Давно это было, теперь уж , наверное и не будет никогда. А повадился как-то молодой дракон к костру ночному ведуновскому. Любопытен был дракон по младости лет своих, да и душу родную (костра) почувствовал. Только ближе и ближе подлетывал, чаще и чаще в ответ огнь пускал. А Ведун преклонных лет, старь беззубая, только тварьзавидит неоперившуюся, тут учить ее уму-разуму, ведать про дороги нелетные. Хоть имел он в дальних землях малых детушек, а мотался как волк неприкаянный.
Много ли прошло , мало ли времени , только утром рано люди вставшие уличили тварь со старью в открытосердии. Спали рядышком огромна ящерица и старик бесстыжий в обнимочку. Ну, охотнички быстренько завалили пещеру драконову и давай его вязать, к себе тащить (приспособить под нужды хозяйские), по дороге чешуйки срываючи. Ведуна , конечно, за бороду , ну и ...... Что сейчас нам вспоминать неприятное. В общем суд, да расправу устроили.
А вот выжили ящер с учителем! В старике Ведуне совесть вскинулась, говорит он Дракону побитому:"Ты лети птица-ящер своим путем, может примет тебя кака стаюшка, все ж с своими общаться понятнее". Но дракончик хоть тварь и холодная, воспылал изнутри гневом праведным:"Что же мы с тобой малознакомые, что меня от себя отгоняешь ты или врал ты мне все про разумное (доброе, вечное)".
Стали жить они рядышком в хижине. И плохое бывало, и хорошее. И откуда-то детки повылупились. И дракоша им стал нежным сродичем. И Ведун забросил все хитрости- не пытался дракона привязывать. А зачем ему привяз понадобится, если он так и так милый рядышком. Ну, а люди вокруг успокоились, увидали, что нет необычного, да и стали общаться по-доброму. Кто-то чем помогать набивается, ну , а кто получить ума разума. И детишки с соседскими прыгают, а дракон в небеса их закатывает. Вот такая история бесхитростная.
А Ведун со своими-то прошлыми отношения начал поддерживать- все же дети его однокровные и зовет их не иначе- Гештальтики. И дракоша на это посматривает свысока души своей необъятной.
Вот такое сказанье далекое рассказала девчонка-красавица и пошла от меня, как порхала и на солнце чешуйкой поблескивала.