Полночный "Николаевский экспресс" 
унес тебя в Москву из белой ночи, 
оставив мне тяжелый свод небес 
над городом, что жить уже не хочет. 
Тут мрачные, холодные дома 
стоят как разоренные гробницы, 
и мутная густая тишина 
по бесконечным улицам струится... 

Ты далеко. Но не грусти. Пускай 
один брожу я по гнилым каналам, 
и злая комариная тоска 
вонзает в душу огненное жало - 
пускай, пускай! Все это ерунда: 
уйдет в болото этот гиблый город - 
облезлая фантазия Петра, 
где вместо жизни - бесконечный морок! 

Проклятый город! Даже ночь его 
покинула, набросив саван серый 
на темноту, где нету ничего 
и никого. Поблекшие химеры 
раздавлены гнетущей тишиной, 
зажатой между стенами сырыми... 
Я здесь один. И нет тебя со мной. 

Но я твое шепчу тихонько имя, 
блуждая по угрюмым площадям, 
и все мечтаю, что, быть может, скоро, 
меня умчит к тебе, к ночным огням 
веселая московская "Аврора"! 

16 июня 2002 года, Санкт-Петербург