Мигунов мечтал умереть в тёплом доме, - на большой железной кровати, вроде той, на которой в выдуманном кем-то детстве спали его родители и куда он забирался по воскресеньям, едва проснувшись, и мечтал, - о чём? - а потом, когда просыпались отец и мать, притворялся спящим и слушал, как они шепчутся, чтобы не разбудить его, как отворяются окна, как поют птицы, имён которых он так и не узнал, - он мечтал умереть на белых простынях, пахнущих морозной свежестью, однако умер в грязном углу на провинциальном вокзале, уронив голову на тряпичную сумку, набитую облигациями всеми позабытых займов, окаменевшими комками носовых платков и раздавленным печеньем, - при нём не нашли ни одной бумаги, удостоверяющей его личность, и его высохшее тело надолго поместили в холодную мертвецкую при местной больнице, - несколько раз его выкатывали для опознаний, - напрасно, никто из живых больше не узнавал это отёчное, заросшее сизой щетиной, отчуждённое лицо...