Смолина Алла: другие произведения.

"Восьмёрочка", или осанна афганским "корочкам"

Сервер "Заграница": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Помощь]
  • © Copyright Смолина Алла
  • Обновлено: 16/01/2022. 87k. Статистика.
  • Рассказ:
  • Иллюстрации: 36 штук.
  • Скачать FB2
  • Аннотация:
    Возможно с неопытным полузрячим водителем без прав (отобрали как фальшивые) через несколько республик по ледяной дороге перегнать новенькую машинку? Собственной авантюрой доказано - возможно! Правда, при помощи ещё двоих гонщиков. Тоже не имеющих прав...

  •   
      
      
      
      
      
      Для лубенчан (Лубны Полтавской):
      
      - "Исповедь оккупантки"
      здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/ispowedxokkupantki-1.shtml#9
      
      - "Лубны Полтавской. Украинский привет через 20 лет..."
      здесь: http://world.lib.ru/s/smolina/32b.shtml
      
      - "Васыль, или нежданная встреча на афганской войне"
      здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/uu.shtml
      
      - "Как из-зa болтливой цыганки можно попасть на войну беспартийной"
      здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/z.shtml
      
      - "Восьмёрочка", или осанна афганским "корочкам"
      здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/is-2.shtml
      
      - "Девяточка". Бандитские 90-е, или как мы жили"
      здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/is-3.shtml
      
      - "Oб украiнских добрiх жiночках, наглых лiтовских ворах и - немного лiчного"
      здесь: http://world.lib.ru/s/smolina/obukrainskihdobrihzhinochkahnaglyhlitowskihworahi-nemnogolichnogo.shtml
      
      - "Шведская медицина"
      здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/sw04a.shtml#1
      
      - "О вещих снах и прочем необъяснимом
      здесь: http://world.lib.ru/s/smolina/31b.shtml#3
       и
      здесь: http://world.lib.ru/s/smolina/31b.shtml#2
      
      
      
      
      
      
      
      Алла Ник. Смолина
      
      
      

    "Восьмёрочка", или осанна афганским "корочкам"

      

      1. Война. А ф г а н и с т а н
      2. После войны. У к р а и н а
      3. У з б е к и с т а н
      4. К а з а х с т а н
      5. Р о с с и я
      6. У к р а и н а
      7. Вместо эпилога
      

      
      

    1. Война. А ф г а н и с т а н

      
      
     []
      
      "Моя" война длилась почти три года с июля 1985 по апрель 1988 года.
      Hо описываемые приключения происходили в 1988 годy.
      Календарик ставлю на всякий случай, может, этот год для кого-то тоже был знаковым...
      
      
      
      1987 год, Афганистан, Джелалабад, территория 66-й отдельной мотострелковой бригады.
      Помещение гарнизонной прокуратуры.
      
      Лёгкое царапанье в дверь канцелярии выглядело тем утром по-меньшей мере странным. Свои офицеры-юристы заскакивали без всяких царапаний, по-хозяйски распахивая дверь, отодвигали низкую деревянную дверцу невысокого барьера, обозначающего границы машинописного бюро, и далее шествовали или к машинистке, восседающей за столом возле окна, или, не доходя до её стола, сворачивали налево, открывали металлическую дверь и оказывались в моей "секретке".
      
      Ещё, с целью получения командировочных удостоверений и проездных документов, нас посещали военные дознаватели различных войсковых частей, переступающие порог уверенным шагом после решительного "Тук-тук!". Изредка появлялись случайные гости из дальних гарнизонов: "Тук-тук! Дифчёнки, вам привет от дифчёнок из ...." - далее озвучивалось название афганской провинции или обозначение военного подразделения. Поставщики "приветов" порога не переступали, а "забрасывали" их в дверную щель. Ну, и мог заскочить какой-нибудь запыхавшийся посыльной: "Тук-тук! Здрасти! Следователя нет, примите под роспись пакет (документ). Досвиданя".
      
      А чтоб осторожно скреблись в дверь? Hет, такого не случалось.
      
      Пришлось отклеивать от губы дымящуюся папиросину, бережно укладывать её в пепельницу, на войне табак ценнее золота, и, за неимением на рабочем месте машинистки, самой выходить в общий коридор.
      
      А там!
      Какая встреча!
      В коридоре, пританцовывая от нетерпения, распыляла аромат французских духов крепко-сбитая чернявая бригадная продавщица Светлана*.
      И какими ж ветрами её задуло, недоступно-важно-красивую, управляющую потоками безграничных заморских дефицитов аж в целой мотострелковой бригаде? В нашу контору только на допросы вызывали, часто под конвоем приводили, а по собственной воле редко кто заявлялся, oсобенно продавцы советского военторга. Не иначе что-то срочное понадобилось?
      
      B подтверждение моей догадки, Светлана без всяких обязательных "как дела-здоровье-служба?" торопливо спросила:
      - Открытки есть?
      
      Странный вопрос. Навещая по служебным делам Ташкент, а точнее - окружную прокуратуру Ташкентского военного округа, я не забывала просить в их канцелярии открытки, карандаши, стиральные резинки, линейки, тетради, конверты, кнопки, скрепки и даже могла составить конкуренцию гарнизонному магазину, открыв ларёк канцелярских товаров. Только мои открытки были не красочными, которыми поздравляют, а строго-казённые, которыми извещают. Сероватые прямоугольники с лаконичными надписями "куда", "кому", "от кого".
       И зачем, интересно, Светлане такие понадобились?
      
      Oна говорить не могла, я видела по глазам, наверняка получила приказ "прокурорским не трепаться!".
      Пришлось припугнуть:
      - Пока не скажешь зачем - открыток не получишь!
      Я даже изобразила ложный маневр перемещения в направлении своей двери.
      
      И что? Любопытство считается пороком, по-крайней мере, так пишут в правильных книжках.
      Но лично для меня любопытный нос является источником получения дополнительных знаний и полезной информации. Не прояви я тогда настойчивости, откуда бы знала о свежем Указе Верховного Совета СССР, предоставляющем всем "афганцам", естественно, выжившим на войне, возможность приобретения новенького, с конвейера, легкового автомобиля по магазинной цене? Если сейчас по губам читателя скользнула скептическая улыбка, то спешу напомнить время действия - 1987 год. Тогда личный автомобиль казался недостижимой мечтой для 90% советских граждан, как по причине страшного дефицита абсолютно на все товары, так и по причине массового безденежья. Даже офицерские семьи, казалось бы, элита общества, жили от получки до получки.
      Потому новость о возможности свободного приобретения автомобиля ветеранами афганской войны оказалась весьма неожиданной. И всего-то требовалось внести персональные данные на почтовую открытку и сдать в штаб бригады.
      
      Что и проделали шустрые военнослужащие 66-й ОМСБр, в мгновение ока раскупившие имеющиеся у Светланы празднично-поздравительные открытки - к Новому Году, 23 февраля, 8 Марта, 1 Мая, Дню Победы, Октябрьской Революции, Дню Рождения, юбилею, началу учебного года, окончанию учебного года.
      
      Понятное дело, успели не все. Кто-то в это время принимал участие в боях, кто-то залечивал раны в госпиталях и медротах, другие находились в заслуженном отпуске или, встречались и такие, сидели под стражей на гауптвахте. Но даже оставшимся в бригаде не хватило магазинного запаса и Светлана, зная мою хозяйскую привычку сносить в канцелярию прокуратуры нужное и ненужное, побежала ко мне.
      
      Разве могла я отказать? Под честное слово, с возвратом, отсчитала Светлане нужное количество почтовых карточек, скоропалительно охватила "машинной" подпиской присутствующий на рабочих местах личный состав родной прокуратуры, не забыв о себе, и скоренько сгоняла в бригадный штаб. Мало ли чего в этом Верховном Совете назавтра придумать могут? B данном случае спешка была не лишней.
      
       Кабы знала, в какое приключение выльется покупка этого автомобиля...
       _______
      * - Получила от сослуживцев и поместила здесь (http://samlib.ru/s/smolina_a_n/oniushliposlewojny.shtml):
      "38. Светлана из Свердловска, продавец Джелалабадa (1985-87), 66-я ОМСБp. Со слов сослуживицы: "Светы не стало, если мне память не изменяет, в 1997 г., она умерла от рака, по-моему, груди. Света в последние годы жизни плохо себя чувствовала, говорила, что приболела, но никогда не говорила, что у нее онкология. Когда ее не стало - мне позвонила её приятельница".
      
      

    2. После войны.  У к р а и н а

      
      Отслужив три года без трёх месяцев на должности начальника канцелярии военной прокуратуры Джелалабадского гарнизона (в/ч пп 21772), весной 1988 года я вернулась на украинскую Полтавщину. Нет-нет, корнями ничего общего с этим замечательным народом я не имею, в Украине мы оказались после того, как папу из Германии (Stendal. 207-я мотострелковая Померанская Краснознамённая ордена Суворова дивизия) перевели в Киевский Военный Округ (25-я гвардейская стрелковая Синельниковско-Будапештская Краснознамённая орденов Суворова и Богдана Хмельницкого дивизия им. Чапаева), и с тех пор Ненька для меня родная.
      
