# Кровник

Michael Voronkov

Надёжные люди сообщили что Гунтарса видели в столице. Заклятый враг Стаса работал там медбратом в одной из пригородных больниц. Собрав бутербродов в дорогу и взяв отложенные на черный день деньги, Стас сел на старенький междугородний автобус. Уставившись в невидимую точку за горизонтом, Стас всю дорогу думал, что делать с Гунтарсом.


Опять подать в суд? Но даже если в столице судьи и посправедливей, то этого всё равно казалось недостаточным. Ведь есть и другие способы. Он посмотрел на свои руки, крутившие всю жизнь гайки и менявшие фильтры для масла на чужих, дорогих машинах. Не хотелось бы мараться. Он горько усмехнулся, что бы не произошло, деду уже ничем не поможешь.


Дед пришел в бабушкину деревню вместе с оккупационными войсками, но она его выбрала не потому, что это был почти единственный способ выжить. Он читал книжки, а бабушка считала, что образованный человек не может быть злым в сердце. А в остальном - как у всех. Так и прожили всю жизнь за которую поменялось немало флагов на городской ратуше.


У Стаса первое воспоминание о деде было как тот его учит подвязывать помидоры к пахнущим сосной рейкам. Большие дедовские руки ловко завязывают белые тесёмки, толстые как на наволочке в детском саду. Если подумать то выходило, что Стас много чего перенял от деда, включая и слесарное дело, и любовь спорить о политике. Про войну дед никогда не рассказывал, сколько бы Стас не упрашивал. Ни сколько врагов убил, ни сколько детей спас. Видимо его война тоже была такая же как у всех.


Вот только умирал дед не как все. Онкологию обнаружили поздно и когда дед лежал на больничной койке искусав в кровь губы от непереносимой боли, Стас сидел около деда до самого конца. Обезболивающих в больнице было мало, но другие тяжелые больные иногда получали спасительные таблетки. Дед Стаса - никогда. И так было тоже до самого конца. Гунтарс был в той больнице медбратом и носил ключ от сейфа с обезболивающим.


Необычно низко над шоссе пронеслись и торопливо скрылись из глаз два военных самолёта. "О черти, только пугают мирное население", подумал Стас. В последнее время вокруг столицы всё чаще проходили военные учения с американцами - опасались большой войны. Темнело, смешанные леса за окном уже уступали высоким соснам, а у Стаса так и не сложился четкий план. По-прежнему было ясно только самое главное - Гунтарс должен был ответить за свою жестокость.


Автобус качнуло, что-то сильно хлопнуло и на Стаса посыпалось стекло. Его откинуло вправо, в проход посыпались пассажиры, багаж с верхних полок. Автобус остановился и cтало тихо. Выбравшись из разбитого автобуса, Стас сел на обочину. Дорога была пустынна. С чем они столкнулись, почему хлопок, какого черта?


Пока ехала скорая Стас помогал в наступившей темноте вытаскивать тюки и сумки на обочину. Одна женщина всё время охала и жаловалась на боль в лодыжке. Водителя тоже сильно посекло стеклом, но остальные были более-менее в порядке. За лесом послышался треск автоматического оружия. Видимо недалеко действительно проходили учения с американцами.


Дверь скорой помощи открылась, и Стас увидел своего врага. Гунтарс был зачем-то в военной форме и тоже немедленно узнал Стаса. Явно застигнутый врасплох, не сводя взгляда со Стаса, Гунтарс мелкими движениями достал из кармана смятую пачку сигарет, но так и остался держать ее не закурив. В замешательстве они смотрели друг на друга пока не раздался еще один оглушающий разрыв.


Когда Стас открыл глаза он увидел над собой Гунтарса. Первой реакцией было схватить Гунтарса за ворот и подмять эту суку под себя.


- Я тебя убью, сволочь... - прохрипел Стас, сжимая кулаки.


Вместо этого резкая боль в правом плече заставила Стаса крутануться и вцепиться в рукав своего врага.


Гунтарс посмотрел на него странно:


- Сейчас немного подлатаю тебя и потом убьёшь.


Не понимая, что происходит, Стас откинулся навзничь и смотрел в тёмное небо всё время пока Гунтарс что-то делал с его онемевшей правой рукой. Боль чувствовалась всё сильнее, когда раздался третий взрыв.


Стас очнулся от холода. Было еще темно и очень тихо, если не считать пульсирующего гула в ушах. Земля вокруг была разворочена. Стас попытался приподняться и не найдя опоры правой рукой опять повалился на землю. Облокотившись на другую, он кое-как сел и увидел Гунтарса лежащего рядом на спине. Тот молча смотрел в куда-то вверх и поначалу Стас решил, что он мертв.


Почему так тихо? Куда делся автобус? Стас начал припоминать что вот он только что ехал в автобусе. И сейчас здесь уже этот Гунтарс. И помогли ли той женщине со сломанной ногой?


- У тебя курить есть? - раздался голос Гунтарса.


- Да, сейчас... - автоматически ответил Стас.


Он чуть не вскрикнул от боли по привычке потянувшись к грудному карману. Поняв свою оплошность, он неуклюже достал пачку левой рукой и протянул ее Гунтарсу.


- На, сука.


- Я не могу.


Стас взглянул ему в лицо. Что-то в отрешенном взгляде Гунтарса заставило Стаса тихо выматериться. Кое-как одной рукой он раскурил сигарету и поднёс ее ко рту раненного. Тот затянулся.


- Похоже мы оба вряд ли выберемся отсюда живьём. - сказал Гунтарс, выдыхая дым.


- Выберемся, - угрюмо возразил Стас. - Рано или поздно кто-нибудь проедет по этой чертовой дороге.


Помолчав Гунтарс сказал:


- Не проедет. От границы их танки дошли до пригородов слишком быстро. Сейчас наверное уже всё кончено.


Стас посмотрел на него с недоверием. В ушах всё сильнее нарастал гул.


- А что американцы?


Гунтарс продолжал смотреть в небо. Его обрамляли темнеющие корабельные сосны которыми гордилась эта земля.


- Заперлись на своей базе. У них приказ не сопротивляться.


- Понятно, -сказал Стас и зло сплюнул.


Еще помолчав Гунтарс заметно ослабевшим голосом, сказал:


- Знаешь, я не горжусь тем, что тогда сделал. Твой дед в сорок шестом расстрелял моего.


Некоторое время они еще курили и общее небо было им судьёй, и высокие, стройные сосны были иx общей судьбой.