|
||
Путешествия
Ялта (март 2026)
~~~~~ |
Осташков, июль 2026Оглавление: -1. Предисловие 0. Дорога 1. День 1. Вечерняя адаптация 2. День 2. Под дождем 3. День 3. Серебряное озеро 4. День 4. Отдых 5. День 5. Внутренние озера острова Хачин 6. День 6. Майская коса 7. День 7. Прогулка по Осташкову 8. День 8. Белое Южное озеро 9. День 9. И снова на катере 10. День 10. Сплошной дождь 11. День 11. Музеи 12. День 12. Нилова пустынь 13. Дорога назад. 14. Эпилог -1. ПредисловиеЯ (Гризли) и мой друг (Паумен) - широко известные в узких кругах путешественники. Ниже - рассказ о нашей новой поездке. Но прежде всего требуется небольшое пояснение. Во второй половине июля мы планировали поехать в Крым: взяли железнодорожные билеты и забронировали отель в Судаке. Однако внешние обстоятельства не позволили воплотить в жизнь нашу мечту. Если бы я стал описывать долгие и мучительные метания, связанные с несостоявшейся поездкой, это вылилось бы в отдельный рассказ. Когда Крым оказался под вопросом, была найдена ближняя альтернатива, Селигер. Но из-за спешки некоторые детали мы не продумали. Например, как добираться из Питера в Осташков (лучше всего прямым субботним поездом). Мы уже отдыхали на Селигере в июне 2019 года. Перед новым путешествием я два раза перечитал записки о той поездке и нашел их весьма неплохими. 0. Дорога. 19 июля, воскресеньеЯ поставил будильник на три часа сорок минут утра. Согласитесь, очень рано. Но мне до этого удалось поспать четыре с половиной часа, а Паумен всю ночь бодрствовал. Почему? У моего друга опять обострились проблемы со сном. Всё это вылилось в нелегкое дорожное испытание. * * * Скоростной поезд "Аврора" с сидячими местами отправлялся в шесть утра. Мы впервые в жизни ехали в двухэтажном вагоне, да еще наверху. Всё было удобно, но так хотелось спать, что весь путь прошел как в тумане. Меня мучительно клонило в сон: глаза слипались, мысли путались. - Может, ты поспишь? - обращался я к другу через каждые пять минут. - Я не могу вот так взять и уснуть, - печально отвечал Паумен. - Мне надо сначала помыться, а затем лечь в постель. - Как знаешь, - досадовал я, чувствуя, как мои ресницы смыкаются. Пытка закончилась в 10 часов 15 минут. * * * Тверь встретила нас тотальным ремонтом - основной выход в город через подземный переход был закрыт, пришлось идти через вокзал. Мы еще посидели минут сорок в зале ожидания, а затем отправились вниз по ступенькам. В конце тоннеля произошла заминка - путь преградили турникеты для пассажиров пригородных поездов. Пришлось предъявить распечатку наших билетов, и нам открыли специальный проход. Рейс на Осташков почему-то отправлялся не с автовокзала, а с автостанции, совершенно не приспособленной для этих целей. - На автовокзале тоже ремонт, - предположил Паумен. * * * Мы долго сидели на солнцепеке перед гостиницей "Турист". Тверь производила угнетающее впечатление. Позже, когда мы прокатились по центру, оно слегка рассеялось, но в первый момент... Нормальных условий на автостанции не было - большинство пассажиров жарилось на солнце, не имея возможности сесть. Рядом находились покореженные трамвайные пути - видимо, очередной ремонт чрезмерно затянулся. В отдалении бомжи о чем-то толковали с местными стариками. - Оказались в 90-х годах, - прокомментировал я. - У нас бомжей в центре Питера уже давно не встретишь. * * * - Здесь будет посадка на автобус до Осташкова? - поинтересовался я в кассе. - Да, - последовал однозначный ответ. То же самое я спросил у посадчицы, та кивнула. - Два человека утверждают, что автобус приедет именно сюда, - сообщил я, вернувшись к Паумену. - Больше и спрашивать некого. За пять минут до отправления посадчица махнула нам рукой: - Идите туда, автобус будет там! И как после этого верить людям? * * * Мы с багажом устремились в неведомые дали. Я завернул за здание - открылся оживленный перекресток. - Не вижу автобуса! - закричал я Паумену. - Надо дальше идти! - проорал мне в ответ незнакомый мужик. В итоге с горем пополам мы добрались до цели. * * * Как только уложили багаж и сели в автобус, всплыла новая неприятность: у одной из пассажирок оказался билет на мое сиденье. Слава богу, конфликт быстро разрешился, ибо в салоне хватало свободных мест. Вскоре автобус тронулся. Это был сорокаместный китайский "Ютонг", совсем не напоминавший ту ужасную маршрутку, на которой мы ехали в Осташков семь лет назад. Кстати, и дороги с тех пор привели в божеский вид. * * * Сначала мы проехали Торжок, практически по центру. Надо признать, что город весьма похорошел. Затем последовала узкая дорога до Кувшинова. Где-то на подступах к этому городку Паумен задремал. Мы совершили долгий круг по провинциальному Кувшинову с несметным количеством "лежачих полицейских", а затем поехали в Осташков. Дорога заняла три часа, чрезвычайно нас утомив. * * * Вышли на автостанции, напротив гостиницы "Селигер". Я хотел заказать такси, но приложение "Селигер-такси", установленное накануне, не открывалось. Тогда я подошел к таксисту, стоявшему через дорогу от остановки. - Не повезу, - угрюмо заявил он. - Может, кого-нибудь другого посоветуете? - вежливо осведомился я. - Никого нет, все разъехались, - буркнул шофер. - Да это близко, пешком дойдете. * * * Нервы у меня были накалены до предела. Ничего не видя вокруг и не соображая, я ломанулся по маршруту, проложенному Яндекс Картами. А ведь у нас, как обычно, был тяжелый багаж, а я еще к тому же опрометчиво перегрузил вещами синий чемодан. И вот с чемоданом в руке, закусив удила, я зашагал в направлении нашей будущей квартиры. Паумен с черной сумкой на колесиках сильно отстал. Я же, проклиная Осташков, таксистов и весь белый свет, совершил десятиминутный кросс, добравшись до нужного дома. 1. Вечерняя адаптация. 19 июля, воскресеньеЗатем произошло бесконтактное заселение: хозяйка Татьяна давала мне указания по телефону. Я быстро нашел черный сейф-бокс, висящий на стене дома возле парадной. Затем Татьяна продиктовала код - я открыл сейф и взял ключи. Квартира оказалась на втором этаже. Мы после долгого и трудного пути в нее ввалились. * * * Надо признать, что в таких шикарных условиях мы еще не жили. На ум приходит только люкс в Иркутске, где в 2011 году нам посчастливилось отдохнуть ровно сутки. Начну с того, что квартира - трехкомнатная. - Зачем же вы сняли столь вместительное жилье? - спросит практичный читатель. - Отчасти из-за спешки, - отвечу я. Требовалось срочно найти альтернативу Крыму, а в Осташкове других вариантов не оказалось. Все турбазы, где номера дешевле, уже были раскуплены - мы ведь снимали на длительный срок, 12 ночей. Другие квартиры в центре имели свои недостатки: либо проблемы с водой, либо со звукоизоляцией, везде встречались плохие отзывы. А этот вариант - как луч света в темном царстве! У меня еще выскочило предупреждение, что до 19 июля квартира уже занята, вот я и поспешил с бронированием. * * * Окна двух комнат выходили на разные стороны дома. В спальне разместился Паумен на шикарной кровати, в средней, проходной - я. Наши звери-путешественники - Ежик, Мишутка и Бегемот - единодушно предпочли спальню. В квартире также имелся застекленный балкон, где можно сушить белье! Отдельно отмечу кухню-студию и санузел. Похоже, квартиру перепланировали, ибо никто в советское время (а это пятиэтажная кирпичная хрущевка) не проектировал такие большие ванные комнаты и кухни. - Квартира - двухкомнатная с просторной кухней! - уточнил Ежик. - Или с кухней-гостиной! - пробасил Бегемот. - А мне без разницы! - заявил Мишутка. * * * Главное, всё - настолько безукоризненно чистое, что хочется как можно меньше мусорить! Качественные москитные сетки на всех открывающихся окнах - в кухне, комнатах и на балконе. Важность такой защиты мы осознали вечером, увидев полчища комаров, стремящихся ворваться в квартиру. Кстати, в 2019 году в Осташкове комаров было немного. Почему? Это бы так и осталось для меня загадкой, если бы не ИИ. На мой запрос Алиса объяснила: сочетание малоснежной зимы и холодной весны стало главной причиной "дефицита" насекомых. * * * Итак, мы заселились. Я перевел Татьяне сумму за 12 дней из Газпромбанка в Сбер, а затем с чистой совестью отправился мыться. Потом мы разбирали вещи. Только минут через двадцать я взглянул на свой мобильник. Подтверждения от Татьяны о получении денег не было. Я уже хотел написать, чтобы она подтвердила перевод, но для начала посмотрел его статус. Там было указано: "Операция в обработке". То есть до хозяйки деньги не дошли. * * * Я полез в интернет. "Алиса" от Яндекса (далее Алиса) объяснила, что означает этот статус: деньги придут в течение одного-трех дней. Меня это совершенно деморализовало: все трудности поездки вмиг показались мелочью. - Чертов Газпромбанк! - в сердцах выругался я. Затем позвонил Татьяне. Путано объяснив ситуацию, я добавил, что готов перечислить из другого банка десять тысяч, пока не решится вопрос с текущим переводом. По опыту общения с квартирными хозяйками я знал - они очень трепетно относятся к оплате жилья. Но Татьяна, за что ей огромное спасибо, пошла мне навстречу. - Ничего страшного, - сказала хозяйка. - Я подожду. * * * Мне же не хотелось держать в уме зависший перевод еще трое суток. Я стал звонить на горячую линию Газпромбанка. Увы, на все вопросы вежливо отвечал робот Екатерина, упрямо не желая соединять меня с живым человеком. Безрезультатно промаявшись с роботом, я отправился за водой. Выяснилось, что неподалеку находится магазин "Провиант". Правда, там очень небогатый выбор. Местная вода имеет слабый запах сероводорода, ее никто не пьет, надо пользоваться бутилированной. К сожалению, в "Провианте" имелись лишь литровые бутылки. Стоит добавить, что мы оба мучились от жажды, наши запасы воды закончились, поэтому мне и пришлось спешно идти в магазин. Купив в "Провианте" лишь пару бутылок, я вернулся. - Пошли в "Уху"! - пришло мне в голову. - Сначала поедим, а потом решим все вопросы. * * * "Уха" - лучший рыбный ресторан в Осташкове, находился рядом с нашей парадной. Если быть предельно точным, в 120 метрах. - Почему лучший? - уточнит внимательный читатель. - Вы же там ни разу не были! - По отзывам в Сети, - подумав, отвечу я. - Возможно, мне не следовало забегать вперед. Завернув за угол дома, мы увидели Селигер. Несмотря на голод и усталость, захотелось выйти к набережной. * * * Судя по всему, за последние годы в Осташкове произошли существенные изменения к лучшему. По моим смутным воспоминаниям, набережная в 2019 году представляла собой весьма убогое зрелище. Сейчас сделали декоративный знак "Я на Селигере" (на его фоне фотографируются туристы), обновили пристань, установили несколько летних торговых павильонов. Вдоль берега праздно прогуливались отдыхающие, да и сам Селигер смотрелся очень мило. * * * Правда, как только мы вышли на набережную, начался дождь. Это показалось мне странным - туч на небе не наблюдалось, разве что серая дымка. - Капало, когда мы с вещами шли к дому, - заметил Паумен. - Правда? Я и не заметил. - Потому что мчался как паровоз. Мы еще немного полюбовались озером и направились в "Уху". * * * Я опасался, что там не окажется свободных мест. Почему? Внутренний туризм развивается, а рестораны в Осташкове можно пересчитать по пальцам. Однако нам повезло: на веранде все столики были заняты, а в зале - пустовали два-три. - Время ожидания - до сорока минут, - предупредила официантка. Нас это вполне устраивало. * * * Мы сели за столик, однако чертов Газпромбанк не выходил у меня из головы. - Ты можешь им позвонить, пока нам не принесли еду, - предложил Паумен. Я вышел на улицу и вновь связался с роботом Екатериной. Мне надо было любой ценой добиться разговора с оператором. Екатерина томно ворковала о вкладах и накопительных счетах, а я в ответ упрямо твердил: "Мне надо связаться с оператором!" В какой-то момент до робота дошло мое пожелание, но Екатерина не растерялась. - Какой именно оператор вам нужен? - игриво уточнила она. Затем предложила три варианта ответа, из которых ни один мне не подходил. Тогда я буквально зарычал, оправдывая свою медвежью сущность: - Любой оператор! Соедините с любым оператором! То ли рык подействовал, то ли просто повезло, но меня переключили на живого человека. * * * Тут позвонил Паумен. Уху давно принесли (часы показывали шесть вечера), но разве мне было до еды? - Нельзя ли короче? - поморщится уставший читатель. - Можно, - отвечу я. Оператор по имени Руслан сообщил мне, что деньги из Газпромбанка ушли, но в Сбер пока не поступили. Ни я, ни он больше ничего не могли сделать. Руслан выслал мне чек о переводе, где имелся RRN-номер. Сотрудник банка посоветовал отправить чек Татьяне, чтобы она сама переслала его в чат Сбера. Сложновато, не правда ли? * * * В расстроенных чувствах я вернулся в ресторан. Мне-то казалось, что главное - связаться с оператором, и все проблемы решатся. Не ощущая вкуса, я съел остывшую уху. Собрался приступить к жареной ряпушке, и тут пришло сообщение от Татьяны: "Спасибо, деньги получила!" - Слава Богу! - воскликнул я. Мир снова засиял яркими красками! * * * Уже с другими чувствами я принялся за ряпушку. Рыба оказалась бесподобной! Ряпушку в масле (аналог шпрот) мы в январе этого года купили в Петрозаводске, а потом в Питере с аппетитом съели. Теперь же нам досталась рыба в три-четыре раза крупнее. - Она еще и очень свежая! - добавил Паумен. Так "Уха" оправдала свой высокий статус, доставив нам незабываемое удовольствие! * * * - Мы хотим завтра поужинать у вас часов в восемь, - сказал я официантке. - Стоит заранее заказывать столик или нет? К тому моменту публика уже разошлась: во всем ресторане остались три-четыре компании. - Бывает по-разному, - ответила девушка. - Иногда и в будний день вдруг все столы заняты. Так что лучше закажите - можете указать понравившийся столик. * * * Мы расплатились. Оказалось недешево - почти три тысячи рублей. При этом из-за стола мы вышли с легким чувством голода. - Так и надо, - заявил Паумен. - Мы же худеем, - добавил я. Вкуснейшая рыба - это, знаете ли, деликатес! * * * Вернулись в квартиру. Разобрали вещи, застелили кровати. Потом я пошел за продуктами. В семи минутах ходьбы от нас находится "Пятерочка": судя по отзывам, лучший магазин в Осташкове. По меркам Питера очень средненький, но я купил там всё, что требовалось. Путь в "Пятерочку" и обратно оказался примечательным: редкие кирпичные пятиэтажки соседствовали с частными деревенскими домами. Иногда встречались и коттеджи весьма состоятельных людей. При этом дороги - без всяких тротуаров. * * * Мы слегка перекусили. Перед сном на большой плазменной панели посмотрели серию "Декстера". За эту возможность хочу поблагодарить моего столичного друга Андрея. Именно он скачал наш любимый сериал: и не абы как, а с озвучкой от "Новафилм.ТВ"! * * * Перед тем как лечь спать, я включил фумигатор. Вскоре услышал над собой противный писк. Отмахнувшись пару раз, решил, что это ненадолго, и попытался заснуть, но не тут-то было. Атаки продолжились с неумолимой настойчивостью. Пришлось зажечь свет. Затем состоялось яростное сражение, в котором было уничтожено пять комаров. После этого я благополучно заснул: никто из кровопийц меня больше не тревожил. 2. Под дождем. 20 июля, понедельник- Ну как, Гризли? - спросит взволнованный читатель. - Что "ну как"? - переспрошу я. - Как твоя спина после ночи? - Слава Богу, хорошо! Я и не предполагал, что она сильно заболит, но семь лет назад в Осташкове меня просто замучил остеохондроз. На этот раз кровать оказалась жесткой. * * * С утра я свежим взглядом оценил наше замечательное жилище. Главное достоинство квартиры - свободное пространство. К тому же всё так чисто, прекрасно и уютно! В таких условиях я бы не отказался провести всю жизнь! Недостаток был выявлен всего один - нет электрического чайника. Вместо него на газовой плите стоит старомодный, со свистком. - Просто рядом с плитой нет электрической розетки, - пояснила Татьяна. Всё же это странно, но мы постепенно привыкнем. * * * Паумен просил разбудить его в двенадцать, поэтому я сел за записки. Пишу... Кстати, здесь есть и место для письма - тоже очень удобное. Не знаю, для чего придуман столик, стоящий в кухне-студии, но теперь на нем обитает наш ноут. Так что я пишу просто в божественных условиях - да здравствует Осташковское комфортное путешествие! * * * Паумен проснулся около часа дня. Я тут же отправился в "Пятерочку" мимо деревянных домов, современных коттеджей и старинных зданий. Каменные постройки XIX века постепенно разрушаются - неужели их место займут элитные коттеджи? * * * Пока ходил в магазин, над головой сгущались тучи. Одну, более темную, принесло с Селигера: при этом на землю не пролилось ни капли. "Дождя не будет!" - решил я. Как только мы собрались выйти на прогулку, он забарабанил по асфальту. * * * Держа зонтики над головами, мы отправились на пляж. Он находился в десяти минутах ходьбы. Навигатор построил кратчайший путь, и мы следовали ему. В обход "Ухи", затем вдоль набережной. Вскоре открылся выход к озеру. Собственно, пляжем это место названо условно - просто двадцать метров песчаного берега. С одной стороны он упирался в забор, с другой - в небольшой участок, где осташи причаливали свои лодки и катера. Время от времени к воде с зонтами в руках подходили люди: никто из них даже не думал купаться. * * * - Ты идешь первым, - сказал Паумен. Я не возражал: быстро разделся и поспешил к озеру. Надо уточнить, что было очень тепло. Осташков еще не остыл после жары, ведь до нашего приезда здесь два-три дня шпарило солнце. Когда я ходил в магазин, то даже ощущал духоту: теперь, хоть и начался дождь, по-прежнему парило. * * * Метров через двадцать-тридцать я погрузился в воду по пояс. Затем поплыл. Сделав свои двадцать гребков, обернулся к берегу. Вскоре ощутил дно под ногами: мне было примерно по грудь. Я заплыл еще дальше, но до глубины, где мне было бы с головой, так и не добрался. Купаться оказалось очень приятно: чистейшая вода и красивые пейзажи. Минут через десять я вернулся к другу. * * * Тут усилился дождь. Я, как был в плавках, встал под одним зонтом, а другим закрыл наши вещи. Пока Паумен купался, я следил за собакой, которая резво бросалась в воду за палочкой. Тем временем дождь разошелся. Когда мой товарищ выбрался на сушу, начался ливень: гладь Селигера вздыбилась от крупных капель. - Может, не будем одеваться? - спросил я. - Мы же потрясем все устои патриархального Осташкова, - предположил Паумен. - Да кто нас будет разглядывать во время сильного дождя? И мы, не переодеваясь, зашагали по набережной. * * * Минут через десять ливень прекратился. С неба по-прежнему капало, но уже не так сильно. Мы в "пляжных костюмах" и под зонтиками прошли мимо "Ухи", откуда на нас с веранды взирали многочисленные посетители. Так и добрались до квартиры. - Много народу в "Ухе", - сказал я, разбирая вещи. - Надо позвонить и заказать столик, - ответил Паумен. * * * - У нас на вечер все места заняты, - заявила официантка из "Ухи". - Полная посадка. Мне пришлось повесить трубку. - Вчера нам советовали бронировать столик, а теперь все места заняты? - удивился мой друг. - Надо сходить туда и всё выяснить. На этот вечер мы заказали столик в ресторане "Осташкоff": он тоже расположен неподалеку, в пяти минутах ходьбы. * * * Собрались и отправились на прогулку. Первым делом заглянули в "Уху". - Мы можем записать вас на завтрашний день, - объяснил молодой человек за стойкой, - а на сегодняшний вечер все столики заняты. - Тогда запишите нас на завтра, на восемь вечера, - попросил Паумен. * * * Под дождем мы устремились к набережной, полюбовались знаком "Я на Селигере". - Пошли на Ленинский проспект, - предложил я, - а по нему - в центр Осташкова. По меркам Питера это - никакой не проспект. Максимум, улица. * * * Вскоре достигли Знаменского монастыря. Кофейня в башне, которую так хвалили в отзывах, не работала. Формально заведение было открыто: горел свет, висели вывески, но внутри никого не было. - Никто не захочет пить кофе под дождем, - предположил Паумен. Монастырскую ограду покрасили в желтый цвет. Через ворота мы прошли внутрь, Вознесенский собор был открыт. * * * Мы вошли в храм. Кроме нас и священнослужителей в соборе никого не было. Мне особенно запомнился пол из широких некрашеных досок - такого в церкви я раньше не видел. - Это временно, - предположил я. - Раньше собор и вовсе был закрыт. Слабые следы реставрации ощущались: восстановили алтарь и иконостас. - Кое-что в Осташкове всё же делают, - заключил я. - Хотя и немногое, - парировал Паумен. * * * Тут позвольте небольшое отступление. В районе гостиницы "Береговая", где мы жили в 2019 году, на берегу находится усадьба Болотниковых: здание охраняется государством. Если смотреть Яндекс Карты, то в 2012 году это был еще каменный дом с деревянным вторым этажом. На панорамах 2025 года второго этажа уже нет, а от первого остались три стены. Так за 13 лет усадьбу уничтожило время. В чем же заключается охрана государства? Подобных зданий в Осташкове полно, особенно в старой части города. Хотя кое-что всё же реставрируют. * * * Мы немного посидели в соборе на скамеечке, а затем отправились дальше. Дождь и не думал прекращаться. Прямо за монастырем, с другой стороны проспекта, обнаружили надпись: "ВерхнеВолжье Тур - туристическая компания". - Давай зайдем! - предложил я. - Вдруг будут билеты на исток Волги. Оказалось, мы зашли в Музей рыбы; через двадцать минут он закрывался. Нас встретил мужчина: - Заходите! - Вы же скоро закроетесь. - Я, если что, подожду. * * * Пока мы размышляли, уйти или остаться, зашли еще три человека. - Вы от Игоря Александровича? - оживился сотрудник музея. - Прямиком от него! - подтвердила одна из женщин. - Бежали к вам, как сумасшедшие, лишь бы успеть! Сотрудник расплылся в улыбке. Трое вошедших (две женщины и мужчина) взяли билеты, тогда и мы решили осмотреть экспозицию. И правильно сделали: музей небольшой - всего два зала. Если не