В клубе мы жили вместе с ремонтниками и шоферами обслуги. Они нас почитали за бездельников. Ходят тут, считают чего-то, ничего не делают. Мне по фене, Болтунков обижается. Пытается установить истину. Вылилось это у него в драку с одним шофером. Мы не мешали: один на один. Кончилось вничью: ни нокаута, ни нокдауна. Устали и разошлись.
Он и говорит: а не переселиться ли в Правление: где работаем, там и живем?
Можно и переселиться. Место есть, спокойно, рядом девушки с завода (колхоз у них). Вокруг девушек вьются прапорщики. У них есть деньги, но их мало. У нас денег нет, но девушек много. В общем, перспективно.
Только переселились, подходит мужик. Лес нужен. Машина леса – 100 р. Я – к шоферам. Те – за, интереснее, чем свеклу возить. Их шестеро, им 90, мне 10.
Приходит Грабовский. Скучно ему. Родители денег больше не шлют, все уже пропил. Он нас поил, кормил в Оренбуржье, теперь наша очередь. Как раз пятерка осталась.
Пошли в Шацк, в пивбар. Как напиться на пятерку? Взяли одну водки и по две пива. Только сели, к нам за столик три пограничника: капитан, прапор и солдат. Как распивать? Мы все же в форме, хотя и партизанской. Пока они закусь брали, отпили пиво и разбавили белой. С одной кружки пьем, другой запиваем. Капитан таращится, понять не может. Быстро допили и ходу.
Обратно потеряли дорогу. Форсировали ручьи, продирались кустами. Обнаружили в земле дыню. Увели. Назавтра тыквой оказалась.
Хорошо погуляли.