Моя мать, Нина Абрамовна Мастинская, была тринадцатым ребенком в семье. Её отец и мать, т.е. мои бабушка и дедушка, умерли от тифа в гражданскую войну в 1919.
Братья и сестры отдали мою Mаму в детдом в 6-летнем возрасте, где она просто чудом выжила.
Во время поездки Мать отстала от поезда, т.к. пыталась выменять на одной из станций свою одежду на хлеб, а затем чудом через несколько городов догнала его. От голода мы ели макуху, и много чего тяжелого случилось за годы эвакуации. Вернулись домой в 1944 и узнали, что семеро братьев и сестер моей Матери и их семьи погибли: четыре брата на фронте, а три сестры с семьями, мужья которых тоже были на фронте, погибли в фашистских гетто.
Смерть одной из сестер моей Матери описана в моём стихотворении "Колодец". Это тяжелые стихи.
Но ведь Холокост - немыслимый, миллионнократно спрессованный ужас. О нем надо писать натуральным, режущим слух и душу, хватающим за сердце и врезающимся в память, языком.
КОЛОДЕЦ
Подорожники разлапистые возле тропинки,
Будяки подпирают старенькие заборы,
Подсолнухи раскачивает утренний ветер,
От зари на мазанках белых розовые разводы.
Бредёт по тропинке девочка босоногая,
На плечах - красивая мамина вышиванка,
В руке у неё маленькое ведёрко,
Идет воды набрать в ближнем колодце.
Тропинка вьётся меж трав высоких,
Стрекоза пролетела, две бабочки кружатся
одна над другою,
Яблоки несорванные просвечивают на верхушках яблонь,
Косит глазом ворон, что сидит на заборе.
Так что-то тихо в селе и людей не видно,
Не идут почему-то соседки к колодцу,
Стрельбы не слышно всё это утро,
И село спозаранку как-будто вымерло.
Ой, кто же это? Что здесь случилось?
Моисей, Моська, что за одной партой сидел со мною,
Валяется на дороге, раскинув в стороны руки и ноги.
В голубое небо глазами открытыми неподвижно смотрит.
А вот бабушка Сарра, что живет от нас через три хаты,
Поперёк дороги лежит, и юбка её задрана,
Волосы ее седые сильный ветер треплет.
Ноги ее опухшие перековерканы.
Что такое? Что с ними случилось?
Может, они все перепились и потому валяются посреди дороги?
Как это часто бывает с нашим соседом Колькой...
Мося, Моська, хватит валяться в дорожной пыли,
Вставай, иди до хаты, там отдыхай на своей кровати!
Бабушка Сарра! Что это с вами, бабушка Сара?
Вместо глаз - кровавые дыры, на груди кровавые пятна.
Рот разинут, в его провале красная жижа.
Девочка встала, как вкопанная.
Она увидела! Всё увидела! Всё она поняла!
Перед глазами её вспыхнуло огненно-белое зарево.
И она упала на землю без памяти.
Долго лежала, но вот очнулась и приподнялась,
Медленно голову туда повернула,
Люди лежали везде и всюду:
Дядя Абраша, Генушка, бабушка Ида,
Йосик Шмилевич, Рахиля и Фейга,
Маленький Фимчик, которого на руках она много носила.
Всё в крови - кровь повсюду.
В лепёшки кровавые пыль свернулась.
А на колодце людское месиво
Из тел окровавленных разметалось.
В смертном оскале, в последнем крике
Зияли провалы ртов человечьих,
Там торчала ножка детская, там свисали седые волосы,
А там рука с пальцами скрюченными
Тянулась вверх, будто в предсмертном ужасе небеса вопрошала.
Сверху лежала женщина молодая,
Прижимая свёрток с новорожденным,
волосы ее нежно реяли над человеческими телами.
Но что это, что это? Женщина шевелится,
Она что-то шепчет, свёрток с ребенком
Протягивает окровавленными руками.