вглядываться, с экспонатами можно ознакомиться и за пять минут. * * * Автор всех экспонатов - Игорь Александрович Афанасенко. Сотрудник музея называл его исключительно по имени-отчеству. Заявил, что Музеи рыбы и забытых вещей (там сидел сам Афанасенко) вошли в сто лучших частных музеев России. Работы мэтра нам понравились. Авторский стиль: из деталей от разных приборов и механизмов (широко использовались колесики и кольца, трубки и цепочки, винты и болты, а также электронные платы) путем свинчивания, скручивания и сварки появлялись на свет витиеватые и замысловатые фигуры. Несколько названий: "Комар", "Бегемот", "Барракуда". * * * Когда мы начали осмотр, откуда ни возьмись возник рыжий кот. Он с энтузиазмом стал ластиться к нам. Я семь лет назад писал, что Осташков - город котов: с тех пор ничего не изменилось. - Семен буквально обожает посетителей, - представил рыжего сотрудник музея. - Его уже снимало множество кинокомпаний, он у нас - звезда. Мы еще минут двадцать полюбовались работами Афанасенко и Семеном, а потом вышли в дождь. * * * Заглянули в сквер Магницкого (не путать со списком Магнитского). Леонтий Филиппович - уроженец здешних мест, автор первого в России учебника по математике. Осмотрели и памятник с загадочным названием "Знак Магницкого". - Два конца, два кольца, а посередине - нет гвоздика, - оценил я непонятное творение. Рядом со знаком ошивался серый кот. - Кот Магницкого, - предположил Паумен. Мы полюбовались Вознесенским собором с нового ракурса, а затем вернулись на Ленинский проспект. * * * Впереди показалось кафе "Джус", в 2019 году мы посещали его дважды. Честно скажу, тогда оно нам не понравилось. - Зайдем? - предложил Паумен. - Зачем? - Кофе выпить. - Давай, - нехотя согласился я. "Джус" был переполнен, но нам всё же нашли столик на втором этаже. Мы сели. Минут пять к нам никто не подходил. - Зачем терять время? - спросил я. - Через час двадцать нам надо быть в "Осташкоff". Так никого и не дождавшись, мы снова вышли в дождь. - Почему "Джус" пользуется таким спросом? - задумался я. - Здесь дешевле, чем в "Ухе", - ответил Паумен. * * * На другой стороне проспекта мой друг обнаружил магазин сувениров. - Гризли, зайдем! - предложил он. - Зачем тебе сувениры? - спросил я. - Мы и так здесь много денег тратим. - Зайдем! - Мы уже дошли до речного вокзала. Давай сначала туда, а то вдруг касса закроется. * * * Как я уже писал в 2019 году, но вынужден повториться, ибо никто не станет перечитывать: в 70-е годы прошлого столетия Осташков признали курортом регионального значения. Тогда-то и построили величественную для столь маленького города набережную. Венцом творения стал речной вокзал. Там размещались зал ожидания, буфет и другая инфраструктура, но испытание временем выдержала только касса. Остальные помещения сдают арендаторам. - Половина пустует, - уточнил Паумен. Есть еще автобусная касса у входа, где продают билеты на маршрутки в Тверь и другие города. * * * За кассой речного вокзала сидела женщина. - Билеты продаются только в день экскурсии? - уточнил я. - Да, - подтвердила кассирша. - Мы хотели завтра поехать к Серебряному озеру. - Я могу вас записать: завтра подойдете за полчаса и возьмете билеты, всем может не хватить. Я продиктовал свою фамилию. - А когда экскурсия закончится? - спросил Паумен. - В восемь вечера, - ответила кассирша. Тут мы осознали, что именно на это время забронировали столик в "Ухе". Паумен позвонил в ресторан и перенес визит на половину девятого. * * * Я еще спросил у кассирши об автобусных экскурсиях к истоку Волги. К сожалению, она об этом ничего не знала. Затем мы поднялись на второй этаж. Я сфотографировал "Капитана Хоробрых": на этом теплоходе нам еще не доводилось путешествовать по Селигеру. * * * После речного вокзала заглянули в Набережный сад: сфотографировались с памятником Рыбаку. - С чего это мне показалось, что у него из кармана торчит бутылка водки? - удивился я, вспомнив записки 2019 года. - Просто какая-то бутылка. - Обычно на рыбалку водку берут, - ответил Паумен. - Иногда и самогон, - уточнил я. Мы вышли к Селигеру - дождь не унимался. - Было бы сухо, посидели бы на скамейке, - сказал мой друг. - Осташков - город дождей, - ответил я. * * * Встал вопрос: куда идти дальше - по местам 2019 года или назад? - Давай осмотрим парк Свободы, - наконец решил я. - Мы ведь в прошлый раз так туда и не заглянули. И мы отправились к памятнику Ленину на фоне колокольни, по пути обнаружив символ разрушающегося Осташкова: каменную кладку с колоннами, из которой росли зеленые ветви. * * * Ленин невозмутимо застыл перед колокольней Преображенского собора. Сам собор в 30-е годы разобрали по кирпичику. Кстати, на этом месте раньше находилось захоронение времен Великой Смуты. Каменный Ильич в костюме являл нечто среднее между Лениным-отдыхающим и Лениным-оратором. - Почему колокольня закрыта? - спросил Паумен. - Я бы на нее поднялся. - Ты требуешь слишком многого от местных властей, - ответил я. - Ее только снаружи покрасили. Здесь что-либо реставрируют только в центре, в знаковых местах, при этом десятки других зданий разрушаются. * * * Далеко за примерами ходить не пришлось. Мы вышли к самому началу улицы Евстафьевской, ее благоустройство завершили в декабре 2019 года. Рядом, на улице Рабочей - практически все дома находились в аварийном состоянии. Некоторые еще можно восстановить, другие - уже нельзя. Старый город исчезает буквально на наших глазах. Я понимаю, что нет средств для реставрации. Но, может, эти здания стоит хотя бы законсервировать? Мы осмотрели кинотеатр, находившийся в приличном состоянии. Правда, он работал только по субботам и воскресеньям - осташковский феномен! * * * Внезапно дождь усилился. - Пошли в магазин сувениров! - вспомнил Паумен. - Пошли, - с тяжелым сердцем согласился я, - только ты не трать там больше тысячи рублей. - С каких пор Гризли стал таким жадным? - вмешается озадаченный читатель. - Если бездумно сорить деньгами, они быстро закончатся! - назидательно отвечу я. * * * В магазине сувениров (он не был указан в Яндекс Картах, поразительно!) не нашлось ничего интересного. Разве что симпатичный магнит "Селигер" с чайкой и волнами. Кстати, в Осташкове не всегда работает мобильный интернет. Чтобы расплатиться, пришлось подключиться к Wi-Fi магазина, а потом перевести деньги по номеру телефона. * * * Нам уже было пора в "Осташкоff". Неожиданно выяснилось, что это - пивной ресторан. - Поесть-то там можно? - спросил Паумен. - Пишут, что кухня хорошая, - ответил я, посмотрев в интернете. * * * Без пятнадцати шесть мы зашли в заведение. Официантка провела нас на второй этаж. Мы сели за столик и стали изучать меню. - Когда будете готовы, нажмите кнопку, - сказала девушка, уходя. Мне нравится такая форма вызова официанта. Кнопки за каждым столиком есть и в моем любимом ресторане "Этнос", что находится в Питере. - Скрытая реклама? - возмутится бдительный читатель. Не скрытая, а явная! * * * Мы заказали по солянке, а также по порции котлет. - Пожарских? - спросит продвинутый читатель. - Из судака по-селигерски, - отвечу я. Солянка оказалась средней (мы ели и вкуснее), зато котлеты были великолепны. В любом случае мы наелись. Мясо, конечно, - весьма питательно, но в Осташкове стоит делать упор на рыбные блюда. * * * За соседними столиками глушили пиво. - Ты заметил, что у пивных ресторанов особое оформление? - спросил я. - Массивные деревянные столы и увесистые лакированные перила. - А знаешь почему? - отозвался мой друг. - Сюда ходят люди с большими животами. Когда они наполняются пивом, их качает: лишь прочные столы и крепкие перила способны такое выдержать. * * * Дождь упрямо не желал заканчиваться. - Что за ерунда? - воскликнул я. - Яндекс Погода утверждала, что осадки прекратятся в шесть вечера! - С каких пор ты стал верить прогнозам? - удивился Паумен. Ближе к семи мы покинули "Осташкоff", с неба по-прежнему капало. * * * Наш путь лежал не домой. - Куда же? - наигранно удивится уставший читатель. - К ларьку "Вкус Селигера", - отвечу я. Там продавалась местная рыба горячего копчения. Ларек находился метрах в двухстах за "Ухой", на набережной. - Мы домой ее не довезем, - сказал Паумен. - Зато можно съесть здесь, - ответил я. - А мы не отравимся? - Что ты! Это - надежная контора. * * * Во "Вкусе Селигера" покупателей не было. За прилавком стояла девушка. Мы стали изучать ассортимент. - Холодного копчения сегодня ничего нет, - сказала продавщица. - А эта рыба свежая? - спросил Паумен. - Сегодня привезли. - И часто привозят? - Когда хорошая погода и много людей на набережной, бывает и два раза в день. * * * В продаже была рыба горячего копчения: сом, лещ, терпуг, окунь и угорь. Мы долго изучали и рассматривали богатый ассортимент, не зная, что выбрать, пока девушка не посоветовала: - Возьмите терпуга. Его чаще всего берут, в нем мало костей. Мы выбрали рыбину граммов на шестьсот: продавщица завернула ее в вощеную бумагу. * * * - Надо съесть сегодня, - сказал Паумен. - Конечно, - ответил я. - Мы еще неоднократно сюда зайдем. - А здесь где-то должен быть еще один пляж? - Чуть дальше. - Вдруг там глубже и подходы удобнее? И мы отправились на разведку. * * * Вскоре открылся другой Осташков. Вдоль берега потянулись заросли камышей. Потом набережная закончилась. Дома здесь тоже оказались другими: деревянные, но крепкие, хорошего качества. По пути нам встретилась еще пара-тройка мест для купания, но мы упрямо шли к намеченной цели. На Селигере в районе Осташкова указаны четыре пляжа. Речь, разумеется, о Яндекс Картах. Первый - с переодевалками возле полуострова Житного, на втором мы сегодня купались, к третьему - шли, а четвертый находился на острове Кличен. * * * И вот показался пляж номер три: с обеих сторон он был окружен камышами. Метрах в ста от берега я заметил плывущего человека. Внезапно он встал. Оказалось, что вода ему по колено. Пройдя метров десять, человек снова поплыл. Гораздо дальше за ним виднелось несколько мелей-островков. - Сюда мы купаться точно не пойдем, - заключил мой друг. - Если бы мы еще жили рядом, в этом был бы смысл. - Но сюда стоило прийти, дабы всё это увидеть! - заметил я. * * * Минут через пятнадцать мы добрались до дома и приступили к рыбной трапезе. Терпуг горячего копчения оказался очень вкусным! Он почти не имел костей, только хребет. - Лучше сига, которого мы ели в Приозерске! - воскликнул Паумен. - И значительно дешевле! - добавил я. Так и завершился второй вечер в Осташкове. Напоследок мы еще посмотрели серию "Декстера". 3. Серебряное озеро. 21 июля, вторникЯ снова проснулся рано. Паумен вчера настаивал на утреннем купании, но в последний момент отказался. Вместо этого я традиционно отправился в "Пятерочку". Мой друг встал около двенадцати дня, через час мы вышли из дома: путь лежал на речной вокзал. * * * - А вдруг нам не продадут билеты? - спохватился я, когда мы уже подходили к кассам. - Мне говорили, что здесь часто надо расплачиваться наличными. - Что же ты раньше об этом не подумал? - спросил Паумен. - В Осташкове почти нет банкоматов, мы не успеем снять деньги. Перед кассой стояла очередь, человек семь. Мы увидели, что у кассирши есть терминал для банковских карт. - Здесь же не деревня! - справедливо заключил мой друг. * * * Заплатив 4600 рублей за два билета, мы направились туда, где садились на теплоход в 2019 году. Увы, проход оказался закрыт. Возле калитки терпеливо стояли люди. Рядом важно прогуливался человек в камуфляжной форме с надписью "Охрана". Потом, согласно своему внутреннему распорядку, мужчина подошел к забору и открыл калитку. За ней обнаружилась рамка металлоискателя. - Зачем досматривать туристов? - удивился Паумен. - Пятый год идет война, - объяснил я. - Установить защиту от дронов нет средств, но надо же хоть что-то делать! Вот, стали проверять пассажиров. Кстати, если украинские дроны прилетят в Осташков и потопят все теплоходы, город от такого удара никогда не оправится. Эти суда бороздят просторы Селигера с 80-х годов прошлого века. Замены им как не было, так и не предвидится. Остается лишь молиться, чтобы с теплоходами ничего не случилось. * * * Нам опять достался "Капитан Марков", в третий раз идем на этом судне. Правда, надпись "Место для удара головой" тщательно закрасили. "Капитан Хоробрых", теплоход того же проекта, стоял рядом. Он часом позже, в 15:00, отправится на двухчасовую экскурсию "По Осташковскому плесу". Мы разместились на верхней палубе, предусмотрительно взяв с собой теплую одежду. Знали по опыту: как только выйдем на открытые просторы, подует ветер и станет прохладно. * * * В два часа дня "Марков" отчалил. Тут же заговорила экскурсовод Алла. Сразу скажу, что ее работа мне понравилась. Сначала теплоход проследовал вдоль берега, мимо центра Осташкова. Мы увидели Троицкую и Воскресенскую церкви с колокольнями. Затем судно стало удаляться от берега, оставляя по левому борту Богородицкий женский монастырь. Вскоре мы увидели с той же стороны деревянную церковь - храм великомученика Георгия на острове Фомичев. В 2019 году этой постройки еще не было. Опять услышали легенду об образовании города. Правда, имя Осташка не упоминалось. Двух уцелевших рыбаков звали Евстафий и Тимофей. (Алиса уточняет, что Осташка - прозвище Евстафия.) Я узнал, что остров Кличен - третий по величине из всех селигерских, а женщин Осташкова называют осташихами, и это вовсе не ругательство. * * * Миновали справа остров Городомля - второй по величине на Селигере. Причем мы шли не маршрутом на Нилову пустынь, а с другой стороны острова, поэтому не увидели Майской косы. Зато открылась пристань Городомли, где стояли три теплохода. Экскурсовод сообщила, что на острове находится предприятие "Звезда", проживает 2000 человек и есть всего одна улица - Новая. Если смотреть в Яндекс Картах, то один прямоугольник (военный завод) изображен расплывчато, а в Гугл Картах - всё видно без помех. Вот что значит конспирация! * * * Далее, оставив по левому борту церковь Никола-Рожок, где мы высаживались с теплохода семь лет назад, "Марков" приблизился к Заречью и турбазе "Сокол". Эти берега плотно заселены, ибо находятся на материке. Еще в 80-е годы прошлого века здесь были построены многочисленные турбазы. Нам открылись живописные места, где отдыхали сотни людей: множество лодок, десятки рыбаков и купающихся. Погода радовала: пусть не всегда светило солнце, частенько уходя в облака, зато было тепло и без дождя - до 22 градусов. Вход в воду здесь не такой, как на пляжах Осташкова: сразу глубоко. Взяв на борт в Заречье и в "Соколе" всего человек пятнадцать, "Марков" продолжил путь. * * * Далее последовали узкие проливы и впечатляющие берега. Такое мы видели впервые: сплошные базы отдыха, загородные дома, пляжи и пристани. Особенно запомнилась база "Ладья" с внушительной вышкой, откуда можно увидеть даже Нилову пустынь. Рядом с "Ладьей" проходил фестиваль авторской песни: на берегу установили сцену для вечерних концертов. Чуть дальше мы обнаружили самый настоящий дворец с шикарной яхтой на причале (даю координаты - 57.228123, 33.005507). С правого борта открылся маленький остров Долгий. На нем - крошечная деревянная часовенка и памятный крест, посвященный всем погибшим на Селигере. * * * Оказывается, на озере Селигер есть три внутренние реки. Что это? Широкие протоки, соединяющие большие разливы, называемые плесами. У этих проток есть течение, поэтому их и именуют реками. Мы проследовали по одной из них - Непри. Сначала мимо острова Малый Хачин (ударение на первый слог). Затем с правого борта потянулся сам Хачин. Из 38 квадратных километров всех островов Селигера он занимает более 30 - абсолютный рекордсмен! Алла сообщила, что остров покрыт хвойными лесами. - Значит, там нет клещей! - обрадовался я. Мой друг опасается этих разносчиков энцефалита, а на острове Хачин ему будет не о чем волноваться. * * * Непри вывела нас из Осташковского в Троицкий плес. Вскоре остров Хачин остался позади. Справа открылась Троицкая церковь с зелеными куполами. Незадолго до этого мой друг признался, что замерз (хотя надел весьма теплую куртку), и отправился на нижнюю палубу. Я же остался на верхней. Уже плохо понимая, каким маршрутом мы идем (в голове всё перемешалось от многообразия увиденного), я лишь бездумно любовался сменяющими друг друга пейзажами: водными просторами и прекрасными берегами. На Селигере - весьма много людей: и на воде, и на суше. Причем везде, даже в самых глухих местах. * * * Последняя стоянка, где мы брали на борт пассажиров, была неподалеку от четырехзвездочного отеля "Палас Селигер". Главного корпуса отеля - бывшей усадьбы - мы, к сожалению, не увидели: она находится с другой стороны полуострова. Усадьбу начали строить помещики Толстые. Последний из Толстых продал ее из-за долгов, а купил имение корнет Сафонов. Он построил театр, беседки, пристань, проложил новые дорожки, сделал купальни и фонтаны. Как-то раз во время праздника Сафонов вдруг взял и при всех застрелился. Оказалось, он уже давно заложил имение - денег не хватало. Сейчас в отеле "Палас Селигер" 92 очень дорогих номера, которые надо бронировать в начале сезона, ибо они пользуются огромным спросом. - Хотелось бы там побывать, - сказал Паумен. - И пожить с недельку, - добавил я. * * * А мы максимально приблизились к Серебряному озеру, которое находится в Картунском бору. На карте оно обозначено как Тряское или Трояское. Никакого серебра в озере нет, название - народное. * * * "Капитан Марков" причалил и спустил трап. Пассажиры сошли на берег. Время стоянки - 1 час 50 минут. Нас тут же окутал густой и душный воздух, словно мы очутились в бане. С таким феноменом я раньше не сталкивался. Интернет объясняет это так: "Озеро имеет карстовое происхождение и представляет собой глубокую воронку. Из-за этой формы здесь часто бывает мало ветра, особенно в безветренную погоду или в жаркие дни. Воздух застаивается, что и создает эффект духоты". * * * На берегу обнаружилось большое количество палаток. Туристы приехали на машинах: от деревни Березовый Рядок в Картунь сюда идет лесная дорога. Алла тут же стала со всеми здороваться. Задача гида - не допустить никаких, даже потенциальных конфликтов, поэтому наш экскурсовод общалась со всеми чрезвычайно любезно. Миновав палатки, мы поднялись по небольшому склону - впереди показалось озеро. Серебряное - одно из самых чистых на Селигере. Прозрачность воды достигает десяти метров, ее можно пить без всяких опасений. Вдобавок озеро никогда не цветет. Температура воды в Серебряном - всегда на несколько градусов выше, чем в Селигере. Она плотнее и после купания буквально скатывается с тела, позволяя быстрее обсохнуть. Это единственное озеро в системе Селигера, которое не меняет уровень воды ни в засушливые, ни в дождливые годы. Серебряное озеро имеет статус памятника природы регионального значения. Здесь действует специальный режим охраны, который запрещает рубку деревьев и кустарников, засорение мусором, разведение костров и стоянку у берега. * * * У озера нас встретила лишь компания предприимчивых торговцев: они предлагали пирожки с черникой, гречневую кашу и сувениры. Экскурсанты, человек восемьдесят, встали перед Серебряным, слушая гида. Алла объяснила, что первый пляж на озере - для детей, второй - общий, третий - женский, четвертый - мужской. * * * Дальше мы пошли самостоятельно. Добрались до последнего (мужского) пляжа. Вместе с нами туда пришло и несколько женщин. На пляжике подходов к воде было всего два, у дальнего из них сидело двое мужчин. Видимо, туристов. Алла подошла к ним и что-то спросила. Услышав ответ (сам разговор нам не был слышен), экскурсовод развернулась к женщинам и сказала: "Поворачиваем назад". Тогда одна из экскурсанток заявила: - Я никуда не пойду, буду купаться здесь! - Хорошо, - тут же согласилась Алла. - Мужчины сказали, что если они женщин не смущают, то женщины могут остаться. * * * - Какая глупость! - возмутился Паумен. - Нет здесь никакого разделения на женский и мужской пляжи! - Алле очень хочется всем угодить, - объяснил я. - Видимо, такова стратегия туристической фирмы. Организаторы теплоходных экскурсий настолько готовы ублажать туристов с палатками, что иногда это доходит до крайностей и выглядит нелепо. В любом случае странные правила по разделению отдыхающих не помешали нам полноценно отдохнуть. И, прежде всего, замечательно искупаться! * * * Вода в Серебряном и вправду оказалась теплее. По неведомым причинам озеро хорошо держало, хоть и не было соленым. Сразу у берега начиналась глубина, примерно по пояс. Перед тем как войти в озеро, я увидел в прозрачной воде весьма крупную рыбину. А еще на берегу - ни единого комара! Всё это доказывает, что вокруг озера сформировалась уникальная экосистема. Добавлю, что в некоторых местах глубина Серебряного достигает пятидесяти метров. * * * Мы плавали, пока не замерзли. Озеро завораживало! Ничего подобного мы раньше не видели, хоть и бывали на многих водоемах. В итоге последними из нашей группы выбрались на берег. Решили не одеваться, а прямо босиком идти по лесной тропинке к общему пляжу. Такое возможно только здесь, ведь нет комаров! На новом месте оказался более удобный вход в воду. - Можно было никуда и не идти, - сказал Паумен. - Зато мы больше увидели, - ответил я. Вода здесь была еще более теплой. Может, не так глубоко, как на мужском пляже? * * * Таким образом, мы столкнулись с уникальным природным явлением, одним из самых чистых и удивительных озер! Серебряное - сокровище Селигерского края! Очень бы хотелось еще раз сюда вернуться. Мы оделись и решили осмотреть окрестности. Заодно я купил пирожок с черникой, уж больно выпечку нахваливала Алла. Затем мы прогулялись на другой берег озера. Там имелось "беременное" дерево - ствол с большим наростом. Полюбовавшись прекрасными видами, мы вслед за Аллой проследовали на борт "Маркова". После двух часов в пути и еще двух на Серебряном накопилась усталость. Мы заняли места на нижней палубе, уютно расположившись за одним из столиков. Купили в буфете чай - сначала по стакану, потом еще по одному. * * * С собой на Серебряное мы взяли Мишутку - наш друг был в восторге от увиденного и уже предвкушал, как расскажет о поездке Ежику с Бегемотом. - Все берега покрыты чистым серебром! - самозабвенно фантазировал он. - Серебряные рыбки выпрыгивают из воды на несколько метров! - К чему такие преувеличения? - поинтересовался я. - Для усиления! - убежденно ответил Мишутка. - А ты в своих записках пишешь только правду? - Ничего, кроме правды, - подтвердил я. - Ну и зря! - махнул лапой наш друг. - Это будет неинтересно! Назревал серьезный спор, но мы все очень устали, поэтому вместо словесных баталий стали созерцать водные просторы. * * * - Нет ли автобусных экскурсий к истоку Волги? - Увы, такие не проводятся, - ответила она. - А в 2019 году были. - Не может быть! - возразила гид. Я не стал спорить и вернулся к другу. - Похоже, в этом году мы к истоку Волги не выберемся, - заключил Паумен. * * * "Капитан Марков" шел обратно. Погода стояла хорошая: иногда солнце закрывали облака, но чаще оно освещало нам путь. Мы с нижней палубы смотрели на величественные разливы Селигера. Опять прошли тем же маршрутом, закрепив волшебные воспоминания. На Селигере - благодать! А у Осташковского плеса, когда миновали пристань Городомли, даже видели радугу! Затем теплоход сделал резкий разворот в сторону Осташкова: раньше не повернуть, ибо возле острова Кличен, заросшего камышом, - слишком мелко. И нам вновь открылись панорамы города с куполами церквей. * * * В половине восьмого "Марков" причалил. Мы вернулись домой знакомым путем. В квартире оставили вещи и отправились в "Уху", где был забронирован столик. Хотя зачем мы его бронировали? В ресторане были заняты четыре из шести столиков на веранде и всего один в общем зале. Нас гостеприимно посадили у окна. Мы заказали по теплому салату из судака и по порции котлет из щуки. Затем с официантом Ярославом пообщались насчет прогулки на катере. * * * Стоял тихий солнечный вечер, редкость для Осташкова. Паумен хотел запечатлеть закат, который ждал нас в 21:13. Выяснилось, что солнце не опускается в Селигер, а скрывается где-то в городской застройке. Великолепно поужинав, мы отправились домой. Особенно понравились котлеты из щуки! Так поздно вернулись, что даже не посмотрели "Декстера". Зато получился крайне насыщенный день! 4. Отдых. 