|
|
Путешествия
Кронштадт, 2025
~~~~~ |
Алушта, июнь 2025Оглавление:-1. Предисловие 0. Дорога. Поезд 1. День 1. Холод 2. День 2. Ялта 3. День 3. Пляж 4. День 4. Больничный 5. День 5. Тринадцать градусов 6. День 6. "Гиппократ" 7. День 7. Змея и скорая 8. День 8. Лаванда 9. День 9. "Морской уголок" и "Жюль Верн" 10. День 10. Восточные пляжи 11. День 11. Рыбачье 12. День 12. Прощание -1. ПредисловиеЯ (Гризли) и мой друг (Паумен) - широко известные в узких кругах путешественники. Ниже - рассказ о нашей очередной поездке. Само же предисловие будет кратким. Перед отъездом навалились важные дела, поэтому я толком не сумел подготовиться. Всё будем решать на месте. 0. Поезд. 13-15 июняПосле прошлогоднего экстремального возвращения скоростная "Таврия", пусть даже и с двумя местами на боковухе, воспринималась спокойно. Всё прошло штатно. Запомнились семь часов от Россоши до Ростова, когда Паумен почти всё время спал на верхней полке, а я непрерывно смотрел в окно. На глазах пейзажи становились всё южнее. Хотя, в целом, было холодно и дождливо. Даже в Ростове оказалось не особо жарко (всего плюс 24), ибо на обширной территории нашей страны царит непогода. Из пассажиров отмечу ветерана СВО. Он, с боевым ранением, возвращался из госпиталя в часть, чтобы расторгнуть контракт. Сначала вел себя тихо (мы и не знали, кто он такой), но, посетив вагон-ресторан и найдя случайного собеседника, а главное - плотно с ним выпив, преобразился. В итоге стал шуметь на весь вагон, а мы ехали в соседнем купе. Узнали, что ему - 41 год, он имеет пятерых детей. Его серьезно ранили, три осколка так и остались ("иначе надо все кишки вынимать"). Через грудную клетку до низа живота шел толстый шрам. Мужчина раз пять сообщил, что получил за ранение полтора миллиона, тут же за миллион купил машину и через два часа ее разбил. Выглядел довольным. Время от времени восклицал: "У меня всё нормально, ведь я живой!" Ближе к ночи угомонился. При пересечении Крымского моста усилили меры безопасности: закрыли туалеты, запретили выход в тамбур, фото- и видеосъемку. Поможет ли? Не знаю. Но лучше, на мой взгляд, перестраховаться. Кстати, никто из пассажиров не роптал и не возмущался. Как бы то ни было, весь путь по мосту я традиционно спал, а Паумен - так же традиционно - бодрствовал. Вышли в Симферополе. Как и полагалось, в половине шестого утра. 1. Холод. 15 июня, воскресеньеТут всякая традиционность и закончилась. Потому что трансфер (доставка туристов от вокзала до гостиницы) не состоялся. Иными словами, водитель за нами не приехал. - Такое случилось в первый раз, - заметил Паумен. Сначала я немного пометался, пытаясь безрезультатно загрузить приложение для такси "Максим". [Добавлю, что наши телефоны включились не сразу. Хоть официально роуминг в Крыму отменен, проблемы со связью остаются]. Затем махнул рукой и договорился с таксистом-бомбилой, стоявшим рядом. В итоге поездка до Алушты обошлась нам в два раза дороже. Этот сбой слегка испортил первые минуты в Крыму. Мы забронировали номер в гостевом доме "Южный берег". С ними же я, за несколько дней до поездки, согласовал трансфер. Сразу возникла мысль: "Если трансфера нет, может, и бронь аннулировали?" Но опасения оказались напрасны - в "Южном береге" нас встретили радушно. Правда, о трансфере девушка на ресепшен ничего не знала. По дороге я отметил, что погода нынче совсем не летняя. Казалось, мы приехали в межсезонье. Температура с утра была лишь 15 градусов. Масштабное дорожное строительство на полуострове продолжается. Однако ни одна из строек не закончена. Меня это немного разочаровало. "То ли перестали выделять на Крым большие деньги, - подумал я, - то ли поставили слишком амбициозные цели". Скорее, второе. По-прежнему строят Великую Объездную дорогу. Много западной техники стоит на весьма крутых холмах. Будем надеяться, что к 30-му году трассу всё же откроют. * * * Вселение прошло буднично. Сначала расплатились (надо обязательно наличкой - в Крыму очень любят кэш, хотя весь мир уже давно пользуется банковскими картами). Затем переместились в номер. В целом, он разочаровал. Главным образом, размерами. Мы поняли, что нельзя верить интернет-снимкам - на фотографиях с сайта гостевого дома всё выглядит просторней. В реальности здесь не так-то легко разминуться двоим. Места для вещей тоже не хватает. Между балконами отсутствуют сплошные перегородки. Если постояльцы из соседних номеров одновременно выйдут на балкон - им останется только пожать друг другу руки. Картину ухудшал и шумный кондиционер. Там, где он дует, холодно, в остальных местах - душно. - Хватит ныть, Гризли! - возмутится позитивный читатель. - Ты же на отдыхе! Прислушаюсь к совету. Кстати, сантехника в номере - великолепная! Душевых кабин с таким мощным напором воды мне на юге еще не встречалось. Мы кое-как разложили вещи, решив, что разберемся с ними позже. И отправились на пляж. Таков был план: первым делом выкупаться и позавтракать. Народ на улицах почти отсутствовал. Дул слабый, но холодный, ветер. Небо затянуло облаками. Надо признать, что мы прибыли в крайне неудачный день - сегодня максимальная температура воздуха - 21, завтра - 23, послезавтра - 27 градусов. Почему сегодня - не послезавтра?! "Южный берег" расположен на улице 15 апреля. В том же районе, что и прошлогодний "Пеликан", но значительно дальше от моря. Сначала метров пятьсот по ровной улице. Затем, еще метров сто, - крутой спуск. Вскоре мы очутились на пустой набережной. Пожалуй, такую еще ни разу в жизни не видели, даже со скидкой на раннее утро. Дошли до "нашего" входа в море, где в прошлом году часто купались. Спустились по каменным ступенькам. На пляже никто не загорал и не купался. Лишь одинокий "смотритель за территорией" хмуро раскладывал шезлонги. Зачем? Никто в своем уме и бесплатно не стал бы на них лежать при такой погоде! Какой-то мужчина вытирался полотенцем. Рядом, судя по всему, стояла его жена. Она смотрела на супруга, как на героя. - Вода холодная? - спросил я. - Я купался, - невозмутимо пожал плечами мужчина. Такой ответ меня обнадежил. Мы разделись, я потрогал воду ногой, вспомнив осеннее