Мы жили в Кунмадараше, советском горнизоне в Венгрии.
Мою маму направили туда работать учителем.Я училась в школе, а она работала, жили мы нормально, но беднее, чем другие, отца я своего никогда не знала, и он меня знать не хотел, воспитывалась только лишь мамой. У мамы были друзья -подруги, помнится, на праздники тушили зайца, который был убит в лесу. Я ела это мясо, и чуть не подавилась дробинкой, оставшейся в теле животного.
Там я впервые попробовала жвачку, какой кайф был, когда я открывала ее и находила вкладыш, которого у меня не было. Вкладышами обменивались с другими детьми, вкладыши коллекционировали и прятали в самые укромные уголки своей квартиры, вкладыши искали на земле (а вдруг кому-то они не нужны). А еще ими играли, стукая по ним рукой, чтобы перевернулись, у кого не перевернется, тот выбывал.
А еще мне запомнился мультик про Тома и Джерри, я впервые его посмотрела по видику. Наверное, мультик запомнился, потому что я видеомагнитофона не видела никогда.
Со мной в классе учились две девочки - Таня и Женя, они приехали из Украины, их папы были военными.
Жили они хорошо, вот, по-моему, у Тани дома я и увидела видеомагнитофон и посмотрела "Том и Джерри". Таня была такая взрослая не по годам, много всего знала, много выпендривалась, а я только приехала, мне было невдомек. А еще у меня был неправильный прикус, и они надо мной смеялись.
У Тани была золотая цепочка, золотые сережки, золотое кольцо, мне бы мама не позволила купить такие вещи, а еще у них была машина, красивая тачка.
Таня показывала на меня пальцем и говорила, что у меня такого нет и папы у меня нет, и хоть вроде бы была мне подругой, но относилась со злобой.
Однажды мы остались в группе продленного дня, там были игры, с мячиком что-то, прыгали, бегали.
Я играла за команду, где была Таня и еще Женя, так получилось, что я вовремя не среагировала и мы проиграли из-за меня.
Для детей проигрыши крайне важны, они очень переживают все свои промахи, а Таня наорала на меня и заявила, что я дура, ничего не умею, ничего не понимаю, я разревелась, мне было обидно.
Потом они с Женькой стояли показывали пальцем на меня, говорили и другим, что у меня зубы кривые и вообще я забитая и одета плохо, шуба у мнея ношенная до дыр и колготки на коленках болтаются.
Я выбежала из класса, плача на ходу, в раздевалке висело уже мало одежды, Танина шубка висела и Женина.
Я была озлоблена, и мне хотелось как-то отмостить.
Хотя я не могу представить, чтобы я о чем-то тогда задумывалась, скорее всего это было какое-то состояние аффекта что ли.
Я вытащила ключи от дома из кармана Таниной шубы и переложила их в висящую рядом куртку, в карман какой-то маленькой грязной мальчишеской куртки.
Я, конечно, не думала, что могла пацана подставить, мне было параллельно.
Мне было страшно, но я была горда содеянным, мне было интересно, что будет.
Я пришла домой и начала метаться по квартире как наркоман без ширки, как преступник, загнанный в тюремную камеру.
Я боялась конечно, сказать маме.
А вечером, уже поздним, пришли Таня с Женей, как они догадались, не могу понять до сих пор.
Таня, придя домой обнаружила, что ключей нет, а родители работали в ночь....
Я ревела, они на меня орали, я ведь не знала ни куда я положила ключи, ни кому, знала только, что была сине-грязная такая курточка, легенькая, и все.
Потом они ушли, мама накричала на меня, сказав,что я совершила преступление и что я гадка и ужасна.
Наутро вывесили объявление о пропаже ключей и мальчик их вернул.
А я до сих пор уже по прошествии стольких лет,(сейчас мне 22)удивляюсь как мне это вообще могло прийти в голову.