22 июля, средаЯ встал рано, ощущая разбитость и усталость. Записки не сочинялись, всё валилось из рук. Кое-как набросав поверхностные впечатления о Серебряном озере, я дождался половины двенадцатого и пошел будить Паумена. - Гризли, я хочу еще поспать! - заявил мой друг. - Но вчера ты собирался в это время идти купаться! - возмутился я. - Я хочу спать! - Если бы я знал, что ты встанешь позже, то и сам бы дольше спал! Паумен лишь повернулся на другой бок. * * * Я отправился на кухню. Посмотрев в окно, обнаружил на небе большую темную тучу. "Надо до дождя сходить в магазин", - решил я. Вышел на улицу, снова взглянул на небо и вернулся. Зачем? Взять зонтик. Призрачно светило солнце, затем перестало, лиловая туча закрыла полнеба. "Как бы не промокнуть", - подумалось мне. Как только я вернулся из "Пятерочки", начался дождь. * * * Вскоре с неба хлынули потоки воды. Тут на кухню вышел сонный Паумен. - Такого больше не повторится, - пообещал мой друг. - Впредь буду соблюдать договоренности. Пока Паумен пил кофе, дождь прекратился. - Что будем делать? - спросил я. - Устроим разгрузочный день, - предложил мой друг. - Просто искупаемся и вернемся домой. * * * Так мы и поступили. Отправились на наш пляж, что рядом с речным вокзалом. Не взяли с собой ни кошельков, ни мобильных телефонов, чтобы плавать вместе: лишь пакет с полотенцем и двумя зонтиками. На пляже никого не было, только в озере торчал какой-то мужик. Когда мы подплыли к нему, он принял вид оскорбленной добродетели и ретировался на берег. * * * - Идеальное место, - сказал я. - Мы здесь совершенно одни. Никто в Осташкове не собирается купаться в такую погоду. Лишь один человек залез в воду, да и то чтобы постирать свой спасжилет. Вода в Селигере была чистой. Мы добрались до места, где нет дна. Это оказалось не так уж и далеко от берега. Насладившись купанием, полюбовавшись видами, проследив за теплоходами, то подходившими к речному вокзалу, то отходившими от него, мы выбрались на сушу. * * * Вчера забыл сказать, что на Городомлю ходят "метеоры". Нет, скорее, "кометы". Примерно на таком судне в 2016 году мы шли на Кижи, что около Петрозаводска. "Кометы" более быстроходны, чем "Марков" и "Хоробрых", но без верхней палубы. Эти скоростные суда ходят на Городомлю регулярно, время в пути - не более пятнадцати минут. * * * От пляжа мы дошли до речного вокзала, чтобы записаться на теплоходную экскурсию. - Какую? - спросит заинтригованный читатель. - Пусть это останется тайной до завтра, - отвечу я. Когда возвращались по Ленинскому, вновь закапал дождь. - Хотя бы не ливень, - отыскал позитив Паумен. * * * Целый день проблески солнца сменялись интенсивными зарядами дождя. - Бывают такие дни летом, - сказал мой друг, - но только не в Питере, а где-то на юге. - Здесь вообще много дождей, - рассеянно ответил я. Разложив вещи и повесив полотенце на балконе, мы еще попили чая. При этом дождь бодро лупил по окнам. Затем снова засветило солнце. И мы отправились во "Вкус Селигера", где позавчера купили терпуга горячего копчения. * * * - Давай возьмем сома! - горячо предлагал я по пути к ларьку. - Он вкусный, и в нем мало костей. - Он очень большой, - возражал Паумен. - У него голова огромная, а туловище - обыкновенное. - Я бы снова взял терпуга. - Ну, надо же попробовать и другую рыбу! Вдобавок я преисполнился желанием в этой поездке купить угря. Да, дорогой, 490 рублей за сто грамм, но ведь всё-таки угорь! * * * И вот мы вошли в рыбный ларь. На этот раз ассортимент оказался богаче: имелись ряпушка, налим и голец, а также лещ, терпуг и угорь. Мужчина перед нами взял терпуга: рыбина потянула на полкило. - А часть угря, конечно, взять нельзя? - на всякий случай спросил я. - Нет, - ответила продавщица. - Одна рыбина весит граммов восемьсот? - не унимался я. - Час назад мужчина купил угря за три тысячи, - сообщила девушка. Паумен же вообще не желал и слышать об угре. - Я не знаю, как его разделывать, - объяснил мой друг. - Какие тут могут быть сложности? - удивился я. - Надо просто отделить мясо от чешуи. После долгих споров мы выбрали компромисс - судака. * * * Возвращались домой мимо "Ухи". - Давай зайдем и пообедаем, - предложил мой друг. - Мы же забронировали столик на полседьмого. - А я бы сейчас поел. - Тогда давай съедим судака! * * * Судак, который весил граммов семьсот, оказался замечательным. Правда, Паумен уверял, что терпуг немного вкуснее. Я же большой разницы не заметил. Рыба горячего копчения - такой деликатес, что даже сложно передать словами! - Наелся, - сообщил я. - Еще бы съел, - сказал Паумен. - Лично я ощущаю усталость. - Тогда поспи. - Я никогда днем не сплю. - А ты попробуй. * * * И мне это удалось! С половины пятого до семи вечера я спал, а Паумен читал интернет-новости. События в мире творятся сумасшедшие: начнешь читать - точно не уснешь. В частности, дрон ВСУ попал в жилой дом. Это случилось в Ялте, на улице Красноармейской, недалеко от дома-музея Чехова. А мы ведь там были всего три месяца назад! * * * Вечером отправились в "Уху". Заказали по салату с угрем и грибную похлебку. Копченый угорь был выше всяческих похвал! Наш третий визит в рыбный ресторан оказался самым продолжительным: мы проторчали в "Ухе" почти два часа. - Медленно ели, смакуя? - предположит читатель-гурман. - В черепашьем темпе обслуживали! - перебью я. * * * Официант Максим спал на ходу. Чая мы ждали не менее получаса, а рассчитывать нас и вовсе никто не желал. Наконец к нашему столику подошел Максим и задумчиво спросил: - Вы еще хотите что-то заказать? - Нам бы счет. - Хорошо. У вас оплата по карте? - Да, и я вам об этом уже говорил. - Извините, заработался, - произнес Максим, словно последние два часа таскал мешки с цементом. Когда мы уходили, официант подошел к нам и сказал: - В голове не укладывается, что я мог забыть вашу просьбу. Ну и что мне было на это ответить? * * * Мы же в честь разгрузочного дня посмотрели две серии "Декстера". И всё бы было замечательно, но нас почему-то атаковали комары. Только представьте себе, при двух включенных фумигаторах эти кровопийцы не только летали, но и кусали. Пришлось мне устроить безжалостную охоту. Не представляю, как эти твари проникают в квартиру: ведь все противомоскитные сетки находятся в идеальном состоянии! 5. Внутренние озера острова Хачин. 23 июля, четвергИ вновь теплоходная экскурсия! Будильник зазвенел в семь утра. Я встал, долго составлял записки, а в 12:15 разбудил Паумена. Оставив друга, поспешил в "Пятерочку". Потом мы стали собираться. Паумен явно не успевал, я его торопил, а он огрызался. Вышли из дома в 13:20. За пятнадцать минут добрались до речного вокзала, без очереди купили билеты, а в 13:45 нас пустили на борт. На этот раз мы шли на теплоходе "Капитан Хоробрых" (ударение на второй слог). Судно того же типа, что и "Марков". На входе в рулевую рубку я обнаружил надпись: "Пещера Вождя". Значит, экипаж с чувством юмора. * * * Гид Наталья Алексеевна Савельева понравилась мне даже больше, чем Алла. Всегда бодрая и оптимистичная, Наталья грамотно построила свой рассказ, продуманно описав все достопримечательности. Да и во время пешей прогулки проявила хорошие организаторские навыки. * * * Теплоход поначалу шел тем же маршрутом, что и на Серебряное озеро. Паумен почти сразу спустился на нижнюю палубу, а я остался на верхней. Сообщу ряд любопытных фактов, которые услышал от Натальи. Начну с того, что между островами Кличен и Городомля имеется пролив Чертовы Ворота, где нередко разгоняется ветер такой силы, что малые суда просто не могут пройти. Название "Городомля" переводится не как "много городов" (так нам объясняли в 2019 году), а "поселение вокруг большой воды". (В интернете также пишут, что элементы слова (-омля, -мля, -ля) могут иметь финское происхождение и означать "большая вода"). * * * На этом острове писал этюды Шишкин. Многие осташи убеждены, что "Утро в сосновом лесу" родилось на Городомле. В 20-х годах ХХ века здесь работал институт, изучавший способы борьбы с ящуром, а после Великой Отечественной стали делать гироскопы и планировать полеты в космос. Почему-то остров всегда привлекал разные государственные службы. Добавлю, что в поселке Солнечном, который находится на Городомле, имеются больница и бассейн, а вот в Осташкове бассейна нет. * * * Довольно странно идти на теплоходе по плесам, повсюду на суше встречая палаточников, и не увидеть ни одного человека на привлекательных берегах Городомли. Кажется, остров необитаем, но на одном из пляжей заметна какая-то предупреждающая табличка. - Стой, стрелять буду! - предположил Паумен. - Кто в Городомлю по воде придет, тот вернется вперед ногами, - усилил я. * * * Когда Селигер начинает покрываться льдом, с Городомли в Осташков и обратно курсирует ледокол. Он около месяца прокладывает путь, пока лед не становится слишком крепким. По льду сначала ходят пешком, потом на легковых машинах, а позже (толщина ледового покрова на Селигере достигает 70 сантиметров) и на грузовиках. - Селигерский лед крепок! - c гордостью пояснила Наталья. * * * В целом путь по воде был уже привычен. В Заречье теплоход всегда берет на борт пассажиров (а потом должен высадить их там же), поэтому экскурсионные маршруты неизменно обходят остров Городомля с левой стороны. Наш путь лежал к деревне Волоховщина (ударение на второй слог): она находится на дальнем от Осташкова берегу острова Хачин. Если бы не вынужденный заход в Заречье, теплоход мог бы следовать в Волоховщину через Нилову пустынь (и мы бы увидели Майскую косу), а назад - в обход Хачина. * * * На длинном песчаном берегу, слева от церкви Николы-Рожок, места под палатки сдают за умеренную плату. Взамен туристам привозят воду и дрова. - Кому охота стоять рядом с другими? - поморщился Паумен. - Здесь нет другого выхода, - объяснил я, - зато отдых более комфортный. На Селигере очень много туристов, и места для всех банально не хватает. * * * И снова от Заречья (на этот раз в "Соколе" не останавливались) - через многочисленные турбазы, вышку "Ладьи", дом-дворец и маленькую часовню напротив - пошли в сторону Хачина. Вскоре огромный остров потянулся справа по борту. Я долго вглядывался и понял, что на Хачине растут не только хвойные деревья: где руку приложил человек, зеленели и лиственные. * * * Тут самое время сказать о погоде. Сегодня была холодная ночь. С утра - плюс 13, потом плюс 14. Небо плотно затянуло тучами, но дождя не обещали, так что зонтики с собой мы не взяли. Наоборот, после четырех дня должно было выглянуть солнышко, а воздух прогреться до 18 градусов. Народу на теплоходе, как и в прошлый раз, оказалось немного. Около ста человек, хотя вместимость - двести-триста пассажиров. (Гугл утверждает, что судно рассчитано на 225 человек на коротких (до 4 часов) рейсах. 140 мест оборудовано внутри закрытого салона, а остальные пассажиры могут разместиться на открытой палубе.) * * * Пройдя по внутренней реке Непри, теплоход не последовал в Троицкий плес, а резко свернул вправо, в обход Хачина. Таким образом, мы оказались на Волоховском плесе. Видели заброшенную пристань, а на берегу - ни дома. Наталья объяснила, что несколько наших деревень в годы войны сожгли по приказу Сталина (думали, что их захватят фашисты): вот почему сохранилась одна лишь пристань. Немцы же до этих мест не дошли, их наступление остановили раньше. - То был приказ не Сталина, а Ставки Верховного Главнокомандования, - вмешается продвинутый читатель. - Ну и что с того? - отвечу я. - Решение единолично принял Иосиф Виссарионович, это в его духе, а потом все подписались. Российский народ за последние годы настолько полюбил генералиссимуса, что стало опасно писать об Отце Народов хоть что-то негативное. Кстати, на борту теплохода я видел мужчину в футболке с портретом Сталина. Интересно, обрадовался бы этот экскурсант, если бы его дом сожгли в государственных интересах? * * * Гид сообщила, что Хачин объявлен природным заказником. На острове нельзя ставить палатки и разводить костры, однако многочисленные туристы-водники игнорируют запреты. - Сталина на них нет! - вмешается любитель Иосифа Виссарионовича. Невооруженным глазом было видно, что на любой худо-бедно приличной стоянке разместились люди. Может, они и пользовались газовыми горелками, но спали уж точно не на голой земле. Добавлю, что на Хачине есть два внутренних Белых озера - Южное и Северное, мы направлялись к Северному. * * * Когда подходили к Волоховщине, я спустился к Паумену. - Нам предстоит сложный маршрут, пять километров по лесу, - предупредила экскурсовод. - Если чувствуете, что не справитесь, можете остаться на Белом озере, а потом самостоятельно вернуться к теплоходу. - Ты чувствуешь в себе силы? - спросил я. - Не особо, - ответил Паумен. - Но мы ведь специально взяли экскурсию на внутренние озера. Какой смысл оставаться на самом первом из них? * * * Теплоход причалил. Команда хотела опустить трап, но что-то не заладилось. Тогда "Хоробрых" встал боком к пристани и высадил пассажиров с правого борта. Наталья сообщила, что в советское время в деревню Волоховщина ежедневно ходил рейсовый теплоход. После развала Союза этот маршрут, как и все другие по Селигеру, отменили. Корабли несколько лет стояли без дела, а потом их стали использовать для экскурсий. - Некоторые и вовсе сдали в металлолом, - печально добавила гид. * * * - Деревня Волоховщина - центр туризма на Хачине, - продолжила Наталья. - Глэмпинг. Мало кто из туристов понял, о чем идет речь. - Ну, Шикша, - пояснила гид. Но и это не внесло ясности. Позже выяснилось, что глэмпинг - новый вид отдыха, сочетающий гостиничный комфорт с возможностью побыть на природе. А "Шикша" - курортный лагерь, предоставляющий такие услуги. Из-за нехватки времени не стану углубляться в эту интересную тему, дам лишь ссылку на сайт "Шикши". По пути к озеру мы шли мимо комфортабельных домиков. - А что здесь делать на отдыхе? - спросил Паумен. - Купаться, загорать, ходить за грибами, - ответил я. - А если плохая погода? - Просто наслаждаться природой. * * * Не смог удержаться, посмотрел цены за домики в "Шикше". В среднем 10 тысяч в сутки, но и предложения отменные! Как туда добраться? Из деревни Заборки, что на материке, подвозит катер. Добавлю, что в "Шикше" есть возможность отдохнуть и зимой. * * * Наша группа, примерно девяносто человек, высадилась на берег. Многовато для прогулок по лесу, согласитесь? Правда, часть туристов сразу отделилась и куда-то целеустремленно зашагала. Может, они на теплоходе приехали в "Шикшу" или в другой лагерь? Оставшиеся экскурсанты по песчаной дороге пошли в сторону деревни. На ближайшей улице обнаружились три кирпичных дома XIX века. * * * Какая-то женщина продавала окуней горячего копчения и сушеные белые грибы. - Здесь окунь точно местный! - заявил я. - Всё равно не будет брать, - сказал Паумен. - Он костистый. Полноценно изучить товар или сфотографировать каменные здания не было возможности: экскурсанты плотной толпой двигались по улице. - На обратном пути сниму, - пообещал я другу. * * * Здешняя местность чем-то напомнила нам Байкал, поселок Большие Коты: трудно добираться, только по воде, песок у берега. Пройдя метров шестьсот, мы остановились, дожидаясь остальных. Затем Наталья продолжила рассказ: - Сюда в нулевых годах приехали фермеры Синенко из Харькова. Они пытались возделывать поля, но из затеи ничего не вышло. Здесь плохо всходит урожай, а если что и родится - тут же прибегают кабаны из леса и всё сжирают. Наталья указала на ближайший лесок, метрах в пятидесяти от нас, где росли невысокие сосны. - Раньше там находилось их поле, - пояснила гид. Затея с экологически чистыми продуктами оказалась неудачной, но фермеры не пали духом, а переключились на туризм. Сейчас, по словам гида, у них всё хорошо. Алиса добавляет, что Синенко открыли "Хачин дом" - уютное кафе на берегу Селигера. * * * Наш путь лежал к Белому озеру: на карте там указан большой пляж. Я ожидал увидеть песчаный берег и много пространства для отдыха. Даже думал: может, и нам там остаться? На деле всё оказалось куда скромнее. Для купания имелся всего один сход с мостками, а перед озером даже посидеть было негде, отчасти поэтому все экскурсанты последовали за Натальей. * * * Вскоре мы остановились возле Черного озера. Оно соединялось с Белым узкой протокой. Если в Белом вода была прозрачной, то в Черном - коричневой, торфяной. А еще там никто не купался. Подходов к Черному оказалось очень мало, пространство вокруг было заболоченным. Наглядевшись на эту немного мрачную картину, мы отправились дальше. * * * - Обратной дороги нет! - патетически воскликнула Наталья. - Либо вы возвращаетесь сейчас, либо идете со мной до конца! Туристы решительно двинулись за экскурсоводом. - Пусть мужчины помогают женщинам, - добавила Наталья и ускорила шаг. Ее призыв вскоре стал понятен: тропу, по которой она вела нас, в нескольких местах преграждали поваленные деревья, через них следовало либо перешагивать, либо даже перелезать. Нам еще повезло, что погода стояла прохладная: при жаре такая прогулка далась бы тяжелее. Впрочем, куртки мы сразу сняли. * * * С нами на Хачин отправился Бегемот. Он еще в Питере ультимативно заявил, что поедет в Осташков, ибо устал постоянно сидеть дома. Наш друг был очень доволен увиденным и громко басил из рюкзака: - Вот это природа! Классный лес! Жаль, здесь не водится бегемотов! Правда, гиппопотама слегка напоминала одна из экскурсанток. Она весила около 150 килограммов и замыкала нашу группу, не поспевая за остальными. Для женщины прогулка по лесу стала настоящим испытанием. * * * Мы пробирались по тропинке, внимательно глядя под ноги. - Наталья специально повела нас по бурелому, чтобы мы ощутили все трудности пути, - предположил я. - Наверняка рядом есть более удобная тропа. Через полтора километра мы вышли к озеру Остреченье. Далее следовали еще два водоема, соединенные протоками, - Платичье и Щучье. Все озера были лесными и находились во впадинах. Я, влекомый жаждой первооткрывателя, спустился и к Остреченью, и к Платичью. Второе название указывает на обилие плотвы, а первое происходит от старинного слова "острец": так в этих краях издавна называли окуня. - Значит, в озерах полно рыбы! - заключил Паумен. - А бегемоты есть? - послышался голос из рюкзака. * * * В лесу попадались грибы и ягоды, хотя какой-то экскурсант и заявил, что они еще толком не пошли. И снова не было комаров - весьма странный феномен! А в нашу квартиру в Осташкове, несмотря на прекрасные сетки на окнах и фумигаторы, всё равно проникают кровососы. Да, комфортно живется любителям глэмпинга на Хачине! * * * В конце концов мы добрались до Щучьего. Оно не впечатлило так, как Серебряное. - Обыкновенное лесное озеро, - констатировал Паумен. Позже мы думали: почему у нас возникло такое чувство? - Просто мы видели много разных озер, - догадался мой друг, - в том числе и лесных. Например, Чертово озеро недалеко от Зеленогорска или прекрасные водоемы в окрестностях Луги. - Но там везде были комары, - уточнил я. * * * - Стоянка - полчаса! - объявила Наталья. - Кто хочет, купайтесь! Из восьмидесяти человек призыву гида последовали лишь шестеро. Разумеется, мы в том числе. Первой в воду бросилась женщина, которая затем уплыла куда-то далеко-далеко, к другому берегу, и вылезла из Щучьего самой последней. Затем в списке активных купальщиков числились мы, удалившись от берега метров на сто пятьдесят. А три аутсайдера минут пять плескались там, где очень мелко. Остальные экскурсанты просто сидели на траве и любовались пейзажами. В лучшем случае