Кавголовское озеро. Решил, что холодноватая, но не более того... Реальность оказалась более суровой. Мы вошли в море, проплыли от силы метров пять и тут же развернулись к берегу. Вода очень холодная! Паумен заявил, что 17 градусов. Мне кажется, не более 15-ти. В любом случае, купаться практически невозможно! Такая картина мира (а море для нас имеет центральное значение в поездке) плохо укладывается в сознании. Но надо как-то привыкать. Мы же, основательно взбодрившись, переоделись. И направились в "Столовую по-домашнему". Тут уместно сообщить, что в этот раз я и Паумен решили на юге худеть. Поэтому заказали какой-то минимум - салат, куриная котлета и яичница каждому. На обратном пути купили подстилку (предыдущую оставили здесь же в прошлом году). Вот только погода пока не предоставляет возможностей для загара. Решили разведать обстановку возле "Южного берега". Очень хорошо, что близко к гостевому дому находится рынок. Туда мы и зашли. Я быстро нашел любимую продавщицу, у которой в прошлом августе покупал виноград и персики. На этот раз у нее было немного нектаринов, а также абрикосы, клубника и черешня. - Что ты хочешь? - спросил я. - Абрикосы! - ответил Паумен. Купили около килограмма. Рядом продавали минеральную воду. Магазинчик с товарами первой необходимости находился метрах в тридцати, на улице 15 апреля. Там мы взяли кефир и молоко. В номере насладились хорошим напором воды. Потом легли спать. Паумен занял двухместную кровать, а я прилег на диванчике. - Ну и как, Гризли? - вклинится любознательный читатель. - Выдержала ли это испытание твоя спина? - Пока не разобрал, - признаюсь я, - ибо спал немного. Заснули в 11 утра, а встал я в 2 часа дня. Ночь покажет, насколько диван удобен. Наладил нетбук. Вай-фай работал нормально. Место для письма здесь не очень удобное - стол слишком высокий. Но в этом номере всё, кроме душа, неудобное. Просто в "Пеликане", где мы жили в прошлом году, были идеальные условия. А всё, как известно, познается в сравнении. - Так почему вы не сняли в "Пеликане"? - спросит читатель. - Из-за глупости Гризли, - не пробуждаясь, ответит Паумен. Мой друг прав - из-за моей беспечности мы поздно стали выбирать жилье. Прошлогодний двухкомнатный номер в "Пеликане" почти на все дни оказался занят. Там имелись и другие варианты, но пришлось бы дважды переезжать из номера в номер. Согласитесь, не очень удобно. Надо более ответственно подходить к выбору жилья. Но русский мужик задним умом крепок. Этой народной мудростью и закончу. * * * Паумен пробудился около шести вечера. - Что так поздно? - спросил я. - В прошлый раз проснулся в семь, - ответил мой друг. Я открыл "Алушту-2024". Так и было. Значит, претензии не обоснованы. Пока Паумен спал, я сходил в магазин. Этот ближайший лабаз меня не порадовал. Там всё дорого, можно брать только воду. Планирую в перспективе наведаться в далекий "Пуд". Вскоре мы вышли из дома. Новым путем спустились к морю. По переулку Бориса Калядина, председателя исполкома Алушты с 1987 по 1998 годы, на широкую улицу Ленина. Пройдя мимо шестидесяти пяти торговых павильонов, очутились на набережной. Там, где Ротонда, а слева - песчаный городской пляж. Продавцов в ларьках было не меньше, чем отдыхающих на улице. Примерно треть павильонов закрыта. Выбор косметики, сувениров и пляжных аксессуаров - колоссальный. Эта индустрия еще не заработала на полную катушку, даже наполовину не раскочегарилась. Время от времени с неба капало. Я многословно рассуждал о погоде. - Пишут, что в Алуште с утра - ливневые дожди. Добавляют: "Возьмите с собой зонтик". Параноидальная боязнь дождя на всех погодных сайтах! Не стоит обращать внимания, но зонтики я на всякий случай прихватил. Тут дождь усилился. Мы встали под ветвистую, с длинными иголками, крымскую сосну. Вскоре под ней приютилось человек двадцать. На наше счастье, минут через пять капать перестало. На набережной оказалось больше людей, чем с утра. Привычную для юга толпу они никак не составляли. Одинокий баянист с колонкой, из которой раздавалась ритмичная музыка, выдавал забористые аранжировки. Больше исполнителей не наблюдалось. - Я бы выкупался! - заявил Паумен. - Мы же решили этого не делать, - напомнил я. - Это ты меня уговорил, а я бы всё равно выкупался! Мы спустились в наш отсек пляжа. Мой друг зашел в море босыми ногами. - Ну, как? - Кажется не очень холодной, - сказал Паумен, а, спустя несколько секунд, добавил: - Ноги сводит. - Считай, что искупался. Тем временем, небесная картина стремительно менялась. Хмарь, затянувшая всю левую часть, начиная с Рыбачьего, двигалась на нас. Фиолетовая туча быстро увеличивалась в размерах. - Хорошо бы добраться до "Палубы" раньше дождя, - сказал я. - Что еще "Палуба"? - спросит читатель, незнакомый с прошлогодним отчетом. - Мы там ели шашлыки, - объясню я. - Возможно, стоит искать новые места, но в более хорошую погоду. По пути мне захотелось взглянуть: продают ли в привычном месте чебуреки? Их и вправду предлагали. Молодой парень рекламировал продукцию, но люди не подходили. А главное, отсутствовал бородач с оглушительными криками: "Лучшие чебуреки на пляже!" Воистину, сезон еще не начался. Знакомой дорогой вышли к Рабочему уголку, давным-давно переименованному в Профессорский. Только добрались до "Палубы", как начался дождь. Сели не за столик с видом на море, а в центре зала, под крышей. Заказали две порции шашлыка. Паумен решил еще взять тарелку с соленьями. В "Палубе" обслуживают, не торопясь. Здесь уверены, что гостям спешить некуда, и они готовы часами сидеть и слушать громкую музыку. Чем мы и занялись. Гремел шансон. Кто-то кому-то упорно признавался в любви. Тем временем небо полностью затянуло серой пеленой. Вскоре грянул самый настоящий ливень. Мы пересели на ту сторону столика, где меньше дуло. Я был в джинсах, а Паумен в шортах, но уверял, что ему не холодно. А стихия бушевала. Люди с открытых мест перемещались глубже под крышу. "Палубу" нещадно заливало водой. Казалось, кафе вот-вот рухнет под натиском ливня. Официант неизвестной мне национальности (позже выяснилось, что "Палуба" - армянское кафе) принес тарелку с