# Верхние мельницы второго разряда святости.

Эдуард Феликсович Святский

Давным-давно, в девятом веке, вернулся Карл Великий из очередного похода. И с ним его летописец а заодно и министр культуры Эрхард. Эрхард вернулся не один, со святыми мощами. Как они к нему попали, история упрямо умалчивает, видать скоммуниздил. Мощи торжественно уложили в базилику Штайнбаха и... тут же разразилась эпидемия какого-то мора, чумы, что ли. Эрхард понял. Мощи перевезли в другое место, в Верхние мельницы.

Штайнбаху повезло. Проклятую Базилику побоялись разрушить и для нас сохранилоась большая редкость. Верхним мельницам повезло еще больше - деревенька превратилась в культурный центр. Заодно и название поменяла. Стала называться Зелигенштадт.

Русскому слову святой в немецком соответствуют два слова - хайлиг (от хайлен - исцелять) и зелиг (благословлять). Хайлиге святые - это всемирно известные и признанные. Зелиге - так, местного уровня. Кажись, у святости тоже разряды имеются.

Зелигенштадт пережил еще и большой расцвет, как торговый центр, стоящий на перекрестии купеческих троп, имел и оригинальный обычай - купцу, прибывшему торговать впервые, прощался торговый сбор. Но при условии - выпить ложку вина залпом, не оставив ни капли. Ложка была размером в литр. После осушения, проверяющий проводил по ней ногтем, находил хоть каплю - плати, парень. Интересно, кстати, почему там мало русских купцов наезжало?

Сейчас это город туристов, и не зря. Да, конечно, маленький, да, достопримечательности есть везде. Но здесь вовсе незачем ходить, уткнувшись в карту, от одной достопримечательности до другой, ага, вот и пороховая башня, ага, вот и базилика Эрхарда. (Базилика, кстати, чудо, как хороша, а огород при ней с огромным количеством съедобных и лечебных трав, да еще и подписанных, не забудется никогда). Но, главное, иди себе просто по любой улице старого города, где ни один дом не похож на соседний, и, где по каждой мостовой, по каждому дому, по каждому колодцу видно, что ему не 100 лет, и не 200, и, вероятно, не 300. И все кажется вечным, и мир - спокойным и правильным. И хочется вдруг, чтобы послал бог на ближайшее облако какого-нито ангела со здоровой дубиной, и тот бы каждому, желающему зачем-либо какую войнушку-заварушку затеять, выбивал бы дурь из башки. И был бы, наконец, мир на земле. Но бог этого, почему-то, не хочет.