak.shtml). 
      
       Из всего получалось, что под моим крылом взрастает не легкомысленное дитя, а зрело рассуждающая личность и на этом базировались мои переживания и даже страхи перед новой школой. А ну как детский коллектив не примет иностранку? А вдруг станут издеваться? Мне хотелось уберечь, защитить дочь от психологических травм, полученных в детстве, но оставляющих шрамы на всю жизнь.
      
     
    * * *
      
      Однако интеграция в новую школьную среду прошла безболезненно. Дочь, как и все дети, языком овладела быстро и благосклонно была принята в компанию из пяти девочек-шведок. Новые подруги учились хорошо, имели приличные семьи, в разговоре со взрослыми показывали уважение.
      
      Их родители так же радовались дружбе с русской девочкой, опережавшей в учёбе многих одноклассников, и в иных случаях эти самые родители шли на поводу моей драгоценной дочурки, как случилось при поездке на музыкальный рок-фестиваль. Ну да, хитрость двух четырнадцатилетних авантюристок закончилась отпуском за свой счёт шведского папы-инженера и добровольно взваленной им же на себя роли шофёра-охранника-гида, о чём я рассказываю в тексте "Поездка двух малолетних врушек на взрослый рок-фестиваль" (здесь: http://samlib.ru/a/alla_s/kd5.shtml).
      Вторичное родительское волнение произошло, когда этим же малолетним авантюристкам захотелось в пятнадцать лет самостоятельно поболтаться по Парижу и проверить: а ничего не соврал Браун в своём нашумевшем романе "Код да Винчи"? Парижа добились, о чём рассказываю в тексте "Как двум врушкам-подружкам удалось слетать в Париж (Paris-1)" (здесь: http://samlib.ru/a/alla_s/kd6.shtml).
      
     
    * * *
      
      Полгода учёбы в шестом классе пролетели быстро. Тестовые экзамены, выпускной вечер, прощание с подругами в полной уверенности, что в августе, а в Швеции летние каникулы длятся два месяца, они вновь встретятся в седьмом классе новой школы. Если кто подзабыл, то шведская школа делится на три ступени и получается, что дочь, попавшая к окончанию шестого класса и удачно сдавшая все тесты, перешла во вторую (среднюю) ступень, где ей предстояло проучиться три года, а именно седьмой, восьмой, девятый классы.
      
      В своей дальнейшей совместной учёбе девчонки не сомневались. В конце учебного года среди шестиклашек проводился опрос на предмет кто с кем хотел бы учиться далее? Опросная практика введена для выработки дальнейшей педагогической стратегии. Предположим, три упомянутых выше озорника захотели бы и дальше вместе учиться, а значит и вместе безобразничать, то, конечно, учителя не должны допустить восстановления коалиции в новой школе. Понятно, что озорники даже в разобщённом состоянии безобразничать не перестанут, однако притирка в незнакомом коллективе займёт время и даст возможность хоть немного пожить в спокойствии учителям и ученикам, с тайной верой в благоразумие оболтусов и возможное их остепенение.
      
      А если вполне благоразумные ученики, сдружившиеся в школе первой (младшей) ступени, хотят вместе учиться далее, то почему бы не пойти навстречу? Ведь иной ребёнок способен раскрыться только при наличии "группы поддержки".
      

    Часть вторая. Школа второй (средней) ступени

      Всё, о старой школе забыли. Дочкины документы ушли в седьмой класс школы второй ступени, вот об этой школе и пойдёт далее речь.
      
      В то лето мы остались дома. Честно говоря, я не совсем понимаю шведов, разъезжающихся при любой возможности в жаркие страны. Ладно зимой, когда не то что мороз щиплет, нет, морозные зимы для северной Европы стали редкостью, но давит тьма. Не успеешь проснуться и завершить рутинные дела, как за окном опять непроглядная ночь, хотя часы показывают всего 16.00. И ничего удивительного, что на рождественско-новогодние праздники Швеция пустеет приблизительно на одну треть.
      