соленьями. Всё - огурцы, перец, лук и чеснок - было замечательно просолено. Не дождавшись шашлыка, мы умяли половину тарелки и выпили почти весь чай, дабы не замерзнуть. Тут принесли мясо. Именно ради шашлыка стоит посещать "Палубу". - Бесподобно! - воскликнул я. - Божественно! - усилил Паумен. Заодно мне пришлось съесть три булочки, принесенных к шашлыку. Зато я поделился мясом с другом. В итоге мы оба по-настоящему наелись. Дождь стал ослабевать. - В Питере лил бы всю ночь, - заверил Паумен. Но южная природа не похожа на нашу. Буря прошла и на небе быстро появились просветы. Правда, следом шел новый фронт грозы. Зазвучали песни, которые мы слышали в прошлом году. "Дядя Паша два костюма износил", "Я тебя обожаю, даже если обижаю" и общеизвестное "Третье сентября". - Я ни одного костюма не износил, - пришло мне в голову. - Потому что ты их не носишь, - объяснил Паумен. - И баянов не терял, - добавил я, - даже в руках не держал. - И зовут тебя не Паша, - заключил мой друг. Громкая музыка мешала разговаривать. Доев шашлык, мы молча наблюдали за морем. С "Палубы" открывался прекрасный вид на побережье. Медленно темнело. На берегу стали появляться далекие, почти призрачные, огоньки. Разговорчивый официант сообщил, что все соленья делают в одной бочке. Когда же я попросил его нас рассчитать, он кивнул и исчез. Затем долго сидел за компьютером. Тут в кафе вошла большая компания, и словоохотливый официант бросился ее обслуживать. Мы ждали минут десять. Потом мне это надоело. Я подошел к официанту и снова попросил счет. Это не возымело никакого эффекта. Официант то общался с кем-нибудь за стойкой, то снова подходил к большой компании, что-то им разъясняя. - Понятно, что на отдыхе не стоит нервничать, - сказал я другу. - Меня это не столько раздражает, сколько удивляет. Ведь в "Палубе" все крайне любезны с посетителями. Это - почтенное армянское кафе. Здесь все стараются угодить клиентам. Так что же им мешает рассчитать нас вовремя? Больше ни разу сюда не приду! - Здесь посетители выпивают и проводят целый вечер, - объяснил Паумен. - Никто никуда не спешит. Официанту сложно представить, что отдыхающий человек может куда-то торопиться. - Темнеет, - не унимался я. - Зачем возвращаться в темноте? К тому же, скоро опять пойдет дождь... Пришлось ждать еще минут пятнадцать. Затем я перевел деньги Людмиле Варгановне М. - Считыватель не работает, - пояснил официант. - Чаевые добавьте по усмотрению... Надо признать, что в Крыму не хотят работать официально. В этом году это более заметно, чем в прошлом. Здесь никогда не жили по государственным законам (немного преувеличиваю) и сейчас не собираются. Вовсе не осуждаю - просто констатирую. В Алуште везде, кроме магазинов, стараются получить наличные деньги. А объяснение простое: наличка никак не фиксируются. А значит, ее можно "пилить". "Зато не платят королю налоги, Работники ножа и топора", - вспомнилось мне. И мы отправились домой. Я шествовал в китайских тапках, купленных взамен испанских. О печальной судьбе последних изложено в "Алуште-2024". Был я также в носках, ибо китайскую обувь только разнашивал. Паумен же шел в пляжных тапках на босу ногу. - Зачем такие подробности? - спросит читатель-перфекционист. - Было мокро и скользко, - отвечу я. - Паумен на меня опирался, ибо у китайских тапок - рифленая подошва. И вообще, я провожу важнейший эксперимент: какая обувь крепче, китайская или испанская? Не мешайте! На этот раз возвращались другой дорогой, мимо любимого "Пеликана". Если бы мы там поселились, насколько всё было бы проще! От троллейбусного кольца я знакомым путем повел Паумена к "Южному берегу" - неоднократно ходил так на рынок. Подъем дался без особых проблем. В номере мы очутились в начале десятого. Подсчитали расходы. За первый день потратили 16 тысяч рублей! Я постараюсь без нужды не мучить вас цифрами и ценами. Лишь подчеркну: на юге нужен глаз да глаз, а то за неделю потратишь все деньги, выделенные на отдых. - Планы на завтра? - вклинится неутомимый читатель. - Предпочитаю писать о произошедших событиях, - отвечу я. Никто не знает, что случится завтра. Следовательно, не будем забегать вперед. 2. Ялта. 16 июня, понедельникНочь прошла сносно. Диван заслужил четверку с минусом. Разве что Паумен разбудил меня в половине четвертого. Зачем? Мой товарищ решил почитать. Я минут пять терпел это безобразие. Затем высказал другу всё, что о нем думаю. Паумен обиделся. Мы от души пообщались на повышенных тонах. Потом мой товарищ нашел более щадящий вариант подсветки, но читать уже не стал. Мы пожелали друг другу спокойной ночи и уснули. Проснулся я в половине седьмого. Будильник стоял на семь, но мой остеохондроз прогрессирует - теперь не могу долго спать, затекают ноги. Либо надо принимать еще таблетку "Найза", либо вставать. (Простите за старческие подробности.) Сделал зарядку в сложных условиях, ибо здесь тесно. Объективные неудобства. Например, я могу заснуть только на правом боку, но при этом мне мешает свет от лампы Паумена. А когда делаю зарядку, невольно нарушаю покой друга. После зарядки помылся и приступил к запискам. Так и строчил до двенадцати дня. * * * Паумен проснулся только в половине второго. Не дождавшись его пробуждения, я отправился в "Пуд". [Более правильно писать ПУД ("Продукты у дома").] Магазин расположен на улице Ленина, в десяти минутах ходьбы от "Южного берега". В Алуште всего четыре "Пуда". - И что там? - спросит любознательный читатель. - Высокие цены, - отвечу я. - Запомнился картофель из Египта по 200 рублей за кило. Да и яблоки по триста - в Питере такого не увидишь. Видимо, проблемы со снабжением из-за близости с Украиной. Как это еще можно объяснить? Никаких крымских овощей или фруктов. Всё, как в Питере, только скуднее по ассортименту. Купил яблок, кофе (следовало везти из Питера, здесь дороже), кефир, молоко и воду. В магазине имелся банкомат Сбера - в перспективе буду снимать там наличные. По пути назад взял еще черешни на рынке. Когда вернулся, Паумен уже проснулся. Мы быстро собрались и... Тут необходимо отступление. В прошлом году для вызова такси я пользовался приложением "Максим". "Волна" тогда на телефон не установилась. Теперь почему-то не работал "Максим". А мы, еще в самый первый день, наткнулись на рекламу "Волны". На этот раз приложение сходу установилось. - Может, на такси в Ялту? - спросил я. Против такого предложения Паумен не устоял. И я вызвал такси за 1370 рублей. "Стандарт". Дороговато, но того стоит! Первая машина по каким-то причинам отказалась, зато второй водитель согласился. Через десять минут перед "Южным берегом" стоял малиновый джип. Я сел на переднее сиденье. - Вижу, у вас карта, - сказал водитель, молодой парень. - А вы не могли бы мне налом заплатить? Иначе с меня проценты снимают. Я полез в настройки "Волны", но выяснилось, что в текущей поездке изменить вариант оплаты нельзя. - Речь о ста рублях, - пояснил шофер. - Доплачу наличкой, - ответил я. Типичная история для Крыма. Здесь каждый ищет свою выгоду. Край хитроумных предпринимателей. Если бы в Питере мне какой-нибудь таксист стал втирать про проценты, я бы сильно удивился. Никто ни разу не завел об этом речь, хотя Яндекс.Go берет немалую сумму с каждой поездки. Впрочем, не буду брюзжать. Главное, что мы, безо всякого автовокзала и ожидания рейса, сразу помчались в Жемчужину Крыма. Трассу Алушта-Ялта по-прежнему ремонтируют. Теперь уже очевидно, что ее расширяют, делают двухполосной. Работы ведутся масштабные. Правда, электрических фонарей не устанавливают. Видимо, это уже заоблачные фантазии. Много строительной техники. Рабочие - преимущественно русские, хотя и таджиков я видел. Проводят сложные мероприятия по сглаживанию рельефа и защите дороги от ливневых потоков. За этот год точно не управятся. Причем, строительство ведется пока лишь на участке от Алушты до Гурзуфа. - Куда делись троллейбусы? - спросил я. - Отменили до окончания ремонта, - объяснил шофер. Перед нами ехала машина с украинскими номерами. Я постеснялся спросить насчет нее у водителя. (Проклятая политкорректность!) Уже три подобных машины мне здесь попались на глаза. Неужели украинцы на своих автомобилях едут отдыхать в Крым? При том, что вовсю идет война. (Интернет утверждает, что это - крымчане, до сих пор не поменявшие украинскую регистрацию на российскую.) Иногда, где еще сохранилась одна полоса, движение замедлялось. Обычно из-за грузовиков, везущих грунт на строительные площадки. Почти всегда они куда-то быстро сворачивали, тогда остальные автомобили увеличивали скорость. Я узнавал знакомые ландшафты. Горы Кастель, Парагильмен и Аю-Даг. Поселки Партенит, Гурзуф и Никита. "Артеку" в этом году, между прочим, стукнуло сто лет! Как только мы добрались до Массандры, водитель резко свернул. Я вспомнил прошлогодний рассказ экскурсовода о том, что за полчаса можно пешком дойти от Массандры до Ялтинской набережной. По дороге, которой ехали мы, этого не сделать, там практически нет тротуара. Но я уверен, что подобный путь существует. Вот бы им пройти! Эх, как много хочется успеть всего повидать в Крыму! Но на всё, уже понятно и сейчас, не хватит времени. А мы живописным путем, пустыми и узкими дорогами с большим наклоном, спустились в самый центр Ялты. Тут же появились пробки, в которых наше такси стало пробуксовывать. Но до конечной точки оставалось недолго. Вскоре я отдал парню сто рублей, и мы вышли. - Куда же вы приехали? - спросит заинтригованный читатель. - На этих пляжах загорали в 2010 году, - отвечу я. - Еще при Украине, тогда они были платными. Сейчас это место называется "Пляж Гороно". Адрес: улица Дражинского, 7А. За пятнадцать лет многое изменилось. Мы прошли метров двести и спустились на бесплатный пляж. А главное - обнаружили, что некоторые люди купаются! Выяснилось, что море здесь - значительно теплей, чем в Алуште. [Это подтверждается и сводками местного гидрометцентра.] По нашим прикидкам, 18-19 градусов. Вдоволь не накупаешься, но вполне можно поплавать. Сначала мы это сделали вместе с Пауменом. Спустя минут пятнадцать я в одиночку доплыл до буйков. Правда, затем около получаса согревался. Но, в целом, значительно теплей, чем вчера. Куртки, которые мы привычно взяли с собой, на этот раз не понадобились. Мы провели на пляже часа полтора. К пяти вечера территория, освещенная солнцем, стала сокращаться. Пляж быстро погружался в тень. Здесь и раньше особой жары не наблюдалось, временами дул прохладный ветер. - В следующем году мы могли бы на две недели поехать в Ялту, - сказал я. Паумен не возражал. - В середине июля, - добавил я. - Надо только найти жилье подешевле. Ялта -большой и интересный город, а я его совсем не знаю. Здесь надо жить, а не приезжать на полдня. - И пляжи хорошие, - добавил мой товарищ. Начало сезона имеет свои плюсы. Так, на пляже было относительно мало людей. Приди мы сюда в августе, свободного бы места не нашли. Оделись. Направились в сторону набережной. Мимо морского вокзала, фактически не функционирующего, а также памятника Рузвельту. Где еще в России есть такой? В целом, Ялта впечатляет. Старинные здания, парки, множество бутиков. Глаза разбегаются! А главное достояние - набережная. Вскоре мы там очутились. Картина радикально отличалась от прошлогодней. Никаких толп. Никакой очереди на морские прогулки. Приходи и садись - только заплати. Но в наши планы опять морская прогулка не входила. Мы просто шли, любуясь прекрасными панорамами. В какой-то момент понадобился туалет. - Времена, когда надо было искать сортир, безвозвратно ушли в прошлое, - заявил я. И вправду, благодаря Яндекс.Картам, во дворах обнаружился платный туалет. Всего две минуты ходьбы. А как бы мы раньше его нашли? Пришло время обеда. И тут Яндекс.