гуляли по окрестностям. * * * Купание в Щучьем стало кульминацией прогулки. Пока мы одевались, на поляну выскочил ретривер: он резво скакал по траве и со всеми играл. Затем дружелюбный пес бросился в озеро, через минуту выскочил и, совершенно мокрый, продолжил свои развлечения. Тут на берегу появился хозяин. С третьей попытки он взял собаку на поводок и куда-то повел под грустные взгляды экскурсантов. * * * Вскоре группа отправилась в обратный путь. Он оказался значительно легче. Видимо, и вправду Наталья вела нас сюда сложной тропой, чтобы все ощутили нехоженость леса на Хачине. Назад мы возвращались утоптанной лесной дорогой. Но всё равно устали - во многом после водных процедур. Когда мы вышли в деревню с другой стороны, то увидели яркие образцы глэмпинга: шатры на уютных лужайках. Затем впереди показались озеро, пристань и наш теплоход. Паумен пошел занимать места за столиком, а я еще сфотографировал дома XIX века. * * * Вскоре теплоход отчалил. Мы с нетерпением ждали горячего чая: уже даже приготовили конфеты, которые я утром купил в "Пятерочке". Однако буфет оставался закрытым: лишь минут через пятнадцать один из мужчин стал принимать заказы. Выяснилось, что на "Хоробрых" (в отличие от "Маркова") нет штатной буфетчицы. Почему? Наверное, не захотели делить прибыль с еще одним человеком, поэтому члены команды заодно исполняли и функции буфетчика. Из-за этой скупости трапеза на "Хоробрых" оказалась менее удобной, чем на "Маркове". * * * На нижней палубе корабля были развешаны старые фотографии Селигера и Осташкова. В частности, снимок теплохода "Максим Горький" в далеком 1958 году. На фото, сделанном с суши во время отправления, все пассажиры просто стоят на борту, никаких сидячих мест не видно. - Наши предки были весьма непритязательны, - заметил я. - А современному человеку подавай комфорт, - добавил мой друг. * * * Как и предполагалось, поездка завершилась на полчаса раньше, чем было заявлено. Уже в 19:40 мы сошли на берег. Прогноз не подкачал: на небе появилось солнце, да так и светило до самого вечера. На этот раз мы прогулялись по Ленинскому проспекту. Я наконец сфотографировал магазин сувениров. Он называется "СелигернОСТи", "ОСТ" означает Осташков. Магазин открылся несколько месяцев назад. Местная пресса преподносит это событие как новую веху в развитии туризма в городе. * * * В Осташкове сохранилось немало интересных зданий, но куда больше - безвозвратно потерянных. Развитие внутреннего туризма не смогло переломить эту печальную тенденцию. Возьмем, к примеру, деревянное здание на Ленинском проспекте (дом 80) напротив Знаменского монастыря. Раньше там находился магазин, сейчас он закрыт. Постройка медленно разрушается, лет через пять ее уже будет не восстановить. В центре города встречается немало деревянных домов с заколоченными ставнями. Иногда на каменных зданиях висит объявление "Аренда". * * * "Интересует? Звоните! Номер телефона". Эта броская надпись украшает двухэтажный деревянный дом, пришедший в полнейший упадок. - Кого это может заинтересовать? - возмутился я. - Здание неремонтопригодно! Раньше надо было думать: теперь слишком поздно. - Может, когда вешали объявление, дом был еще ничего? - предположил мой друг. * * * Да, в городе функционируют речной вокзал, четыре музея, ресторан "Уха" и павильон "Вкус Селигера". Но в целом нет серьезных перемен к лучшему. Те, кто хочет насладиться природой и Селигером, сразу отправляются на многочисленные турбазы или предпочитают глэмпинг. Осташков же остается не у дел. Что говорить, если население города по-прежнему сокращается? В 2019 году было 16 тысяч, а сейчас - 15. * * * Мы вернулись домой, разложили вещи и отправились в любимый рыбный ресторан. Взяли по порции "Ухи сезонной" (там судак и щука, но без угря) и повторно котлеты из щуки. На этот раз нас обслужили быстро. Уха оказалась наваристой и вкусной, котлеты из щуки - снова не подвели. - Ужинать здесь - одно удовольствие! - признался я. Ресторан работает на полную катушку, но есть пробелы в ассортименте. Например, отсутствует наша любимая солянка, хотя и указана на сайте. А еще я хотел заказать пельмени из судака, но их не оказалось в наличии. - Мелкие недостатки не в счет! - махнул рукой мой друг. * * * Вышли из "Ухи". Какие-то идиоты включили в машине радио на полную мощность - окрестности накрыла попса чудовищной силы. - Из твоей комнаты будет слышно, - предупредил я Паумена. Вчера мой друг жаловался на энергичные ритмы, доносящиеся с набережной, которые прекратились лишь после десяти вечера. А у нас впереди - пятница, суббота и воскресенье. Что тут скажешь? Провинция и есть провинция. * * * Мы еще вышли на набережную, чтобы полюбоваться Осташковским плесом. Солнце медленно садилось. Насмотревшись на водные просторы, отправились домой. Вскоре громкую музыку уже не было слышно. 6. Майская коса. 24 июля, пятницаВ десять утра я позвонил Николаю, владельцу катера, об этом мы с ним договорились позавчера. - Что за Николай? - схватится за голову читатель. - Откуда он взялся? - Его телефон я узнал от официанта Ярослава, который несколько дней назад, кроме меню, принес нам еще и прейскурант на водные прогулки по Селигеру, - терпеливо отвечу я. - Можно не углубляться в подробности, а сразу перейти к делу? - Валяй, - милостиво согласится читатель. - У нас всё в силе? - уточнил я у Николая. - Я уже сам собирался вам звонить, - ответил он. - Встречаемся в три часа на набережной напротив ресторана "Уха". - Договорились! * * * В час дня я разбудил Паумена, а потом отправился в "Пятерочку". Небо было затянуто облаками, но дождь не обещали. Когда я вернулся, мой друг пил кофе. У нас еще было время, поэтому я рассказал товарищу подробности о глэмпинге и уникальном курортном лагере "Шикша". - Они предлагают комфортный отдых на Селигере в таких местах, - воскликнул я, - где раньше можно было заночевать только в палатке! Паумен слушал с любопытством. Затем вздохнул и произнес: - Очень интересно, но слишком дорого. К сожалению, одно неизменно связано с другим. * * * Настало время "выхода в свет". Мы подошли к пристани Городская набережная без десяти три. Никакого катера там не было. Правда, какое-то белое судно стояло на причале, метрах в трехстах ближе к речному вокзалу. - Может, это Николай? - предположил Паумен. - Мы договаривались напротив "Ухи", - ответил я, но на всякий случай позвонил. - Буду у вас через минуту, - ответил владелец катера. * * * Наш гид появился минут через пять. И пока белый катер под названием "Шурик" приближался к нам, молвлю пару слов о набережной. Ее построили в 80-х годах. Осташи дружно выступили против непонятной конструкции. - Как же мы будем спускать на воду наши лодки? - вопрошали одни. - И как нам теперь стирать белье в Селигере? - жаловались другие. Ныне уже всем ясно, что набережная превратилась в одну из визитных карточек города. Без нее теперь Осташков и представить трудно. * * * И вот белый "Шурик" медленно подошел. Николай помог нам забраться на судно. - Размещайтесь здесь, - предложил владелец катера, указав на два места на носу. * * * Мы отошли от пристани и вскоре остановились напротив речного вокзала. Буквально за несколько минут Николай рассказал нам множество интересных историй, добрую часть которых я не запомнил. Поделюсь тем, что сохранилось в памяти. Мы узнали, что район Осташкова слева от "Ухи", если смотреть с воды, называется "Америка". Почему? - Раньше говорили: "Не пойдем в тот район, туда идти далеко, как до Америки", - объяснил Николай. Речной вокзал с воды напоминает "Метеор-115" - скоростное пассажирское судно на подводных крыльях. Архитекторы были так восхищены этой моделью, что воплотили в камне ее формы. * * * Николай рассказал и о знаменитой каланче, сохранившейся до сих пор. Мы еще с 2019 года знали, что Осташков на протяжении веков сильно страдал от пожаров, буквально уничтожавших город с периодичностью раз в 40-50 лет. Именно поэтому в 1843 году по инициативе местных жителей здесь сформировали первую в стране добровольную пожарную команду. В 1868 году в Осташкове случилось очередное масштабное возгорание. Пожарные отчаянно боролись с огнем, но их усилия были тщетны. Эта трагическая история наглядно показала, что одного энтузиазма для укрощения стихии недостаточно. Уже на следующий год на Торговой (ныне Свободы) площади отгрохали большую пожарную каланчу: требовалось неустанно следить за городом и в случае возгорания срочно выезжать на тушение пламени. - Откуда они взяли на это деньги? - спросит практичный читатель. - Неужели им из Москвы выделили? А вот и нет! Каланчу возвели на средства Общественного банка, открытого в 1819 году: его пополняли сами горожане-осташи. - Этот банк стал вторым общественным банком в Российской империи! - гордо заявил Николай. * * * А вот еще одна любопытная история от нашего гида. Местный миллионер Федор Савин страстно влюбился в известную московскую барышню. Ради нее он был готов на всё и мечтал лишь об одном: перевезти свою возлюбленную в провинциальный Осташков. - Но что я буду там делать? - удивлялась столичная дива. - У вас даже театра нет! Тогда Савин пожертвовал ради любви каменным корпусом своего старого кожевенного завода. Здание полностью перестроили, оборудовали там сцену, зрительный зал, а также создали оркестр из двадцати музыкантов. - А мы его не видели, - признался я. - Не видели театра и пожарной каланчи? - искренне удивился Николай. - Значит, вы еще не были в Осташкове! * * * Наш гид рассказал и об игре в рюхи - местной разновидности городков, имеющей уникальные правила. В Осташкове "рюхают" уже несколько веков, а сейчас игрой заинтересовались и жители других городов, в частности нижегородцы. - Я верю, что первый чемпионат мира по рюхам, - воскликнул Николай, - обязательно пройдет в нашем городе! 1 августа в Осташкове традиционно стартует гастрономический фестиваль "Селигерский рыбник". Он посвящен, как уточнил наш гид, кулинарному бренду края - местному пирогу с начинкой из судака или щуки, рецепт которого передается из поколения в поколение. "Рыбник" проходит на городской набережной и собирает тысячи туристов. - Жаль, что мы в этот день уже будем в Питере, - вздохнул Паумен. * * * Затем наш гид завел мотор, и мы лихо помчались к женскому Богоявленскому монастырю, расположенному на острове Житном. Вернее, он раньше был островом, а сейчас соединен с городом насыпью. Справа от нас остался остров Вороний. - Он так назван из-за темно-синего, почти черного цвета холма, - пояснил Николай. - Таким он кажется издалека с воды. По ходу движения наш гид рассказал об адмирале Ушакове. Этот легендарный человек за свою военную карьеру не потерпел ни одного поражения. Памятник адмиралу установили возле причала патриотического лагеря "Наука побеждать" на острове Фомичева - туда можно добраться только по воде. * * * Большой плюс прогулки на катере - возможность быстро достичь любой точки озера и там остановиться. Так, мы подошли буквально к самому бюсту Ушакова, а также увидели вблизи деревянную церковь великомученика Георгия. - Я еще долго могу рассказывать, - заметил Николай, - но тогда у нас не хватит времени на Майскую косу. - Поехали на косу, - сказал я. - Это главная цель нашей поездки. И "Шурик" устремился к острову Городомля. * * * Нам повезло - не было дождя, а после трех часов дня стало временами проглядывать солнышко. На небе, до этого плотно затянутом белыми и серыми облаками, стали возникать голубые просветы. Пока мы шли по Селигеру, солнце то появлялось, то исчезало, а при приближении к Майской косе засияло вовсю. Сделалось даже жарко! * * * Майская коса - уникальное явление. Да, песчаные косы существуют, и их немало (например, Куршская, недалеко от Калининграда), но не такой редкой формы. Эту косу создала сама природа. Селигер имеет ледниковое происхождение: в результате движения огромных холодных глыб на протяжении веков возле острова Городомля возникло географическое чудо - узкая песчаная полоса длиной около 300 метров, уходящая вдаль. В XX веке на конце косы установили красный бакен как ориентир для местного флота. * * * Вид Майской косы сильно зависит от уровня воды в Селигере. Когда он превышает 90 сантиметров, коса почти полностью уходит под воду, кроме широкого образования возле берега. Там находится песчаный пляж с соснами. Когда уровень опускается до 20-30 сантиметров, открывается вся коса до самого бакена. Такое случается крайне редко - весной или осенью. Во время нашей поездки с Николаем уровень воды составлял 76 сантиметров и понижался, поэтому коса была скрыта водой примерно на две трети. * * * Пока мы мчались по озеру, наш гид рассказал о Городомле. Оказывается, он родился и провел детство на этом острове. Мы узнали, что в советское время по берегам через каждые пятьдесят метров стояли часовые с собаками - сегодня их роль играют камеры наблюдения. - Мне бы очень хотелось посетить Городомлю, - сказал я, втайне надеясь, что у Николая есть для этого возможности. - Без пропуска вас туда не пустят, - только и ответил наш гид. * * * Николай сообщил, что на острове его детства есть внутреннее озеро Дивное: очень живописное, с обрывистыми берегами и двумя необитаемыми островками. С XVII века Городомля принадлежала монастырю Нилова пустынь, в самом конце 1890-х годов на берегу озера монахи заложили Гефсиманский скит. - А как тогда называлось озеро? - спросит въедливый читатель. - Внутреннее, - отвечу я, проконсультировавшись с Гуглом. * * * На Майской косе обнаружилось человек двадцать: все они добрались сюда на лодках и катерах. Имелся и необычный ботик для прогулок с надписью "Аренда". Судя по всему, люди пришли на нем из Заречья, где открыт прокат самых разных плавсредств. Пока что на Селигере таких ботов мало, но их число, по мнению Николая, будет расти. Они чем-то похожи на паромы, там можно прямо на борту жарить шашлыки и сразу устраивать пикник. А какие хаусботы предлагают в "Шикше" (17 тысяч рублей в сутки)! * * * Мы причалили к Майской косе: я помог Паумену сойти на берег. - Идите до бакена! - напутствовал нас Николай. И мы пошли вперед. Метров через пятьдесят коса сделалась очень узкой, а еще через сто суша и вовсе исчезла из-под ног. Дальше следовало идти по очень тонкой песчаной кромке, чтобы вода была по щиколотку: шаг в сторону - и тут же становилось по колено. Удивительные ощущения! Нам повезло: вместе с нами до бакена никто не шел, разве что молодая женщина с ребенком, которых мы быстро обогнали. Через некоторое время они и вовсе повернули назад. Мы же в полном одиночестве добрались до самого конца косы. Светило яркое солнце, было жарко, стояла отличная погода. Вдалеке виднелась величественная Нило-Столобенская пустынь с могучим архитектурным ансамблем. Природа в тот день преподнесла нам роскошный подарок! Прогулка по косе надолго останется в памяти! * * * Вскоре мы повернули назад. - Я еще хочу искупаться, - сказал Паумен. - На купание не остается времени, - возразил я. - Прошло уже сорок пять минут из оплаченного часа. - Гризли, надо обязательно поплавать! - настаивал мой друг. "Если что, доплачу", - решил я и пошел к Николаю. Взяв свой рюкзак с катера (там были полотенца и во что переодеться), я вернулся к Паумену. Наш гид насчет времени мне ничего не сказал, лишь загадочно произнес: - С одной стороны косы вода - живая, а с другой - мертвая. Вы должны определить: с какой какая? * * * Сначала мы искупались с той стороны, что ближе к Осташкову. Там было мелко, а вода показалась нам очень теплой. Затем мы зашли в озеро с берега, куда причаливали почти все лодки и катера. На этот раз вода оказалась ощутимо холоднее, и буквально через десять метров резко становилось глубоко. О своих ощущениях мы рассказали Николаю. - Мне тоже так показалось, - согласился он, - поэтому я купался со стороны Осташкова. Наш гид объяснил, что на Майской косе всегда с одной стороны теплее, а с другой холоднее. В зависимости от погоды эти стороны могут меняться местами. * * * Наш недолгий визит подошел к концу. Мы залезли в катер, что оказалось не так-то легко. Наш гид не стал сразу уезжать, а еще минут двадцать душевно пообщался с нами. В разговоре мы упомянули, где живем в Осташкове и что уже видели. Николай вспомнил, что в свое время водил экскурсии от турбазы "Сокол". Один из маршрутов был таков: группа шла от деревни Волоховщина до озера Щучье, где экскурсантов встречали гармонист и вкусный обед. Затем сытые туристы выходили к берегу Селигера с другой стороны Хачина. Наш гид сильно удивился, узнав, что на Майскую косу теперь ходят теплоходы. (По крайней мере, такой маршрут указан на сайте речного вокзала.) * * * Николай рассказал, что у большинства катеров на Селигере - подвесные моторы. Это практично, всегда можно поднять, если надо проходить по мелководью. И добавил, что на воде необходимо быть предельно осторожным. - Я неоднократно видел затонувшие катера, - признался Николай, - а один раз даже ушедшую под воду яхту вместе с мебелью. Достаточно микроскопической трещины в элементах крепления мотора, чтобы внутрь начала проникать вода. По словам гида, она накапливается медленно, но при определенном повороте руля трещина раскрывается и судно начинает резко тонуть. Однажды людям даже пришлось прыгать с яхты в озеро, чтобы не уйти на дно вместе с ней. * * * На перспективу Николай предложил нам немало маршрутов. Он был слегка разочарован, что мы уже побывали и на Серебряном озере, и на внутренних озерах Хачина. Заверил, что знает еще много интересных мест, куда может нас свозить. - Но это не меньше двух часов, - уточнил наш гид. - Конечно, для двоих - дороговато, оптимальнее прогулки вчетвером. Мы же были просто очарованы поездкой на косу. Да и Николай произвел приятное впечатление. Особенно порадовала его интеллигентность. Казалось, что он родился не в Городомле, а всю жизнь провел в Питере. - Что за снобизм?! - воскликнет читатель из глубинки. - Знавал я и изрядных хамов из Питера! - Городомля - столица мира, - отвечу я, чтобы закрыть тему. * * * И вот Николай завел мотор "Шурика". Мы, комфортно расположившись на носу катера, отправились в обратный путь. Снова миновали прекрасные водные разливы и уже минут через пятнадцать были на пристани. Расплатились и тепло расстались с нашим гидом. - Если надумаете еще покататься, звоните, - сказал на прощание Николай. - Обязательно! - пообещал я. Прогулки на катере впечатляют и завораживают, но очень дорого стоят. Тот же принцип: чем интереснее, тем дороже. Пока мы еще не решили, будем ли снова брать катер. Слегка утешает, что прогулка, заявленная на час, растянулась на полтора. * * * Мы вернулись домой и чуть позже отправились в любимый рыбный ресторан. На этот раз решили взять "Батю", самую дорогую уху в меню. Одна порция стоила больше тысячи рублей, ведь кроме судака и щуки там еще подавали угря. И вправду, в каждой порции красовался большой кусок этой деликатесной рыбы. Наваристый "Батя" и нежнейший угорь оказались просто бесподобны! В дополнение к ухе мы заказали лишь хлебную корзину и литр морса. * * * После ужина отправились во "Вкус Селигера". Мы здесь в третий раз, и опять другой ассортимент: ряпушка, линь, более мелкий судак, терпуг. Имелся и сом, но только один и очень крупный. - Возьмем сома! - снова предложил я. - Он же огромный! - Уверяю, мы его одолеем! Но Паумен опять отказался, и мы взяли линя на полкило. * * * Дома я разделал рыбину для двоих. Линь оказался неплох: весьма плотный, с выраженным рыбным вкусом. Честно говоря, потом было долго не избавиться от его запаха. - Лучше брать судака или терпуга! - рассудил Паумен. Я же углубился в интернет, изучая рыбную тему. Вскоре выяснились неутешительные новости: угря, которого продают на Селигере, привозят из Китая. * * * Алиса уверяет: большинство угрей, которые коптятся частными цехами в России, закупаются в замороженном виде у крупных азиатских аквакультурных ферм (в основном в китайской провинции Гуандун). Китай является мировым лидером по выращиванию речного угря, обеспечивая стабильный размер, высокую жирность и круглогодичные поставки сырья российским переработчикам. Селигерский угорь даже внешне отличается от китайского: тоньше и мускулистее, а во "Вкусе Селигера" - всегда мясистый и толстый. * * * К сожалению, речь не только об угре. Терпуг - и вовсе морская рыба. Крупный сом для Селигера - огромная редкость. Местными видами можно назвать только судака, леща, налима, ряпушку и щуку. Во "Вкусе Селигера" продают рыбу, которую коптят по здешним традициям, только в этом плане угря можно назвать селигерским. Вот такое печальное открытие было сделано на шестой день путешествия! 7. Прогулка по Осташкову. 