Девочка в украинской вышиванке,
С воплем не детским, падая и вставая,
Бежала, натыкаясь на ворота, заборы, калитки,
,dd>С криком вбежала, вбежала в хату,
Показывая куда-то руками.
Она кричала, не переставая, ногтями себе царапая лоб и щёки,
Головой билась об белую стенку,
Хотела выбить из головы увиденную картину.
Много дней эта девочка сильно кричала,
Или сидела, как не живая,
Но вот однажды её отвлекло и заинтересовало
Что-то писклявое и шевелящееся в детской кроватке.
Вырос в украинской семье еврейский мальчик,
Учился играть на скрипке в Доме культуры,
А сейчас он - первая скрипка
В израильском столичном оркестре.
Дома частенько играет украинские мотивы,
Ежегодно ездит на Украину,
Приходит к небольшому кургану посреди местечка,
Что насыпали люди над еврейской братской могилой
И поставили камень большой и чёрный.
На нём высекли имена стариков, детей и женщин,
Запуганных, замордованных и расстрелянных,
От рук нелюдей погибших безвременно,
Убиенных безвинно и без защиты - евреев.
МАМА, СПАСИ... БОЖЕ, ГДЕ ТЫ...
>
Боже мой Мама зачем немцы меня схватили и бросили в эту машину
>
что они делают колено разбила что такое случилось со мною
>
парень какой-то подал мне руку на пол посадил рядом с собою
>
солнце слепит прямо в глаза домов деревьев неба не видно
>
где моя мама почему они с автоматами стоят у машины
>
Мама Мама мне страшно у меня в глазах потемнело
>
но людей бросают всё больше и больше
>
мы стоим уже все прижавшись друг к другу
>
что этот мальчик сказал мне мы в душегубке
>
мне так страшно мне страшно страшно-о-о
>
что это значит что будет с нами что будет со мною
>
Мама Мама Боже ведь я такая красивая и уже большая
>
а как хорошо я стала играть сонатину Вивальди
>
но почему он плачет ведь ты мужчина
>
как это мы сейчас погибнем что такое сказали мне твои губы
>
зачем ты меня пугаешь как ты посмел сказать такое
>
сердце моё упало в ноги слабость слабость колени гнутся
>
почему я дрожу в голове помутилось
>
в груди всё сжало ледяными тисками
>
что это на голове с волосами они шевелятся
>
что ты мы молодые здоровые и живые
>
не плачь может быть он безумен
>
нас так прижали я вижу его красивые губы
>
он шепчет сквозь плач мне на ухо я не хочу умирать
>
двери захлопнули темень сквозь вопли десятков глоток
>
слышу его слова я девушку не обнимал ещё
>
и не целовал её в губы люди стучите в двери стучите в кабину
>
тут какое-то недоразуменье
>
девочка тише тише ко мне прижмись я сильный
>
но что с нами сделают за что всё это за что
>
мы евреи за это
>
не поняла я повтори мы евреи евреи только за это
>
но что им сделали я и ты мы тихо жили
>
мама и папа меня так любили на скрипке играла
>
пустите пустите мне надо домой и я с тобою
>
пробьёмся к дверям ничего не видно люди стоят стеной
>
как люди жестоки звери звери
>
девочка не кричи не кричи положи свою голову мне на плечи
>
обними не бойся ты ничего не почувствуешь я тебя защищу
>
трижды будь проклят мир этот страшный
>
полный смертного ужаса будь проклят проклят
>
жить хочу девушка где ты где ты утешь меня
>
скажи что я сплю что это сон кошмарный
>
люблю люблю прижмись я тебя защищу
>
Мама вся светится в солнечном свете
>
мягкие нежные руки Папы
>
пронзительные зовущие звуки скрипки
>
теннисных мячей о ракетку удары
>
как мне безумно весело как жить хорошо и прекрасно
>
хочется петь и прыгать хочется быть красивой
>
я самая самая вот поведу плечами вот взгляну искоса...
>
вот поведу... плечами... вот взгляну... взгляну...
>