На Крите ночь. Кидония уснула. 
За морем спит спокойно Та-Кемет. 
Луна дорожку в море протянула, 
А в южном небе ровный хор планет 
Поет о чем-то, что от нас сокрыто, 
Журчит ручей и тихо дремлет лавр, 
И, видя сны о времени забытом, 
Сопит в своей пещере Минотавр. 
В чертогах царских - пиршество разврата, 
Сидит на крыше старый звездочет, 
Плывут во тьме вдоль берега пираты, 
И время снова в прошлое течет. 
А прошлое исчезло без следа, 
Но эта ночь осталась навсегда! 
*** 
Ночь по небу звезды разметала, 
Крит спокойно дремлет в тишине. 
На руинах древнего портала 
Жрец беззвучно молится луне, 
Жертвенник в глубоком подземелье 
Коронован пляшущим огнем, 
Рощи наполняются весельем, 
Что таилось в прошлом золотом. 
Лунный свет, неуловим и зыбок, 
Падает на спящие леса, 
И как будто тысячи улыбок 
В темные стремятся небеса, 
Мир, давно исчезнувший навеки, 
Снова оживает в час ночной 
И текут сверкающие реки 
Прошлого под яркою луной... 
*** 
Полдневный зной. Безмолвие камней 
И пыль тысячелетий под ногами 
Скрывают тайны умерших царей, 
Смеявшихся, наверное, над нами. 
Руины Лабиринта. Минотавр. 
Нить Ариадны. Сказочные боги. 
Исчезло все. Остались сосны. Лавр. 
Холмы. Оливы. Древние дороги. 
А фрески завораживают нас, 
На красоту былого намекая, 
И тает в уголках минойских глаз 
Видение потерянного рая. 
Но если древность красоты полна, 
То носят нас по кругу времена!