25 июля, субботаЕще вчера мы хотели пойти в Бор (правда, Бором здесь его никто не называет, говорят - остров Кличен), но сегодня передумали. - Мы уже были там в 2019 году, - заметил я. - Давай лучше осмотрим сам Осташков. План был таков: на такси до городского пляжа, там искупаться, а потом пешком - по знакомым и новым местам - вернуться домой. Однако жизнь внесла коррективы. * * * Мобильное приложение "Селигер Такси" у меня на телефоне так и не заработало. Недолго думая, я позвонил диспетчеру. - На ближайшие полчаса машин нет, - сообщила женщина. - Звоните позже. - Понял, - обескураженно ответил я и задумался. В чем тут дело? Либо такси в Осташкове - очень мало, либо туристов - слишком много. А еще могут быть сложности с бензином. Сегодня, когда мы гуляли по городу, Паумен услышал реплику одного автомобилиста: "Во всем Осташкове не найти и литра бензина!" * * * - И что теперь делать? - спросил мой друг. - Идти пешком, - ответил я. - Но ведь это - очень долго! - Яндекс Карты утверждают, что до городского пляжа можно добраться за полчаса. * * * Мы вышли на улицу. Погода стояла неплохая. Солнце зависло в дымке, зато осадков не обещали. К тому же было тепло. Впрочем, насчет дождя всё оказалось не так однозначно: минут за десять до нашего отхода с неба закапало. - Ну, вот опять! - расстроился Паумен. - Он скоро кончится, - успокоил я друга. Взглянул в свой телефон и увидел, что приложение от Samsung показывает на ближайшие три часа в Осташкове ливни. "Неужели?!" - неприятно поразился я. Посмотрел Яндекс Погоду и Гисметео - оба интернет-ресурса дождей не обещали. Так что доверяйте прогнозам Всемирной Паутины, но проверяйте их на практике, иначе из дома можно и вовсе не выйти. * * * Мы дошли до конца набережной, свернули в сквер Магницкого и вскоре очутились на Ленинском проспекте. Кстати, Магницкий, как объяснил Николай, ввел в обиход такие базовые математические термины, как "множитель", "делитель", "квадратный корень". Он не изобрел их (они были известны несколько тысяч лет назад и ими широко пользовались во всем мире), а в доступной форме изложил основы фундаментальной науки, написав первый в России учебник по математике, да еще и на русском языке. - Ты - как магнит, притягиваешь знания! - воскликнул Петр I, обращаясь к башковитому осташу. - Нарекаю тебя Магницким! * * * По Ленинскому проспекту мы дошли до "Джуса". - Не знаю, куда идти дальше, - признался я. - Нам нужно заглянуть на речной вокзал, чтобы забронировать экскурсию на завтра. А чтобы осмотреть новые места, следует повернуть налево. - Пошли налево! - решил Паумен. И мы по узкому переулку Спорта углубились в "сухопутную", удаленную от Селигера часть города. * * * - Вчера Николай заявил, что мы совсем не знаем Осташкова! - объяснил я по пути. - Так что сегодня мы осмотрим пожарную каланчу, театр и банк. - Ты, главное, сфотографируй побольше интересных домов, - попросил мой друг. - Хочу составить альбом на память из старинных зданий. * * * Центральная часть города с запада, севера и востока омывается Селигером. Дороги в сторону острова Кличен называются улицами, их пересекают переулки. Это очень удобно: всегда знаешь, в каком направлении движешься. В переулке Спорта не нашлось ничего примечательного: школа, которую уже давно пора ремонтировать, дом с надписью на калитке "Осторожно, злая собака" и фотографией ротвейлера, а также деревянные дома разной степени изношенности. * * * Наконец вдали, частично загороженная домами, показалась пожарная каланча. Она была в "лесах". - Низкая, - оценил Паумен. - Зато одна из самых первых в России! - воскликнул я. Каланча предстала прямо перед нами, когда мы оказались на пересечении Тимофеевской улицы и Советского переулка. "Законсервирована для дальнейшего восстановления", - гласила надпись на здании. - Хорошо хоть на консервацию всем миром денег наскребли, - заметил я. - Когда же ее восстановят? - задумался Паумен. * * * Дальнейший путь лежал к зданию театра. Была суббота. Видимо, поэтому мы то и дело замечали на улицах города высокие экскурсионные автобусы. - Откуда приехали туристы? - спросил я. - Возможно, из Москвы, - предположил Паумен, - в рамках однодневной экскурсии. Туристических групп, особенно по осташковским меркам, было чрезвычайно много. Люди лениво выходили из очередного припарковавшегося автобуса как раз в тот момент, когда мы подошли к бывшему театру. От колокольни Преображенской церкви в нашу сторону двигалась еще одна группа туристов. - Прямо паломничество какое-то! - поразился я. Здание из красного кирпича оказалось примечательным, с двумя башнями и красивым входом. * * * Осталось лишь увидеть банк, который находился чуть дальше. Перед этим мы решили сделать привал: сели на скамейку в парке Свободы, напротив колокольни, и выпили чая из термоса. - Ты говорил, что мы дойдем до пляжа за полчаса, - заметил Паумен, - а уже прошел час. - Не час, а двадцать пять минут, - уточнил я. - С заходом к пожарной каланче до пляжа можно добраться минут за сорок. Мой друг неопределенно покачал головой. * * * - Может, всё же зайти на речной вокзал? - опять озаботился я. - Завтра воскресенье, к тому же обещают солнечный день, есть смысл записаться заранее. - И вокзал недалеко от нас, - добавил Паумен. Минут через пять мы подошли к кассе. "Закрыто до 18:00", - гласила надпись. В туалет выстроилась длинная очередь. - Пошли дальше! - сказал мой друг. * * * По пути мы еще заглянули в кафе с советскими плакатами, я писал о нем в 2019 году. Тогда оно называлось "Советская кулинария", сейчас - просто "Кафе". Увы, в ассортименте, кроме напитков, имелась одна только сдоба. - Может, на обратном пути зайдем, - предположил Паумен, - кофе выпьем. * * * Мы свернули на Рабочую, единственную "поперечину", названную улицей. Только сейчас я осознал, что она выходит на кожевенный завод. - Потому и Рабочая, - подчеркнул мой друг. Трубы этого завода мы дважды видели с борта теплохода, а я всё никак не мог сообразить, где же он находится. * * * - Вот банк! - воскликнул я, указав на голубое здание. - Уверен? - Нет, ошибся, - запоздало осознал я, - банк находится чуть дальше. Но и это двухэтажное здание на углу Рабочей улицы и Ленинского проспекта привлекало внимание. - Что-то связанное с морем, - предположил Паумен, изучая загадочные знаки на фасаде. * * * Мой друг оказался прав. Позже я прочел в интернете, что мы видели дом шкипера. Здание построили для одного из капитанов торгового флота. Имя его не сохранилось, зато до наших дней дошли декоративные элементы на доме: объемные изображения секстанта и парусника. - А что такое секстант? - спросите вы. - Прибор для поимки сектантов! - сходу отвечу я. - Секстант используют в судоходстве для навигации, - вмешается эрудированный читатель. Еще одна особенность строения: в доме шкипера (как и в здании напротив) угол, выходящий на перекресток, закруглен. Почему? Этого требовало распоряжение самой Екатерины II, чтобы конная коляска не могла задеть угол дома. * * * Наконец мы увидели здание, где находился первый банк в Осташкове. К сожалению, на нем не имелось никакой мемориальной доски. - Неблагодарные осташи! - возмутился я. - Их банк был вторым в Российской империи, а они об этом позабыли! (На деле всё не так уж просто - табличками заведует отдельная организация, которая размещает их на домах согласно сложным инструкциям. Короче, от засилья бюрократии не скрыться и в провинции!) Зато на здании напротив банка висела табличка: "Музей". - Это же Музей забытых вещей! - вспомнил я и взглянул на часы: они показывали 15:40. - Самое время зайти, - сказал Паумен. - У нас будет для осмотра двадцать минут, как и в Музее рыбы. (Когда эти записки были уже закончены, выяснилось, что первый банк в Осташкове находился по адресу: улица Володарского, дом 29 - и в этом же здании сейчас размещается Музей забытых вещей! Мало того, его экспозиции находятся непосредственно в бывших банковских помещениях.) * * * Сразу скажу, что времени нам не хватило. Так считал и автор работ, основатель обоих музеев Игорь Александрович Афанасенко. И всё же лучше заскочить на двадцать минут, чем равнодушно пройти мимо. Другого шанса увидеть эти уникальные экспонаты у нас могло просто не быть. * * * Музей забытых вещей по всем параметрам превосходил Музей рыбы. В пяти-шести залах были представлены предметы советского (и не только) быта. Почему "и не только"? На одной из стен разместилось около двухсот кнопочных мобильных телефонов. - Музей называется "Забытые вещи", - пояснил Игорь Александрович, - потому что люди о них уже позабыли. * * * Если сравнить коллекцию Афанасенко с музеем советского быта в Гурзуфе, который мы посетили в прошлом году, сразу бросается в глаза, что экспонатов в "Забытых вещах" значительно больше. В первую очередь это касалось техники: здесь были собраны десятки, а иногда и сотни различных приемников, радиол, проигрывателей, фотоаппаратов и фотоувеличителей, пылесосов и магнитофонов. Позже я прочел, что знакомые Афанасенко раньше имели в Осташкове комиссионный магазин. Когда они уезжали из города в середине нулевых годов, то оставили все непроданные товары Игорю Александровичу. Думаю, эти раритеты и стали основой коллекции. Устаревшая техника "комиссионки", которую уже нельзя было продать, через несколько лет превратилась в настоящее музейное сокровище. * * * Имелись и греющие душу бытовые экспонаты: вереница нераспечатанных бутылок (порадовали "Портвейн 15" и "Портвейн 100", ни разу таких раньше не видел), трогательный набор рюмок в форме рыбок, шахматные часы (я в детстве такими пользовался) и многое-многое другое. Меня зацепили и советские вымпелы: "Лучшему грузчику", "Лучшему строителю", "Победителю социалистического соревнования". Невозможно перечислить и одну десятую увиденного: фарфоровые скульптурки, разнообразная посуда, счетчик в такси, по которому производилась оплата, первый советский факс, всевозможные калькуляторы. Эти вещи можно было разглядывать часами - подобное занятие особенно приятно старшему поколению, к которому уже пора причислить и нас. А мы заглянули лишь на двадцать минут! Добавлю, что Игорю Александровичу в этом году исполнилось 77 лет, свой музей он открыл в 2011 году, вскоре после выхода на пенсию. * * * Последний зал был посвящен работам Афанасенко. Среди них имелись и масштабные - размером с человека и больше. Некоторые экспонаты мне особенно запомнились. Например, около сотни наручных часов, скрепленных друг с другом. Работа называлась "Куча времени". Неподалеку расположилась "Чушь собачья" - конура из радиолы с собачьей мордой и рекламными объявлениями вокруг. Чуть дальше монстр из металла яростно бил в барабан. Название: "По барабану". - Я по профессии мастер по металлу, - рассказал нам Игорь Александрович. - И вот как вышел на пенсию, увлекся творчеством. Сейчас мне хочется создать нечто грандиозное, больших размеров, метра три в высоту, силы для этого я в себе чувствую. Но, к сожалению, нет помещения, где можно было бы выставить такие крупные работы, а аренда - дело дорогостоящее. * * * Афанасенко был совершенно не склонен к нарциссизму. Это вызывало уважение: человек создает потрясающие работы, но при этом прост и доступен в общении. Свой стиль Игорь Александрович назвал стимпанком. Что это такое? От английских слов steam - пар и punk - протест, альтернатива. Это направление противопоставляет современным технологиям эстетику паровых машин и механики. - У Афанасенко получилась советская разновидность стимпанка, - заметил я. - Совпанк, - уточнил Паумен. * * * Игорю Александровичу хотелось побольше с нами пообщаться. Мастер был искренне огорчен, что мы заглянули так ненадолго. Напоследок Афанасенко с любовью продемонстрировал свою обувную коллекцию - арт-объекты, созданные из обычных туфель и ботинок. У мастера получились интересные пары: "Д'Артаньян и миледи", "Тверские козлы". - Это не обзывательство, - уточнил Игорь Александрович. - Они сами так себя называют. * * * - А где вы берете материал для ваших работ? - спросил я. - На свалках, - ответил Афанасенко. - А замысел рождается в процессе создания? - Нет, он возникает изначально: я ведь помню, что у меня есть в наличии из подручного материала. В процессе сборки могут меняться отдельные детали, но общий замысел остается неизменным. Еще раз отмечу потрясающую скромность Игоря Александровича! Будете в Осташкове - обязательно посетите Музей забытых вещей! * * * Мы вышли от Афанасенко и почти сразу оказались на улице Евстафьевской. Идея хорошая: сделать широкий бульвар со скамейками, чтобы с обеих сторон открывались старинные дома - деревянные и каменные. На всем бульваре мы обнаружили не более пяти человек. - Без туристов улица выглядит заброшенной, - покачал я головой, обозревая окрестности. * * * Обратимся к интернету: "После победы Осташковского городского округа во Всероссийском конкурсе лучших проектов создания комфортной городской среды в малых городах и исторических поселениях на комплексное благоустройство выделили 55 миллионов рублей из федерального бюджета". (Громоздкая фраза, не правда ли?) На эти средства и отреставрировали Евстафьевскую улицу: положили плитку, поменяли электрические столбы, установили скамейки. В статьях местной прессы 2019-2020 годов звучала непоколебимая уверенность, что облагороженная улица станет очагом культуры, новым центром притяжения в Осташкове. * * * Увы, этого не произошло. Многие дома и на Евстафьевской улице разрушаются от времени. Должно быть, треть из них законсервирована. Примерно одна пятая - жилые. Остальные постройки - что каменные, что деревянные - производят угнетающее впечатление. Кажется, что попал не на выставку городской архитектуры, а на кладбище умирающих прямо на твоих глазах зданий. Особенно удручают три последних дома, что ближе к острову Кличен, с правой стороны. Два деревянных точно не восстановить, а от каменного остались три стены. - Почему же нельзя было их законсервировать? - выскажу запоздалый упрек городским властям. (Так и слышу их ответ с тяжелым придыханием: "На это не хватило денег".) * * * Мы посидели на одной из новых скамеек. Вдали виднелся архитектурный ансамбль Троицкой и Воскресенской церквей с колокольнями. Но наш путь лежал на городской пляж - надеюсь, мы еще успеем осмотреть эти храмы. Вскоре пешеходная Евстафьевская закончилась. Мы оказались на улице Чайкин Берег. Полюбовались Богоявленским монастырем на полуострове Житном. Многое здесь нам было знакомо, ведь в 2019 году мы жили неподалеку, в гостинице "Береговая". * * * На пересечении Чайкиного Берега и улицы Урицкого находилась одна из трех коптилен Осташкова с очевидным названием "Копченая рыба". На открытом прилавке (продавца и в помине не было) уныло лежало несколько копченых тушек. - После вчерашнего линя я больше не могу смотреть на рыбу, - признался Паумен. - Сегодня в "Ухе" возьму что-нибудь мясное. * * * Мы прошли еще метров триста по изгибающейся улице Урицкого. Наконец впереди открылся городской пляж. Прямо перед входом на него расположился гостевой дом "Домики у пляжа". Несколько отдельных строений выглядели весьма симпатично. - Отзывы о "Домиках" - сплошь положительные! - сообщил Паумен. Чуть дальше, вдоль пляжа, по обе стороны асфальтовой дороги было припарковано около ста автомобилей - необычайно много для Осташкова. Осташи и гости города приехали сюда, чтобы прогуляться по острову Кличен. - А в 2019 году в Бору было мало посетителей, - вспомнил Паумен. * * * Мы бы и сами прогулялись на остров Кличен, раз уж оказались так близко. Но как потом возвращаться? На такси надежды нет, а пешком туда и обратно - слишком долго. Поэтому мы направились в сторону городского пляжа. Это место напомнило нам Кавголовское озеро, что в окрестностях Питера. Там - похожий разлив воды и так же мелко: до глубины идти около тридцати метров. * * * Народу на пляже, несмотря на теплый субботний день, было мало. Вместе с нами - не более двадцати человек. И если иногда, крайне редко, кто-нибудь брал в прокат сап, то на ватрушках или гидроцикле никто не катался. Похоже, их владелец осознал бесперспективность своих предложений: возле гидроцикла с ватрушками стояла табуретка, зонт и тапочки, а самого человека и след простыл. * * * Вода неожиданно оказалась холодной. - Широкий разлив Селигера, - предположил я. С собой на прогулку мы взяли Мишутку. - Здесь изумительно! - воскликнул наш друг. - Я, пожалуй, позагораю. Однако солнце так и не вышло из-за облаков: прогноз на солнечный вечер не хотел сбываться. * * * Мы отдохнули на пляже, расстелив подстилку, выпили чаю из термоса. Дважды искупались, а затем собрались в обратный путь. Прошли той же дорогой до начала Евстафьевской. Часы показывали около шести вечера. Немного посидели на пристани "Чайкин Берег". Насколько помню, в 2019 году она была закрыта. Раньше отсюда отправлялись суда на Городомлю, а теперь они идут с речного вокзала. * * * Затем по Ленинскому (в самом начале он совсем не похож на проспект) мы прогулялись по памятным местам 2019 года. Сначала миновали "наш" магазин, где я регулярно покупал воду. Потом дошли до гостиницы "Береговая". Кажется, что за семь лет там ничего не изменилось. И направились к центру по улице Орловского, которая временами идет вдоль берега. Видели и практически разрушенную усадьбу Болотниковых. Она в таком плохом состоянии, что на нее больно смотреть. Эти развалины уже не восстановить. А сколько таких домов прямо сейчас погибает в Осташкове?! * * * Правда, возводят и новые. В частности, появилось высокое и узкое трехэтажное здание: на его тыльной стене детально прорисованы силуэты двух деревьев. Адрес: улица Орловского, дом 23. Кстати, со стороны Селигера там сделана добротная деревянная набережная. Вчера, когда мы проносились мимо на "Шурике", дом с фасада казался просто желтым - других деталей с воды было не разглядеть. - Что за красивое здание? - спросил я у Николая. - Сейчас его пытаются продать, - ответил наш гид. * * * Вскоре мы вышли к Набережному саду. Посидели на скамейке, рассматривая памятник Рыбаку. Николай упомянул, что сад разбили на средства А.А. Мозгова. - Он был генералом УФСИН (Управления Федеральной службы исполнения наказаний), - добавил наш гид. - Лицо рыбака - точь-в-точь как у него. Я, конечно, полез в интернет. Выяснил, что Анатолий Александрович Мозгов - и вправду генерал, но авиации. В одном из интервью он сообщил, что эта скульптура обошлась ему в миллион рублей (цены 2018 года). Пишут, что меценат, цитирую, "известный бизнесмен, профессор, доктор экономических наук, действительный член Российской академии бизнеса и предпринимательства". Ни слова об УФСИН. Выходит, экскурсовод сгустил краски? * * * Мы возвращались по Ленинскому проспекту. Пытались найти, где бы выпить кофе. Бывшая "Советская кулинария" работала в выходные только до трех часов дня. - Потрясающая забота о клиентах! - саркастически заметил я. В рыбном ресторане "Центр вкуса", больше похожем на заведение фастфуда, осташи праздновали чей-то юбилей. - Здесь чертовски сложно поесть в выходной день, - признал Паумен. * * * Неожиданно нашелся свободный столик в кафе "Джус". Часы показывали около семи вечера. На половину девятого мы забронировали "Уху". - Давай съедим здесь по солянке, - предложил я. - Отличная мысль! - поддержал мой друг. - Тем более что в "Ухе" этого блюда нет. Народ в "Джусе" всё прибывал. Иногда свободных мест не оставалось, но назвать кафе набитым под завязку было бы преувеличением. Многие в целях экономии брали большую пиццу на двоих. Солянка оказалась средненькой, но мы заморили червячка. * * * В башенке монастырской стены с названием "Кофе XVIII век" я взял Паумену флэт уайт. Редкое удовольствие для здешних мест. Чтобы приготовить такой напиток, требуется современный кофейный аппарат: в Питере таких сейчас - очень много, в Осташкове - всего три. По крайней мере, мы пока больше не обнаружили. Посидели на набережной с напитками и двинулись дальше. Дома разложили вещи, а потом отправились в "Уху". В ресторане заказали две порции свинины с сыром в горшочках. Это было весьма вкусно! 8. Белое Южное озеро. 