Ведущий. Что ж, дорогие друзья, весна, хоть и с позорным опозданием, но вступила, всё ж таки, в свои права. Народ активизировался и, как водится, пытается наверстать, что упустил за время этой зимней надбавки, так её раз-так!
Ведущая. Штрафную Весне! Штраф-ну-ю!
Ведущий. Ха-ха-ха, именно! Именно!..
Ведущая. Ха-ха. У людей голова идёт кругом не только от авитаминоза и обязательной влюблённости, но и от того, что совершенно не понятно, что, чёрт возьми, на себя надеть.
Ведущий. Ага, знаешь, моя бабушка называла это "Солнце с зубами": припекать, вроде, припекает, а как ветер подует - так всего и скукожит! Люди достают свои осенние пальто, но одевают их поверх чего-нибудь лёгкого, чтобы распахнуться в случае чего. Поэтому в общественном транспорте сейчас пахнет залежалым кожзамом и жжёной пылью.
Ведущая. Залежалым кожзамом и жжёной пылью? "Залежалым кожзамом и жжёной пылью" - новая скороговорка от Кузьмы Эсторского, дамы и господа!
Ведущий. Ха-ха!
Ведущая. Не всякий сможет это произнести, тем более, сейчас, когда голова забита совсем другим.
Ведущий. Ты права, Инессочка! Но такая уж у нас с тобой радиоэфирная служба - трудиться, не покладая ртов, на благо наших слушателей. "Назвался груздём, не говори, что не могём!".
Ведущая. Не "могём", а "могем".
Ведущий. Вот-вот. Напоминаем, тема сегодняшнего эфира "Запахло весной", и мы ждём ваших звонков и ваших же наблюдений, впечатлений, в общем, откровений...
Ведущая. Ого!
Ведущий. ...ну дык!.. относительно ранней весны, и не только запахов с нею связанных, но и звуков, цветов, может быть, тактильных ощущений...
Ведущая. Мы абсолютно толерантны к кинестетикам!
Ведущий. Подтверждаю! Ха-ха. Наш телефон 223-322-223-322. Звоните и выигрывайте призы. А сейчас на ФГМ-FM группа "The" со своим дебютным альбомом "The End".
Музыка.
К аллейке подъехала машина; машина была ХЛЕБ - в кузове были окна.
Мы не знаем, что именно Виктор ввёл Иннокентию, но пришло оно примерно как па**в**ин. Было очень жарко.
- Ау-а, - прогудел Иннокентий. Не поймёшь было, что это: "мама" или "вава".
Виктор довольно грубо, как неживого, подхватил Иннокентия за бока так, что у того забило током в межреберьях.
- Будем тебя, брат, оперативно женить.
- Я не могу жениться ни на ком, - Иннокентий начал цитировать одно из самых любимых своих мест, чем сплёл красную нить текущей главе, - я нездоров! - попытался произнести он.
Однако, на выходе цитата тоже оказалась в неглиже - без согласных звуков - и Виктор, не обращая внимания на жидкие гласные, спокойно стекавшие с несмыкающихся Иннокентиевых губ, продолжал вынос тела.
- Была у тебя неразделённая любовь к науке, станет - взаимопогружённая! Брат.