Дон Хуан Мартинез де Альцаго прикрывал лицо плащом, брезгливо поглядывая на стонущего на дыбе шута Орландо и уже умершего под раскалёнными щипцами портного Хосе... В углу на раскалённых углях подпрыгивала их мать, старая ведьма Магдалена:
- Я проклинаю тебя, собачье дерьмо де Альцаго, всё твоё семя и всех твоих потомков!.. - Хуан Мартинез поморщился от запаха горелого мяса, но продолжал слушать бред старухи:
- Санча и Мария сами пришли к моим сыновьям, пока ты развлекался убийством несчастных сарацинов!.. Ты всех убил!.. Я проклинаю тебя!.. Пусть твои потомки живут беднее шутов и портных!.. Пусть они падают ниц перед шутами и портными!.. Да... пятьсот лет... шуты и портные будут... править миром, а вы - пресмыкаться перед... ними.
Последнее слово ведьма уже не сказала, а выдохнула, обмякнув под языками пламени.
"Какой бред! - подумал Дон Хуан Мартинез де Альцаго. - Какой бред!.."