Карты помогли. Я проложил маршрут, по которому мы и отправились. Через пятнадцать минут были в "Столовой по-домашнему". Там, где раньше еще ни разу не ели. По пути видели гостиницу "Ореанда", где Юлиан Семенов придумал Штирлица. Там же, в последний год жизни, останавливался Эдуард Лимонов. Обнаружили красивую панорамную площадку с замечательным видом на набережную. Вот только накатила усталость. - Почему? - удивлялся я. - Ведь на этот раз в Ялте не душно! Видимо, от купания в холодной воде. Говорят, оно отнимает много сил. В столовой мы скромно перекусили. "Хитом" стали котлеты из трески. * * * Часы показывали начало восьмого. Минут десять мы искали удобное место для вызова такси. В итоге набрели на колоннаду (улица Коммунаров, 2А). Прекрасная точка для заказа машины! Я открыл "Волну". Снова выбрал "стандарт". Вскоре нашелся водитель Анатолий. Через десять минут он подъехал на белой машине с логотипом "Волны". Оказался местным жителем, прекрасным знатоком здешних дорог - навигатором вообще не пользовался. А я сменил в приложении оплату на наличные. - Сколько стоило удовольствие? - вмешается экономный читатель. - Полторы тысячи, - отвечу я. Недешево. Но в Крыму, к сожалению, всё дорого. Зато очень удобно! К тому же в начале сезона общественный транспорт ходит плохо. По пути туда мы обогнали лишь один 53-й автобус (маршрут "Алушта-Ялта"). На обратной дороге - тоже один. То есть автобусы ходят раз в два часа. А на такси - просто великолепно! К тому же, Анатолий оказался замечательным водителем. Он лихо промчал весь маршрут. Нас никто не обогнал, а количество машин, оставленных нами позади, не поддается подсчету. Временами трасса была совершенно пустой. Доехали до "Южного берега" за 45 минут - абсолютный рекорд! * * * - Хочу в "Столовую по-домашнему", чтобы съесть булочку, - заявил Паумен. - Мы же худеем, - напомнил я. - Тогда просто выпьем имбирного чая. Зашли в "По-домашнему" на улице Владимира Хромых, председателя исполкома Алушты и совета ветеранов. Знаете, сколько от нее до "Южного берега"? Ровно 80 метров! 3. Пляж. 17 июня, вторникС утра у меня состоялся сеанс связи с профессором Цыцарским. Надеюсь, помните моего давнишнего друга? Профессор скоро приезжает в РФ, срочно требовалось кое-что обсудить. В Штатах - 23 вечера, в Алуште - 6 утра. Самое время для созвона. - Почему так рано? - спросит практичный читатель. Просто в семь утра я должен был будить Паумена - мы планировали поездку в Гурзуф. 5 часов 50 минут. Город еще спит. Я вышел с мобильным телефоном на улицу. Написал Цыцарскому заветное: "Звони". Ватсап показал, что сообщение не доставлено. "Елы-палы! - подумал я. - Встал в такую рань, пожертвовал утренней зарядкой. И что, всё напрасно?" В грустных раздумьях отправился к набережной. По пути встретил лишь сосредоточенных дворников - мужчину и женщину. Вышел к морю. Оказывается, набережную по утрам моют. Сам процесс я не застал, но она была еще мокрой. Тут позвонил профессор Цыцарский. Что может быть прекрасней просыпающегося южного города? Солнце только встает и греет так мягко! Даю зарок: встать здесь как-нибудь в пять утра и выйти на набережную. Почти нет людей, все ларьки и павильоны закрыты. Разве что кто-то из местных спешит по делам. Воистину, мне очень нравится утро! Особенно в прекрасной Алуште! * * * Я разбудил Паумена в семь. - Поедем в Гурзуф? Судя по заспанной физиономии, мой друг вообще никуда не собирался. Тогда я сбавил обороты: - Или просто пошли на пляж. Ты же перепутал день с ночью. Пока один раз рано не проснешься, от этого не избавишься. А на улице, между прочим, светит солнце - прекрасная погода для загара! Последний аргумент стал решающим. Около половины восьмого мы вышли в город. И взяли с собой Бегемота. Да-да! Я намеренно молчал о наших зверях, ожидая вопросов от читателей, но не дождался. Приходиться самому раскрывать карты. В поездку с нами отправились Ежик, Соня и Бегемот. (Причем, Соня забрался в сумку тайком, пока никто не видел). Ежика мы брали на прогулку в первый день, когда ели шашлык на "Палубе". Соня катался в Ялту. Теперь настал черед Бегыча. - Какой еще Бегыч? - возмутился Бегемот. - Я - старейший зверь из всей честной компании! С вами с 1995 года, ровно 30 лет! А вы меня почти никуда не брали! Я заслужил эту поездку и лезу в рюкзак Гризли на законных основаниях! Вскоре мы втроем очутились на набережной. Лишь на третий день я облачился в новые шорты (назовем их гавайскими) и модную кепку. - С каких пор Гризли увлекся вещизмом? - спросит удивленный читатель. - Просто уточняю, - пожму плечами я. - С вещами пока не разговариваю, но всё впереди! (- Чем мы вам так не нравимся? - тут же с обидой спросили шорты и кепка.) Путь лежал на пляж "Сосновый берег", сразу за "Палубой". Мы открыли его в прошлом году, в последние дни. Там надо платить за лежаки, зато дают зонтик. А еще на этом пляже тихо и уютно. За блага цивилизации я отдал тысячу рублей. - Будем временами совершать заплывы, - сообщил блондинке на входе. Одев нам на руки браслеты, она ответила: - Не знаю, получится ли у вас. Вода очень холодная. - А давно? - Дня три-четыре. До этого море прогрелось до 21-го градуса. Но прошли дожди, поменялся ветер. Сейчас вода - 14 градусов. - И надолго это? - Достаточно одного дня. Как ветер поменяется, вода тут же станет теплой. (Если верить прогнозу, ветер сменится с северо-западного на южный только 28 июня!) Переваривая услышанную информацию, мы прошли на пляж. - Я в любом случае окунусь, - заявил Паумен. - А я не буду, - сказал Бегыч. (Если есть Белыч, почему не быть Бегычу?) Разложили вещи. Немного полежали. Кстати, стали первыми, кто взял шезлонги. А затем отправились купаться. Бегемот остался сторожить вещи. Вода была такой же холодной, как и в первый день. Купаться следовало так: встаешь перед морем, запасаешься мужеством и... резко входишь в воду, быстро делаешь два шага и ныряешь. Гребок, разворот, два гребка назад и выскакиваешь. Ощущения обалденные! [Из сводки гидрометцентра. Температура воды в Ялте и Алуште: 15-го июня - 19 и 17 градусов, 16-го - 19 и 15, 17-го - 18 и 14. Дождемся ли мы теплого моря?] После "холодной встряски" мы залегли. Я рассказывал Паумену новости о Цыцарском, мой друг твердил об аквапарке, а Бегемот, в кепке и очках, молча загорал. Тут раздалась громкая музыка. Я поднял голову. Какой-то дебил (другого слова и не подберу) в соседнем отсеке пляжа приблизился к нам с переносной магнитолой. Решил отжаться на железных поручнях. Почему он не мог это сделать в тишине? "Балдеешь от музыки? - прокомментировал я про себя. - Надень наушники и балдей от души!" Но странный тип считал, что преподносит щедрый подарок