26 июля, воскресеньеВ Осташкове установилась жаркая и солнечная погода. Буквально на два дня: сегодня - первый из них. Мы в третий раз отправились на теплоходную экскурсию. Нас снова ждал "Капитан Хоробрых" и даже тот же экскурсовод, Алла. Точнее, Алла Анатольевна Семенова - наш гид на Серебряном озере. * * * Мы заняли хорошие места на верхней палубе. Пассажиров на этот раз оказалось чуть больше, чем на первых двух экскурсиях, но все разместились. Вскоре "Хоробрых" тронулся в путь. Мы шли (ибо теплоход идет, а не плывет!) в третий раз тем же маршрутом. Теперь я уже не фотографировал, а только приглядывался к пейзажам, выхватывая новые детали. Рассматривал песчаный пляж на острове Кличен - судя по всему, в этом году мы там не побываем. Опознал трубы кожевенного завода в конце Рабочей улицы. Когда подходили к Южной пристани острова Городомля, видел там корабль: я его раньше называл "метеором" или "кометой". Оказалось, это "Луч-2" - скоростное пассажирское судно на воздушной подушке, в 2019 году предприятие "Звезда" приобрело два таких. - Жители Городомли кажутся просто небожителями, - заметил я. - Запретный плод всегда сладок, - пояснил Паумен. * * * Алла рассказала о Майской косе, сравнив ее с Суджукской косой в Новороссийске. Именно там снимался эпизод из "Бриллиантовой руки" с Андреем Мироновым и мальчиком, идущим по воде. А я, перепутав, спросил позавчера у Николая: "Где находится Селижаровская коса?" - поставив нашего гида в тупик. Добавлю, что река Селижаровка вытекает из Селигера. * * * Экскурсовод сообщила, что остров Вороний (который на Яндекс Картах по неведомым причинам указан как Воронье) до революции принадлежал зажиточному купцу Воронскому. Спасаясь от большевиков, купец бежал за границу, закопав на острове клад. В 30-е годы эти сокровища нашли обосновавшиеся здесь переселенцы. Сейчас там никто не живет, остров используется речными службами. * * * Я бы слушал внимательнее, но Паумен отвлекал меня рассказами о Крыме. Вернее, о том, что там сейчас происходит. Мой друг до сих пор жалеет, что мы не поехали этим летом на райский полуостров, а временами ни о чем другом и думать не может. Светило солнце, мы шли по замечательному Селигеру, наслаждаясь красотами, а мой товарищ лишь горько сожалел о несостоявшейся поездке. - Мы же поедем туда в сентябре? - спросил Паумен. - Когда придет время, мы подумаем об этом, - ответил я фразой Мартина Бормана из фильма "Семнадцать мгновений весны". * * * Добрались до Заречья, где "Хоробрых" остановился. Очень впечатляет мини-отель "Седьмой берег" с зеленой крышей, который всегда привлекает наше внимание. Номер с видом на Селигер там стоит не менее 10 тысяч рублей в сутки, но все его очень хвалят. - В эту сумму входит трехразовое питание, - добавил мой друг. Мы рассматриваем разные варианты отдыха на Селигере: "Седьмой берег" в Заречье, "Шикшу" на Хачине, но больше гипотетически. И всё же, когда идешь на теплоходе вдоль прекрасных пляжей, очень хочется пожить здесь хотя бы недельку. Вдобавок установилась хорошая погода, отдыхающие высыпали на свежий воздух: катались на лодках, купались, загорали. Даже завидно! * * * А я пожалуюсь на искусственный интеллект. Из-за него я утром потерял полчаса драгоценного времени. Всего-то хотел узнать, где останавливается теплоход перед тем, как экскурсанты пойдут на Белое Южное озеро. ИИ от Гугла упорно настаивал, что озеро находится рядом с деревней Волоховщина (путая с Белым Северным). Никакие подсказки не помогали! Алиса же упрямо повторяла, что путь к Белому Южному озеру идет от села Заречье вдоль канала Копанка. Два раза я уточнял, что Заречье от Копанки отделяет водная гладь, по которой пешком не пройти. Бесполезно! "От Заречья вдоль Копанки", - невозмутимо писала Алиса, подчеркивая жирным шрифтом слово "вдоль". Вот тупость! В некоторых вопросах ИИ невозможно доверять. * * * На деле оказалось, что теплоход заходит в тихий заливчик рядом с Копанкой и высаживает пассажиров на безымянном берегу. Сказать: "Не знаю!" ИИ не мог, такому не обучен, поэтому на ходу выдумывал бессмыслицу. Что это? Проблемы роста и развития? Скорее всего, именно так. Мы сошли на берег: это тоже был остров Хачин. Сразу сообщу, что канал Копанка (ударение на первый слог) прорыли за один день монахи Нило-Столобенского монастыря, чтобы было удобнее перевозить камни для строительства храмов. Длина канала - всего 200 метров, он разделяет острова Хачин и Малый Хачин. - Куда перевозить камни? - встрянет непонятливый читатель. - С полуострова Коровий на остров Столобный, где расположена Нилова пустынь, - отвечу я. * * * Ведомые Аллой, экскурсанты устремились по лесной тропе. Мы шли сразу за гидом. Метров через триста-четыреста (пришлось обогнуть болотистый участок) открылось озеро. - Там наверняка будут люди, - предупредила Алла. - Постараемся найти место, где можно выкупаться. Наблюдался всё тот же синдром, что и на Серебряном озере: желание любой ценой избежать конфликта с туристами-водниками. Но если на Серебряном всё прошло гладко, то на Белом Южном - не совсем. * * * Толпа под предводительством Аллы высыпала на берег. На прекрасной полянке уже разместилась дружная компания. Предоставлять свой пляж "чужакам" они явно не собирались. - Есть ли свободные места? - спросила Алла у туристов. - Там, правее, - неохотно ответил один из мужчин. - А в другую сторону? - уточнила наш гид. - Там, похоже, всё занято. * * * - Пошли вправо, - предложил я, - пока там всё не заняли. - Может, влево с Аллой? - засомневался Паумен. - Там точно негде купаться, - заверил я, - и туда отправятся почти все. В итоге мы пошли направо. И что там увидели? Крайне неудобный проход к воде в камышах. - Ладно, как-нибудь доберемся, - рассудил я. - В конце концов, в озере-то можно плавать! Мы первыми из "теплоходных" разделись. Затем весьма неудобным путем спустились к воде. Она прогрелась, купаться было приятно, однако вскоре нас атаковали слепни. Даже не знаю, они водятся лишь здесь или из-за жары теперь появились и на Серебряном озере? * * * На Белом Южном было полно народа - сюда ведет протока из Селигера. Благодаря ей многочисленные отдыхающие на катерах заняли все хорошие подходы к воде. Совсем близко находится Заречье, вот люди оттуда и рвутся в эти места. Чего стоят одни только поляны, где почти не осталось деревьев! Как неоднократно заявляла Алла, остров Хачин - памятник природы, здесь запрещено ставить палатки и разжигать костры. Эти формальные запреты лишь вызывают печальную усмешку. * * * Мы решили выбраться на сушу через соседнюю стоянку. Люди там сидели у костра, разведение которого запрещено. К прибывшим на двухчасовую прогулку они отнеслись благосклонно. Когда мы обсохли и оделись, в запасе осталось около сорока минут. - Давай прогуляемся по берегу влево, - предложил я. Как и ожидалось, ничего интересного не обнаружили. Все подходы к воде были плотно заставлены палатками. Мне даже не удалось толком сфотографировать озеро. В одном из турлагерей крупная овчарка на привязи надежно отпугивала незваных гостей. В конце концов Паумен попросил у одного из туристов разрешения сняться на их пляжике. Мужчина не возражал: только благодаря ему у нас появилось несколько кадров у воды. * * * Мы вернулись к месту сбора. Мужчина, отправивший экскурсантов купаться в камыши, вместе с друзьями паковал вещи. Оказывается, эти туристы приехали сюда на лодке всего на несколько часов. Так зачем Алла просила у них разрешения? Все люди имеют равные права на купание, особенно если приехали сюда ненадолго! А выходит, что экскурсанты с теплохода превращаются в бесправных просителей. Это был негативный момент, но мы не приняли его близко к сердцу. Отчасти всё случилось потому, что сегодня - солнечное воскресенье. На любом озере, в том числе и Серебряном, народу в такой день везде предостаточно, а тихих мест практически не найти. * * * Когда мы одевались после купания, то неожиданно разговорились с парочкой лет на пять старше нас. Они уже были здесь в прошлом году, да чуть не остались на Хачине. - Мы сидели на берегу, наслаждались природой, - стала рассказывать женщина. - К нужному времени пошли к теплоходу. Но, видимо, направились не туда: идем-идем, а места не те! В итоге услышали гудок корабля. Выскочили к воде совсем в стороне, побежали к теплоходу, а он уже отчалил. Хорошо, что кто-то из пассажиров нас заметил: за нами вернулись. Это был четверг, туристы на Хачине шутили: "Ничего, до понедельника с нами поживете, а потом другой теплоход придет!" - Ведь на экскурсиях никто не пересчитывает людей, - печально добавил ее спутник. "Да, не пересчитывают, ибо это крайне неудобно", - подумал я, но вслух ничего не сказал. Перекличка бы заняла всё свободное время. К тому же кто-нибудь обязательно пошел бы к теплоходу самостоятельно, так что пересчет в итоге всех бы только запутал. * * * Позже мы рассказали об этом случае Алле. - У нас была история на Серебряном озере, - вспомнила экскурсовод. - Мы уже отчалили, когда ко мне подошел мужчина и сказал: "Я не вижу среди пассажиров моей жены". Оказалось, что его супруга, увлекшись сбором ягод, заблудилась. Мы связались с базой Химфарма, которая находится недалеко от Серебряного: там нашелся человек, отлично знавший эту местность. Дали ему телефон "потеряшки", он созвонился с ней и спрашивает: "Что рядом с вами находится?" Она: "Что находится? Сосна! Рядом еще одна! И ягод очень-очень много!" В итоге человек разыскал эту женщину, и ее привезли в Залучье, ближайший населенный пункт. Вечером за ней приехал муж на машине из Осташкова. Я уж не знаю, что именно она ему сказала, но вряд ли что-то доброе. * * * Слава богу, у нас на Белом Южном озере никто не заблудился. Все вместе с Аллой отправились на осмотр Копанки. Мы прошли вдоль канала от начала до конца: часть пути - поверху, а часть - у самой воды. По Копанке переправлялись люди на надувных лодках. Алла пояснила, что уровень воды сейчас низкий, поэтому катера здесь пройти не могут. Канал чем-то напоминал волоки Приозерского плеса, но был немного шире. Один мужчина подплыл с двумя крупными собаками. Он вылез, чтобы провести свое судно, а собаки остались лежать на носу, прикрытые покрывалом. Наш ротвейлер Малый, знатный байдарочник, тут же бы выскочил из лодки и куда-нибудь помчался. Жаль, что Малышка умерла в 2010 году. * * * Осмотром Копанки и закончилась экскурсия. Мы слегка задержались при посадке, поэтому мест на верхней палубе нам не нашлось. Впрочем, удалось удобно разместиться внизу, на самом носу теплохода. Светило солнце, но было не слишком жарко. Мы выпили чаю из термоса с печеньем в форме разных зверушек. Потом перебрались за столик, спасаясь от шершня гигантских размеров. * * * - Кого вы взяли из зверей? - спросит любознательный читатель. - Ежика, - отвечу я. Наш колючий друг заявил, что такие экскурсии просвещают и дают пищу для ума. - Я совершенно не расстроился из-за туристов на берегу, - добавил Ежик. - Главное - узнать что-то новое! Наш спутник слегка полюбовался разливами Селигера, а потом полез в рюкзак. - Устал, - признался Колючий. - От чего? - уточнил я. - Много интересного услышал, надо всё разложить по полочкам. Вскоре Ежик уже вовсю храпел. * * * Теплоход причалил к речному вокзалу в 18:30: почему-то водные экскурсии всегда заканчиваются на полчаса раньше. - Они дают запас на волнение Селигера, - объяснил проснувшийся Ежик. - Если бы был встречный ветер, теплоход бы шел медленнее! * * * Мы заглянули в Набережный сад, чтобы потереть нос Рыбаку, лапу Коту и хвост Рыбе - такая уж традиция возникла в Осташкове. Когда мы здесь отдыхали в 2019 году, все части памятника были девственны и однородны, ни одна не блестела. Я вспомнил, как критиковал невежд, трущих нос бронзовому Куприну в Балаклаве. - Рыбак - не Куприн, - заметил мудрый Ежик. Мы дружно потерли три магических места - пусть все невысказанные пожелания сбудутся! Скульптура сделана добротно - у Рыбака даже удочка настоящая, а не отлитая из металла. Генерал Мозгов не зря потратил свой миллион рублей. * * * Затем мы отправились домой с заходом на наш пляжик. Там в связи с воскресеньем и хорошей погодой было много народу. Когда Паумен вылез из воды (он плавал вторым), берег снова опустел - подул легкий ветер, распугав всех купающихся. * * * В самом начале набережной мы заглянули в павильон, чтобы выпить по чашке кофе. Общее название таких заведений в Осташкове - "XIII век". У них имелся современный кофейный аппарат, как и в башенке монастыря, так что мы заказали флэт уайт и американо. - А ты говорил, что здесь негде выпить кофе, - вспомнил я. * * * Потом состоялся ужин в "Ухе". Паумен по-прежнему не мог смотреть на рыбные блюда. На первое мы оба взяли селижаровский борщ. Затем мой друг заказал жаркое с курицей "По-Залучински", а я отведал жареной ряпушки. Когда еще удастся ее поесть? * * * Под занавес дня - пара фраз о комарах. Местные кровососы - весьма стойкие бойцы. Я специально купил в квартиру еще один фумигатор: когда мы смотрим "Декстера", то ставим в средней комнате сразу два. И что вы думаете? Некоторые особенно злобные комары при этом норовят укусить! Может, стоит купить еще один фумигатор? 9. И снова на катере. 27 июля, понедельникВ десять утра я позвонил Николаю. - У нас всё в силе? Встречаемся в три? - А можно перенести время на полтора часа вниз? - Можно, - после паузы ответил я. - И буду не я, а Сергей, - добавил Николай, - но он вас тоже провезет по новым местам и организует купание. * * * После разговора у меня возник неприятный осадок. Я-то рассчитывал на встречу с Николаем! А кто этот неизвестный Сергей? Да и перенос прогулки на полтора часа тоже не порадовал. Сейчас стоит солнечная погода, а что будет ближе к вечеру? Да и вообще! Мне казалось, что Николай в нас заинтересован. Я вспомнил, что вчера мы видели его в "Ухе": причем всё произошло как-то странно. Сначала я заметил Николая в окно. Потом он в сопровождении двух женщин появился в ресторане и даже сел за соседний с нами столик. Я уже хотел с ним поздороваться, но Николай упорно не смотрел в нашу сторону и попросту нас не замечал. Тогда я решил, что он скрывает от семьи заработки, получаемые с помощью "Шурика", поэтому и "шифруется". А теперь оказалось, что он и вовсе не желает нас куда-либо везти на катере! * * * Я дождался 12 часов дня и вышел на улицу: надо было вынести мусор. С этим мусором тоже приключилась история. Татьяна оставила на кухне объявление: "Пожалуйста, мойте за собой посуду и выносите мусор", но не пояснила, куда именно выносить. Я написал ей об этом в "Максе", но мое сообщение несколько часов провисело без ответа. В итоге я сам обнаружил мусорный бак и написал хозяйке, что вопрос решен. И вот позавчера иду к этому баку с полиэтиленовым мешком. Тут из дома напротив выходит мужик с помятой физиономией и заявляет: - Вам сюда мусор выкидывать нельзя! Затем бормочет нечто неразборчивое и добавляет: - Возле "Ухи" два бака, там и выбрасывайте, я вас предупредил! * * * Теперь, предупрежденный, я выбрасываю мусор возле "Ухи". Туда лучше приходить в первой половине дня, пока баки не заполнены до отказа. А я отправился ровно в полдень потому, что в это время открывается "Уха", а мы вчера забыли забронировать столик. Итак, добрался до помойки, выбросил мусор и направился к "Ухе". На двери ресторана висело объявление: "По техническим причинам сегодня работаем с 13:00". На веранде я увидел Ярослава и незнакомую официантку. - Мы еще закрыты, - сообщил Ярослав. - Мне надо забронировать столик на сегодня, - пояснил я. - Еще не поздно? - Для вас не поздно, - ответил официант. - Вы же каждый день у нас бываете. Тогда я забронировал столик на восемь вечера. "Схожу для разнообразия в "Магнит" вместо "Пятерочки", - пришло мне в голову, - раз уж забрел в эти края". И по переулку Льва Толстого отправился к Ленинскому проспекту. * * * - Михаил! - окликнули меня, когда я вышел на Ленинский. Это был Николай. Вчера он нас в упор не замечал, сидя за соседним столиком, а сегодня кричал мне с другой стороны проспекта. Кстати, я и сам его едва не проглядел. - Почему вы один? - спросил владелец катера. - В магазин иду, - уклончиво ответил я. - Где тут "Магнит"? - Там, через квартал. - Спасибо. - Может, вас куда-нибудь подвезти? - Николай был сама любезность. - Или что-то показать? Там, впереди, находится банкомат и есть кофейня. - Мне всё понятно, я здесь уже ориентируюсь. * * * Возникла пауза. - Надеюсь, у нас всё нормально с Сергеем вечером получится, - сказал я, подразумевая предстоящую прогулку на катере. - Да-да, всё будет хорошо! - горячо заверил Николай. - Можно будет искупаться у Пушки, там хорошее место. Я сразу понял, о чем он говорит. Недалеко от Копанки, на мысе внутренней реки Непри в память о Великой Отечественной войне установлено советское зенитное орудие. Когда мимо орудия проходят экскурсионные теплоходы, они всегда издают приветственный гудок. - А где находится Немецкий пляж? - уточнил я. Об этом месте нам раньше рассказывал Николай. - На Городомле. Но сегодня такой ветер, что вам там будет неудобно купаться. Можно и на Майской косе: вы же там были, но не купались. - Нет, мы купались. - Тогда у Пушки. Мы пожелали друг другу хорошего дня и расстались; настроение после этой случайной встречи у меня улучшилось. * * * - А почему оно было плохим? - спросит озадаченный читатель. - Из-за неопределенности с катером, - отвечу я. - Вдруг этот Сергей окажется натуральным жлобом? Теперь, после разговора с Николаем, я понял, что это маловероятно. Добавлю, что сегодня - прекрасный теплый день, ярко светит солнце. Дополнительный повод для радости! Я прогулялся до "Магнита", купил продукты и вернулся домой через набережную. Дорога в "Магнит" более живописна, но в "Пятерочке" богаче ассортимент. * * * Около половины второго проснулся Паумен. Мы выпили кофе, после чего каждый занялся своим делом: я составлял записки, мой друг читал новости в телефоне. После четырех дня мы начали собираться. * * * Минут через двадцать вышли из дома. Мимо "Ухи" направились к набережной. Там уже стоял какой-то катер, был виден только его верх. - Наверное, не "Шурик", - предположил я. Тут мы заметили, что к катеру приближается совсем молодой парень, при этом странно на нас поглядывая. - Не хотелось бы, чтобы это был Сергей, - признался Паумен. Однако реальность нередко кладет на обе лопатки любые ожидания и предположения. Так случилось и в этот раз, ибо на "Шурике" нас ждали двое - Сергей и его сын Игорь. Именно этого молодого человека мы и приметили на набережной. * * * Сразу стало ясно, что это - небо и земля по сравнению с Николаем. Говорить с ними было не о чем: они просто были готовы везти нас, куда мы пожелаем. Как оказалось позже, в таком подходе имелись свои плюсы. - Нам бы хотелось искупаться, - сказал я. - Мы думаем, это можно сделать дважды: на Майской косе и возле Пушки. - Можно и трижды, - ответил Сергей. - Например, в Белом озере. - На Белом озере мы были вчера, - сообщил Паумен, - там нет свободных стоянок. (Здесь и далее идет речь о Белом Южном озере, рядом с каналом Копанка.) - Разберемся! - кивнул Сергей. - Поехали! И "Шурик" без лишних заходов помчался на Майскую косу, лишь слегка отклонившись, чтобы обогнуть остров Вороний со стороны Богоявленского монастыря. * * * Погода была иная, чем во время поездки с Николаем. На этот раз дул ветер: не шквалисто-ураганный, но ощутимый. На широких разливах он разгонял волну. Зато было тепло, и даже на открытой воде куртки нам не понадобились. "Шурик" кратчайшим путем летел к намеченной цели. Отец и сын иногда обменивались репликами, которые нам было не разобрать, а мы с Пауменом делились впечатлениями между собой. Получилось нечто вроде: "Мы вас везем, а вы наслаждайтесь". И мне, и моему другу поначалу было неловко - Сергей и Игорь выступили в роли "извозчика с подручным", катающих "богатых людей". Но потом мы привыкли и освоились: в конце концов, катер можно считать и водным такси. * * * Вскоре "Шурик" причалил к Майской косе. Там было значительно больше людей, чем несколько дней назад. Туристы отдыхали большими компаниями, мы видели даже группу байдарочников. В общей сложности на косе разместилось около пятидесяти человек. Возле бакена гурьбой резвились дети: мы решили туда не идти, а просто искупаться неподалеку от катера. Сначала со стороны, что ближе к Осташкову: там оказалось неглубоко, даже если отплыть подальше. Тогда мы окунулись со стороны Нило-Столобенской пустыни. Вода там была чуть холоднее, зато купаться - гораздо приятнее: потрясающе быстро становится глубоко! Вскоре стало ясно, что в этом месте сильно относит от косы. - Держись ближе ко мне! - крикнул я Паумену. * * * В итоге мы искупались просто великолепно! Не знаю, почему Николай нас уверял, что рельеф Майской косы с двух сторон одинаков. Совершенно ясно, что со стороны Осташкова - очень мелко, а с противоположной - сразу глубоко. Даже экскурсовод нам об этом рассказывала в далеком 2019 году. Возможно, я просто неправильно понял нашего гида. На песчаном пляже Городомли, где начинается коса, мы заметили две палатки. - Неужели разрешают ставить? - удивился Паумен. - Может, только днем? - предположил я. * * * После купания мы вернулись к "Шурику". Встал вопрос: как забираться на катер? - Легче всего сзади, - предложил Сергей, - там есть лесенка. Так мы и поступили, это оказалось гораздо удобнее, чем в первый раз. Видимо, Николаю было сложно одному повернуть катер кормой к берегу, а Сергей и Игорь вдвоем без проблем с этим справились. "Шурик" устроен так: два открытых места на носу и четыре - в закрытом салоне. Условно "закрытом" - каркас был обтянут плотным прозрачным полиэтиленом, чтобы через него можно было любоваться окрестностями. Катер предлагают для прогулок на шесть человек, но я бы вшестером идти не советовал: тогда на "Шурике" будет тесно. Да и из салона видно гораздо хуже, чем с носа. Наиболее практично ходить вчетвером - двое впереди и двое в салоне, периодически меняясь местами. * * * Если Николай справлялся с катером в одиночку и видимых усилий ему это не доставляло, то Сергей с Игорем распределили обязанности. Отец управлял "Шуриком", а сын первым выходил на берег, последним садился на судно и, когда надо, разворачивал катер. Для нас так было удобнее. * * * - Поедем на Белое озеро? - спросил Сергей. - Давайте, - согласился Паумен. - Может, там есть свободные места. И "Шурик" рванул вперед. Маршрутом мимо Нило-Столобенской пустыни мы еще не шли. Могучие церковные постройки завораживали даже издалека. Если бы мы были с Николаем, то наверняка бы услышали интересный рассказ о монастыре и приблизились к храмам, а с Сергеем и Игорем - просто пронеслись мимо на высокой скорости. Но здесь имелись свои преимущества: в совокупности за два часа мы осмотрели очень много разных мест! Миновали по правому борту патриотический лагерь "Селигер-2026". Возможно, там проходят слеты. В Яндекс Картах лагерь обозначен как "Пансионат МТИЛП". Я не поленился расшифровать: оказалось, это бывшая база Московского института легкой промышленности. * * * В тот момент я еще ориентировался на местности: Городомля осталась позади, а слева от нас находится остров Малый Хачин. Мне даже удалось определить местоположение Копанки, мы подошли к каналу со стороны входа в Белое озеро. "Шурик" сбросил скорость и медленно вошел в протоку. Навстречу нам в узком месте двигались люди на катерах - все дружески здоровались с нами. Я заметил, что когда идешь на хорошем катере, каждый водник приветственно машет тебе рукой и очень доволен, если ты ответишь тем же. * * * На Белом озере оказалось просто замечательно! Подтвердилась известная истина: всё познается в сравнении. Одно дело - прийти с многолюдной экскурсией на занятые места, а другое - войти через протоку на катере! Начну с того, что мы прекрасно рассмотрели всё озеро. Затем Сергей направил "Шурика" в песчаную бухту. Правда, там явно кто-то был, что нашего рулевого ничуть не испугало. Видимо, он хорошо знал это место. - Раньше здесь человек за деньги места сдавал, а теперь перестал, - позже пояснил Сергей. В глубине леса стояли палатки, но почти все пустовали. Только в одной было заметно какое-то движение. Впрочем, нас никто не побеспокоил. * * * Мы легко сошли с катера на берег, очень помогли мостки у камышей. А затем великолепно, просто бесподобно искупались. Увы, мне не хватает слов, чтобы передать весь наш восторг. Вода чистейшая! Рядом никого! Настоящее блаженство! Всё-таки прогулка на катере - втройне приятнее и комфортнее, чем на теплоходе. * * * - А у Путина есть резиденция на Селигере? - спросил я, когда мы вышли на берег после купания. - Нет, - ответил Сергей. - Здесь лет пять назад проходил какой-то слет, так он туда прибыл на гидроцикле. Только в этот момент я осознал, что у Путина никогда не было здесь никакой резиденции. Видимо, я что-то перепутал. - А ведь на Хачине нельзя жечь костры и ставить палатки, - вступил в разговор Паумен. - Почему же так много народу? - Никто за этим не следит, - пожал плечами Сергей. Мы переоделись и по мосткам забрались на "Шурика" - последним вошел Игорь. Нам повезло, что сегодняшний день был очень теплым. Идеальная