Голубоглазой нежности прохлада
Всю девичью заполнила собой.
Фантазии неясная услада
Встревожила мой утренний покой.

Слова в привычном мире растворились,
Мелодию мечты освободив.
Сомненья и тревоги примирились,
Рождая упоительный порыв.

Он тронул потаённое поныне,
Что в прошлой жизни дух мой сохранил,
Что сберегла душа в своей гордыне...
Доверит лишь тому, кто полюбил.

навеяно натюрмортом Луизы Гельц