      Итак, я вернулась с войны. Минул месяц "дембеля", два, полгода, а о машине никто не напоминал. Да я и сама толком не понимала - для чего ввязалась? Машину водить умела, нас в школе учили. B средней школе N 41 Группы Советских Войск в Германии, где я проучилась с 4-го по 10-й классы, старшеклассники, помимо сборки-разборки автомата Калашникова на уроках "Военное дело", на уроке "Автодело" осваивали большие военные грузовики "Урал", преодолевая на них раздолбанные колдобины гарнизонного танкодрома. Так что первоначальными водительскими навыками я обладала.
      
       Но прав получить не удосужилась. Вернее, к совершеннолетию получила права на вождение мотоцикла. Уехав после школы учиться в город, где жила бабушка, из-за её соседа Сергея Смирнова увлеклась мотогонками, из-за него же записалась в местный мотоклуб и даже участвовала в зональных соревнованиях за северо-запад РСФСР. Или начала участвовать? Новгород, 19 января, православное Крещение, мороз - под 30, снега - по пояс. Ни мощный рёв техники, ни азартные крики подвыпивших для согрева болельщиков, ни собственная злая брань не облегчали езду по взъерошенной десятками колёс снежной трассе. А крутые подъёмы самостоятельно взять не удавалось даже гонщикам-мужчинам, затаскиваемых наверх при помощи нескольких пар крепких рук и прочного каната. Что говорить о моих 175-и кубиках моторного движка и 50-ти килограммах собственного веса? На третьем вираже вместе с мотоциклом улетела далеко в снег, из соревнований выбыла и шампанское пила за чужую победу.
      
       По весне Сергей ушёл в армию, я вернулась к родителям на Полтавщину и быстро забыла и Сергея и любовь к мотоциклам.
      
      А вот нужна ли в личном пользовании машина - не знала. В те времена сознательные граждане в первую очередь думали о карьере, о повышении самообразования, сопереживали достижениям государства в космосе, радовались победам на колхозных полях и стройках века. В годы великого построения коммунистического общества лишь единицы советских людей владели личным автотранспортом, остальные довольствовались пятикопеечным проездом на автобусе, четырёхкопеечным на троллейбусе, трёхкопеечным на трамвае. В крайнем случае катались на такси или использовали служебный транспорт родителей, мужей, любовников. И зачем мне, заместителю комсорга, редактору стенгазеты и члену профкома, выбиваться из общего строя? Тем более, у нас в роду не то что плохонького "Запорожца", но даже мотоцикла, да что там мотоцикла - мопеда ни у кого не водилось. И на тот момент собственный автомобиль точно не являлся предметом моей мечты.
      
      Кабы не одно "но". Mой длинный язык. Здесь требуется небольшое отступление.
      
      
    * * *
      
      На афганскую войну я уезжала с Полтавщины, туда же вернулась. Загоревшей, похудевшей, выжившей.
      
      О страшных военных буднях, об увиденном за три года войны и пережитом я никому не рассказывала. Многие из нас давали подписку о неразглашении военной тайны, но не она являлась причиной молчания. Сама память отказывалась вытаскивать наружу, а язык не поворачивался озвучивать увиденные и пережитые ужасы. Так, очевидно сохраняя психическое здоровье ветеранов войн, самопроизвольно срабатывают защитные силы организма.
      
      Зато быстро растрезвонила знакомым, друзьям, соседям, родным о представлении к государственной награде и о возможности приобретения новенького автомобиля. А кто б на моём месте смолчал? Через 20 лет, уже давно не живя в Украине, я получу из того городка предложение сделать газетный репортаж "за жизнь". Через 20 лет! И сделали в двух номерах подарком на 8 марта (кому интересно, то статья здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/ww.shtml). Если двадцать лет после отъезда городок меня помнил, нужно ли говорить о годах проживания? Нет, не афганская война тому способствовала, а мой характер, при котором прямо-таки требовалось сунуть нос во все щели, хорошие и не очень. Так что друзей, как и врагов с недоброжелателями, хватало.
      
      Но больше всё-таки присутствовало друзей. Их и до войны много было, но после я особо прочувствовала. Сам начальник уголовного розыска Николай Степаненко, завидев меня на противоположном от отделения милиции тротуаре, тогда милиция находилась в одноэтажном кирпичном здании возле старого кинотеатра, с трудом протискивал в открытую форточку кабинетного окна одну руку и офицерский погон, узкое форточное отверстие далее не пускало, и, махая рукой, чтоб я заметила, кричал на всю улицу:
      - Будет время - обязательно зайди!
      
      А начальник ГАИ Анатолий Замула, ранее отвечающий на мои приветствия лёгкими снисходительными кивками, на глазах всего городского руководства и сопровождающих меня на нескольких "тачках" настоящих бандитов бросился обниматься, как обычно обнимаются с космонавтами, с честью выполнившими свой космический долг. (Откуда возьмутся бандиты? А в какой-то момент я попаду в разработку банды автомошенников, о чём рассказываю в следующем тексте "Девяточка". Бандитские 90-е, или как мы жили", поставленном здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/is-3.shtml).
      
      Так что я ничего от друзей и знакомых не скрывала. Имею полное право. Я ж не обманывала и даже не приукрашивала, всё было по-честному: представили к госнаграде, скоро куплю машину. Когда куплю? Вот-вот. Обязательно обмоем, обязательно покатаю.
      
      Разболтать-то разболтала, однако время шло, но никто меня не тревожил, никто никуда не вызывал и ничего не вручал.
      
      O наградe переживала не очень, тысячи фронтовиков Великой Отечественной до сих пор разыскивают свои ордена и медали, а прошло уже более полувека. Так что запас времени у меня имелся. И вообще, может, я давно получила награду и положила в шкатулку, из скромности никому не сообщая.
      Но машину в шкатулке не спрятать. Некоторые злыдни аж подхихикивать начали, не в лицо, конечно, за спиной. Особенно не терпелось соседям поскорее на моей машине прокатиться. Я даже сон потеряла, настолько задёргали ехидными намёками.
      
      Соседские подколки, возможно бы, пережила. Но как быть с уважаемой публикой? В той ситуации машина и награда уже отошли на второй план, куда важнее была собственная репутация. Чем можно подтвердить правдивость сказанного, не имея ни одного доказательства? Представление на государственную награду копий не предусматривает, послали наверх и - ожидай. А на машину я записалась на одной из тех самых почтовых открытoк, о которых рассказала в начале. Записалась, вместе со всеми сдала в штаб 66-й отдельной мотострелковой бригады и никаких расписок взамен не получала.
      
      А при моём характере лучше выглядеть дурой, чем лгуньей.
      
      
    * * *
      
      Пришлось подключать московские связи. Обзвонила несколько кабинетов, ничего не утаивая рассказала о длинном языке, сопровождая признания всхлипыванием от искренней жалости к самой себе.
      И результат не замедлил сказаться.
      Сначала вызвали в военкомат, военком торжественно пожал мою руку в своём кабинете и вручил долгожданную медаль. А чуть позднее получила почтовое извещение: "Такая-то, проживающая там-то, с паспортом и деньгами в сумме 8800 рублей должна явиться до 18 декабря 1988 года за покупкой автомобиля модели "ВАЗ-2108" в магазин военторга, расположенный по адресу...".
      
      Ничего странного не заметили?
      Я тоже в эйфории не обратила внимания на мистическое обилие пухленьких "восьмёрок", хотя эта цифра у некоторых народностей Ближнего Востока считается несчастливой. То, что декабрь месяц оказался восьмым месяцем моего "дембеля", - я высчитала позднее. Сейчас не помню, но не удивлюсь, если военторговский магазин имел так же номер "8" и располагался в доме "N 8" или "N 88".
      
      Не знала я и того, что в годы социалистического "процветания" существовала мощная мафия работников военторга, занимающихся перепродажей легковых машин, предназначенных ветеранам войны. Вернее, работники военторга в годы тотального советского дефицита перепродавали всё более-менее ценное попадающее в их магазины, именно ПЕРЕпродавали по завышенным ценам через друзей, знакомых, родственников, но на машинах имели баснословную прибыль, сравнимую только с прибылью работников КЭЧи, легко распоряжающихся жилым фондом Министерства Обороны.
      
      Вот из своих подло-крысиных соображений пунктом покупки мне назначили магазин на другом краю страны, в надежде, что ни одна полоумная не рискнёт в предновогодние морозы ехать за новенькой машиной из Украины в Чирчик Ташкентской области Узбекской ССР.
      
      
    * * *
      
      А я и впрямь продолжала сомневаться: ехать? не ехать? покупать? не покупать? Извела вопросами друзей, знакомых, получая противоречивые ответы: одни советовали покупать, другие отмахивались: "На фига она нужна?". Даже самый близкий человек, будущий муж, радости не выказывал, ссылаясь, что его и так возит казённый "уазик" с солдатом-водителем. Говорю ж, в советские времена личная машина не считалась предметом первой необходимости, а, скорее, становилась объектом зависти и даже подозрения.
      
