Я видел во сне и затем воочию - "август" с "октябрём", и теперь увидел "июнь"...
Проснулся затемно. Решив, что более не усну, выпил кофе, съел яйцо всмятку и "персен", сидел, писал и тут свинцовой тяжестью налились веки, и едва добравшись до кровати, как провалился в сон.
...Москва уже была парализована несколько дней, но область ещё шевелилась, и работать требовалось далее, и, собрав необходимые для оформления документы, я отправился к зданию, где ранее размещался наш офис, условившись о встрече.
Собралось нас, как оказалось, несколько человек из разных компаний и мы всё ждали, когда приедет "сертификатчик".
Прошло пол-часа. Его не было.
Тут, заставив насторожиться, мы услышали гул и разом посмотрели на спуск улицы. По туннелю, образованному двумя рядами мелких магазинчиков по сторонам дороги лился людской поток. Издалека было не видно, но море колыхавшихся голов и завихрения тел настораживали.
Машины на Профсоюзной улице уже не двигались в обычном сонном для субботнего летнего дня режиме - их бросало в разные стороны, они сталкивались, никто уже не разбирал дороги, и целые сгустки их пробивались через посадки, тротуары, отчаянно сигналя и светив фарами.
Паника передалась и нам.
-Пора валить!
Толпа людей двигалась в нашу сторону. Палки, мечи, плети, кистени и кастеты...
У здания уже замерли несколько людей. Но ждать здесь было нечего, и я побежал к лестнице на дебаркадер.
-Стой!
Я обернулся, увидев сначала собаку на поводке, затем растрёпанного полицейского.
-Да! - остановился. - Чем обязан?
-Чего бежал?
Полицейский замер у начала лестницы, собака села рядом и взмахами лапы приглашала его разобраться со мной. Ему проще с безоружным! На мне и отыграются за разбитый отряд ОМОНа, чьи остатки панически бежали к улице Вавилова.
-Я думал не мне!
Он отдёрнул собаку и скрылся.
Единственным местом, где можно было спрятаться оставалось недостроенное двухэтажное здание, и за несколькими кавказцами я скользнул внутрь. Выхода не было. Пол по щиколотку заливала вода, ни дверей, ни окон.
Крики толпы, то ликующие, то гневные приближались. Эхо, отражаемое голым бетоном, не предвещало ничего хорошего - "бойцы" обыскивали здание, по очереди вытаскивая обнаруженных.
По коридору двигался целый отряд.
-Разберись с этим! - Приказал старший и один парень двинулся ко мне с закинутой на плечо стальной плетью.
-Ну, что? - спросил он, остановившись в паре шагов, и испытующе смотря мне в лицо.
Я молчал.
-За Путина? - В глазах его стояли слёзы, а кулак нервно сжимал рукоять плети и он готовился её занести.
-Господи! Нет, конечно! - едва не завопил я, облегчённо. Наши!
-Все вы - нет. Сидите, терпите, бездельничаете... Он Родину нашу погубил!
-Я знаю. А что я сделаю? "Стар" уже, семья. Пишу! Уже несколько книг написал по истории. Всё знаю! Вы, дерзайте! Будьте осторожнее только! Они этого и добиваются!
Мы обнялись и всхлипнули, и тут что-то липкое и прохладное коснулось моей щеки.
Штамп!
-Что это?
-На свету увидишь!
Мы вышли. У всех "наших" - гражданских и "бойцов" были такие штампы.
Домой попасть шансов не было: всё было заполнено людьми. Профсоюзную улицу устилали обрывки одежды, мусор, разбитые и горевшие машины, кое-где корчившиеся тела.
На площадке перед зданием офиса и в его фойе уже вязали пойманных врагов. Среди них было много кавказцев, парни их насуплено молчали, девки вскрикивали. По нескольку человек их куда-то уводили.
-Вас же подавят танками! - Шепнул я соседу.