всем отдыхающим. Позже выяснилось, что он - работник пляжа с соседней локации. - Войдет в литературу, - прокомментировал Паумен. - Надеюсь, ты изобразишь его достойно. Больше никто, до самого нашего ухода, не нарушал тишину. Лишь плеск прибоя - лучшая музыка на пляже. Вот только Паумен почувствовал слабость. Заболела голова, впервые за поездку появились тошнота с головокружением. Поэтому мы больше вместе не купались. В половине двенадцатого отправились домой. - Придете еще? - спросила блондинка. - Сегодня нет, - ответил я. - Но вообще собираемся... - А где же пляжные подробности? - спросит разочарованный читатель. Да что тут рассказывать? Наш пляж постепенно наполнялся людьми. Заняли примерно четверть лежаков. Солнце то появлялось, то исчезало. Жары не наблюдалось, потому что временами дул ветер. Ближе к полудню стало печь. Люди, до этого просто загоравшие в шезлонгах и на подстилках, стали подходить к морю. Либо стояли по щиколотку в воде, либо обливались. Я совершил последний заплыв по привычной схеме. Бегемот от купания вновь отказался. Недомогание Паумена спутало все планы. В "Столовую по-домашнему" мы не пошли, сразу в номер. Но "Южный берег" - не "Пеликан", идти дальше и вверх. Нелегко при жаре. Оптимальным оказался путь мимо "Пеликана", по улице Карла Маркса, дворами на улицу 15 апреля. Там крутое восхождение около 70 метров, зато потом - пологий подъем. В номере мой друг отправился в душ, а я еще сходил в "Пуд" и на рынок. В магазине купил лимонов и апельсинов, а на рынке у знакомой продавщицы - абрикосов и два крупных нектарина на пробу. Нектарины оказались очень вкусными! * * * Паумен проспал до пяти вечера. К сожалению, лучше ему не стало. Головокружение и тошнота уменьшились, зато вовсю проявил себя желудочно-кишечный тракт. Выражусь проще: мой друг заболел. Повысилась температура, пропал аппетит. Поэтому вечером мы никуда не пошли, хотя планировали большую прогулку по Рабочему уголку. Вместо этого в половине восьмого посетили ближайшую "Столовую по-домашнему". Там Паумен взял два сырника с имбирным чаем. Столовая - почти пустая. Кроме нас, было всего два посетителя. Ассортимент меньше, зато еду разогревают. А главное - очень близко. Вернулись домой. Провели тихий вечер. Впервые месяца за три-четыре смотрели новости по телевизору. Из них вытекало, что в мире творится сущий ад, зато в нашей стране всё замечательно. Как пел Шнур: Мы духовней всех на свете Глубже мы любых морей. Особо порадовал визит Шойгу в Северную Корею. Я с интересом поглазел на Ким Чен Ына - об этой стране недавно прослушал целую книгу. Ближе к одиннадцати легли спать. Надеюсь, завтра Паумену станет лучше. 4. Больничный. 18 июня, средаК сожалению, надежды не оправдались. Поэтому с утра, вместо зарядки, я отправился в аптеку. Паумен диагностировал у себя отравление и велел купить разных лекарств. Заодно в "Пуде" я приобрел для друга детское питание, овсяное печенье и бананы. Вернулся в номер и стал кормить товарища. Постепенно состояние Паумена нормализовалось. Он заснул, а я сел за компьютер. Такой у нас пока получается больничный день. Пожалуй, впервые за все путешествия. По пути в "Пуд" я еще завернул к морю. Беглого взгляда оказалось достаточно - по-прежнему холодное. Из чужих разговоров мое ухо выловило: "Вода - 13 градусов". Речь, разумеется, о температуре морской воды. Еще и дует ветер. Думаю, всё тот же, северно-западный. Он и пригнал сюда пять дней назад холодные водные массы. Судя по всему, море у берегов Алушты пока лишь охлаждается. - Что за погода в Крыму?! - пожаловался я. - То такая жара, что никуда не поехать. То шторм через каждые два дня на трое-четверо суток. То вода настолько холодная, что невозможно купаться! - Не Таиланд, - слабым голосом ответил Паумен. Но главное, конечно, здоровье. В конце концов, и при холодном море можно что-то придумать. Кстати, вчера мы слегка обгорели, хотя почти не были на солнце. Наверное, потому что совсем не загорали в Питере. Зато сегодня до обеда точно будем в номере. Акклиматизация поневоле. Когда я поднимался от моря к "Южному берегу", хоть было еще 9 утра и дул ветер, то ощутил все трудности восхождения. Всё же наш гостевой дом стоит высоко. И каким путем с набережной до него не добирайся, утомительного подъема не избежать. Этой глубокомысленной мыслью и закончу. * * * Паумен проснулся в четыре часа дня. - Давай дойдем до пирса, откуда ходят катера! - тут же предложил я. - Можно и до "Морского уголка", а затем... Договорить не удалось. - Чувствую слабость, - заявил мой друг. - Вообще никуда из номера сегодня не выйду. Такого поворота я не ожидал. - Мы уже договорились с горничной... Давай выйдем хотя бы минут на двадцать, чтобы она убралась. Паумен неохотно согласился. Вскоре мы покинули "Южный берег". Я думал скоротать время в "Столовой по-домашнему", но друг рассудил иначе: - Раз уж вышли, давай спустимся к морю. Тут мы услышали громкие крики муэдзина. Его задача, согласно Википедии, "совершать азан, то есть призыв мусульман на молитву (намаз)". - Из мечети Юхары-Джами, - догадался я. - Она неподалеку, на улице Владимира Хромых. - Мне нравится, - оценил "плач" Паумен. Минуты через две заунывные напевы закончились. Я взглянул на часы, они показывали около пяти вечера. Оказывается, муэдзин зовет на молитву пять раз в сутки. Время определяется положением солнца, восходом и заходом, то есть каждый день разное. Еще днем, с балкона, я заметил, что на море появились "барашки". Скорее всего, начался шторм. Только этого не хватало в придачу к холодной воде! На разгул морской стихии в Алуште мы насмотрелись в прошлом году, тогда два шторма прошли с интервалом в сутки. Опыт подсказывал, что если на море "барашки", жди закрытия пляжей. - Какая разница: шторм или холодная вода? - рассуждал я, пока мы спускались к набережной. - И так, и так не выкупаться. - Холодная вода лучше, - возражал Паумен. Тут нашим глазам открылось невиданное ранее зрелище. По морю, особенно вдалеке, метров за двести от берега, гуляли крупные "барашки". При этом никакого шторма - лишь небольшие волны накатывали на берег. - Странно, - протянул