      Жирную точку в сомнениях поставил Толик, владелец ювелирной мастерской, расположенной в девятиэтажке напротив городского рынка. Встретились с ним случайно, обменялись пустыми фразами и по инерции затянула песню о "поганой" машине, невесть откуда на меня свалившейся.
      А лицо Толикa резко изменилось. Хитро сверкая глазами и возбуждённо шевеля ноздрями поверх пушистых усов, сходу предложил одиннадцать тысяч рублей плюс свой перегон. Деньги готов отдать хоть завтра!
      Меня надуть - раз плюнуть, чем постоянно пользуются ловкие проныры, но, увидев затрепетавшие ноздри Толика и услышав об одиннадцати тысячах при себестоимости в восемь тысяч восемьсот рублей, я интуитивно поняла: машина - вещь нужная. Ненавижу когда за дуру принимают. И делово с Толиком распрощалась:
      - Самой в хозяйстве сгодится!
      
      Пришлось сoбираться в дорогу по-настоящему.
      
      
    * * *
      
      До указанного срока, 18 декабря, оставались считанные дни, что называется дотянула. А ещё требовалось найти водителя, согласившегося перегнать новую машину по зимней дороге четырёх союзных республик. Ушло немного времени на "потолкаться среди народа", пока не прослышала о киевлянке с неработающим на тот момент мужем, зато имевшим водительские права. O водительских правах и желании подзаработать они подтвердили по телефону.
      
      Перед отлётом встретились в киевском аэропорту Борисполь, будущий мой водитель - вылитый певец Игорь Николаев в молодости. По всей видимости он и сам знал о сходстве, потому вырядился в пижонистое драповое пальто, украшенное несколькими витками белого шарфа, не разматываемым даже в самолёте. Наверное боялся, что не сможет обратно уложить так красиво, как сделала его жена, нежно целовавшая на прощание и пытающаяся подражать Наташе Королёвой перед разинувшей рот публикой.
      
      

    3. У з б е к и с т а н

      
       Прилетели в Узбекистан, добрались до Чирчика, нашли магазин военторга, уладили официальные формальности.
       Доставшаяся мне машина была цвета хрустальной голубизны весеннего неба, и сотрудники магазина в полном составе высыпали на крыльцо, чтоб тщательнее разглядеть нахалку, увозившую из-под их носа голубой кусок жирного навара. Стояли молча, хотя для приличия могли пожелать счастливой дороги.
      
       А, может, вышли проводить нас в последний путь, потому что ко всем прочим документам прилагалась "Памятка водителя", где жирным шрифтом выделялось: "В связи с участившимися случаями нападений на владельцев одиночных транспортных средств, передвижение по дорогам северного Узбекистана и всего Казахстана ОПАСНО ДЛЯ ЖИЗНИ! Рекомендуемое передвижение - колонной!".
      
      Упоминание "быть вооружёнными до зубов" отсутствовало, но явственно читалось меж строк. У нас же, кроме ножичка, прихваченного водителем для резки им же прихваченного шматка сала, другого оружия не имелось. Зато колонна укомплектовалась сама по себе. Подлетевшая компания шумных хлопцев из Ростова во главе с кундузским спецназовцем - "Ты откуда? Джелалабад, прокуратура? А я из Кундуза. Спецназ!"- решила с нами объединиться.
      
      Так и выехали колонной из двух транспортных средств: ведущие - мы на весело брызгающей во все стороны голубизной "восьмёрке", замыкающиe - четверо ростовчан на солидно-строгой зеленой "семёрке".
      
      
    * * *
      
       За окном машины проплывали красочные ландшафты любимой южной республики. Наверное, это выглядит нелепо, но для меня гостеприимный Узбекистан ассоциируется со столом-достерханом, который, в свою очередь, напоминает русскую скатерть-самобранку, обильно заставленную лакомствами. Помните такую сказку из детства? Однако даже в самой правдивой сказке я не могла представить изобилия яств, воочию увиденных на достерхане. За ним сидела не единожды, по-настоящему, по-восточному: на полу, со сложенными крест-накрест босыми ногами. Обувь снимают перед входной дверью и в многоквартирном доме обувная цепочка иногда спускается на несколько лестничных пролётов. Вкушение пищи мужчинами происходит в одном помещении, женщины едят отдельно, у женщин головы покрыты платками. К еде приступают после прочтения краткой молитвы.
      
      
     []
      
      1. Узбекский достерхан (фото найдено в интернете)
      
      
      Я не видела мужского стола, но женский ломился. Глубокие вазы с сочными фруктами. Массивные ломти сахарного арбуза, прозрачные медовых дынь. Нежный рахат-лукум, тающая во рту пахлава, невесомые "ниточки" пишмание, воздушная нуга, ароматная халва, ореховый щербет, засахаренный миндаль, глазированный арахис, леденцовая парварда и десятки других лакомств, названий которых не знаю. Ранее я даже представить не могла такого разнообразия восточных сладостей.
      
      
     []
      
      2. Душистый плов, истекающий соком шашлык, бульонистые манты, острый лагман среди больших блюд с покрытыми росой овощами и зеленью (фото найдено в интернете)
      
      
       []
      
      3.
      
      
       []
      
      4.
      
      
       []
      
      5.
      
      Узбекское радушие, гостеприимность, щедрость - отдельная песня, а сами хозяева по жизни могут быть разными, и даже разбойниками, но пока ты у них в гостях - это милейшие люди. Ни за что не отпустят, пока не накормят, а после не нахвалят гостя.
      А кому похвала неприятна? Всегда к концу встречи надувалась от важности и очень жалела, что красивые слова в мой адрес от мудрых восточных людей никто, кроме меня, не слышит.
      
      Солнечный Узбекистан - настоящая ореховая мекка (фото найдены в интернете):
      
      
        []
      
      6.
      
      
       []
      
      7. Завязь фисташки
      
      
       []
      
      8. Фисташка зреет
      
      
       []
      
      9. Ф и с т а ш к а
      
      
       []
      
      10. Фисташка жареная
      
      
       []
      
      11. Орех-пикан
      
      
       []
      
      12. Орех-пикан
      
      
       []
      
      13. М и н д а л ь
      
      
      А их знаменитые виноградники? Вот же ж повезло узбекам с местом рождения!
      
      
       []
      
      14. Знаменитый сорт "дамский пальчик"
      
      
       []
      
      15.
      
      
       []
      
      16.
      
      
       []
      
      17.
      
      
      А фрукты? Гранаты, персики, абрикосы, хурма в узбекском краю столь привычны, как привычны для российской земли яблони и груши. Прямо орехово-фруктовый рай на земле:
      
      
        []
      
      18. Г р а н а т
      
      
       []
      
      19. П е р с и к и
      
      
       []
      
      20. Х y р м а
      
      Для чего ставлю фото, не относящиеся к покупке и перегону машины? Из желания окунуться в атмосферу тех лет, когда советский народ был единым целым и в Узбекистан можно было слетать просто на выходные.
      
      Итак, наша колонна из двух купленных в Чирчике автомобилей ВАЗовской модели взяла курс на Ташкент. Тот отрезок пути запомнился длинным нескончаемым аулом, хотя названия менялись по мере смены дорожных знаков. Возле одного дома мелькaл знак об окончании населённого пункта, через дорогу перед следующим домом - название нового аула.
      
      Дорожные знаки менялись, но не картинки. В декабре месяце вокруг цвели розы:
      
       []
      
      21.
      
      
      
      
    * * *
      
      Зато к северу от Ташкента ландшафт и пейзаж значительно посуровели. Населённых пунктов резко убавилось. Появилась каменистая поверхность, исчезли цвeты, а без них голые фасады домов выглядели неуютными, необжитыми. Стало прохладнее, правда, не до такой степени, чтоб закрывать окна машины, и водитель, по-хозяйски развалившись на сидении, рулил правой, а вывешенной через опущенное стекло левой рукой изображал попытку дотянуться до молодых узбечек, торопливо семенящих по обочине.
      
      Особенно веселел он в маленьких аулах, где из-за снующих под колёсами детей и всякой живности приходилось уменьшать скорость, притормаживать, давая недоуменно таращившимся местным жителям возможность вдоволь налюбоваться торчавшим из окна машины "певцом Игорем Николаевым". Узбекские товарищи наверняка принимали нас за творческий коллектив. Ведь в СССР не существовало границ для концертных выступлений, артисты считались достоянием всего советского народа.
      
      Однако нужно отдать водителю должное: людской восторг лихачества ему не прибавлял, "всесоюзная слава" глаза на застилала и машину вёл аккуратно. Отчего сзади раздавались частые гудки. Азарт замыкающих "колонну" ростовчан хлестал через край, им не терпелось опробовать новый двигатель. И таки пробовали, вне населённых пунктов вырываясь вперёд, а после, сбросив излишки адреналина, покорно занимали своё место и понуро плелись в хвосте нашей "колонны".
      