      Но менять на пекло шведское лето, когда цветёт каждая травинка, набирается сокoм каждая веточка, наливается нектаром каждый плод, весело щебечет каждая пташечка? Нет, не понимаю.
      Мы один раз сглупили, посетив летом Майорку. Замучившись лежать на пляже, да в их пекле и лежать не возможно - остаётся сидеть по шею в море, мы решили заняться экскурсионными поездками и выбрали родной город дочкиного на тот период кумира - теннисиста Рафаэля Надаля. В ласкающих струях автобусного кондиционера добрались до нужной точки, но по закону подлости Надаль тем временем под окнами нашей гостиницы давал бесплатные уроки теннисной игры всем желающим.
      
      Промах с Надалем решили загладить посещением материка, а именно Барселоны, уж очень дочке хотелось побывать в клубе своей любимой футбольной команды. Прилетев туда на самолёте, побывали и в клубе Barsa, и в их музее, и на их стадионе, и заодно в знаменитом парке Гауди - парке Гуэля. Зато при возвращении паромом из Барселоны на Майорку едва дуба не дали. Отдельную каюту я не купила, посчитав глупостью переплачивать деньги за пересечение какого-то морского пролива. Вот и купила места на общей палубе, похожей на большой кинозал с рядами кресел, в которых сидеть не собирались. Мы рассчитывали бродить по палубам и любоваться пейзажем или, в крайнем случае, обследовать паром. Если кто не знает, то под простеньким названием "паром" скрывается многоэтажный морской лайнер.
      
      A какие пейзажи в кромешной тьме южной ночи? Да и спать ночью хотелось. А спать как раз не получалось по причине ошалелого холода, гоняемого по внутренним палубам мощными кондиционерами. В каютах кондиционер можно регулировать, можно отключать, а в общих помещениях работает в одном режиме. Знающие пассажиры упаковали себя в спальные мешки, прихваченные из дома. Но мы ж новичками были, мы - в шортах и в топиках.
      Околев окончательно, я была готова на преступление, а именно: сдёрнуть оконную гардину, чтоб закутать ею хотя бы дочку. Но очевидно до меня таких догадливых было много и гардины висели закреплёнными намертво.
      
      Так что при воспоминании о Майорке меня до сих пор передёргивает. Причём, я сначала даже винилась в душе, мол, Майорка считается мировым курортом, многие мечтают туда попасть, да не могут, а я кручу носом. Но намного позднее написания этого текста у Ильи Варламова, изъездившего большую часть мира, нашла поддержку своим крамольным мыслям. Не о Майорке, но о другом острове:
      "... хочу вам сказать, что это невероятная скука смотреть эти острова. Одинаковые, неинтересные... Везде одно и то же море, везде одинаковые леса, одинаковый вулкан, одинаковые райские пляжи. Десятки островов, как же я их ненавижу все..." (http://varlamov.ru/2043317.html).
      
      После чего успокоилась - это не я ущербная, а действительно на островах интересного мало.
      
      Но шведов не останавливают ни зной, ни мороз, они вообще помешаны на путешествиях. Они готовы спустить на путешествие любые сбережения и даже полученное от бабушки наследство. А уж сказочный выигрыш в лотерею вообще не предполагает вариантов - только "кругосветка".
      
         
    * * *
      
      Одним словом, мы - не шведы, свою поездку мы запланировали на осенние каникулы, подгадывая к дню рождения дочки, а летом остались дома переваривать радость удачного завершения первой школьной ступени и готовиться к началу учебного года в новой школе.
      
      И вот солнечным утром в почтовую щель входной двери скользнул серый конвертик. Не помню кто перехватил первым, но письмо было из новой школы и сообщало в каком классе дочке суждено учиться. Абсолютно в другом! Без подруг!
      
      Полились слёзы, перемежающиеся воплями:
      - Ни в какой школе учиться не собираюсь!!! Сама ходи в эту дурацкую школу! На фиг ты привезла меня в свою Швецию??? - и так далее, с хлопаньем двери в свою комнату и рыком при любой моей попыткe сунуть туда нос:
      - Выйди!!! Ты разве не читала детскую конвенцию о праве ребёнка на спокойную обстановку в семье???!!! Если не читала - так почитай!!!
      
      Обстановка накалялась и это означало одно - о спокойном летнем отдыхе можно забыть, как и о спокойной дальнейшей жизни. Рано повзрослевшая дочь любую ситуацию воспринимала по взрослому, a когда психует онa, то не менее психую я. Природа однако, связь между матерью и дочерью сильна даже на расстоянии. Что говорить о живущих вместе? Сколько будет плакать она - столько же выревлю и я. Оно мне нужно?
      
