Иванов Виктор Архипович,
       художник, солист оперы

    Еще не успели забыть в южноафриканском
Трансваале бои буров и русских добровольцев против
англичан, зарившихся на алмазы и золото буров, как
на сцене оперы Южноафриканской Республики поя-
вился очаровательный солист, казак Виктор Иванов.

     Этому талантливому певцу и танцору казачьего
хора имени Матвея Платова, неистово рукоплещут
вальяжные бизнесмены и бедноватая галерка. Ах, как
зажигательно звучали под созвездием Южного Креста
лихие песни и пляски казачьего ансамбля!
      Солист Виктор Иванов происходил из казаков
станицы Кременской Усть-Медведицкого округа.
Родился в 1909 году в семье офицера, который слу-
жил в Донском полку. Мать  была из той же ста-
ницы. Проживало семейства Ивановых затем в ста-
нице Арчединской. В ней Витя Иванов заслушивался
песней недавно прошедшей англо-бурской войны:
"Трансвааль, Трансвааль, страна моя, ты вся горишь в
огне...", где сын в тринадцать лет просился на войну.
     Десятилетним пареньком Виктор был захвачен
огнем гражданской войны и волной белой эмигра-
ции. При эвакуации из Крыма потерял родителей и
оказался в Югославии. Здесь. в белогвардейской среде,
 окончил Донской им-ператора Александра 3-го кадетский корпус. 
   Тогда вместе с частями белой армии Врангеля и семьями,
детьми военных выводились за границу юношеские
кадетские корпуса: в Югославию, Египет, Францию,
Чехословакию, Грецию.
      Виктор закончил в Болгарии в г. Загребе архи-
тектурный факультет университета. Однако отложил
он полученный диплом - и поступил певцом и тан-
цором в Донской атамана Платова казачий хор. В те-
чение семи лет объездил с триумфом многие экзоти-
ческие страны света.
    Во время гастролей в Южно-Африканской респу-
блике Виктор Иванов решил остаться в этой стране.
Может, на выбор его повлияло участие русских до-
бровольцев, проливших кровь за независимость буров
и чтимые за самоотверженность?
    Как казаки Гучковы, генерал бурской армии
Максимов, саратовец князь Енгалычев, военные аген-
ты Потапов и Шульженко?.. А сколько русских эми-
грантов уже закрепилось здесь? Им близка была эта
мужественная страна, которая, отстаивая свободу, по-
теряла в английских концентрационных лагерях двад-
цать тысяч бурских женщин и детей...
      Но власти Южно-Африканской республики не
торопились дать русскому Иванову (а вдруг больше-
вик?) разрешение на жительство. Однако он не отсту-
пился и нанялся на работу недалече, в  
городок Мапуту.
     Впоследствии творческая судьба Виктора
Ивановича в ЮАР была удачной. Он активно занима-
ется становлением Национальной Южноафриканской
оперы. Приобретает известность как ведущий солист,
выступает в оперном театре Претории, исполняет ба-
совые партии.
     Обладая организаторскими способностями,
Виктор Иванов в 1960-1970 гг. является председателем
"Общества русских эмигрантов" в ЮАР. Объединяет
в г. Йоханнесбурге в общине "Русский дом" соотече-
ственников, выходцев из России. В часовне "Русского
дома" расписывает стены и пишет иконы, лики апо-
столов веры для церкви святого Владимира.
    Одновременно  занимается колоритной
южной живописью. Многие из его картин, отличав-
шиеся сочностью и глубиной красок, приобрели
южно-африканские музеи и галереи.
    Современники отмечали у него неистощимый та-
лант к карикатуре, как политической, так и бытовой,
житейской. 
      "В 1930-1960-х годах он активно работает
в различных южно-африканских изданиях и становит-
ся одним из самых известных карикатуристов стра-
ны". 
    В 1946 году Иванов издает оригинальный альбом
"Вторая мировая война в карикатурах".
     На Всемирной выставке карикатуры в 1957 году
в Лондоне Виктор Иванов занял третье место, а 1967
году в Монреале - шестое место.
    Легкость кисти,присущая   с молодости,
не покидала его и позже.
Техника исполнения его была разнообразна: акварель,
масло... Его карикатуры не оставили равнодушными
зрителей ни в Австралии, ни в Германии, Франции
либо Австрии, ЮАР.
   Виктора Иванова при  разносторонних интере-
сах и великих результатах спасало   железное
здоровье да темперамент творца с уникальным вооб-
ражением.
    Талантливый донец обостренно относится к окру-
жающей жизни, тонко откликается на нее в стихах.
Господь наделил его и этим даром.
     Иванов направляет стихи в популярный зарубеж-
ный "Родимый край", выходящий в Париже, и другие
издания.
    Воспевает щемящую любовь к отчему краю и от-
    даленному Тихому Дону.
          ... Я ль променяю степь родную,
          Гордыню рыцарей-дедов,
          На мир иной, на жизнь другую,
          На роскошь людных городов?
              Уж сколько лет прошло чужбины,
              А мне все брезжит сквозь туман
              Новочеркасск, проспект любимый
              И на утесе Атаман.

Многое из литературного и живописного на-
следия Виктора Иванова нам еще не известно.
       Осенью 1979 года в Мюнхене проходил тор-
жественный вечер в честь дня Покрова Пресвятой
Богородицы. Многие газеты русского зарубежья изве-
щали, что "... большой зал в Доме встреч был украшен
русскими национальными флагами и батальными кар-
тинами из казачьего прошлого кисти А.И. Шелоумова
и В.А. Иванова (казак ВВД...)".
     Ни в каких великосветских кругах, ни в какой стра-
не не терялся этот обаятельный казачий художник,
который привлекал внимание умным разговором и
многогранным талантом.
      Виктору Архиповичу Иванову, творцу светлой
мечты на сцене, в живописи и поэзии, не удалось осу-
ществить сердечную задумку - поклониться на склоне
лет могилам дедов да земле предков. Ах, пробежать
бы босиком по росе детства, разгоняя по зеленому вы-
гону белокрылых гогочущих гусей...
      В 1990 году пронзительно синее африканское небо,
оглашаемое рокотом негритянских барабанов и молит-
вами русских эмигрантов, приняло под свои вечные
своды казачью душу Виктора Архиповича Иванова.
      А прах этого крупного донского самородка, со-
гласно его последней воле, был привезен дочерью в
Россию и опущен в урне, на дно Дона-батюшки близ
родной станицы, где он нашел свое упокоение, (по
другим сведениям прах его был развеян над Доном).
     Скажите, почему на Дону и поныне с особой гру-
стью выводят песню, которую сотню лет назад певали
наши прабабушки, сострадая свободолюбивым бурам
Южной Африки, так похожих на  русских му-
жиков:
     Трансвааль, Трансвааль,
     страна моя,
      Ты вся горишь в огне...

    Может и потому, что беспокойное сердце
россиянина-африканца Виктора Иванова никогда не
было равнодушным даже на этом краю земли...