1
Я весь заполнен океаном, 
его воинственным сверканьем, 
его стремленьем ураганным 
на берег,
где песок и камни... 

А вот он -
смолкнувший устало, 
покоя благодать познавший, 
и волны прыгают на скалы 
лишь в памяти его и нашей;

не рвется он распространиться
за линию береговую,
в прибрежном мелководье птицы
с него взимают
дань живую.
 
                2
Так близко,
как мы только сможем,
подступим к водам океана
по каменным наростам, схожим
с застывшей лавою вулкана.

Меж тяжких глыб,
как бы чугунных, -
воды незамутненной чаши,
и в этих маленьких лагунах -
движенье живности мельчайшей.

Вот раковинка.
Взять, быть может?
От удивленья цепенею,
ведь несколько мохнатых ножек
вдруг обнаружилось под нею.

Не знаю,
добрая иль злая
в диковине таится сила:
проворно в тень переползая,
она о том не сообщила...

                    3
Все в памяти доныне живо: 
прогулка по пустому пляжу, 
и вид с гигантского обрыва 
на пенный мир, где волны пляшут;

скала, откуда рев стихии
доносится, ну, а на деле -
там лежбище,
там львы морские
о чем-то спорят, что-то делят;

все в памяти...
и в клювах чаек
нет-нет да и взблеснет живое,
и ветер, исподволь крепчая,
сулит кипенье штормовое.