      Пришлось марафетиться для похода в новую школу, благо, расположена в соседнем квартале. Да я бы и на край города пошла, и даже в соседнюю бы область поехала, или в другую страну ради дочкиного спокойствия и благополучия.
      
      Марафетилась не зря, директор оказался на месте, ещё не успел удрать на юга. Статный мужчина лет под сорок, приятное открытое лицо, умный взгляд голубых глаз, волнистые волосы цвета пшеницы. Уж как я смогла без переводчика рассказать, а он меня понять - не имею представления. На тот момент мой шведский был на уровне "здравствуйте", "спасибо", "до свидания", "сколько стоит?", но факт остаётся фактом: директор cлушал внимательно, сочувственно кивал, показывая глубокое проникновение в ситуацию, а на прощание пообещал вернуть дочку к её шведским подругам.
      - Пусть Злата отдыхает спокойно! Она будет учиться с подругами, - и с располагающей к доверию улыбкой пожал в дверях своего кабинета мою руку. Ну да, даже до порога проводил.
      
      
    * * *
      
      Домой я бежала вприпрыжку!
      
      Дочка, с волнением ожидающая моего возвращения, по громкому стуку входной двери поняла о благополучном завершении дела, но на всякий случай, одев на мордашку презрительную гримаску, высунулась в коридор и с показным безразличием процедила:
      - Ну и как? Сходила?
      
      Нужно ли говорить о её последующей радостной реакции? И у нас опять за спиной выросли крылья и мы опять запорхали из одного прекрасного летнего дня в не менее прекрасный другой, с восторгом открывая новые чудные уголки, ранее не известные. То - случайно найденное уютное место для барбекю (в нашем дворе, в отличие от многих других, отсутствует общий мангал). То - цветочную поляну, где в шёлковой высокой траве можно спокойно загорать хоть голяком. То - интересную детскую площадку. Несмотря на дважды прочитанную "Анну Каренину", дочь всё равно продолжала оставаться ребёнком, лазая по всяким канатам, висячим или натянутым сетям, кувыркаясь на турнике, да и качели любила. А кто в детстве не любит качелей?
      
       
    * * *
      
      Время отдыха пролетело незаметно, как незаметно пролетает всё, что не приносит огорчений, и за неделю до окончания летних каникул беззаботное игривое настроение пришлось менять на серьёзный лад.
      
      Дочка сгоняла в библиотеку, набрала нужного материалa, хотя и без того занималась, читая шведские книги или сидя за компьютером. Походили по магазинам, подбирая новую одежду, желательно (дочке желательно, не мне) в фирменных отделах. В галантерейном магазине выбрали дорогую кожаную сумку. Тем летом школьная мода претерпела изменения и вместо спортивных всяких "Аdidas" да "Nike" вдруг все школьницы перешли на кожаные изделия, о чём, естественно, успели оповестить друг друга по интернету, хвастая своими покупками. Но нам повезло. Заметив на сумке царапину, я смогла уговорить хозяйку магазина снизить цену с 1200 крон до 800 крон. И именно тогда с тоской вспомнился скромный советский портфель, да и сама советская школьная форма. Ни тебе забот, ни хлопот: купил комплект и до конца учебного года родители не парились, а если ребёнок рос медленно, то форма служила два года, а портфель несколько лет.
      
      Я ещё не подозревала, что дорогие вещи по негласному правилу шведских подростков используются не более учебной четверти, я ещё не знала, что даже для физкультуры положено покупать фирменные кроссовки не дешевле 1000 шведских крон. В противном случае обладатель дешёвых или постыдно долго носимых нарядов безжалостно зачисляется в категорию неимущего класса с несостоятельными родителями-неудачниками. А какому подростку захочется таскать на себе подобное клеймо? Так что, жалея детскую психику, большинство родителей послушно выполняли все требуемые прихоти любимых чад.
      
      Но об этом узнаю позднее, в конце первой четверти. Пока же днём мы беззаботно бегали по магазинам, а вечерами дочь занималась, готовясь к первому школьному дню, который в Швеции, как я уже сказала выше, начинается в августе...
      
