# Четыре дня рядом с вечностью. День третий, возрожденческий

Эдуард Феликсович Святский

На третий день у нас были билеты в галерею Боргези. Если не купить заранее, тоже можно попасть, но только к концу дня. И правильно делают. Толкучки нет, все можно рассмотреть без суеты.

Выехали заранее, мало ли с чем автобус столкнется. Перед этим вспомнили, что прямо перед вчерашним столкновением жене моей удалось занять сидячее место. Только села и - бах! тарарах! Запретили ей садиться в Римском транспорте до конца путешествия. Что, в общем-то, совсем не трудно, места там есть только на конечной.

Жена стояла и ничего в нас, в результате, не врезалось, отчего приехали слишком рано. Но что такое слишком рано для Боргези, ведь галерея находится в огромном парке Вилла Боргези, а его пойди обойди. Сели на трамвайчик и объехали.

В этой Вилле чего только нет - и картинные галереи и музеи. И театры, в том числе Глобус (шекспировский, в смысле ставит в основном Шекспира) и Буратини (кукольный). И, даже, зоопарк. Представляете размеры!

Но, пора и в галерею! Размеры, конечно, не Ватиканские, но искусства так много, что поневоле задумываешься - а куда его столько? И зачем создается все новое, когда вокруг Да Винчи да Рафаэли? Ну, понятно, зачем - зуд в человеке сидит. Творческий. Слава богу, не в каждом. Но от количества ошалеваешь, и то, что где-нибудь, в другом месте, пошло бы на ура, скользит мимо.

А искусства много! И оно - высокое! Как минимум, половина! Ну, которая на потолке. В каждой комнате приходится задирать голову, и не понимаешь, почему места для сидения есть, а для лежания не предусмотрены. Надо бы рационализировать.

Каждый зал имеет название по главному произведению, что в нем находится, и в каждом это самое произведение торчит в центре. Кроме зала гермафродита. Его задвинули в угол, задом к публике, не подписали бы - гермафродит, никто и не догадался бы. Поразительно! В центре столицы мирового искусства торжествует ханжество. И - тишина.

Когда-то меня учили педагогике и объясняли, что из методов воздействия на ребенка наказание - лишь сороковой и применяется только, когда предыдущие тридцать девять не помогли. Устроить бы такие школы для руководителей любого масштаба, да объяснить им, что запрет в списке руководящих мер - последний. Но это еще вопрос, можно ли хоть что-нибудь объяснить руководителям любого масштаба.

Я не стану описывать все, что видел, просто потому, что это надо видеть. Или не надо. Кому как. Запомнились бесконечные изображения Энея, оно и понятно, по легенде это он, спасший из Трои отца и детей, дал жизнь Ромулу и Рему, а те уже Риму.

Смешно, но и Париж пытается вести родословную от троянцев и получается, что для европейского сознания лучше Трои в истории человечества ничего и не было. А почему, не понятно.

И Аполлон и Дафна работы Бернини, где с определенного угла бесподобно видны чувства обоих. А шаг в сторону и - безжизненные лица.

Вот же, Бернини. Стояла бы у нас в городе хоть одна его скульптура - туристов бы толпами водили и произносили с придыханием. А в Риме смотришь и думаешь - а гений ли он. Или так, талант. А вокруг хватает и гениев.

И - Венера, для которой позировала Паолина Бонапарт-Боргези, сестра Наполеона. Здесь женщина интереснее скульптуры. В Риме, когда-то самом открытом, а в ее время весьма ханжеском городе (ну, Ватикан-то рядом, влияет), она не раз провоцировала скандалы, в том числе и обнажением для скульптуры. Но гасило их легко - невинно спрашивая - А в чем проблема? Мне было не холодно.

Когда вышли из галереи, уже темнело, но мы пошли вдоль Тибра, на тот берег, в еврейский квартал. Прошли мимо площади, где стоит скромный памятник Джордано Бруно (и где его и сожгли) - чем более велик человек, тем скромнее ему памятник - и отправились искать знаменитые булочные и трактиры - говорят, настоящая римская кухня сейчас вся в еврейском квартале.

Идем, видим, здоровый дом, типа Дома Культуры эпохи гигантизма, ну, говорю, наверное, Еврейский Народный Театр. И точно - на доме установлен здоровый семисвечник - синагога. Надо признать, синагога от театра мало отличается - там и поют и не посидишь во время службы спокойно, все время вертеться туда-сюда приходится.

Внутрь не пустила полиция - не время. Порешили зайти завтра.

И вожделенный пирог с рикоттой был уже раскуплен, пошли на роскошную площадь, спланированную Микеланджело, посмотрели на нее, а потом и сверху на подсвеченный уже в темноте Форум и, усталые но довольные, едва передвигая ноги, побрели домой. А дети отправились по Риму погулять.