      
    * * *
      
       Первый тревожный звонок прозвучал на заправке, когда "Игорь Николаев", залив бензин и картинно закинув за плечо свой не снимаемый даже в тёплом Узбекистане белый шарф, уселся на сидение и приготовился выжимать сцепление.
      Заправляющаяся следующей ростовская "семёрка" дико взвыла сигналом, а заправщик, возмущённо голгоча по-узбекски, бросился вытаскивать шланг, змеёй извивающийся из топливного бака нашей машины.
      
      Я напряглась. Настоящий профессионал не допустит подобной оплошности.
      
      Смекнули и ростовчане. Пересекя узбекско-казахскую границу, остановились в поле, вежливо пояснили, мол, такими темпами до своего Ростова будут добираться две недели, а спецназовец из Кундуза, по-свойски отведя меня в сторону, прошептал:
      - Наш совет: как можно быстрей избавляйся от этого мудилы.
      
       Ей Богу, так и обозвал. Только хотелось бы знать: на кого в чужой безлюдной степи поменяю своего "мудилу" и что скажу его жене-киевлянке? Украина не настолько велика, чтоб слух о чужой подлости не просочился в соседнюю область. Да и легко раздавать советы накачанным и наверняка хорошо вооружённым парням, коль постоянно прижимали локтями полы своих кожаных курток.
      
      "Семёрка" же, чмокнув габаритами воздух, исчезла из зоны видимости быстрее, чем мы осознали вероломное предательство и собственное сиротство.
      
      

    4. К а з а х с т а н

      
       И поплыла за окном бескрайняя казахская степь. Или поплыли мы? Одинокой металлической голубой капелькой сквозь бескрайнее замороженное пространство под бездонным ледяным колпаком Космоса.
      
       Именно тогда я впервые в жизни увидела отсутствие горизонта. Жуткое зрелище: куда ни посмотри - в боковое стекло, в заднее, в лобовое - нет никакого горизонта. Подняла глаза к небу - и неба нет! Захотела видеть дорогу - не видно ни спереди, ни сзади. Ничего вокруг, ни придорожных столбов, ни дорожных знаков, ни жилья, ни людей, ни транспорта. Всё заволакивает снежным саваном однотонно метущей позёмки. Жутко, не передать.
      
      
       []
      
      23.
      
      Фото из интернета, в наше время под рукой не было не то что камер, но даже простых фотоаппаратов. Но похоже на нашу историю с одной разницей: на фото виден ближайший участок асфальта. Мы же сквозь пургу пробирались как слепые котята на ощупь. Следующее больше подходит к моему рассказу:
      
      
       []
      
      24. Теперь понятна жуть пространства без линии горизонта?
      Только у нас было жутче из-за мощной позёмки, перекрывающей видимость на два-три ближайших метра
      
      
      Изредка выплывающие ниоткуда и в никуда растворяющиеся кучные захоронения в виде небольших мавзолеев, усиливали ощущения попадания в параллельный мир, где погосты остались единственным напоминанием о Человечестве.
      
       Однако пришлось оценить и мудрость советских руководителей, построивших Байконур в этой точке земного шара. Месяцами броди, но без специальных приборов ни одному шпиону не унюхать секретного космодрома.
      
       Водитель так же проникся серьёзностью положения, он даже свой шарф размотал и, словно курчонок, тянул шею, надеясь разглядеть дорогу. Иногда удавалось, иногда заблудившийся вихревой поток пролетал перед колёсами, оголяя ближайшие полметра толстого ледового покрытия, но в остальное время перед нами стоял плотный снежный экран и пришлось снижать скорость до двадцати километров. Снизили б больше, если бы стрелка не показывала стремительного сокращения бензина. Ещё я боялась, что при малой скорости нас просто сдует со стеклянной дороги. Мощные порывы ветра сотрясали машину, толкая её то в правый бок, то - в левый, то давая "пинка" в багажник, то сдерживая со стороны капота.
      
      Все свои тексты я постоянно дополняю вновь найденной информацией. В 2017 году в сети появился ролик с заблудившимся вертолётом МЧС Казахстана, чей экипаж приземлился на трассу в Актюбинской области, чтобы спросить у дальнобойщиков координаты. Из вертолёта к одному из водителей подбежал мужчина в форме и задал несколько вопросов. Между дальнобойщиками произошел такой диалог (по рации):
      
      – *** он *** что ли *** посреди дороги встал. Витя *** уйди, сейчас лопастями *** тебя. Че, он показывает че-то или че?
      
      - Это МЧС [неразборчиво] *** мужики заблудились! Пока кружили *** не поняли в какой стороне *** куда им надо ***. Прибежал, спрашивал, в какой стороне Актюбинск.
      
      — *** курсанты что ли с Актюбинска угнали? *** заблудиться.
      
      
       []
      
      25. Заблудившийся под Актюбинском вертолёт
      
      
       []
      
      26. "Вы не знаете как долететь до Актюбинска? В какой он стороне?"
      
      Вот, сами смотрите
      ролик: https://youtu.be/vlCjWU5g8DI
      
      A почитать можно
      здесь: http://varlamov.ru/2238679.html
      
      Коль военные лётчики ХХI века блуждают в собственных пространствах, что говорить о нас, неподготовленных, неопытных, волею случая впервые оказавшихся на тех же безграничных пространствах в ХХ веке без какой-либо карты, без компаса, а о навигаторах тогда и не слышали.
      
      
    * * *
      
      С дороги мы таки улетели. При полном отсутствии знаков и придорожных столбов водитель не почувствовал поворота. Конечно, из вредности могу написать "прозевал", но как прозевать то, что визуально отсутствует? Говорю ж: ни одного дорожного знака, ни одного заградительного столбика. Вот на одном из поворотов мы потеряли дорогу и продолжили путь уже в воздухе.
      
      Сказать, что я испугалась за собственную жизнь? Нет, не успела, более переживала за машину. Иногда меркантильность сильнее разума. К тому же я понимала, что при малой скорости насмерть не убьёмся.
      
      И не ошиблась, шмякнулись мягко. При приземлении меня, не пристёгнутую ремнём безопасности, подбросило вверх, потолок больно ударил в макушку. Но опять испугалась не за себя, представив ухохатывающихся соседей при виде появившейся под их окнами машины с волнообразной крышей. Сходу вообразят, что нанимала амбалов-охранников, подпирающих потолок бритыми затылками. Даже такая мысль успела мелькнуть, пока машина успокаивалась после неожиданного полёта.
      
      Пришли в себя и мы. С водителем ругаться не стала. Это проявилось с годами, не исключаю дополнительного влияния суровой действительности афганской войны, когда, оказавшись в критической ситуации, без утяжеляющих ситуацию криков, соплей, слёз мгновенно концентрируюсь на поиске выхода. Не стала ругаться и в тот раз, а попыталась выбраться наружу.
      
      Как обычно покидают машину? Ну да, открывают дверцу и выходят.
      Но не в нашем случае. Представьте хорошо слежавшиеся, можно сказать "зацементированные" морозом снежные слои, а в них под прямым углом воткнули предмет весом в несколько тонн. Дверцы машины вошли в снег настолько, что даже не шевелились.
      
      Пришлось использовать окна. Стянули верхнюю одежду, выпали наружу, оделись и, с трудом выдирая ноги из снега, поковыляли к дороге, с которой только что улетели. Ходьба давалась с трудом, меня тормозили шлёпанцы, самые обыкновенные домашние шлёпанцы. Зимней обуви мы не брали, в Узбекистан прилетели самолётом, обратно должны возвращаться в уютном тёплом салоне автомобиля. Мы в нём и возвращались. Водитель всю дорогу сидел в туфлях, о тапках он не подумал, а я подумала, в которые переобулась ещё в Чирчике, аккуратно поставив кроссовки возле заднего сидения. А когда вылезалa через окно, то о кроссовках не помнила, вернее, не помнила, что на ногах шлёпанцы. Свою оплошность почувствовала на продуваемой насквозь дороге: и чего это, думаю, так холодно, вроде стою босиком? Но идти к машине, вновь погружая ноги в глубокий снег, мне не хотелось. Кроссовки находились под задним сидением и пришлись бы залезать через опущенное переднее стекло, а после возвращаться через то же снежное поле.
      
      И какая тогда разница - мокрые тапки или мокрые кроссовки?
      
      
    * * *
      
      Hам посчастливило. Именно посчастливило, не иначе молитвами жены водителя. По бескрайним казахским степям можно ехать часами и никого не встретить. К тому же Казахстан настолько велик, что отдельные куски дорог зимой попросту не используются, некому ездить. Хрущёв, прокладывая дорожные магистрали, рисовал в воображении снующие круглосуточно потоки автоколонн из Казахстана в Россию с неиссякаемыми природными богатствами и зерном, из России в Казахстан - с красивыми девушками и медалями "За освоение целины". Задумки планировались грандиозными под стать сверхдержаве, но то-ли ископаемые иссякли, то-ли медали закончились, по-крайней мере, в декабре 1988 года, кроме нас, на казахском участке международной трассы других машин до той минуты не встречалось, и если после грузовые машины будут мелькать изредка, то легковых мы не увидим ни одной. Mеждународная трасса и ни одной легковушки. Ни одной. Кроме нашей.
      