      
    * * *
      
      И вдруг очередным солнечным утром в почтовую щель входной двери опять проскальзывает тоненький конвертик. Опять из школы. Собственно, ожидаемое, как бы в подтверждение директорского обещания, и я вскрыла без всякого гадкого предчувствия. Но вложение оказалось копией первого списка, где дочкина фамилия числилась в другом классе отдельно от подруг.
      
      Мне реально поплохело. Ведь я хорошо помнила добрые директорские глаза. Я помнила его почти дружеское заверение. Мои руки продолжали помнить теплоту его прощального рукопожатия. И что? Bсё оказалось умело (и подло) разыгранным спектаклем?
      
      Бросившая в жар растерянность осаждалась пониманием собственного бессилия и ощущением бесправия. Неужели ложь - средство общения, без которого не прожить ни в одном обществе ни при одном строе? Неужели даже школьные директора легко лгут в глаза ради своего летнего спокойствия? Или причина в нашем иностранном происхождении? Как теперь пояснить дочке, как сказать ребёнку, с рождения приучаемому не лгать, с рождения приучаемому жить по основным десяти православным заповедям, что на самом деле всё чушь, фигня, болтовня, а во взрослой жизни отношения строятся в том числе и на фундаменте лжи?
      Признавать вслух подобное - значило преждевременно убивать в ребёнке веру в хорошее, вскрывать перед только-только ступающей на взрослую стезю гнусные пороки. "Нет, нет, нет!" - я не была готова портить ребёнку беззаботное настроение, в котором она догуливала последние дни каникул, радостно предвкушая встречу с подругами.
      
      Пришлось брать себя в руки, наскоро пить корвалол, вытирать слёзы и, не обращая внимания на внешний вид, шлёпнув на заплаканные глаза солнцезащитные очки, с письмом в руках поспешить в сторону школы. Пока дочка не вернулась с прогулки и не узнала о вторично свершившейся катастрофе.
      
      
    * * *
      
      На этот раз директора на месте не оказалось. А секретарь послушала, похлопала крашенными ресницами, покивала аккуратно уложенной причёской, посочувствовала (или сделала вид), но сообщила, что списки учеников уже готовы и утверждены. Вот они, с директорской подписью лежат веером на её столе.
      
      И что я могла возразить? Как бы поступила другая на моём месте, толком по-шведски не говорящая, но собирающаяся учить ребёнка в этой школе три последующих года? То-то же. Я даже дверь за собой аккуратно прикрыла.
      
      Зато по ступеням пустой школьной лестницы летела вниз с шипением - блин! фак! шит! Очутившись в пустом школьном дворе, маршрута не выбирала, ноги сами понесли в сторону городского центра. Куда угодно, лишь бы не домой, лишь бы не видеть радостную детскую мордашку, лишь бы её не обманывать...
      
      Гуляла я долго, бесцельно слоняясь по чистеньким полупустым улочкам. Как уже сказала, многие шведы любые каникулы стараются провести за границей, а место уехавших частично заполняют туристы. Однако наш город, хотя и носит статус областного и имеет чудесные достопримечательности, включая великолепный кафедральный собор с высоким мраморным постаментом над захоронением короля Эрика, по слухам отравленного своим братом, в ТОП основных туристические маршрутов не попадает. Оттого городской центр и прилегающие к нему кварталы кишат народом, а стоит отойти в сторону и попадаешь в сонное царство.
      
      Вот и тогда я бродила по полупустым улочкам. Покупала мороженное, заглатывая вместе с ледяной сладостью не перестающие литься слёзы. Сидела в ухоженных зелёных сквериках, понимая где очутилась лишь когда опускалась на лавочку, но не переставая мысленно ругаться с воображаемым директором, с трудом находя укоряющие шведские слова и взывая его к совести. Кого обманул?! Ребёнка? Которому совсем скоро будешь вещать о вечных ценностях, о добре и зле, о плохом и хорошем? Худшей ситуации представить невозможно и подсознательно колотилось: "Иностранцы! Мы - иностранцы, мы никому не нужны, у нас нет никаких прав, а все их улыбки лживы!"
      
      Бродила и рыдала несколько часов, пока не вспомнила, что нужно возвращаться домой и кормить дочку ужином. Конечно, ни о чём рассказывать ей не собиралась. До начала школьного года оставалась неделя, пусть хотя бы последнюю неделю отдохнёт спокойно.
      
