В конце концов, какая, блин, разница где жить?! У него хорошая работа, жена не хуже, отличный годовалый малыш и замечательный новый двухэтажный дом. На улице вокруг, правда, одни китайцы, в суперах китайцы, в ресторанах и кинотеатрах китайцы. Я, боже упаси, ничего плохого сказать не хочу. Я вообще считаю, что китаец от русского практически ничем не отличается. Ну разве марлевой повязкой.
Конечно, сосед-китаец - это как-то не по-людски: с бутылкой к нему просто так не зайдешь. А если поедешь куда-то на недельку, тоже по-свойски не скажешь:
- Вот тебе, дорогой Сунь Хунь, ключи от дома. Покормишь рыбок и польешь цветы...
- Что же ты живешь там, - спрашиваю.
- А не люблю, - говорит он, - этот местечковый Голд Финч.
"Голд Финч" - это уже как имя нарицательное. Нет, часть здравого смысла в его словах, конечно, есть. Потому что у другого моего знакомого, живущего опять же на Голд Финч, сынок пришел со школы и заявил, что собирается праздновать пейсах. И папашка его, Никодим Васильевич Нечипоренко вынужден был целую неделю закусывать мацой.
А еще один мой друган, приехав сюда год назад из Израиля, сразу сказал:
- Мы в Израиле общались исключительно с израильтянами и здесь будем общаться только с канадцами.
Сейчас он живет где-то под Барри, каждый день шурует 200 кэмэ на работу и обратно. Дочка его с копной курчавых рыжих волос и орлиным шнобелем очень в школе выделяется. Зато вокруг - сплошные чистокровные канадойлы.
- Как соседи-то? - спрашиваю.
- Трактористы.
Замкнутый, блин, круг! Или ребенок приходит из детского сада и начинает говорить дома по-китайски, или будь добр жуй гефилте фиш.
Нет, надо нам собраться и что-то решить. Гляньте. земли вокруг навалом! Бескрайние просторы, которые могут быть освоены нами.
Поэтому я очень надеюсь, что в будущем появится какое-нибудь местечко именно для нас, этакий Рашн-Хилл, где мы сможем жить компактно и дружно, любуясь из окна на первомайскую демонстрацию, замедляющую ход возле ликеро-водочного магазина...