-У нас тоже кое-что есть. Они против народа не пойдут!*
В центре три связанные девки, всхлипывавшие - за что? не надо!, и стоявший на коленях впереди них парень ждали своей участи.
Вокруг сновали "бойцы" и гражданские. Кто-то снимал происходящее на камеру или телефон, попадались журналисты.
Мне их стало жалко и, подавшись вперёд, я наклонился к ним, тут же получив пощёчину от парня.
Меня оттащили за плечи в сторону.
А гул нарастал, приближался.
Танки!
-Мы всем отплатим! - неслось с улицы в мегафон - Все ответят, кто Родину предавал! Все на баррикады! За свободу России!
*
Ещё как пойдут против народа сатрапы нынешнего режима! Отвечать ведь придётся!
Генерал Андрей Андреевич Власов - настоящий патриот. Укоряют: мол, поздно, в плену, "шкура", прозрел. А большинство и вовсе до сих пор слепы!
И как он мог иначе? Таких было много, но не все смелы и обстоятельства не позволяли.
Он был ничем не обижен властью: хорошая карьера, в "Большую чистку" - страшную немезиду проводникам режима, не пострадал, а наоборот, повышен в должностях и званиях, даровитый, как офицер (не чета Жукову), воочию - и не видевший, быть может, всей бездны, куда катилась истерзанная и оскоплённая страна.
Прозрел - оказавшись, после удачной битвы за Москву, в заложниках - командующим обречённой 2-й ударной армии. Далее - всем известно, отмечу только: Русская Освободительная Армия, которую советская власть выставила символом сотрудничества с врагом, реальной силы никогда не имела. Взаимное недоверие, не принятые немцами необходимые политические решения и провал попыток самоуправления, недостаток времени и ресурсов - было бы странно, что немцы отзовут своих солдат с фронта, а кто будет работать? где взять оружие? притом, что РККА имела боеспособность "чуть выше румын" и т.д. - слишком многое препятствовало расширению военной силы антисталинского движения.
Кстати, именно измена СССР и коммунизму, а не России ему инкриминируется. Служба стране, а не режиму! К тому же нелегитимному, преступному, неспособному и чуждому во всех смыслах. Предатели чего? Присяге данной под угрозой жизни захватчикам - большевицкой Системе. Или идти с врагом - вчерашним, к слову, другом и союзником, назначенным той же властью? Власов говорил: "Есть шанс добиться того, что мы освободимся от орды советской, а орда немецкая не страшна". Удавить наш народ царям не удалось и большевикам, а уж куда немцам!?
Андрей Андреевич сделал для русских на оккупированной территории, а сколько не дали!, гораздо более чем кто-либо! Он чист, мученической смертью разделив судьбу многих.
В обновлённой Германии чествуют Штауффенберга, у нас - ругательством стало имя Власова. Это не должно удивлять: власть ведёт свой отсчёт не с февраля 1917-го, сделавшего Россию республикой, а с октября - империей зла. Чего стесняться нас? Нищих, многократно обманутых и обокраденных властью "победителей"...
...За окном 10-е декабря.
Метнулся в церковь, как раз шла служба, поставив свечу Богородице "Спаси и сохрани нас всех"!
Самое страшное - Церковь "умыла руки". Вот и разница между Католической. Мне батюшка нашей районной церкви давно ясно дал понять - не будет она вмешиваться, и на вопросы типа: христуетесь в "демонами", не смущают ли вас сатанинские звёзды, террор и прочее, творящееся в государстве - "ну, что мы, с вилами и кольями пойдём...?" И анафеме верхушку не предашь - и так нехристи большинство! А то, как Церковь нас защищает - видели в 1943-м.
Вот так!
Народ наш брошен всеми. Вот, что страшно!
Любая власть, тем паче с Запада, нам обойдётся дешевле, а уж пользы принесёт несравнимо больше, чем стоившее уж под 100 миллионов (убитых и погибших) "родное правительство" - то выродка Ленина, то упыря Сталина и их продолжателей.