      Так что появление ниоткуда грузовика мы восприняли чудом. Какие бандиты, какое напоминание памятки, полученной в военторге узбекского города Чирчика?!! Всё враз забылось и "Игорь Николаев" чуть ли не с поцелуями бросился к братьям-казахам под собственное тарахтение о моём героическом афганском прошлом и о полученной за войну торчавшей в снежном поле машине, в бардачке которой, кто не верит - может проверить, лежат афганские документы.
      
      И что? Да ничего. Если трое крепких широкоскулых молодцев в другое время и промышляли разбоем, то обидеть "афганку" рука не поднимется у самого последнего ничтожного басмача. Так и сказали:
      - Знаем, сестра, через какой огонь ты прошла!
     
      При помощи троса подцепили нашу голубую страдалицу, четыре пары крепких мужских рук выдернули из снега, аккуратно дотянули до дороги, надёжно закрепили на ледяной корке и благородные казахские рыцари даже не взяли денег, мы просто обменялись адресами на случай, если они когда-нибудь застрянут на украинских дорогах.
      
      
    * * *
      
      Второе происшествие я элементарно проспала. Кто ж ожидал, что первая авария - это прелюдия к последующим неприятностям, посыпавшихся на нас, как сыплются алые бусинки с лопнувшей нитки монисто? Но всё по порядку.
      
      После прощания с нашими спасателями, пообсуждав с "Игорем Николаевым" случившееся, повосхищавшись добротой, силой, ловкостью, отзывчивостью казахских братьев, я разомлела в тепле и, гордая собственной выдержкой (сумела удержать себя от брани с горе-водителем, не вцепилась в его густой чуб), переместилась на заднее сидение с целью вздремнуть. Короткий, но крепкий в любой обстановке сон пpоявился у меня на афганской войне, как защитная реакция на стресс.
      
      Не знаю сколько спала, но очнулась от истошного крика водителя:
      - Не шевелись, а то слетим в обрыв!
      Про "шевелись" это он зря кричал, выдернутая из сна криком, я от страха одеревенела. Какой обрыв? Откуда ему в степи взяться? И почему машина странно подрагивает, если стоит на месте? Я не могла видеть, что на самом деле мы не стоим, а полувисим над оврагом правым задним колесом, тем самым, над которым лежали мои удобно подогнутые ноги.
      
      Пока я пыталась осмыслить торопливо брошенное разъяснение водителем случившегося, он, нужно отдать должное, не растерялся, а, осторожно открыв дверьцу и избегая резких движений, совершил посантиметровый исход наружу.
      
      А я? "Восьмёрка" имеет две двери и обе передние. Так что я оказалась в элементарной ловушке и, отвлекаясь от повествования, скажу: та авария предопределила отношение к восьмой ВАЗовской модели. Заманчиво катать на заднем сидении детишек с игрушками, собаками и котятами, при этим никого не теряя. Однако замкнутость задней части салона при аварии может сыграть трагическую роль, и сразу по приезду я начну искать вариант обмена "восьмёрки" на четырёхдверную "девятку" (обменяю и тут же попаду в лапы бандитов-автоперекупщиков, о чём рассказываю в упоминаемом выше тексте "Девяточка". Бандитские 90-е, или как мы жили" здесь: href=http://samlib.ru/s/smolina_a_n/is-3.shtml).
      
      
    * * *
      
      Hо "девятка", уже со своими приключениями, появится позднее, пока же я находилась в ловушке "восьмёрки", не догадываясь о поддержке Свыше: порывы ветра били в "нужном" направлении, под днище со стороны правого заднего колеса, над которым замерли мои ноги.
      
      В это время выбравшийся на дорогу водитель, не рискуя смотреть в мою сторону, принял единственное верное решение: отбросив своё шикарное пальто прямо на снежное покрывало дороги и дав команду приготовиться к эвакуации, как можно шире раскидал руки-ноги, распластавшись на капоте и пытаясь собственным весом сцепить передние колеса с ледяной коркой.
      Я же... Недаром говорят и доказано наукой, что экстремальные ситуации раскрывают в человеке сверхъестественные способности. Иначе как чудом моё освобождение не назвать. Мне удалось проскользнуть невесомым ужом в щель меж передними сидениями, чего в нормальной жизни не могло произойти в принципе даже при помощи чужих рук, и таким же невесомым ужом просочиться в отверстие приоткрытой водительской дверцы.
      
      Господи! В кои-то века обзавелась собственной машиной. Вот она - голубенькая, пропахшая заводской смазкой, но уже успевшая впитать запах дорогих французских духов и качественного мужского парфюма. Правда, руля я ещё не крутила, да что говорить о руле, если в салон всего два раза садилась: первый раз - при покупке, второй - после полёта в поле, откуда нас выковыривали добрые братья-казахи. Значит, и покидала собственное авто во второй раз. И - опять на четвереньках, по-идиотски радуясь, что на этот раз не в окно, а через дверную щель.
      
      Такие мысли проскочили в голове, пока, отползая в сторону, успокаивала трясущиеся чресла, с тоскливой предрешённостью ожидая прощального кульбита машины перед полётом в овраг.
      
      Но, странное дело, она, вздрагивая от мощных рывков завывающей вьюги, оставалась на месте.
      
      Зато мороз под минус сорок, по-крайней мере, мне так казалось. Мокрые насквозь при блуждании по снежной целине после первой аварии шлёпанцы я сразу поменяла на кроссовки и даже натянула сухие носки из сменной пары. Пока машина находилась в движении, удалось подсушить низ брюк. Но тонкая куртка финского спортивного костюма от холода не спасала. А пушистая дублёнка, нагло выставив густой мех, уютно дремала на переднем пассажирском сидении. Перед сном я сама её туда положила, предварительно аккуратно сложив. И не достать. Перепуганный водитель вообще запретил приближаться к дрожавшей над оврагом нашей красавице.
      
      "Боженька миленький, стариков уважаю, детей не обижаю, животных не убиваю, мужу не изменяю" - оказавшись в безвыходных ситуациях, я стараюсь напомнить Богу о своих добрых деяниях. Нас миллионы, а Он - один, и не всегда имеет возможность следить за каждым. Так что у меня язык не отвалится, если лишний раз перечислю.
      Изредка появлялись грузовые машины. Проезжая мимо, казахские водители успевали понять случившееся и, с искренним сожалением на лицах, лихорадочно крутили правой рукой круги в воздухе, пытаясь объяснить бесполезность экстренного торможения на ледовом дорожном полотне. Колёса прокручивало.
      Да мы и сами понимали. Затормозить сходу - значило слететь с дороги, и не факт, что без нас. A проехать вперёд, аккуратно притормаживая, а затем возвращаться? Только задним ходом. Hо как возвращаться задним ходом по узкой ледяной полосе, которую и в лобовое стекло удаётся с трудом разглядеть?
      
      Так что нам оставалось довольствоваться чужими сострадательными взглядами, а мне ещё и совестливостью водителя, накинувшего на мои плечи своё пальто и оставшегося в толстом овечьем свитере, удачно выторгованном у наивной узбечки. Радостная девушка сомлела от встречи с "известным певцом Игорем Николаевым", чуть за автографом к нему не полезла.
      
      
    * * *
      
      Позднее нам помогли. Вернее, я догадалась послать окоченевшего водителя навстречу движению.
      
      Это оказалось верным решением. "Игорь Николаев" начал махать издалека, давая возможность снизить скорость приближающемуся грузовику.
      Осторожно подъехали, достали трос и легко выдернули на дорогу нашу голубую бедолажку.
      
      И снова водитель-казах не взял денег, он уже знал о моём боевом прошлом, "Игорь Николаев" успел выложить, хотя я пыталась сунуть сто рублей. Тогда сто рублей считались большими деньгами, тогда офицерская зарплата составляла две сотни. Но водитель-казах не взял, искренне возмутившись:
      - Ты за какой сволочь меня принимаешь?
      После пожал нам руки, с чувством собственного достоинства за отлично выполненный шофёрский долг забрался в свою высокую кабину и вместе с машиной растворился в снежной пурге.
      
      Если кто-то думает, что на этот раз я точно вцепилась в усы своего горе-водителя или хотя бы обматерилa, тот ошибается. Естественно, я была разгневанной. Как не крути, но за малый промежуток времени мы умудрились попасть в две аварии, пусть благополучно закончившихся, но ведь заранее исхода никто не знал, и страха я натерпелась самого настоящего, включая страх дважды потерять покупку в первые сутки после её приобретения. Да-да, все приключения выпали на одни сутки, которые никак не хотели заканчиваться.
      Так что на злую брань имела полное право.
      Но что бы это дало? Впереди предстояли тысячи километров, нам обоим требовалось выжить, вернуться домой невредимыми, а мне ещё и с колёсами. Потому, одаривая друг друга взглядами, я - свирепым, водитель - виноватым, безрадостно покатили дальше, надеясь хотя бы до ночи проскочить казахско-российскую границу, по всем прикидкам топорщившуюся вехами в считанных десятках километрах.
      
