По воскресеньям корейцы сидят на горе. Я долго не мог понять, куда они деваются - городские улицы пустеют убийственно. Оказалось, они там. Сидят группами по 30-40 человек (поодиночке их вообще нелегко встретить), с утра до вечера, от младенцев до старух, поглощают огромное количество припертой на горбу еды и что-то медитируют. Гора для них объект священный, там живут духи предков, пропускать положенные ритуалы очень неприятно.
Саму городскую гору искать не приходилось. Она тянулась вдоль всего кампуса и уходила куда-то вдаль. Лазал ли я уже на нее? - спросили меня где-то на третий день пребывания. Нет. Когда ж было лазать, да и зачем? Полезешь, ответили мне уверенно.
Предсказание сбыться не торопилось. Жизнь, конечно, была скучноватой, но с тех пор, как я научился читать корейские буквы и понимать, куда идет данный автобус, вариантов проведения выходных стало хватать. Если же утренняя лень пересиливала, и встать куда-то поехать не получалось, всегда можно было отправиться в какой-нибудь местный буддийский монастырь. Конечно, они все друг на друга похожи, но тем интереснее было отыскивать мелкие отличия.
Срок отсидки полз к концу, гора так и оставалась непокоренной, и я уже заранее усмехался на несбывшийся прогноз. Как вдруг окрестные монастыри закончились. Остался один, последний, самый маленький. Точно по ту сторону хребта. Потому и не добрался я до него до самого конца: по прямой вроде ближе не бывает, а в обход вокруг горы километров двадцать пять. Пешком далеко, ехать же в монастырь на такси выглядело диковатым. Хватало и того, что приходилось подобно никулинскому герою кататься на такси в булочную.
Белое пятно создавало неловкость. Как будто недоделал что-то. В последний выходной я, чертыхаясь, отправился на ту сторону.
Не Монблан и не Эверест, конечно. Самым сложным в восхождении было не наступить на кого-нибудь из местных. Очередь в затылок растянулась снизу тропы почти до самого верху, а по сторонам везде уже сидели продвинутые компании.
Гребень горы был узким и песчаным. Обратный склон оказался несколько круче и по этой причине был оборудован канатами. Придерживаясь за них, спускаться было и вовсе просто. Я быстро добрался до монастыря, закрыл свой туристский список и отправился обратно.
Времени оставалось много. Спускаться сразу было неинтересно, и я прогулялся немного вдоль гребня, посматривая прощально на свой универ. Внизу, у очередного входа на гору, обнаружился щит с планом местности. Я остановился около него, прикидывая проделанный маршрут и альтернативные возможности.
И тут со мной заговорили по-английски.
Вдали от столицы и турбизнеса это большая редкость. Нет, конечно, если тебе навстречу бежит стадо в двести сорок первоклассников, можно быть уверенным, что услышишь все двести сорок "Hello, how are you?" и порядка тридцати "Where are you from?" Но третьей фразы учебника, хвала Будде, не запоминают даже самые отъявленные отличники.
Итак, улыбающийся дядечка интересовался, что интересует на плане меня. Я показал притулившуюся на краю щита свастику, обозначающую храмик. Он не понял. Я повторил, изобразив для верности руками подъем и спуск, затем то же в обратном направлении.
Он был изумлен.
- Но... ЗАЧЕМ?
Действительно. Компании у меня не было, буддист из меня хреновый, здешние духи предков тоже, очевидно, не имели ко мне ни малейшего отношения. Я замялся. Попробуй объясни внятно, что и сам до конца не особенно понимаешь.
Пауза. Оба лихорадочно искали, что сказать.
И тут он расплылся в улыбке. Мир наконец-то вернулся в нормальное состояние.
- Аааа! Я понимаю. ЭТО - ПОЛЕЗНО - ДЛЯ ВАШЕГО - ЗДОРОВЬЯ!
Раздался не то колокол, не то гром. Или только показалось. Во всяком случае, так в свет явилась Истина.
Я очень доволен, что довелось пожить в Корее. Серьезно прочищающая мозги штука. Еще больше рад, что оттуда уехал :) Но напоследок - она выдала мне просто королевский подарок.
С тех пор, где бы ни был, с кем бы ни сталкивало, на любые вопросы, не имеющие внятного ответа - почему здесь, почему не на Канарах, не на машине, не на самолете, не с фотоаппаратом, не как все - я без тени сомнения отвечаю: