На лекции в Тель-Авивском Университете во весь экран картинка - китайские сельскохозяйственные угодья, аквакультура на склоне крутой горы, в воде произрастает что-то сугубо китайское, по всей видимости, рис. Склоны, в точном соответствии с густыми изгибами горизонталей, разделены на рукотворные террасы. Зрелище необычайное еще и потому, что река - источник воды, протекает в глубокой ложбине и вода подается наверх и распределяется по террасам благодаря хитроумно устроенным насосам. Красота, точность, изобретательность. Китайский труд.
Этот уникальный фрагмент аквакультуры претендует на место в Списке Всемирного Наследия под эгидой ICOMOS, Международного Совета по Охране Памятников и Исторических Мест.
Картинку сменяет другая. Долина, на горизонте зеленоватые холмы, пейзаж израильский. Поверхность долины иссечена прямоугольными серыми, коричневыми, песочных оттенков заплатками. Гамма цветов лаконична, по-прибалтийски сдержана. Увлекает ритм и строение монохромных лоскутков: длинный, короткий, длинный, длинный. Светлый, светлее, темный, коричневый, серый и вдруг - коротенький и почти черный. Что это? Оказывается, долина Бейт-Нетофа на Севере Страны. Принадлежит израильским арабам, проживающим в Сохнине, крупном христианском образовании вблизи Кармиэля.
Когда доблестные израильские войска громили Гуши выкидывали оттуда евреев, (Гуш Катиф, кто не помнит, летом 2005 года), арабские подростки из Азы, крутившиеся неподалеку от развалин, спрашивали журналистов: "А бассейн и качели? Качели тоже сломают?" Сектор Аза и покойный, некогда цветущий Гуш - на Юге Страны. Сохнин- на Севере. Иногда юные жители Сохнина устраивают "провокации". Они без труда проникают на территорию какого-нибудь еврейского поселения и купаются в бассейне с чистой водой или играют на еврейском футбольном поле.
Итак, долина, в основном, принадлежит израильским арабам. По словам лектора, владельцы земли мечтают от нее избавиться. Вернее не от земли, а от статуса сельскохозяйственных угодий. Они мечтают осушить участки, провести дороги, построить теплицы. Со временем сломать теплицы, построить прибыльные маленькие гостиницы: циммеры. Ну, а в отдаленном будущем переделать гостиницы в жилые дома, обеспечить растущие семьи жильем.
Лектор же считает, что уникальное лоскутное одеяло Бейт-Нетофа следует сохранить. Возможно, превратить в оазис модного нынче органического земледелия. Возможно, выкупить у владельцев и внести если не в Список Всемирного Наследия, то, в список достопримечательностей сельскохозяйственной израильской культуры.
Ибо мечты владельцев этих заплаток слабо осуществимы. Каждый год долина Бейт-Нетофа затапливается водой. Поэтому дорог там нет, вода стоит всю зиму, и только весной хозяева получают доступ к участкам. Зимой из почвы поднимаются камни и, обрабатывая поля, крестьяне отбрасывают их в сторону, на обочину. Таким образом, рядом с каждым земельным наделом образовалась уникальная гряда. С эстетической точки зрения, гряды камней подчеркивают графику долины, ее собранность, ритм, и деликатную монохромность.
С точки зрения ботаников и микробиологов, эти каменные насыпи бесценны. Не тронутые цивилизацией, затопляемые чистой дождевой водой и орошаемые росой, насыпи превратились в единственные в своем роде заповедники живой природы. Микроорганизмы, растения, мелкие животные, насекомые. Лектор утверждает, что долина могла бы стать лабораторией для целого Университета. Тель-авивская аудитория возмущена: пострадают права коренного арабского населения!
Лектор уходит от скользкой темы, меняет картинку. А один из студентов вспоминает:
Мухаммед, рослый молодой араб, инженер из Восточного Иерусалима, хвалился недавно, что семья его, из поселка Арабэ на Севере Страны, владеет уникальным наделом земли.
Всю зиму стоит вода в плодородной долине, а весной, когда вода отступает и уходит в землю, родичи Мухаммеда высаживают на участке огурцы и арбузы.
Мухаммед - европейский человек, учился в Италии, много ездил, повидал мир.
Он уверяет, что вкусить от плодов их земли в долине Бейт-Нетофа сходятся соседи со всего Восточного Иерусалима и что сам он ничего подобного тем плодам не едал.