погода для водных прогулок и купания! * * * Из Белого озера мы вышли по протоке. - По Копанке наш катер не пройдет, - объяснил Сергей. - Сейчас в Селигере низкая вода. - А мы видели вчера, как лодки проходили, - вспомнил Паумен. - Резиновые пройдут, - уточнил наш капитан, - а "Шурик" нет. Вскоре мы вновь помчались по водным разливам с огромной скоростью. * * * Миновали в отдалении Нило-Столобенскую пустынь - она осталась слева. Затем прошли вдоль северной стороны острова Городомля. Где-то там остался Немецкий пляж, куда сегодня было сложно причалить из-за сильного ветра. На скорости обогнули Малый Хачин и стали удаляться от Городомли. Тут я перестал ориентироваться. Бухты и разливы с калейдоскопической скоростью сменяли друг друга. Минут через десять мне почудилось, что "Шурик" почти добрался до Серебряного озера. Хорошо, что мы здесь уже три раза ходили на теплоходе и я более-менее знал эти места. В какой-то момент разглядел вдалеке очертания Заречья, а затем и вышку "Ладьи". Сразу стало ясно: идем на Пушку. Именно так на карте обозначено место, где с небольшого холма на реку Непри смотрит зенитное орудие малого калибра. * * * Дальше мы шли по знакомым местам, но теперь на катере, а не на теплоходе. Миновали место, где раньше стояла сцена для фестиваля авторской песни. Затем турбазу "Ладья" с могучей вышкой, на которой почему-то никогда не видно людей. Снова видели самый роскошный дом на берегу Селигера, а с другой стороны - памятный крест. Кстати, я узнал, что его установил местный житель. Вскоре вошли в Непри и через несколько минут были возле Пушки. Там тоже оказался замечательный пляж: в бухте, закрытой от ветра. * * * Было ровно шесть вечера. Паумен хотел осмотреть зенитное орудие, но возле памятника шумно веселилась какая-то компания: пьяные крики отбили всю охоту к прогулке. Вместо этого мы сосредоточились на купании. Оно вновь получилось превосходным: в чистейшей воде чувствовалось течение реки! * * * В целом прогулка на катере вышла именно такой, о какой мечтал Паумен. Достопримечательности не имели большого значения, главное - прекрасные природные места для купания. Везде - чистейшая вода и мало людей. Вдобавок нигде не было холодно - Селигер за два солнечных дня основательно прогрелся. Пожалуй, самым теплым оказалось Белом озеро. Так мы трижды полноценно искупались: дважды в открытой воде и один раз - во внутреннем озере. * * * После купания у Пушки повернули в сторону Осташкова. Прошли на катере немного иначе, чем теплоход, ведь нам не надо было заходить в Заречье и на турбазу "Сокол". Вскоре оказались на большой воде: слева виднелась Городомля. "Шурик" же свернул направо, обходя остров Кличен с дальней от Осташкова стороны. "Неужели Сергей еще хочет искупать нас на городском пляже?" - подумал я. Потом догадался: там есть мост, пройдя под которым, можно быстрее добраться до пристани. * * * Мы на скорости неслись вдоль Кличена. Справа, градусов под тридцать к курсу катера, шли к берегу высокие волны - иногда нас на них лихо подбрасывало. А когда мы возвращались по Непри, минут пятнадцать назад, "Шурик" дважды сильно подскочил на волне, которую оставил за собой другой катер. Если бы волны у Кличена были еще выше, нашему капитану пришлось бы сбавить обороты, иначе катер стал бы прыгать по воде. Позже Сергей сказал, что мы шли к мосту со скоростью 45 километров в час, а "Шурик" способен разогнаться до 55. * * * Катер медленно прошел под мостом, соединяющим остров Кличен и полуостров Житный, затем вновь рванул вперед. Спустя пять минут мы уже были на городской набережной. Выходили осторожно: я переместился в салон, Игорь встал на носу, а потом ловко спрыгнул на берег и подтянул к себе "Шурика". (Почему-то у Николая всё это получалось без малейшего напряжения.) Мы тепло расстались с семьей осташей-водников. * * * - А сколько вы заплатили за прогулку? - спросит практичный читатель. - 12 тысяч, - отвечу я. - 1 час на катере стоит 6000 рублей, но обычно возят чуть дольше. Так, мы катались на "Шурике" 2 часа 20 минут. - Очень дорого! - скажете вы. Да, согласен. Зато такая поездка открывает новые горизонты! * * * Мы долго не могли прийти в себя от лавины впечатлений: хоть и были уже на земле, всё казалось, что куда-то мчимся. Немного прогулялись вдоль Селигера. Выпили кофе в "Блинной XVIII век". Мы там второй раз: приятно сидеть за столиком и смотреть на набережную. Наше внимание привлек кот, охотящийся за уловом рыбаков. Почему-то в этот день удильщиков было особенно много. Кот приставал то к одному, то к другому рыбаку, и те были вынуждены делиться добычей. Стоял прекрасный солнечный вечер. Не верилось, что завтра с самого утра пойдут дожди, да еще и понизится температура. * * * Затем мы заказали кофе в "Лавке Селигера". Единственный туристический ларек, где можно купить местные сувениры. Правда, они очень дорого стоят. Мы там разве что приобрели открытку с видом Осташкова. Потом отправились в "Уху". Заказали два стейка-гиганта "Остров разбойник". Их готовили минут сорок, но наше терпение было вознаграждено сторицей: столь вкусной свинины мы давно не пробовали. * * * Всё было прекрасно, кроме одного: то ли от тряски в "Шурике", то ли по какой-то другой причине у меня сильно разболелась пятка правой ноги. Хромая, я с трудом добрался от "Ухи" до квартиры. Да и позже, пока разбирал вещи или смотрел "Декстера", ходил как самый настоящий инвалид. Очень надеюсь, что моя пятка не испортит прекрасного отдыха! 10. Сплошной дождь. 28 июля, вторникСегодня я ничего описывать не буду. Лишь скажу, что днем мы купались, а вечером ходили в "Уху". Всё время лил дождь, и мы отдыхали: я писал, мой друг читал. - Иногда необходим день для отдыха! - мудро заметил Паумен. - Особенно после ярких впечатлений! - добавил я. 11. Музеи. 29 июля, средаНакануне договорились: я разбужу Паумена в 9 утра, и мы отправимся купаться. - В половине десятого, - уточнил мой друг, когда до побудки осталось меньше часа. Однако в назначенное им же самим время он вставать отказался. Пришлось мне на повышенных тонах убеждать Паумена, что с таким подходом нет смысла куда-либо уезжать из Питера. С большим трудом мой товарищ всё же пробудился от сна. * * * Без пятнадцати десять мы вышли на улицу. Во дворе разлились огромные лужи, их даже было трудно обойти. Всю ночь дождь колошматил по стеклам, мешая спать. Хорошо хоть к утру прекратился. Набережная была пуста: над Осташковским плесом висели тучи. На нашем пляже в воде стоял человек в гидрокостюме. - Что-то моет или чистит, - предположил я. Так и оказалось. Что именно полоскал этот осташ, мы не поняли. Главное - не купался. * * * Паумен разделся и отправился в воду. Я ждал на берегу. - Почему же Гризли не стал плавать? - возмутится читатель-максималист. - Что я, дурак - в плюс 15 бросаться в озеро? - отвечу вопросом на вопрос. - Паумен у нас - морж, вот пусть и закаляется. Мой товарищ весьма долго пробыл в воде. После купания его настроение заметно улучшилось. * * * Вернулись домой. Паумен отправился в душ, а я поспешил в магазин за "Роллтоном". Вскоре мы съели по пакетику лапши. - Теперь я лягу спать, - сообщил Паумен. - А мы с Ежиком пойдем в музей, - ответил я. - Надолго? - Часика на два. В Осташкове остались неосмотренными только Троицкий собор и Воскресенская церковь с их колокольнями. Туда мы с Ежиком и направились. Моя пятка болела значительно меньше. Надеюсь, больше на эту тему писать не придется. * * * Первым делом я заглянул на речной вокзал. Забронировал билеты на завтра в Нило-Столобенскую пустынь. Скорее всего, они будут в продаже и без брони, но привычка - вторая натура. Дошел до угла Набережного сада. Еще раз взглянул на дом шкипера. Потом отправился дальше: сначала по Ленинскому проспекту, а затем по улице Печатников. Раньше в этих местах был район Большой Лужи: возле него обитали Доктор, Свинья и прочие персонажи, а чуть дальше находился чудом уцелевший фасад рыбного магазина. Всё это, к огромному сожалению, кануло в небытие, сохранившись лишь в моих записках 2019 года. Теперь там возвели новые деревянные дома, а часть Ленинского проспекта отгородили, законсервировав длинное старинное здание - дом архитектора Суравкина. Сохранилась лишь таинственная вывеска "Метро", о которой мы много рассуждали семь лет назад. * * * Затем я подошел к Троицкому собору, где с 1977 года находится краеведческий музей. Решил начать осмотр с колокольни. Неподалеку от входа туда стоял автомобиль. Когда я поравнялся с ним, водительская дверь отворилась. - На смотровую площадку? - спросила женщина за рулем. - Да. - Сто рублей. Я полез в кошелек: наличных там не оказалось. - А карты вы не принимаете? Наивный вопрос! Это же Осташков! - Вернусь позже, - сказал я. Отошел и открыл Яндекс Карты. Ближайший банкомат находился возле кожевенного завода: идти 18 минут. "Лучше туда, чем в банкомат у "Магнита", - подумал я. - Изучу новые места". * * * Потянулся малоинтересный Осташков. Вскоре я пересек улицу Евстафьевскую. На пешеходном бульваре, который с гордостью открыли семь лет назад, именуя новым центром притяжения, не было ни одного человека! "Что-то центр не притягивает", - подумал я. Прошел квартал по Евстафьевской и свернул в переулок Адрианова. Кто это такой? Известный картограф, автор герба СССР. В 1935-1938 годах Владимир Николаевич проживал в Осташкове, где и умер от тяжелой болезни. Сам умер, не расстреляли - такое тоже случалось в те годы. * * * Через пару кварталов начались кирпичные дома. Сначала трехэтажные, затем пятиэтажные. Жизнь в эти места вдохнул кожевенный завод. - Зачем нам рассказ о каких-то пятиэтажках? - возмутится любитель старины. - Они не представляют никакой ценности! - Отнеситесь к пятиэтажкам Осташкова с уважением! - огрызнусь я. - В них, между прочим, люди живут! * * * "Верхневолжский кожевенный завод" - гласила длинная растяжка на воротах. Завод был основан в 1730 году. В 2024 году запустили процедуру банкротства, что, впрочем, не мешало предприятию работать. На сегодняшний день там трудятся семьсот человек. (По уточненным данным, завод уже рентабелен, сменилось руководство, пришли новые инвесторы. Рабочие верят, что худшие дни предприятия уже позади.) Напротив проходной сформировался локальный центр из торговых павильонов и продуктовых магазинов. В отдалении - большое здание "Пятерочки". Там-то, в банкомате "Сбера", я и снял три тысячи рублей. * * * Слева от проходной я обнаружил зал бокса. И не простой, а имени А. Т. Соловьева, заслуженного тренера Тверской области. Я смотрел через стекло, как мальчишки с удовольствием мутузят друг друга. Может, каждый настоящий осташ мечтает стать боксером? * * * Назад я отправился по улице Рабочей, что шла параллельно переулку Адрианова. Наткнулся на гостиницу "Наутилус" с приглашением там пожить. Адрес: Рабочая, дом 17. Функционирует ли она? Посмотрел в интернете. Да, "Наутилус" работает, двухместный номер - от 3000 рублей. Видимо, для командированных. * * * Добрался до улицы Володарского. Обнаружил Вальский столп 1785 года. Конечно, не чета Александрийскому, что на Дворцовой площади в Питере, но всё же - важный экспонат. Вальский столп - один из сохранившихся памятников-часовен, установленных в честь защитников Осташковской крепости. Ее возвели в 1587 году. Крепость имела земляные валы и деревянные стены с башнями и почти полтора столетия защищала местную слободу от набегов. В 1711 году случился сильный пожар, и крепость сгорела. Неудивительно, ведь пожарную каланчу еще не построили. Восстанавливать крепость не стали - государственная граница к тому времени отодвинулась на запад. * * * За Вальским столпом находился красивый двухэтажный особняк. На двери имелась табличка "Краеведческий музей". "Здесь что, два краеведческих музея?" - озадачился я. - Это - выставочный зал, - напомнил Ежик из рюкзака. Сетуя на забывчивость, я внимательно рассмотрел здание с колоннами напротив филиала краеведческого музея. Это оказалась усадьба Митиных. Да и дальше по Володарского имелось немало интересных построек. Справа я увидел большое двухэтажное здание из красного кирпича - бывшую женскую гимназию. Ее открыли в 1857 году. "Теперь уже никто не скажет, что я не был в Осташкове!" - пришло мне в голову. * * * Я вернулся к женщине в машине и протянул ей сто рублей. - От входа - налево, - пояснила она. Мне открылся узкий проем и высокие ступени: по ним кто-то спускался. Еще на подходе к колокольне я заметил, что на обзорной площадке стоят четыре человека. На узкой лестнице было очень сложно разойтись, поэтому я дождался, пока все четверо выйдут на улицу. К тому же хотелось побыть наверху одному. - Вдвоем, - тактично поправил Ежик. Подъем оказался примечательным: высота - 35 метров, 72 ступеньки. Туда я залез весьма бодро, а когда начал спускаться, резко заболело левое колено. Пришлось повернуться боком и идти приставным шагом. * * * Наверху открылись впечатляющие виды. С высоты птичьего полета прекрасно смотрелись Воскресенская церковь и ее колокольня. На крыше храма двое рабочих прибивали листы из нержавейки - судя по всему, ремонт кровли шел уже давно. Колокольня церкви была увенчана шатром. Возведенная в 1689 году, она считается самой старой из сохранившихся построек Осташкова. С другой стороны был виден Селигер и полуостров Житный с Богородицким Житенным монастырем. С третьей - остров Вороний, с четвертой - сам Троицкий собор. * * * Я пробыл на колокольне около десяти минут. Потом ко мне присоединился бодрый мужик-фотограф. Следом забралась семья из трех человек, и на смотровой площадке стало неуютно. Тогда я решил спускаться, пока наверх не полез кто-нибудь еще. Мне повезло: по пути я ни с кем не встретился. Сразу после спуска почувствовал, как устали ноги. Всё-таки Троицкая колокольня - серьезное испытание для нетренированного человека. * * * - Куда дальше? - спросил я Ежика. - Конечно, в краеведческий музей! - воскликнул мой колючий друг. Если вход на колокольню стоил сотню, то билет в музей - все двести. - Идите с этой стороны, - распорядилась билетерша, - потому что с другой - сплошные экскурсии. И я начал осмотр с конца. * * * Первым делом очутился в помещении с высокими сводами, где обычно находится иконостас. Вместо него висел белый экран, перед которым установили ряд кресел. Это выглядело странно: я уже отвык от использования церкви не по назначению. Затем в более низких помещениях было представлено "краеведение" - самый интересный раздел для меня. Сначала я изучил селигерских рыб. Их было шесть видов: крупные - щука, судак и угорь; средних размеров - налим, окунь и лещ. Потом последовательно осмотрел фауну: лоси, волки, кабаны, рыси и медведи. Косолапого, как обычно, выставили злобным монстром: мишка стоял на задних лапах, свирепо раскрыв пасть с огромными зубами. - Неужели я такой? - спросил я Ежика. - Медведи бывают разными, - уклончиво ответил мой спутник. * * * Я направился в историческую часть музея. Надо признать, она была обширной. Устав от долгой ходьбы, я ограничился беглым осмотром залов. Напрасно Ежик взывал ко мне громким шепотом: - Куда ты так бежишь? Не торопись! Я, нигде не останавливаясь, походкой праздного зеваки прошел вдоль всей экспозиции. * * * Меня заинтересовали только старые снимки города. В частности, фотография Троицкого собора 1910 года и панорамы Осташкова конца 30-х годов. В исторической части музея проходили одновременно три экскурсии. Причем залы тесные - чертовски трудно разминуться даже с группой из трех человек. Напоследок я осмотрел герб Осташкова с рыбами, а затем покинул музей. * * * Зашагал в сторону выставочного зала. "Может, не идти туда? - мелькнула предательская мысль. - И так уже сильно устал". Но Ежик устроил форменный скандал. - Нельзя пропускать музей! - упорствовал он. - Зайди хотя бы на пять минут! * * * Выставочный зал оказался маленьким, всего два помещения. Экспозиция называлась "Предприятия города". В первом зале рассказывали о действующих производствах, во втором - о работавших во времена Советского Союза. В основном демонстрировались фотографии. Из экспонатов мне запомнилась обувь кожевенного завода: честно говоря, она не впечатляла. * * * Во втором зале висели фотостенды молокозавода (он располагался на территории Богоявленского монастыря), пивзавода и рыбзавода. Я с интересом разглядывал старые снимки - ушедшее советское прошлое. Да, раньше Осташков был вполне самодостаточен. В городе имелся и автопарк. В 1989 году здесь проживало 27 тысяч человек - почти в два раза больше, чем сейчас. Ностальгия по тем временам меня не мучает, но упадок приходится констатировать. * * * Смотрительница зала затеяла беседу с немногочисленными посетителями. - До 1984 года у нас всё было отлично! - заявила она. - Нет, уже тогда было плохо! - возразила одна из женщин. Разгорелся отчаянный спор, и под аргументы обеих сторон (голоса звучали всё громче) я вышел из выставочного зала. На этот раз даже Ежик не возражал - он тоже устал. * * * Я прошелся по улице Володарского, по пути обнаружив ресторан "Жар-Птица". "Да, здесь мы уже не побываем", - пришло мне в голову. Далее увидел пару-тройку симпатичных каменных домов XIX века. Вышел на Ленинский проспект как раз возле кафе "Джус", чтобы не пропустить "Магнит". По небу ходили темные тучи, но дождь так и не начался. Около двух дня я вернулся домой, весьма довольный собой. Ежик тут же бросился к Бегемоту с Мишуткой - рассказывать, что увидел. * * * Перед "Ухой" мы с Пауменом сходили на наш пляж - там не было ни души. Искупались вдвоем, оставив вещи в пакете на берегу. Здесь в бухточке почти не бывает ветра, хотя на большой воде ощутимо задувало. На всем Селигере мы не увидели ни одного катера. Неудивительно: из-за сильного ветра скакать по волнам - сомнительное удовольствие. * * * В "Блинной XVIII век" все три места оказались заняты. А жаль! Одно удовольствие - устроиться за стойкой и сквозь стекло наблюдать за жизнью набережной. Я уже упоминал местного кота-гурмана, с которым рыбаки послушно делятся уловом. Глядя на это, мой друг резонно заметил: - Кажется, они удят исключительно для него. * * * Мы же сели за столик торгового павильона "Лавка Селигера". Там предлагают много местных сувениров - от термосов с надписью "Селигер" до баночного варенья. Термосы стоят 2000 рублей, земляничное варенье - 700. Мы заказали американо и флэт уайт. * * * Временами из-за облаков выглядывало солнце - и тогда мир преображался. Селигер, отражающий голубые просветы в небе, вмиг становился дружелюбным и ласковым. - Здесь многое зависит от погоды, - заметил я. - В целом нам с ней повезло, - отозвался мой друг. - Был лишь один дождливый день в самом начале поездки, да еще вчерашний. - А завтра обещают солнце. - Нам следовало приехать сюда на целый месяц, - внезапно сказал Паумен. - Здесь можно полноценно и комфортно отдохнуть, ни о чем не беспокоясь. Меня обрадовало это заявление: наконец-то мой друг перестал думать о Крыме. - Кстати, на нашу квартиру - большой спрос, - добавил я. - На все дни августа она уже забронирована. * * * В "Ухе" мы были в семь вечера. Я заказал блюдо "Щучий сын", а Паумен - судака "Слободской праздничный". Оба блюда оказались очень вкусными. Рыбный ресторан вновь подтвердил свой высокий статус. Я предложил заглянуть во "Вкус Селигера", но Паумен лишь со вздохом покачал головой. - Больше на рыбу горячего копчения смотреть не могу, - признался он. - Возьми только себе. Тут уж я отказался: неохота ради себя одного разделывать рыбу. Прекрасный вечер завершился двумя сериями "Декстера". Очень жаль, что скоро нам придется возвращаться домой! 12. Нило-Столобенская пустынь. 