Людям моего поколения хорошо известна песня Высоцкого "Кони привиредливые": "Вдоль обрыва по-над пропастью, по самому по краю я коней своих нагайкою стегаю". Известна также одна из песен про сумасшедший дом: "Куда там Достоевскому с записками известными ... И рассказать бы Гоголю про нашу жизнь убогую. Ей-Богу, этот Гоголь нам не поверил бы".
Недавно я внимательно перечитал "Записки сумасшедшего". Там в конце есть строчки: "Дайте мне тройку быстрых, как вихорь, коней! Садись, мой ямщик, звони, мой колокольчик, взвейтеся, кони, и несите меня с этого света!"
Похоже, что находясь в больнице имени Кащенко, в отделении #31, в палате #2, лежа на кровати в углу, прогуливаясь на "дачный прудик", в котором утопилась бедная Лиза из текста Карамзина, Владимир Семенович все же читал Гоголя. "Не читать стихов мне и романов, не листать фантастику в углу. Я лежу в палате наркоманов..." И читал внимательно: "Я коней напою, я куплет допою, хоть немного еще постою на краю. Чуть помедленнее, кони. Чуть помедленнее..."
Может быть, Николай Васильевич и Владимир Семенович теперь пребывают где-то поблизости друг от друга, там, в другом мире, куда унесли их взвившиеся привиредливые кони.