         
    * * *
       
      Недалеко от дома, в том месте, где перед уличным киоском имеется "карман", позволяющий водителям остановиться и перехватить бутерброд с горячей сосиской, за счёт чего тротуар более узок, именно в этом месте, преграждая мой путь, возник разговаривающий по мобильному телефону мужчина в голубой клетчатой рубашке. Я ещё, помню, психанула: "Какой бестолковый! Ведь и так пройти негде!" А он и руками замахал, не прерывая телефонного разговора, но прося остановиться. И я опять в душе зло огрызнулась, приняв его за корреспондента местных газет или телестудий, а то и за сборщика подписей по очередному народному волеизъявлению. B Швеции народ не серая безликая масса налогоплательщиков для поддержания райской жизни сидящего наверху жулья, в Швеции народ - хозяева общества. Вот и проводятся постоянные опросы населения. Привычны на улицах репортёры газет или телевидения, готовые взять интервью у прохожего. Привычны и деловые прохожие, бесстрашно раздающие интервью.
      
      Но какой из меня интервьюируемый? "Лучше обсуждайте школьных директоров, да отношение к иностранцам!" - рассерженно подумала я и, не реагируя, а возможно зло отмахнувшись, прошла мимо.
      
     
    * * *
      
      Я не успела даже помыть руки, как в дверь позвонили.
      "Дочка!" - сразу вспомнила о не приготовленном ужине.
      
      Но за дверью стоял тот самый мужчина в клетчатой рубашке, останавливающий меня на улице.
      - Вы меня не узнаёте? - широко улыбаясь американской улыбкой, спросил он.
      
      Какой "узнаёте", если просто уверенна, что возле киоска повстречались впервые.
      
      - Я директор новой школы вашей дочери. Помните нашу встречу? - всё так же улыбаясь, спокойно пояснил стоящий на лестничной площадке. - Я уже приходил к вам сегодня несколько раз, звонил в дверь. После решил никуда не уходить, а дожидаться возле дома, чтоб извиниться за допущенную ошибку. Злата, как я и обещал, будет учиться с подружками! Это просто не успели перепечатать списки.
      ............
      ............
      ............
      
      С тех пор прошло много лет, у дочки уже уже свои дети, а воспоминание свежо в памяти, вроде вчера случилось. Директор не последней школы в городе мог послать письменное сообщение. Мог позвонить. Мог написать маил. В конце-концов мог заслать секретаря или курьера. Но он пришёл лично.
      
      - Почему??? - недоуменно спросила его тем летним днём.
      - Да потому, что пообещал и до конца не проконтролировал. Вот и решил САМ исправить ошибку, представив, сколько девочке досталось переживаний...
      
      

    Вместо эпилога

     
      Седьмой, восьмой, девятый классы. Из угловатого подростка дочь превратилась в хорошенькую русскую девушку, но более со шведским менталитетом, с их не детской самостоятельностью и готовностью решать любые проблемы, скорее обращаясь в официальные органы, нежели тревожа родителей.
      
      Дочке, слава Богу, в эти органы, куда в основном идут дети неблагополучных семей или заплутавшие в жизни, обращаться не пришлось. Но и со мной она была не очень откровенной. Наши отношения перешли на иной уровень. Если в Калининграде я могла участвовать в её жизни помощью с уроками и другими способами материнской поддержки, то в период, о котором веду речь, я оказалась бессильной. Не зная шведского языка, я не могла помогать с уроками, да на дом и уроков-то почти не задавалось. Шведская система образования более делает упор на время, отведённое классным занятиям.
      И о новом обществе я почти ничего не знала, в него дочь интегрировалась без моей помощи. Моя роль в те годы свелась к чисто физическим функциям: накормить, обстирать, обеспечить необходимым, а сам процесс обучения и школьную жизнь я интуитивно передоверила школе. Потому воспоминаний о второй дочкиной школьной ступени имею немного.
      
      Директор школы? Характеристику ему дала. Порой один поступок говорит о человеке больше, чем многолетнее общение.
      
      Учителя? O них сказать нечего. Встречи родителей с учителями проходили на школьных собраниях, проводимых от силы пару-тройку раз в году, и где обсуждались общие вопросы, но не сами ученики, ни их учёба, ни их поведение. Плохую учёбу двоечников или поведение озорников обсуждают тет-а-тет с их родителями, не вынося на всеобщий обзор, дабы не нанести ребёнку психологической травмы. Чаще общаются по интернету, личные встречи происходят в крайних случаях.
      А отличников стараются особо не задаривать ни похвалами, ни грамотами опять из тех же соображений, но теперь уже боясь нанести психологическую травму остальным детям. Совершенная модель всеобщего равенства.
      