я. - Видимо, ветер дует под острым углом к суше, - предположил Паумен. Мы, не спеша, добрались до нашего отсека. Некоторые люди там купались. Точнее, совершали короткие героические заплывы. - Хочу выкупаться! - заявил Паумен. - Тебя не поймешь! - возмутился я. - То из номера выйти не можешь, то готов лезть в ледяную воду! - Готов, - подтвердил мой друг. И мы полезли. Благо, плавки и полотенце с собой имелись. Вода оказалась на пару градусов теплее, чем вчера. - Из-за волн перемешало, - объяснил Паумен. После купания он приободрился и уже не выглядел больным. - Может, дойдем до пирса, откуда ходят катера? - завел я старую пластинку. Но на такой подвиг Паумен оказался неспособен. Мы лишь чуть-чуть прошли за "Палубу" и "Сосновый берег". Слегка углубились в Рабочку (так называют Рабочий уголок местные жители). Какое-то кафе только готовили к открытию. Внутри рабочие занимались отделкой. У входа в заведение стоял пес, размерами с таксу, имевший крайне независимый вид. - Хозяин, - предположил я. - Следит за работой на объекте. На этих словах пес одобрительно гавкнул. А мы повернули назад. Заглянули в "Столовую по-домашнему". Паумен взял запеканку и рис, а я - пару салатов и котлет. После ужина началось восхождение. Я снова повел друга через улицу Карла Маркса, но на этот раз он идти по ступенькам отказался. - Это - самый короткий путь! - втолковывал я. Напрасно. Пришлось идти в обход, с промежуточной остановкой. На пересечении улиц Карла Маркса и 15 апреля разбит безымянный сквер. Там, на одной из скамеек, мы передохнули. Тут самое время сказать о разрушенном пансионате. Он - по правую руку, если идти к "Южному берегу" по улице 15 апреля. В 2010 году еще функционировал. Ныне здания пансионата находятся не в аварийном, а в полуразрушенном состоянии. Но никто ничего не сносит, зато территорию охраняют с овчарками. - Зачем? - спросил Паумен. - Чтобы бомжи или бедные отдыхающие там не ночевали, - предположил я. - Кто-нибудь разожжет костер, заснет, всё и сгорит. Или сильно замусорят. А может, это спорная территория и стороны конфликта дожидаются решения суда. Или у владельца пока нет средств на возведение современных зданий. Если кто-то из читателей знает больше об этом таинственном пансионате, напишите в комментарии! А мы с Пауменом вернулись в номер. За это время у нас убрались, сменили белье и полотенца. Отмечу, что горничные здесь хорошие! - И вы опять стали смотреть телевизор? - спросит зевающий читатель. - Обсуждали планы на оставшиеся дни, - отвечу я. - Поделишься? - Нет. - Почему? - А вдруг не сбудутся! 5. Тринадцать градусов. 19 июня, четверг- Гризли, пойдем на море, - раздался голос Паумена. Я открыл глаза. Часы показывали 5:40 утра. - Пошли, - ответил я, вспомнив, что и сам хотел как-нибудь в пять утра выйти из дома. Правда, снова остался без зарядки. До шести мы собирались. Затем вышли на улицу. Она, как и позавчера, была пустой. Но если тогда дул ветер и ощущалась прохлада, то ныне солнце уже грело. Сегодня обещают самый теплый день за всю нашу поездку, до 29 градусов. Потом температура снова понизится. Вскоре были на набережной. Никаких следов от ее мытья не обнаружилось. - Может, сегодня жарче и всё уже высохло? - предположил я. - Или тебе позавчера причудилось, - парировал мой друг. Минут через десять мы достигли пляжа "Сосновый берег". И прошли мимо. - Почему? - воскликнет удивленный читатель. - Чтобы не платить тысячу рублей, - отвечу я. Спустились к морю в соседнем отсеке. Там было пусто. Лишь один целеустремленный мужчина делал странную и долгую гимнастику. Я знал, что подстилку надо расстилать в конце отсека, ибо в начале и середине потом расставят лежаки. Так и поступили. 6 часов 25 минут. Абсолютный рекорд. Соня тут же задрых на подстилке. Правда, он храпел и в рюкзаке по дороге на пляж. А мы решили окунуться. Точнее, совершить короткий заплыв. К сожалению, сегодня вода была холодней, чем вчера. Насколько? Эта информация вынесена в название главы. Опишу еще раз, как всё происходит. Встаешь перед морем, собираешься с силами. Мысленно представляешь все дальнейшие действия. Потом входишь в море, делаешь два шага, ныряешь, совершаешь два гребка, разворот, еще два гребка и пулей вылетаешь из воды. В таком случае всё тело охлаждается равномерно. Во время "купания" становится лишь холодней - в воде совершенно не согреваешься. А когда уже вышел, чувствуешь холод во всем теле еще не меньше минуты. Вот такой экстрим! В семь часов на пляж пришел энергичный мужик. Он по-хозяйски разложил рядом с нами две подстилки, закрепив их камнями, а затем совершил заплыв. Более продолжительный, чем мы. Походил-походил по берегу и ушел. Видимо, домой. Скорее всего, завтракать. - Застолбил место, - пояснил Паумен. Постепенно стали подтягиваться отдыхающие. А в 7:40 появился "заведующий", смотрящий за пляжем. Человек, принимающий плату за лежаки. Он снял замок со стопки шезлонгов на берегу и начал их расставлять. К тому времени за нами уже лежали две болтливых женщины. Они утверждали, что по какому-то местному закону разрешается то ли заполнить лежаками треть пляжа, то ли оставлять свободной эту самую треть. В нашем случае треть оказалась заставлена. Потом "заведующий" с ведром в руке быстро прошел по всему отсеку, собирая наиболее заметный мусор. Видимо, поддержание чистоты входило в круг его обязанностей. Позже выяснилось, что лежак стоит 300 рублей. Никаких удобств в виде подстилки или зонта к нему не предусматривалось. Когда мы покидали пляж, шезлонги были заняты процентов на тридцать. Постепенно в отсек приходило всё больше людей, вдобавок становилось жарче. Но стоило совершить заплыв, как о тепле надолго забывалось. В общей сложности я совершил пять заплывов, а Паумен - четыре. - Почему? - спросите вы. - После девяти часов я надел футболку и накрыл ноги шортами. - Дам развернутое объяснение. - Мне же не рекомендуется загорать при активном солнце. В итоге нагрелся раньше Паумена, поэтому пришлось чаще охлаждаться. Ближе к девяти часам бесплатных мест в нашем отсеке не осталось. Какой-то мужчина с подстилкой ходил взад-вперед, да не так и нашел пристанища. И