      
    * * *
      
      Надеялись зря, граница не появлялась. A когда ночная мгла всосала в себя окружающее пространство, пришлось останавливаться, решив, что одиноко кочующие по степи фары наверняка привлекут внимание казахских злоумышленников. Вдруг они успели поставить разбойничий промысел на поток и орудуют даже вблизи российской границы?
      
      Для читающих по диагонали напомню. При покупке машины в военторге узбекского города Чирчик вместе с "Памяткой водителя" я получила предупреждение жирным шрифтом: "В связи с участившимися случаями нападений на владельцев одиночных транспортных средств, передвижение по дорогам северного Узбекистана и всего Казахстана ОПАСНО ДЛЯ ЖИЗНИ! Рекомендуемое передвижение - колонной!". Так что риски оказаться в руках басмачей, как и околеть в степи при закончившемся бензине были реальными.
      
       "Гoсподи, спаси, сохрани и помилуй!" - приступила к молитве, как только съехали на обочину и честно распределили зоны обзора. Bодителю досталось лобовое стекло, мне - заднее, хотя ни там, ни там ни зги не видно. Ho даже заметив автомобильные фары, наверняка современные басмачи передвигаются не на верблюдах, ничего б не изменили. Оружия, кроме ножичка для резки давно съеденного сала, в машине не имелось, и в целом наша ситуация идеально ложилась на слова гениального Высоцкого: "Ну, надо ж так! Под Новый год - назад пятьсот, пятьсот - вперёд, пурга и - некому помочь".
       Только в нашем положении не пятьсот, а тысячи километров ночного завьюженного чужого пространства с уютно устроившимися спать под тёплыми боками своих тандыров набегавшихся за день казахами и вышедшими на ночную охоту внуками басмачей, которых в "Белом солнце пустыни" гоняли красноармейцы Сухов и Верещагин. И от которых, от вероятных внуков басмачей, мы спрятались, чуть съехав с дороги, за высокими снежными сугробами. Бережёного, кaк говорится, Бог бережёт.
      
      
    * * *
      
      Так всю ночь и проколотили зубами от страха и холода, громко крича "Ку-ку!", если за спиной становилось подозрительно тихо.
      Конечно, в этом месте любопытный читатель может спросить: а почему мы не включили обогреватель? Да, не включали, берегли бензин, которого оставалось капли. Никто ж не предполагал, что несколько тысяч километров узбекской и казахской территорий, проскакиваемые в обычном режиме хотя бы за сутки, у нас заберут куда больше времени и топлива.
      
      Утром же... Слабые очертания ближайших снежных сугробов на фоне лениво сереющего чужого неба мы встретили с чувством второго рождения. Радёхонькие сбегали по разные стороны дороги, умылись снегом и в распрекрасном настроении дали по газам в направлении России. Вроде за плечами не осталось голодной бессонной ночи в насквозь промороженном автомобильном салоне. Сейчас даже удивительно: откуда брались силы?
      
      

    5. Р о с с и я !!!

      
       Hа российские просторы вкатили победителями! Сами без поломов, без ушибов, без обморожений, на машине, даже после двух аварий сохранившей свою внешнюю красоту.
      
       Очевидно, на eё красоту, вынырнувшей без номеров со стороны Казахстана, и среагировал в первом российском городке (город Энгельс? не помню, но ехали в направлении Белгорода) бдительный российский гаишник. Это был вообще первый милиционер, встреченный на многотысячекилометровом пути. Милицейскую бы помощь да при наших казахских злоключениях. Правда, подумалось: если бы казахские гаишники несли службу в своей неухоженной степи, то наверняка большинство их оказались бы умышленно-раздавленными за полное отсутствие условий для безопасной езды. Может, так и случалось? Парочку растёрли шинами, а остальные решили не рисковать здоровьем? Или боялись вступать в открытое боестолкновение с превосходящими и наверняка лучше вооружёнными современными бандами басмачей?
      
      Зато самоотверженные российские гаишники служат независимо от времени года, что в нашем случае оказалось несчастливым стечением обстоятельств. Мой водитель, лихо выскочивший из-за руля, обратно вернулся понурым, волоча расчудесный свой шарф по снегу, а следом предстал бравый подтянутый милиционер:
      - Вы хозяйка машины? Водительские права вашего друга изымаются. Они фальшивые.
      
      Как гром с ясного неба! К тому же водитель никакой не друг, всего пару дней знакомы. Описывать ярость, наконец-то, во мне проснувшуюся? Hет смысла. Bсё равно, сколько бы не канючила, милиционер фальшивых прав не вернул, a на прощание назидающе отчеканил:
      - Надо было смотреть кого берёшь! Только из уважения к "афганским" корочкам! Другая бы машина на штрафную площадку загремела!
      
      И то правда. Спасибо за оставленные нам колёса.
      
      
    * * *
      
      Не глядя друг на друга, побрели с водителем искать гостиницу. Так бы и задушила афериста! Уже в лицо сказала:
      - Ну ты и урод! Неужели не мог честно признаться?
      На что "урод" огрызнулся:
      - Аха, щас! На каждом углу буду орать, что катался по Киеву два месяца с купленными правами!
      
      То есть ещё и опыт вождения всего два месяца? Ну не гад? Наверняка другая, окажись на моём месте, поспешила бы избавиться, другая решительно выбросила бы его на чужой территории и нисколько бы не мучилась совестью. Но то другая. Мне же, ежели чего произойдёт с ним нехорошего, совсем не хотелось остаток жизни быть преследуемой его безутешной вдовой.
      
      Нашли какую-то второсортную гостиницу, разбежались по номерам. Отдых мы планировали, но не в этой дыре, а в ближайшем областном центре в дорогих люксах и с обедом в дорогом ресторане.
      
      
    * * *
      
      Одним словом, "урод" зарылся в своём номере, а я, немного посидев в своём и поняв, что в бездействии завожусь сильнее, пошла "сбрасывать пар", наматывая круги по гостиничным коридорам.
      Где и набрела на двух парней.
      Не помню кто первый на кого обратил внимание: я ли на них, рослых красавцев в дорогих одеждах, или они на меня, с красным от злости лицом, нелепо разнаряженную в яркий спортивный костюм, но знакомствo состоялось, при котором под град собственных слёз вывалила события последних суток, казавшихся уже годами. Мне необходим был слушатель, а иx оказалось целых двое.
      
      Ребята внимательно выслушали, сочувственно повздыхали, и так же откровенно поделились своей историей.
      
      Два родных брата приехали на развод. Вернее, разводился старший, а младший увязался для поддержки.
      
      Желая вызвать на судебном процессе доверие судьи, понимание родственников жены и глубокое сожаление со стороны этой самой жены по факту потери чудесного мужа, братья вырядились дорого, со вкусом, украсили пальцы бриллиантовыми перстнями, галстуки пристегнули бриллиантовыми булавками, в тон галстукам из нагрудных кармашков импортных костюмов торчали треугольнички накрахмаленных носовых платков. Даже если вместо бриллиантов сверкал фианит, а то и простые стекляшки, всё равно смотрелось прилично. На головах - хорошо промытые и тщательно уложенные густые волнистые шевелюры, на ногах - зимняя "Саламандра", и всё это в шлейфе терпкого мужского одеколона.
      
      Если кратко, то на момент нашего знакомства разведённый брат тянул на вновь испечённого жениха, не разведённый напоминал свидетеля-дружку.
      
      Но не внешность главное, я и в нормальном состоянии мало интересуюсь незнакомыми мужчинами. Более полезной оказалась информация, что оба брата приехали из Украины и оба профессиональные водители-гонщики! Моё предложение вести машину приняли с огромной радостью. Выгода обоюдо-приятная. Я не трачу денег на нового водителя, которого всё равно взять негде. Они не тратят деньги на автобусные билеты, а доставляют себя на моих колёсах и моём бензине. Их город лежал по пути нашего следования (сейчас названия не помню, где-то недалеко от российско-украинской границы на украинской стороне).
      
      Единственной загвоздкой оказалось отсутствие водительских прав. Ведь братья, как уже написала, очутились в этом городишке по причине развода старшего, и у них, кроме паспортов да вновь обретённого свидетельства о расторжении брака, других документов в карманах не лежало. В Россию они приехали на автобусе, тем же транспортом планировали вернуться домой.
      
      Но разве подобная ерунда - отсутствие водительских прав - после перенесённого за последние сутки лиха могла меня остановить? Выделив на сборы минимум времени, совсем скоро все погрузились в машину.
      
      
    * * *
      
      Итак, водительское пространство занял брат старший, богато одетый, пропитанный дорогим ароматом, обхвативший руль пальцами, украшенными бриллиантами в тон торчавшим из галстучной головки, а если и не бриллианты, то всё равно смотрелся сногсшибательно.
      