     
    * * *
      
      Из того периода ярко запомнился первый день в школе, так называемое "1 сентября", начинающееся у шведов в августе.
      
      Как уже сказала, школа второй (средней) ступени включает в себя седьмой, восьмой,девятый классы. Школьные проявления махровой "дедовщины" конечно же отсутствуют, но превосходство старших над младшими, думаю, есть в любой школе мира. И наверняка по этой причине начало учебного года семиклассников происходило на день раньше, чем у учеников восьмых и девятых классов.
      
      Наших семиклашек набралось достаточно много. Сначала провели общую линейку во дворе вместе с толпившимся тут же родителями, среди которых я узнала нескольких знакомых шведов, включая детского доктора, чья дочь Сара позднее станет близкой подругой дочки, влившись в их уже сложившуюся компанию.
      
      Затем накрыли столы с невесть откуда появившимися термосами с чаем и кофе, блюдами с салатами, бутербродами, фруктами. Как бы отмечая вступление в довольно серьёзный жизненный период.
      
      А после детвору и желающих родителей запустили в здание школы для неспешного ознакомления, дав возможность самостоятельно разыскать классные комнаты, туалеты, столовую, библиотеку, сбегать в спортивный зал и посетить летнюю спортивную площадку.
      
      Эта, казалось бы, мелочь меня потрясла. В шведском обществе ребёнок является полноценным членом общества и отношение к детям наполнено не глупым сюсюканьем, но неназойливым напоминанием о равных со взрослыми правах. Одновременно общество готово предоставить повсеместную защиту счастливого детства, создавая наилучшие условий и обеспечивая незримую охрану на всех уровнях.
      
      
    * * *
      
      И ещё мне запомнилось дочкино сомнение при окончании школы: идти ей с классом на конфирмацию (от лат. confirmatio - утверждение)?
      
      Таинство миропомазания - смазывания миром, смесью масла и душистых веществ различных частей тела. У нас, православных, оно совершается одновременно с крещением, a в Швеции приём в общину верующих происходит в основном после окончания школы второй ступени, по достижении детьми 14-ти лет.
      Это, кстати, и на заметку российским продажным "пропагандонам", уж извините за бранное слово, но другого не найти, разжигающим межнациональную ненависть и льющим помои на вполне приличные страны, до которых самим расти и расти, и у которых, по хорошему бы, стоило многому поучиться. Оказывается, таинство миропомазания в "гейропе" осуществляется на официальном уровне.
      Вот дочка и спрашивала совета - идти ли ей на торжество вместе со своим классом?
      
      - Ты своё миропомазание приняла в двухмесячном возрасте при крещении. Так что решай сама.
      
      A что я могла ответить? В таком возрасте дети возражений не принимают и остаётся надеяться исключительно на их благоразумие. Моя поступила благоразумно, оставшись в родном православии.
      
       
    * * *
      
      Годы учёбы в этой школе дочь провела в старой компании из шведских девочек плюс примкнувшая Сара.
      
      
     []
      1. Окончание 7-го класса
      
      
      
     []
      2. Окончание 8-го класса
      
      
      
     []
      3. Предыдущее фото, но с другого ракурса
      
      
      
     []
      4. Окончание 9-го класса. Выпускной средней (второй) школьной ступени. Следующая последняя ступень - три года гимназии.
      
      
      Правда, жизнь успела внести жёсткие коррективы. У Мадде умерла мама. У Линн умрёт позднее, после окончания школы. А у Анны и Сары папы ушли из семей и о свадьбе одного папы немного рассказано здесь. Да, в, казалось бы, благополучной Швеции жизнь протекает точно по тем канонам, что и во всём остальном мире: радость чередуется с печалями.
      
      Подружки закончили школу на "хорошо" и "отлично" и после школы им предстояла учёба в гимназии - третья (не обязательная) ступень школьного образования, включающая в себя три года учёбы.
      
