Что это я все про учебу, да про учебу? СТЭМовская жизнь тоже била ключом. Несмотря на уход из Большого СТЭМа Михайлова, тот (СТЭМ) не погиб. Более того, без всяких выборов и назначений у него появился руководитель: Сергей Кузьмин.Он больше всех писал, находил и ставил. Миниатюры, отвергаемые Михайловым, ставились так, что он потом просил разрешения включить их в свои программы. Конфликтов же с Литтеатром не было и быть не могло.
А ФизматСТЭМ жил без руководителя. Что-то ставили. Раз с Кошелевым написал инсценировку по своему же рассказу о превращении обезъяны в студента. И наоборот. От рассказа при этом осталось одно название. Текст был так себе, но простор для актеров, вставка танцевальных номеров делали зрелище. Обезъяну дали Ташману. При этом я не удержался, подошел к Олегу П., спросил, не хочет ли он опять сыграть главную роль. Олег был польщен.
- А почему я? - спросил.
- Актеров не хватает.
- А что за роль?
- Обезъяна, превращающаяся в человека.
Олег уже был согласен, но не удержался от последнего вопроса:
- А почему ты ее сам не сыграешь?
- Не похож.
Долго я от него потом по этажам бегал.
Позже мы с Ташманом написали мюзикл по "Собаке Баскервилей". Ставил с Валерой. Мюзикл был совершенно бестолковым и бездарно срежиссированным. Музыку писать было некому, к готовым текстам песен Ташман подобрал знакомые мелодии. Пели Зинин, Грязнова и прочие профессионалы. Все шло под фонограмму. Фонограмма на спектакле порвалась. Как раз перед моей песней. Гм, да... Чего-то начитал речитативом, роль спас удачно придуманный танец. Как раз под меня. Да, играл я там собаку. Очень кстати, неплохо.
Валера придумал и блестяще сыграл "Гипноз". Лектор внушает студентам, что от пьянства их будет мучить, выворачивать и т.д., а вот лекции доставят такое наслаждение!.. И только один студент (я) воспринимал все наоборот. Зло побеждало.
Миниатюра шла с огромным успехом. Кошелев был великолепен. Позже Кузьмин попросил текст для Большого СТЭМа, оказалось, его не было. Валера все время импровизировал. Даже я текст восстановить не смог.
Еще один творческий момент - КВНы. То Студенты - Преподаватели, то Физики - Математики. Преподаватели демонстрировали бездну юмора, студентов переигрывали напрочь. Особенно Лавринович И Хляпова.
Казимир Клеофасович Лавринович – человек живого ума и разносторонних интересов. Очень любил музыку, имел прекрасную коллекцию записей Шаляпина и прочих раритетов. Юмор у него был очень мягкий, точный и смешной. Жаль, он нам не читал ничего.
Елена Александровна Хляпова - острослов и красавица. Замдекана к 30 (значит человек блестящего ума, опять же жаль - нам не читала), с превосходным чувством юмора и моментальной реакцией. На Днях Физмата пресс-конференции с ее участием превращались в феерическое шоу: Вопрос: Выйдет ли она замуж за студента, чтобы родить тройню? (в чем-то тут была подковырка, уже не помню, то ли в мезальянсе, то ли в помехе от детей карьере?) Ответ: Если гарантируете тройню - выйду.
КВНы безуспешно боролись со студенческим "национализмом". Студенты постоянно ощущали себя в конфронтации: на 1-м курсе физики с математиками, на 2-м - они вместе с остальными факультетами, позже – с другими ВУЗами. Помню, в сценке о той самой обезъяне лажались все факультеты, а филфак забыли. Войтехович сидел в зале, обливаясь потом, мучился от догадки, что окажется, будто на филфаке и так все обезъяны. Когда разделили Физмат во время КВНа в зале шла такая вражда, что мы с Зининым (капитаны) пригрозили прекратить КВН, если не успокоются. Нас шоу волновало. На конкурсе капитанов надо было иностранных гостей изображать, мне достался итальянец, ему японец. А я японца здорово умею показывать. Тут же махнулись. А кто там выиграет, не волновались. Зато качество!