      Рядом пристроилась я. B дорогой дублёнке, принявшая душ, смывшая подтёки недавних слёз и едва не повизгивающая вслух от нежданной удачи.
      
      Заднее сидение разделили брат неразведённый, тоже, как уже сказала, хорошо одетый, красивый, и не менее приятный внешностью мой водитель, копия молодого Игоря Николаева.
      
      Тщательность описания облегчит читателю воссоздать перед глазами картину, особенно если вспомнить, что на дворе стоял 1988 год. Появись мы поодиночке, то и по одиночке не остались бы без людского внимания. Времена были скудными, серыми, с тотальным повсеместным дефицитом на качественную красивую одежду. Любой хорошо одетый человек невольно притягивал любопытные людские взгляды, а если на человеке была импортная одежда, то на него смотрели с неприкрытой завистью.
      К тому же не следует забывать об имевшейся при нас новюсенькой голубой "восьмёрке". В CCCP достижения отечественного автопрома приравнивались к космическим достижениям, тогда из ВАЗовских моделей самой "народной" считалась "единичка", а наличие "шестёрки" или "семёрки" указывало на принадлежность к небожителям, не менее. О появлении модели "Лада-2108" сообщали все СМИ и все телеканалы, народ знал, слышал, читал, но видеть ещё довелось не каждому.
      
       Чтоб стало более понятно, ставлю фото из интернета. Как возле невиданной зверушки, собрались мужчины, разглядывая подержанную иномарку:
      
      
      
     []
      
      27. Точно такое любопытство вызывала любая ранее не виданная автомодель
      
      
      Так что пока мы выезжали из двора гостиницы, пока крутились по улицам в поисках выезда из города, все встречаемые по пути мужчины выворачивали шеи. Дураку понятно, при таком раскладе мы далеко уехать не могли и совсем скоро оказались остановлены гаишником.
      
      Пришлось выходить, отводить милиционера в сторону, не при "уроде" же выплескивать накопившуюся на него горечь, и честно рассказывать о злоключениях, в которые влипла, признаю, по собственной глупости, сопровождая признание искренней слезой жалости к самой себе. Есть такая особенность моего организма - жалеть себя под собственные слёзы, особенно, когда понимаешь о незаслуженных страданиях.
      
      Ошеломлённый гаишник смотрел недоверчиво. Колоритная компания, по-хозяйски восседающая на сидениях нового автомобиля, ни на каком боку не имеющего ни одной цифры.
      Кто, куда, откуда?
      В компании я, размалёванная, с рыжим начёсом в амбре дорогих французских духов. О нелепом наряде - турецкой дублёнке, финском спортивном костюме и кроссовках "Адидас" уже написала.
      К тому же разве можно поверить, что, де-факто потеряв водителя, я в незнакомом городе нашла двух профессиональных гонщиков, а тот самый "потерянный" прилепился на заднем сидении?
      
      Но мой дурацкий вид, горячая слеза, действительно было непонятно за что страдаю, и ворох скреплённых печатями документов и на покупку машины, и о пребывании на афганской войне (без них покупка машины бы не состоялась), и ветеранское удостоверение - убедительно подтверждали если не рассказанную историю, то положительные стороны моей личности.
      Да и братья-гонщики с "Игорем Николаевым" без излишней суетливости, но с достоинством показали паспорта, а разведённый даже пытался сунуть под нос милиционера свеженькое свидетельство о разводе, очевидно, давя на струнки мужской солидарности.
      
      Ho милиционер выглядел крепким семьянином, от разведённого брата отмахнулся, меня же уже сам отвёл в сторону, мягко пожурив и растолковав о штрафе в 25 рублей только из уважения к афганскому прошлому. А так бы слупил сотню и лишил бы транспортного средства. Где это видано, чтоб удалая компания раскатывали без прав по дорогам великой державы?
      
      Tакими словами добрый милиционер спровадил нас в путь. Если кто забыл - это мы уже по российской территории ехали в сторону Украины.
      
      
    * * *
      
      Продвижение к дому проходилo поэтапно. Отрезок пути, взмах милицейским жезлом, канючу, показываю документы, отдаю штраф в том же размере, 25 рублей. Из уважения к моим военным заслугам. То, что нас "вели" по рации от поста к посту, я поняла позднее. Ребята-милиционеры предупреждали следующий пост, предвидя бессмысленность нашего задержания. С малой суммой денег, оставшейся в наших карманах, милиционерам самим бы пришлось нас, среди которых, между прочим, находился ветеран афганской войны, поить, кормить, обеспечивать ночлег и оплачивать билеты на автобус. Так что слава советской милиции!
      
      За штрафы я особо не горевала, всё равно собиралась вычитать их из "зарплаты" водителя, о чём злорадно сообщила и что он безропотно принял. И на милиционеров не обижалась, наслышанная о "планах", спускаемых им от милицейского начальства. Время такое было.
      
      Правда, один раз, не помню в какой области, пришлось понервничать, случайно зацепив ухом слова в рацию только что оштрафовавшего нас гаишникa:
      - Принимайте голубую восьмёрку без номеров, - и дальше невнятное бурчание.
      
      Честно скажу - перепугалась. В те годы автовладельцев лишали машин в лучшем случае пинком под зад. В худшем - выбрасывали на обочину, именно с такого эпизода начинается фильм с Игорем Тальковым "За опасной чертой". Остаться без машины, но в живых - считалось за счастье, ибо многие водители в те годы прощались с жизнью лишь за то, что та самая жизнь подкинула шанс стать автовладельцем.
      
      Да, так мы жили. Целые банды рыскали по республикам СССР в поисках "лопухов" на новых колёсах, криминальные сводки такими сообщениями кишели.
      A мне не надо было и сводок читать. Один предприниматель нашего городка для охраны своего только что купленного автомобиля нанял Володю Деревянко, самого габаритного среди городской молодёжи хлопца.
      Но Володины размеры не спасли хозяйскую машину. Володя в подробности не вдавался, а, повстречав меня перед поездкой в Узбекистан и узнав о цели, посоветовал меньше трепать языком, так как лично в его случае бандиты просто показали нож и, сбавив скорость, на трассе Киев-Харьков вытолкнули ногами и его и хозяина. Пожалели, сбавили скорость. Иначе от двух мужских тел остались бы мясные ошмётки.
      
      Столкнусь с ними и я, одна против банды автомошенников, а, может, и убийц. В бандитские 1990-е человеческая жизнь стоила копейки (о том, как я попала в разработку банды, рассказываю в тексте "Девяточка". Бандитские 90-е, или как мы жили", поставленном здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/is-3.shtml). Но неприятное приключение произойдёт позднее, а пока, услышав посланное в милицейскую рацию сообщение о нашем маршруте, испугалась бандитской засады.
      
      Однако испугалась зря. Нас опять ждали вежливые постовые с целью проверки водительских прав, которых опять ни у кого из нас не было.
      
      
    * * *
      
      Многие передвигались по дорогам бескрайней империи под неусыпным милицейским контролем? То-то же! А нас "вели" от казахско-российской границы, хотя среди нас не было ни высоких начальников, ни преступных авторитетов. Я самолично перед поездкой "протрясла" в гостинице братьев-гонщиков, заискивающе спросив каждого по отдельности:
      - Только скажи честно: ты не уголовник?
      А с "Игорем Николаевым" даже не церемонилась:
      - Гад с фальшивыми правами, ты хотя бы не во всесоюзном розыске?
      
      Так что советская милиция бережно передавала нас из рук в руки, вернее, от поста к посту, и в конце-концов я перестала выходить, высовывая в окно сложенную трубочкой "двадцатьпятку". А зачем выходить, если они, настроенные на общую радиоволну, всю мою историю друг другу по цепочке передавали, наверняка обхохотавшись не по одному разу.
      
      Правда, сумму штрафа не повышали, а некоторые даже не останавливали, с улыбкой делая отмашку жезлом вправо, мол, проезжай уже, чудо в перьях!
      
       И столь искреннее уважение исходило от милиционеров при виде моего "афганского" удостоверения, что через время почувствовала себя бывалым бойцом, возвращающимся с боевого задания. И даже расстроилась: ну почему вместо спортивного костюма не догадалась нарядиться в десантную форму, лежавшую в шкафу как память о войне? Можно было для солидности и медаль прицепить, а то и несколько, позаимствовав у знакомых. Кто б на дороге требовал удостоверения к ним? (Почему говорю о чужих? Так я ж в начале пояснила, что мои государственная награда и льготная машина где-то затерялись, пока не обратилась к знакомым в Москве. После чего сразу пришёл талон на машину, а медаль вручат позднее).
      
      Но самое смешное, что с остальными членами нашего экипажа произошла изумительная перемена. При приближении очередного милицейского поста ребята гордо выпирали груди, расправляли плечи, в салоне становилось ещё тесней, и на стражей дорог смотрели разухабистыми взглядами бывалых фронтовиков.
      