      Все, кроме Мадде, решили продолжить учёбу вместе. Вернее сначала Сара и Анна выбрали север Швеции, но затем сошлись, что не стоит разбрасываться крепкой дружбой и подали заявления в одну из городских гимназий, считающуюся лучшей.
      
      
      
     []
      5. Подружки-хохотушки
      
      
      Однако вместе оказались только дочка и Тильда, мама которой работала завучем этой гимназии, а тётя преподавала испанский язык. Возможно, взрослые из каких-то своих побуждений решили не соединять дружную компанию девочек, заранее исключая лишние обиды, в таком возрасте наносящие более глубокие травмы. Возможно, Тильда не захотела ни с кем делить дружбу моей дочери. А возможно просто не получилось, хотя первых два варианта более реальны.
      По этой причине Анна и Сара не захотели учиться в других группах и уехали на север, поступив в гимназии, запланированные раньше.
      Линн, оказавшись в параллельной группе, учёбу продолжила, но после смерти мамы сделала перерыв.
      
      А дочка так и доучилась с Тильдой в одной группе, и выпускались они вместе (о чём рассказываю здесь: http://samlib.ru/a/alla_s/kd8.shtml) и даже одновременно нашли себе пару: дочка в 19 лет оформила официальный брак с русским мальчиком, а Тильда, испугавшись остаться в одиночестве, познакомилась с датчанином и сейчас проживает гражданским браком в Копенгагене. Ho когда дочка с семьёй приезжают в Швецию (её муж получил серьёзную работу в другой стране), то Тильда тоже прилетает из Копенгагена.
      
      O Копенгагене и семье дочке - я забежала на несколько лет вперёд. Пока же девчонкам предстояла учёба в гимназии, в третьей ступени школьной системы Швеции.
      
      
      
     []
      6. Та самая школа второй (средней) ступени, чей директор приходил к нам домой извиниться за допущенную ошибку со списками.
      Я уже ранее по доброму восхищалась архитектурой многих шведских строений, как старинных, так и современных.
      Из моего "III. Sweden. Школьные годы", где рассказывала о школе предыдущей, но оно подходит и под этот снимок: "Строение школы очень запутанное, как, впрочем, и во многих шведских зданиях. Переходы, смычки, лестницы, коридоры-коридорчики. Трёхэтажное здание плавно переходит в одноэтажное, а следующий коридор выводит в двухэтажное. Фотографировала, попросив разрешения и пообещав при выходе распрощаться, тем самым дав знать об окончании фотосъёмки. Куда там! Даже не имела представления где брала начало - настолько много лабиринтов. Но, наверное, для детей лучше. Каждая возрастная группа живёт своим мирком, причём классы малышей находятся в одноэтажном здании с отдельным, закрытым, двориком. Естественно, это более приемлемо для детской психики, нежели страх и неуверенность, охватывающие детей при входе в огромное школьное здание..."
      
      
     []
    7. Здесь особенно хорошо видны особенности шведской архитектуры. Жёлтое одноэтажное здание, холл, соединяется направо с двухэтажным, а налево - с пятиэтажным зданиями.
      Пятиэтажное свою очередь соединено с трёхэтажным. Правда, оригинальные решения?
      
      
     []
    8. Сколько, интересно, девичьих тайн на этих цветочных полянах оставила дочурка? Наверняка половины уже и сама не помнит.
      
      
     []
    9. Спортивный зал, стоящий во дворе
      
      
     []
    10. ...
      
      
     []
    11. Подставки для велосипедов пустуют. В стране летние каникулы...
      
      
     []
    12. A за спортивным залом большая открытая спортивная площадка. Левее виден лес, в котором детвора также занималась бегом и другими видами спорта. Куски дикого леса (с ягодами, грибами, животными) посреди города - применяемая практика при застройке городов. Зачем вырубать естественную природу, заменяя её искусственными парками, если дикий лес не менее симпатичен?
      
      
      01.07.2012 года   _________________________
      Немного информации имеется здесь, здесь, здесь
      
      

    Продолжение "Швеция. Поездка двух малолетних врушек на взрослый рок-фестиваль"
      здесь: http://samlib.ru/a/alla_s/kd5.shtml
      

      
      
      
  • © Copyright Смолина Алла
  • Обновлено: 01/09/2017. 42k. Статистика.
  • Рассказ: Швеция

  • Связаться с программистом сайта
    "Заграница"
    Путевые заметки
    Это наша кнопка