30 июля, четвергС утра светило яркое солнышко. Я составлял записки, а потом изучал, как пользоваться камерой хранения, ведь завтра нам предстоит провести шесть часов в Твери. Разумеется, от багажа при этом надо будет избавиться. Современная камера хранения - весьма сложное устройство, совсем не то, что было в советские времена. Заодно договорился с Дмитрием насчет трансфера до Твери. - Разве вы возвращаетесь не автобусом? - удивится читатель. - Хотели, - отвечу я. - А потом выяснилось, что автобус - всего на двадцать мест. То есть маршрутка! Да еще и отправляется с речного вокзала, куда пешком не дойти. А такси в Осташкове вызвать не так-то просто. - Так почему же вы взяли билеты на столь неудобный рейс? - спросит недоуменный читатель. - Покупали в спешке и просмотрели, - признаюсь я. - Мы же изначально планировали ехать в Крым. В итоге пришлось прибегнуть к дорогому трансферу. - Завтра в десять утра, - подтвердил Дмитрий. * * * Паумен проснулся в половине двенадцатого. Мы провели нехитрые сборы и около часа дня вышли из дома. Вскоре увидели, что Селигер преобразился: волны усилились, вдалеке гуляли белые "барашки", а озеро приобрело темно-синий цвет. - Как бы меня не укачало! - запереживал мой друг. * * * Билеты купили без всяких проблем - нам опять достался "Капитан Хоробрых". - С Пауменом я на отдых отправляюсь на "Хоробрых"! - пришло мне в голову. Долго думали: идти вниз или, как обычно, на верхнюю палубу? В итоге выбрали места на свежем воздухе. В положенное время "Хоробрых" стартовал. * * * Экскурсоводом оказался мужчина по имени Виталий. Он рассказывал увлекательно, но мы шли в четвертый раз по тем же самым местам: всё вокруг было знакомо до зубовной дрожи. А главное, "Хоробрых" опять следовал маршрутом через Заречье и "Сокол"! Я-то надеялся увидеть Майскую косу! Да и вообще, путь в Нило-Столобенскую пустынь напрямик - на треть короче. Мы так шли в 2019 году, а теперь... - Надо же речному вокзалу иметь прибыль, - нашел вескую причину Паумен. * * * Из рассказа Виталия я запомнил, что Осташков находится на полуострове, размеры которого: с севера на юг - 2200 метров, с запада на восток - километр. С севера на юг тянутся длинные улицы, а с запада на восток их пересекают переулки. - Осташков на удивление структурирован! - признал я. - А по внешнему виду города и не скажешь, - парировал Паумен. * * * Виталий поведал и о Городомле. Причем в весьма интересной манере. - Перед вами остров, - начал гид, - который вы в своей жизни уже часто видели! Экскурсанты недоверчиво переглянулись. - Видели-видели! - подтвердил Виталий. - Все вы ели конфеты "Мишка косолапый". А там, на этикетке - картина Шишкина. Так вот, это полотно великий живописец создавал как раз на берегах Городомли! * * * Наш гид был мастером наглядности и доходчивости. - Взгляните налево! - восклицал он. - Здесь находятся ваши будущие дачи! Приезжайте и покупайте! Экскурсанты поневоле поворачивались влево. - А теперь направо! - продолжал Виталий. - По этим лесам острова Кличен вы будете гулять уже сегодня вечером! * * * Мы не выдержали и ушли. На нижней палубе было тихо, спокойно и, благодаря открытым окнам, совсем не душно. * * * После турбазы "Сокол" (Виталий расшифровал название как "Селигерский Оазис Комфорта Отдыха Летом") "Хоробрых" отправился к Ниловой пустыни. Я хотел сфотографировать приближающиеся красоты, что оказалось непросто. Теплоход шел прямо по курсу на монастырь, и мне пришлось то высовываться в окно, то бежать на верхнюю палубу, чтобы снять величественные постройки с другого борта. Тут же отмечу, что экскурсия в Нило-Столобенскую пустынь оказалась самой востребованной: судно было заполнено на две трети. * * * Виталий подробно рассказал о прижизненных чудесах, совершенных Нилом Столобенским. Я детально рассмотрел фигуру этого святого в записках 2019 года и сейчас не хочу повторяться. Скажу лишь одно: где доказательства этих чудес? Фотографии, видеосъемка, свидетельские показания под присягой и подтвержденные полиграфом? И вообще, можно ли верить людям, которые жили около пятисот лет назад? * * * И вот на берег высадилось более ста человек. Возглавляемые Виталием, люди по мосту направились в монастырь. Наш гид оказался человеком лет тридцати пяти (по голосу я бы дал все шестьдесят) с очень загорелым лицом. - Он бухает! - заявил я, вспомнив Довлатова. - Просто часто бывает на солнце, - возразил Паумен. - Возможно, это моя чрезмерная фантазия, - неохотно признал я. - Но думаю, что Виталию было бы даже приятно, что я сравнил его с Довлатовым. Если вы не поняли ассоциации: речь идет о "Заповеднике", где главный герой водил экскурсии по Пушкинским горам. А еще я заметил одну любопытную особенность: если гид - женщина, после экскурсии всегда хочется задать ей дополнительные вопросы, а вот спрашивать что-либо у Виталия почему-то не было желания. - Так всё-таки бухает? - оживится бесцеремонный читатель. - Много бывает на солнце, - тактично отвечу я. * * * - Где подробности о Нило-Столобенской пустыни? - вклинится любитель истории. - Их нет и не будет, - отвечу я. - Всё уже сказано в 2019 году. Добавлю лишь, что монастырь в основном отреставрировали к 2008 году. Торжественные и монументальные строения Нило-Столобенской пустыни напомнили мне центр Санкт-Петербурга, словно небольшой фрагмент любимого города чьей-то волей перенесли на Столобный остров. Богоявленский собор - уменьшенная копия Исаакиевского, а колокольня - Петропавловки, из которой изъяли средний фрагмент метров на тридцать. Величественные церковные здания со строгими архитектурными формами прекрасно гармонировали с живописными видами природы. * * * Осмотрев гранитную набережную и Архиерейскую пристань, мы через надвратную церковь Нила Столобенского направились вглубь монастыря. Впереди открылся Богоявленский собор. Его возвели в 1821-1833 годах на месте более старого храма: он стал композиционным центром всего архитектурного комплекса. К тому же Богоявленский собор - единственный действующий храм на острове. Возле входа в собор мы обнаружили ящик для пожертвований монастырским котам. Паумен прочел в интернете, что их здесь живет больше пятидесяти. * * * На площади перед храмом экскурсия завершилась. Мы прошли внутрь Богоявленского собора: сначала к мощам Нила, потом - к Казанской иконе Божией Матери. Виталий энергично предлагал всем отправиться на колокольню, красочно расписывая великолепные виды, открывающиеся с высоты. Но мы там были семь лет назад, поэтому сразу после храма поспешили в трапезную. Надо признать, что в 2019 году выбор пирожков был значительно богаче. * * * Перекусив двумя эклерами и выпив чая с малиной, мы решили взобраться на холм. - Какой еще холм? - оживится заскучавший читатель. - Самое сакральное место на острове, - таинственно прошепчу я, - где жил преподобный Нил. - А вы откуда об этом узнали? - Виталий поведал. Мы вышли на набережную, обогнули величественные постройки и вскоре взобрались на холм, находящийся в удалении от основных зданий. Наверху обнаружилось совсем небольшое кладбище с надгробиями: два из десяти захоронений оказались женскими. - Откуда здесь женщины? - удивился я. - Видимо, известные благотворительницы Ниловой пустыни, - предположил Паумен. * * * Мы огляделись по сторонам. - Давай сходим к Крестовоздвиженской церкви? - предложил я. - Время еще есть. И мы прогулялись по острову. Миновали две странные заасфальтированные площадки. - Здесь монахи играют в особый православный баскетбол, - предположил я. Позже выяснилось, что это - места для посадки вертолетов. - Для высоких гостей в монастыре имеются апартаменты, - ранее говорил Виталий. - Здесь трижды бывал Путин. "Разве Путин высокого роста?" - рассеянно подумал я. * * * Крестовоздвиженская церковь находилась в самой южной точке Столобного острова. Мы обогнули храм и вышли к берегу. Открылся широкий разлив Селигера с видом на далекую Майскую косу. Я вспомнил, что несколько дней назад мы с этой косы любовались Нило-Столобенской пустынью. Как быстро летит время! Дул сильный ветер, из-за которого Селигер окрасился в темно-синий цвет, став величественным. * * * Кстати, хоть по озеру и ходили ощутимые волны (на катере кататься в такую погоду - то еще удовольствие: скорость не набрать и в любом случае будет сильно потряхивать), на теплоходе никакой качки не наблюдалось. "Хоробрых" шел так, словно на Селигере - полный штиль. - Всё-таки мощная посудина, - с уважением заметил я. - Хоть и построена в советские времена, - добавил Паумен. * * * Осмотрев Селигер, мы повернули назад - времени еще хватало. Неспешно прогулялись вдоль набережной. Я запечатлел Паумена на фоне Архиерейских ворот, которые Виталий называл морскими. - На "Хоробрых" уже кто-то сидит на верхней палубе, - заметил мой друг. - Видимо, им осматривать нечего, - презрительно ответил я, - еще целых полчаса! И вдруг осознал: теплоход отходит не в 17:50, как мне казалось, а в 17:35! Я перепутал время с экскурсией на Белое озеро. * * * - У нас осталось всего 10 минут! - воскликнул я. Мы ускорили шаг. Обычно всегда приходим заранее, а тут... - Зато спокойно и не торопясь осмотрели окрестности, - заметил Паумен, когда мы уже были на борту. - А так бы и до Крестовоздвиженской церкви не дошли. * * * Все места на верхней палубе оказались заняты. На нижней тоже свободных сидений у окна не осталось. В итоге мы сели внизу, у центрального прохода, рядом с какой-то семейкой из трех человек. Хорошо, что они вышли в Заречье, мы заняли их места. * * * "Хоробрых" причалил к речному вокзалу в 18:45. Мы привычно отправились на наш пляж. Стояла теплая погода, людей на берегу было немало. По очереди искупались - так прошло наше прощание с Селигером. - Здесь хорошо! - заметил я. - Я бы остался еще на пару недель! - поддержал Паумен. - Можно и на пару месяцев! - Согласен до Нового года! * * * В "Ухе" состоялся прощальный ужин. Он стал и самым дорогим - больше трех с половиной тысяч рублей. Я взял уху сезонную "Селигерская озерная", а Паумен - "Селигерскую в Осташковской традиции". В чем отличие? В размерах порции: сезонная вдвое больше. Еще я выбрал судака "Слободского праздничного", а мой друг - судака "Баркан" (филе одной небольшой рыбы). Вдобавок мы заказали на двоих картофель, жареный с грибами на чугунной сковородке. Всё было очень вкусно! - "Уха" надолго запомнится! - воскликнул я. - А мы ведь здесь еще не всё попробовали, - с грустью добавил Паумен. * * * И еще пара фраз об "Ухе". На стойке, где принимают заказы, установлен макет гигантской щуки. Когда мы сидим за столиком, то часто ее разглядываем. "Бывают ли такие в природе?" - задумался я. Полез в интернет. Выяснилось, что подобных исполинов (длиной более двух метров) на Селигере не водится, хотя особи чуть меньших размеров встречаются. С этими, чуть меньших размеров, мы сталкиваемся здесь каждый день. - Каким образом? - изумится читатель. - Нам всегда приносят чек в щучьей голове с раскрытой пастью! - объясню я. Причем размер зависит от суммы заказа. Большим компаниям преподносят просто огромные головы. * * * К сожалению, всё хорошее заканчивается. Вот и последний день в Осташкове подошел к концу. - Будут ли выводы о поездке? - спросит требовательный читатель. - Пока не знаю, - честно отвечу я. 13. Дорога назад. 31 июля, пятницаВ половине десятого утра пришла хозяйка Татьяна: ей надо было срочно убраться перед приездом новых жильцов. А еще с утра почему-то плохо шла горячая вода. - Бывает, - пояснила Татьяна. - Спасибо, что хорошо убрались! Мы заверили хозяйку, что нам всё очень понравилось. И что мы постараемся приехать сюда еще раз. Это вполне возможно, друзья! * * * В Тверь нас доставил Дмитрий. В пути за два с половиной часа наш водитель рассказал много интересного. По его мнению, нынешний туристический сезон в Осташкове оказался провальным - в 2024-2025 годах отдыхающих было гораздо больше. - В чем причина? - спросил я. - Проблемы с бензином, - ответил шофер. - А если кто и выбрался в Осташков, то предпочел экономить. Дмитрий красочно описал, как в прошлом году все берега Селигера были усыпаны палатками, а местные жители неутомимо катали на катерах многочисленных отдыхающих. Толпы людей фланировали по городской набережной до самого утра, а двухместный столик в "Ухе" приходилось занимать за два-три дня. "В таком случае нам повезло, - подумал я. - Да здравствует провальный сезон!" * * * Также мы узнали любопытные подробности: в доме, где сдает квартиру Татьяна, в советские годы находилось общежитие для преподавателей. Здание рядом, которое мы приняли за школу, занимал финансовый техникум. В помещении, где сейчас расположен ресторан "Уха", была столовая этого техникума, а в соседнем здании - общежитие для студентов. - Поэтому осташи хорошо разбираются в финансах! - подытожил Дмитрий. * * * В Твери по-прежнему царил тотальный ремонт. У железнодорожного вокзала припарковаться оказалось невозможно. Нам пришлось заехать на стоянку "Перекрестка", раньше этот магазин назывался "Карусель". Мы вышли из автомобиля и душевно попрощались с шофером-рассказчиком. - Приезжайте еще на Селигер! - пожелал нам Дмитрий. * * * Минут через десять мы добрались до камер хранения. Я всё утро изучал, как ими пользоваться, а выяснилось, что они не работают! Неужели придется шесть часов провести в зале ожидания? Я уже собрался звонить дежурному по вокзалу, чей телефон предусмотрительно записал. (Правда, это бы вряд ли помогло.) Тут, на наше счастье, мимо проходила женщина в железнодорожной форме. - Камеры хранения не работают! - бросился я к ней. - Обратитесь к сотруднице в ВИП-зале, - ответила работница вокзала. - А где это? - Там, за дверью. И я отправился в ВИП-зал. * * * В просторном помещении за двумя массивными дверями обнаружился стол. За ним сидела величавая дама со взглядом императрицы. - Камера хранения не работает, - важно заявила она. - Как же мне быть? - Можете оставить свои вещи здесь. И я радостно поспешил назад к Паумену, сторожившему нашу черную сумку и синий чемодан. Рядом с моим другом, возле камер хранения, с несчастным видом застыл молчаливый узбек. - Вам надо вещи сдать? - спросил я. Он утвердительно закивал. - Идите за мной! Горемыка устремился за нами, даже открыл мне дверь, но сам побоялся входить. - Может, у него проблемы с документами? - предположил Паумен. - Или императрицы испугался, - добавил я. Мы успешно сдали багаж на шесть часов. * * * У нас имелось смутное представление о том, как провести это время в Твери. Яндекс Карты утверждали, что выпить кофе возле вокзала - невозможно: мне же хотелось опровергнуть этот тезис. - Пошли в чайхану! - воскликнул я. - Мы однажды в Москве там прекрасно пообедали. И увлек Паумена в чайхану "Долина", расположенную на проспекте Чайковского совсем близко к вокзалу. Увы, эта чайхана совсем не напоминала столичную: там было на редкость убого. - Как раз для нелегальных узбеков, - предположил мой друг. * * * - Значит, надо куда-то ехать, - сдался я. - Давай на Треху, - предложил Паумен. - А что это? - Пешеходная улица. Вот она, память человеческая! Я перед поездкой перечитал свои записки 2019 года и хорошо помнил многие детали об Осташкове, но всё, что касалось Твери, забыл напрочь! Почему? Вторую половину записок, касающуюся этого города, не перечитывал. - Хотя мы по Трехе неоднократно гуляли! - подчеркнул Паумен. Я открыл Яндекс Такси и выбрал адрес наобум: "Трехсвятская, дом 6". * * * Машина подошла быстро. Мы сели и поехали. Город выглядел незнакомым. Я вспомнил лишь огромный торговый центр, назвав его "Пирамидой", хоть позже выяснилось, что это "Олимп". Затем мы пару раз куда-то свернули, после чего такси заехало во двор и остановилось. - Спасибо, - сказал я, выходя из машины. - Куда теперь идти? - спросил Паумен. - Сейчас посмотрим, - ответил я, доставая мобильный телефон. Вопрос: что бы мы делали в Твери без интернет-сервисов Яндекса? * * * Оказалось, Трехсвятская - буквально в ста метрах. Вскоре мы уже были там. К нашему разочарованию, всю пешеходную улицу перекрыли: меняли плитку. - Надежное средство для отмывания денег, - пробормотал я. - В Твери везде ремонт! - Зато здесь много кафе, - сказал Паумен, - и они работают. Пошли хотя бы сюда! И мы заглянули в первое попавшееся. * * * Это оказался ресторан Pinot Grigio. - Не такой дорогой, как в Ростове? - забеспокоился я. Тогда в спешке мы завалились в ультрадорогое заведение, где все цены в меню - четырехзначные. На этот раз всё было немного дешевле, и мы с удовольствием позавтракали. * * * Стояла жара - 26 градусов в тени. Гулять по городу в такое пекло было утомительно. Мы еще вчера прочли, что в Волге купаться не рекомендуется, но решили рискнуть - только не мочить голову и следить, чтобы в рот не попала вода. Пока ели сырники и пили кофе, я изучал Яндекс Карты. В голове спонтанно родился план: добраться до кафе "Причал", там слегка посидеть, а потом выйти на пляж Волги. Всё это было в пешей доступности. * * * - Мы здесь гуляли в 2019 году, - неожиданно вспомнил я. - И тогда не сумели осмотреть эти места из-за дождя. Теперь у нас появилась такая возможность: ей стоит воспользоваться. Паумен поначалу был настроен скептически. - Ладно, попробуем пойти твоим маршрутом, - наконец согласился мой друг. Мы вышли из ресторана. Вскоре пересекли Тверской проспект и оказались на берегу реки Тьмаки: в ней даже кто-то купался. - Я не стану, - заявил мой друг. * * * Мы перешли мост и метров через триста добрались до Покровской церкви. Паумен зашел туда один, ибо я был в шортах. Так пекло, что мне пришлось спрятаться в тень, дожидаясь товарища. - Ну и как там? - спросил я, когда мой друг вышел на улицу. - Неплохо. - Что именно? - Прохладно. - Я спрашиваю, что там находится внутри: какое убранство или иконостас? - Гризли, ну как я могу объяснить: у меня же нет православного образования! И Паумен стал рассуждать о том, что в школе нас учили не тому, чему следовало. * * * Мы зашагали дальше, по набережной реки Тьмаки. Слева открылись заброшенные деревянные дома и покосившиеся каменные здания. - А мне-то казалось, что разруха коснулась лишь Осташкова! - воскликнул я. Мы в третий раз в Твери и только сейчас узнали, что в центре города имеется немало деревянных домов. Некоторые из них остро нуждаются в ремонте. * * * Минут через семь мы пересекли улицу. Вскоре открылся спуск к Тьмаке. Внизу находился прокат катеров, лодок и сапов: некоторые суда выглядели просто шикарно! - "Шурик" на их фоне выглядел бы бледно, - признал Паумен. Слева обнаружился вход в кафе "Причал". - Можно у вас кофе попить? - довольно глупо спросил я. - В зале или на веранде? - уточнила официантка. - В зале. И девушка провела нас к столику. * * * Сразу стало ясно, что "Причал" - весьма пафосное заведение. Мы углубились в изучение меню. - Пельмени из лося, жаркое из лося, - начал перечислять Паумен. - Котлеты из кабана... - Хватит! - не выдержал я. - Так и до медвежатины дойдет! К тому же "Причал" оказался совсем недешевым: так, порция стейка стоила пять тысяч рублей. - Флэт уайт и американо, - сказал Паумен появившемуся официанту. Юноша застыл в немом ожидании. - И бутылку "Боржоми", - добавил мой друг. - Мы вас сегодня еще посетим! - заверил я официанта. * * * У нас и вправду имелись такие планы: сходить на пляж, затем вернуться в "Причал" и пообедать. Но Яндекс Карты показали, что отсюда до пляжа - 17 минут ходьбы. Слишком утомительно потом возвращаться. К тому же в "Причале" оказалось медленное обслуживание: напитки принесли лишь минут через десять. - Давно не пил столь дорогой американо, - признался я, сделав глоток. - По вкусу ничем не отличается от осташковского. Немного отдохнув в гламурном заведении, мы продолжили путь. * * * Вскоре потянулась какая-то полудеревенская местность: покосившиеся частные дома, многие из которых давно пора снести. На улице почти не было прохожих. - Если бы я внезапно здесь очутился, - пришло мне в голову, - то решил бы, что мы оказались где-то на окраине. - А мы практически в центре! - добавил Паумен. Так нам открылась незнакомая Тверь. - Словно потайная дверь или неведомый зверь, - добавил я, влекомый куда-то уводящими рифмами. - Поверь, эта веселая трель убережет нас всех от потерь. - Сам-то понял, что сказал? - опустил меня на землю Паумен. * * * Вскоре мы вышли на широченную площадь Победы. Миновав бар "Суворов", пересекли улицу Софьи Перовской и оказались на Краснофлотской набережной. - Исторический район Затьмачье, - сообщили Яндекс Карты. - Откуда взялось название Тьмака? - внезапно заинтересовался я. Оказалось, что "Тьмака" означает "Малая Тьма". Река Тьма, левый приток Волги, упоминалась в летописях 1015 года. То есть Тьмака - "меньше, чем Тьма". * * * Мы же очутились в парковой зоне, где всё вокруг выглядело очень красиво! Вдали открылись четыре синих купола Свято-Преображенского собора с большим золотым посередине. - В 2019 году храм реставрировали, - вспомнил я, - тогда он был весь в лесах. Миновав памятники воинам-интернационалистам и пограничникам (в последнем запомнился рельеф мужественной овчарки), мы вышли к Волге. * * * Внизу имелся небольшой пляжик. На другом берегу находился центральный городской пляж, где мы загорали и в 2008, и в 2019 годах. Народу было мало, почти никто не купался. - Рискнем? - спросил Паумен. И тут же заметил, как две девочки неподалеку от нас направились к воде. - Если им можно, почему нам нельзя? - спросил я. Мы по очереди окунулись: вода была холодной и приятной. По Волге стремительно проносились катера, чуть позже прошел экскурсионный теплоход, похожий на "Капитана Маркова". Стоял прекрасный солнечный день: в такую погоду любой город, особенно возле реки, кажется великолепным. - И всё же как можно было так загрязнить Волгу? - спросил я. * * * Мы стали одеваться. В этот день всё сложилось идеально: без задержек и спешки. - Всегда бы так! - заметил Паумен. В неспешном темпе мы добрались до Краснофлотской набережной, где заказали такси и поехали в Pinot Grigio. - Вам ведь в "Мои документы"? - уточнил таксист, притормаживая в нужном месте. - Конечно! - энергично согласился я. На деле нас ждал уютный ресторан, где мы полноценно поели. * * * Выяснилось, что Pinot Grigio является рестораном морепродуктов. Мы заказали на первое уху, а на второе - щуку и судака. Рыбу здесь готовили более изысканно, чем в "Ухе": ни одной косточки, с разнообразными специями и приправами. - А мне больше нравилось в "Ухе", - признался я. - Там у рыбы более естественный вкус! - Зато мы попробовали и европейскую кухню, - важно ответил мой друг. * * * На этой благостной ноте и закончу свой рассказ: зачем описывать вокзальные хлопоты? Лишь уточню, что в Твери неизбежно возникают сложности при посадке, ведь поезд стоит не больше двух минут. Слава богу, у нас всё прошло без сучка и задоринки. * * * В Питер прибыли в 23:15. Двухэтажная "Аврора" встала у платформы, люди поспешили на выход. Только представьте себе: 17 двухэтажных вагонов, полторы тысячи пассажиров. Вскоре на перроне образовалась плотная толпа. Среди выходящих были и китайцы, их большая туристическая группа встала на платформе, мешая проходить остальным. Просто невероятная давка около полуночи! - Поезда между Питером и Москвой пока ходят регулярно, - заметил Паумен. - Вот бы так подольше продолжалось, - ответил я. ЭпилогПодведу итоги путешествия. Прежде всего, оно получилось прекрасным! Безусловно, оно у нас вышло природным! Но главное, возможно, не в этом. Мне встречалось много отзывов, где туристы пишут об уникальной атмосфере Осташкова. Готов подтвердить: город обладает особой аурой. Здесь тихо, спокойно, ласково-провинциально. Таких домов, как в этом городе, вы не встретите нигде. Селигер, который виден почти из любой точки, придает этим местам очарование - озеро бывает и серым, и голубым под цвет неба, и темно-синим при порывах ветра. А центром здесь является уютная набережная. Рыба, чайки, волны, теплоходы... "Уха", "Вкус Селигера", "XVIII век"... Купола Троицкого собора, Знаменский монастырь, песчаный пляж... Далекие берега, куда так хочется добраться... Всё это складывается в единую картину, имя которой - Осташков. Это слово облечено в каменные буквы на речном вокзале. Пусть в этом тихом провинциальном городке постепенно возродятся все старинные традиции. А мы, если будет дан знак свыше, еще не раз вернемся сюда. |
|
|