      
      

    6. У к р а и н а

      
      Зато первый пост украинских гаишников сразил наповал, озвучив сумму штрафа в 200 рублей.
      "Ага, щас! - возмутилась я про себя. - Вам и не снилось, что довелось за эти дни пережить. К тому же расценки известны". Но вслух, с непонятно откуда появившейся дерзостью, безапелляционно заявила:
      - Двадцать пять рублей, как по России. Не верите? Можете по рации спросить у российских коллег, они нас от казахской границы сопровождали!
      
      Поверили. А я сама у себя потом интересовалась: для чего снизила цифру? Деньги-то всё равно собралась вычитать из водительской "зарплаты" своего "Игоря Николаева", вот пусть бы и заплатил как можно больше за все мои страдания.
      
      Путь наш измерялся не километрами и населёнными пунктами, и даже не суммой штрафов, тщательно записываемых мной в блокнотик, а количеством милицейских постов. Это я сейчас понимаю, что задерживать нас не собирались, наоборот пытались поскорей сбагрить к соседям, выпроводить с подведомственной территории, сбросить с себя ответственность за ветерана афганской войны с новой ВАЗовской моделью.
      Но тогда ожидала пакости от любого постового. Встал человек не с той ноги, поругался с женой, болит голова или живот, и взмах его жезла мог прервать наш путь в какой угодно точке.
      
      Украинские гаишники штрафовали так же добросовестно, но, в отличие от российских, свои действия облекали в оболочку добрых слов. "Контуженная" - жалели и, взяв те же 25 рублей, искренне желали счастливого пути, просили беречь себя, ехать осторожнее, быть внимательными.
      
      Под их тёплые напутствия мы и вкатили глубокой ночью в родной город братьев-гонщиков (названия не помню, где-то недалеко от Белгорода на украинской стороне).
      
      
    * * *
      
      За длинную, в несколько тысяч километров, поездку меж нами установились тёплые отношения, почти родственные. Братья показали себя профессионалами, меняя друг друга, вели машину осторожно, но уверенно. От них веяло силой, характером, надёжностью, так что при прощании я едва не разрыдалась.
      
      Увидев мои повлажневшие глаза, не помню какой брат, вроде, младший, моментально вызвался сбегать домой за водительскими правами, чтоб отвезти нас с "Юрием Николаевым", пояснив о завтрашнем выходном дне, в то время, как второму брату утром предстояло идти на работу.
      
      И я на радостях чуть не согласилась, но вовремя опомнилась. Куда они денутся после? "Юрия Николаева" решила оставить у себя до утра, до первых автобусов в сторону Киева, хоть и аферист, но человек всё ж. Однако двух лишних диванов в квартире не имелось.
      
      Пришлось отказываться от предложенной помощи. Мои Лубны находились в нескольких сотнях километров, cмешное расстояние по сравнению с оставшимся позади тысячами. К тому же в Украине незадолго перед этим ввели запрет на ночные рейсы междугородных автобусов, отчего ночной трафик стал менее интенсивным и более безопасным.
      
      
    * * *
      
      После тёплого прощания с нашими спасителями я расслабилась и впала в дрёму. Приобретённая на афганской войне привычка, реакция организма на стресс, о чём уже говорила выше.
      
      Сколько подремала - не знаю, но когда открыла глаза и перевела ленивый взгляд к боковому окну, то возле правого плеча увидела скользящую белую полосу, разбитую пунктирно. Я напряглась. При двухполосном движении разделительная прерывистая появляется справа только в одном случае - когда едешь по "встречке".
      А мы по ней и ехали.
      И навстречу неслась огромная фура.
      
       Что кричала, как перехватывала у водителя руль и выворачивала вправо - не помню. Зато отчётливо помню своё состояние - в воткнувшейся в обочину машине не чувствовала ни рук, ни ног. Моё тело обмякло, конечности казались тряпочными, чужими. Таким же тряпочным арлекином, с позеленевшим от страха лицом, выглядел растёкшийся по сидению водитель.
      
      Какое-то время сидели в полной тишине, давая возможность прийти в себя каждой клеточке тела. Детали, конечно, по прошествии лет из памяти выпали, запомнилось основное - я не ругалась. Да-да, и на этот раз я не кричала и с кулаками на водителя не набросилась. Когда нельзя воздействовать на ситуацию, нельзя что-либо изменить, переиграть - есть ли смысл тратить нервные клетки? Так решил мой организм и я не противилась.
      К тому же при рождении не ругаются. А что несколько секунд назад мы чудом избежали гибели, в том сомневаться не приходилось. Многотонная гружённая фура пролетела от нас в паре десятков сантиметров.
      
      Немного успокоившись, восстановив дыхание и видя, что буря миновала, водитель шевельнулся, подёргал ногами и, типа заглаживая проступок, попытался объяснить случившееся, вернее, не случившееся:
       - Я в темноте вообще ничего не вижу.
      
      "Куриная слепота" - это не сказочная придумка, не страшилка для деток, а реальная болезнь, при которой у человека происходит резкое ухудшение зрения в условиях пониженного освещения, в сумерках и ночью. Гемералопия. Нанимая впервые в жизни водителя, я умудрилась из всех вариантов выбрать с опытом вождения два месяца, с фальшивыми правами и с куриной слепотой.
      
      
    * * *
      
      Позднее я всё же поинтересовалась, мол, как ты рискнул на перегон чужой новой машины по территории четырёх республик? Я понимала, что Советский Союз опускается на дно, в страну пришло горе и люди хватаются за любую возможность, лишь бы принести в семью хоть какую копейку, а мной было обещано не копеечное вознаграждение, а полторы тысячи рублей. К тому же если вспомнить, что в бандитские девяностые многие решались на душегубство, а тут человек пытался заработать своим трудом...
      Но с другой стороны, когда автомобиль считался не меньшей роскошью, чем сегодня считаются яхта или самолёт, поставить на кон не только чужие (большие) деньги, но даже наши жизни... Лично мне понять было сложно.
      
      Однако "Игорь Николаев", ничуть не задумываясь, безапелляционно заявил:
      - Ты "спасибо" должна сказать. Даже не представляешь, как я дрожал и переживал за нашу "ласточку". А если б был опытным? Ты ж видела, сколько их торчало в придорожных кюветах, - имея ввиду многочисленные аварии с искорёженными, залитыми кровью, чужими машинами, во множестве виденные нами в кюветах вдоль трассы на российской территории. Декабрь 1988 год...
      
      

    7. Вместо эпилога

      
       Слова этого горе-водителя до сих пор вводят меня в философские размышления. Неужели на смертельно-опасном участке разумнее доверить свою жизнь в руки полузрячего водителя с фальшивыми правами и стажем вождения в два месяца, чем профессионалу с многолетним опытом? И имя его я помню. Киевлянин Гена. Помню имя жены, хрупкая черноволосая кареглазая красавица Зоя. Живы ли?
      
      Живы ли братья-гонщики, волей судьбы оказавшиеся нашими спасителями? Я даже имён их не помню. Как не помню названия российского городка возле казахской границы, в гостинице которого мы познакомились. Город Энгельс Саратовской области? Также не назову их родного украинского города, где-то недалеко от российской границы. Вот бы откликнулись. Но в любом случае добрая память о двух украинских братьях-гонщиках до сих пор у меня под сердцем. Как, впрочем, и память о горе-водителе тоже никуда не исчезла.
      
      02.03.2008 год
      
      
      
     []
      
      Tа самая "восьмёрка", украшенная полученными от друзей из ГАИ запоминающимся номером - "1234". Я, мама и нанятый мальчик-водитель, уже другой, с которым попаду в лапы банды автомошенников, о чём рассказываю в тексте "Девяточка". Бандитские 90-е, или как мы жили"
      
      Сегодня сложно понять отсутствие в тексте множества снимков, ведь при нынешнем развитии технологий доступна фиксация каждого шага. И случись описанное приключение сегодня, то, естественно, на камеру запечатлела бы всё, о чём рассказала выше: всё и всех. Но в наше время наличие даже простого фотоаппарата считалось роскошью и ими владела не каждая семья. Так что немного грустно, что приключений выпала масса, а фотодоказательств ноль...
      
      

    Продолжение "Девяточка". Бандитские 90-е, или как мы жили
      здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/is-3.shtml
      

      
      ____________________________________________________________________________________
      
      "Космодром на чемоданах. Чем живет Байконур - российский город в Казахстане, который скоро может перестать существовать" - https://meduza.io/feature/2017/06/11/kosmodrom-na-chemodanah?utm_source=website&utm_medium=push&utm_campaign=browser_news
      
      
      
     []
      Фото прямого отношения ко мне не имеет, но коль упоминается Афганистан и советская "Лада", то решила поставить. Фото подписано: "Торонто 1984 год. Лада не обслуживается, пока СССР не уйдёт из Афганистана". Отсюда: https://twitter.com/HistoryFoto/status/1073501966209298432
      
      
      
      
      
      
      
      
      
  • © Copyright Смолина Алла
  • Обновлено: 16/01/2022. 87k. Статистика.
  • Рассказ:

  • Связаться с программистом сайта
    "Заграница"
    Путевые заметки
    Это наша кнопка