В какой-то из программ телеканала Культура, ведь мы, старички, ещё смотрим в телевизор, промелькнула цитата из Льва Николаевича, поразившая меня прямо в моё, израненное виртуализацией, семидесятилетнее сердце.
Сказано было так, чтобы отозвалось через век, да ещё и в Инете...
К сожалению, я не запомнил дословно, так что, вот Вам, мой внимательный читатель, моё впечатление от этой великолепной сребробородой мысли.
А слово было замолвлено о нас, о поэтах, которые должны были втиснуть в несколько строк целый роман...
Что совершенно невозможно!
А я ещё и тут же сообразил на двоих с духом гения, что всё это приходится почти всегда проговаривать в напяленном на тебя наморднике силлабо-тонической системы нашего с вами субтильного сложения стиха, да ещё и на строгом поводке написанного до тебя.
Ты рвёшься вперёд, увидев чёрную кошку в одном из разноцветных квадратов Малевича, шипы ошейника впиваются в горло...
И ты только и можешь, что завыть что-нибудь этакое, оригинальное, но...
Почти уже не члено и, к тому же, совсем, совсем и навсегда
...раздельное с тем, что ты так хотел громко и внятно продекламировать человечеству.