Успех поехали отмечать к Валере и курсу. Поужинали, выпили. Две девочки, первокурсницы, от меня не отходят. Рты раскрыли, слушают.
Оказалось, Валера с Толиком обо мне такого наговорили, что я
воспринимался как Делон и Бельмондо вместе взятые.
Пошел с ними на природу. Одна симпатичная. Между делом решили в стогу переночевать. В стогу я обнаружил свою симпатию. Другая меня с тех пор крепко не взлюбила.
Вернулись из колхоза.
Вдруг в коридоре вижу какую-то новую студентку. До того хорошенькую, что я аж остановился. И пошел знакомиться. Что мне не свойственно. Она со мной как со старым знакомым разговаривает. Во, думаю, популярность. Поговорил и забыл о ней. Назавтра вновь вижу: ой, симпатичная. Иду знакомиться. Ба! да я ж вчера знакомился. Не узнал. Тут ее подружка подошла. Вот ее я почему-то сразу узнал. Мы ж в стогу все вместе ночевали...
Во, память на лица.
С этого дня я ее узнавать стал. Затащил в агитбригаду. Женщиной - змеей. Девушка очень незаурядная. Свободно читала по-арабски и любила дискутировать на всякие философские темы. Это, наверное, от возраста. Звали: Наташа.
Роман наш оказался непродолжительным. Сначала я вылетел из руководителей ФизматСТЭМа. Бурно и со скандалом. Факультетский Комитет Комсомола вызвал меня и с радостью сообщил: Мы договорились, будете в кинотеатре "Заря" перед сеансами по 10 минут выступать. И популярность, говорят, заработаете.
- Ни фига себе, - говорю, - удружили. Люди в кино пошли, в буфет зашли ситра выпить, а мы перед ними корячиться будем. И мы им сто лет нужны и они нам. Нет уж.
- Что "нет уж"? С администрацией мы договорились, они факультету заплатят. А вы кино бесплатно смотреть будете.
- Я у ребят, - говорю, - спрошу, может кто захочет. Но лично я ни ногой.
Ребята были единодушны.
Рассорились с факультетом.
А агитбригада меня не поддержала. И Наташа тоже. Но выступать без нас не пошли.
Потом был вечер на факультете. Мы с Наташкой танцевали, танцевали, да и целоваться пошли. Так бы нас и закрыли, если б уборщица не обнаружила.
Повел ее домой. По дороге занимались тем же. Только трамваи мешали. Интим нарушали.
Привел я ее домой и мы расстались... навсегда.
Как-то, вдруг, поняли, что мы слишком разные люди.
Остались друзьями.