это в начале сезона! Я же смотрел интернет по мобильнику. Обнаружил любопытную статью. В частности, в ней написано: "Причина холодной воды - природное явление, известное как апвеллинг или по-народному "низовка". Это процесс, при котором холодные глубинные воды поднимаются к поверхности, замещая более теплую воду у берега. Апвеллинги вызываются ветрами с западной или вдольбереговой составляющей (когда берег остается слева от направления ветра). Вода не остывает у берега, а просто замещается холодными массами с глубины 15-20 метров. Сейчас у побережья Крыма именно такая ситуация". Вода потеплеет, утверждалось в статье, когда сменится ветер. То есть нам не видать здесь теплого моря! - А что наиболее запомнилось на пляже? - вклинится бесцеремонный читатель. - Олли! - таинственно воскликну я. - Причем, женского пола! О таких писал Кастанеда. Люди-призраки, являющиеся с зашифрованным посланием. Одну олли мы наблюдали воочию. Старушка, божий одуванчик, совершила десятиминутный заплыв! Причем, брассом, никуда не спеша. В размеренных движениях старушки не угадывалось и намека на то, что ей холодно. А когда она вернулась, доплыв до буйка и обратно, то еще пару минут спокойно нежилась в море. Как такое возможно? Что за послание она принесла? Я, проведя в воде не более сорока секунд, потом согреваюсь минут пятнадцать. Если бы пробыл дольше, у меня бы свело ноги. А удивительной старушке всё нипочем! - Морж? - спросил Паумен. - Нечувствительность к холоду, - предположил я. Однако проще всего считать, что старушка - олли. Таких было еще две. С невозмутимым видом странные женщины медленно плыли до буйков и столь же медленно возвращались. Никто из мужиков не совершил ничего подобного. - Как много непостижимого в этом мире! - глубокомысленно изрек Паумен. Ближе к десяти часам на пляже стало тесно. Люди сгрудились перед нами, компания картежников за спиной громко переговаривалась, а дети разных возрастов играли буквально перед носом. - Сделаем им подарок и уйдем, - предложил я. Мы так и поступили. * * * Перекусили в "Столовой по-домашнему". Другим путем отправились домой. Миновали фонтан "Мальчик с осетром" 1957 года. На одном из указателей его назвали "Рыбак". - И вправду, кому нужны подробности? - поддержал я. - Какая разница: мальчик или мужчина? Не важно, какая у него в руках рыба. Дело не в рыбе, а в рыбаке! А возраст его нам до ядреной фени! Почему другим путем? Открою маленький секрет: у распространительницы Натальи мы купили билеты на экскурсии. Суббота - "Мыс Фиолент и Балаклава", воскресенье - "Лавандовый рай". Затем вышли на улицу Ленина. Стали медленно подниматься. Отдохнули на скамейке и двинулись дальше. Я показал Паумену пафосный ресторан "Жюль Верн". Заодно сказал: - Хотелось бы там пообедать. Говорят, лучший в Алуште. Шикарные интерьеры, бесподобный выбор блюд. Они называют себе "ресторан-музей". - Напрасная трата денег, - ответил мой друг. - Понимаю, но всё равно хочется. Наверное, более трех тысяч в этом "Жюль Верне" оставим. - Лучше потратим на такси. Далее последовал крутой подъем по переулку Бориса Калядина. По пути мы заглянули во дворик "Южного берега", изучив наш балкон. - Выглядит простенько, - оценил я. - А стоит немало, - добавил Паумен. В номере мой друг заснул, а я приступил к запискам. * * * Пожалуй, им не помешает лирическое отступление. Или, скорее, рассуждения общего плана. Очень важно, что в прошлом году мы уже были в Крыму. Поэтому ныне здесь всё - знакомо и понятно. Не зря говорят: к хорошему быстро привыкаешь. Теперь, глядя на величественные вершины и умопомрачительное море, я не восхищаюсь, как в прошлом году, а воспринимаю, как должное. Это - мой Крым, и вот я вновь сюда приехал. К тому же, мы отдыхаем в том же городе. Почему снова выбрали Алушту? Паумен в последние месяцы не очень хорошо себя чувствовал. Я не был уверен в его мобильности, поэтому предпочел привычные условия. Это накладывает свой отпечаток - почти нет новизны. А может, я в целом стал более спокойным человеком? Ведь возраст неизбежно берет свое. В моих описаниях - меньше эмоций. Как бы то ни было, отдых в Крыму мне по-прежнему нравится. Отмечу и разницу между началом и разгаром сезона. В каждом периоде есть свои минусы и плюсы. Завершу так: Крым всегда многообразен! И в этом его особая прелесть! * * * В половине шестого я вышел из "Южного берега", а Паумен остался спать. Мне же хотелось посетить автостанцию. Яндекс.Карты проложили кратчайший путь, по которому я и устремился. На улице было весьма жарко. Я вышел по Калядина на Хромого, а оттуда - к переулку Крапивного, легендарного крымского партизана. Этот переулок оказался просто потрясающим! Крутой спуск завершался "Кошачьей лестницей" - многочисленными узкими ступеньками, на которых сидели коты. Миновав "мяукающее партизанство", я очутился на улице Багликова, местного коммуниста, погибшего в 1918 году. Параллельно текла речушка Ула-Узень. Перебравшись через нее по мостику, я прошел еще метров двести. Обнаружив третий "Пуд", очутился на Горького. Эта улица ведет от автовокзала к набережной. Но и тут хитрый Яндекс предложил более короткий путь! А именно, по Гвардейской. Я прошел мимо дома Андрея (не путать со столичным тезкой), у которого мы снимали комнату в 2010 году. Оказалось, наш балкончик вовсе не снесли, а просто сделали еще одной комнатой! Вскоре был на Алуштинском кольце, где в прошлом году у нас чуть не произошло ДТП. Да, есть, что вспомнить! Подземным переходом вышел к автостанции. Перед ней застыл 53-й автобус, набиравший пассажиров, чтобы ехать в Ялту. Во дворике с платформами, огражденном забором, стояли две маршрутки. Одна отправлялась в Рыбачье, вторая - в Симферополь. "Вполне себе транспорт ходит!" - заключил я. Осмотревшись по сторонам, отправился назад. Теперь уже по улице Горького. "Пока не меркнет свет, пока горит свеча!" - пришла в голову строчка из Макаревича. Я как раз проходил мимо гостиницы "Фламинго". Вспомнил, как в 2010 году нам здесь отказали в жилье с формулировкой: "Нет мест!" Теперь здание арендуют различные организации. Повинуясь сиюминутному порыву, я поднялся на четвертый этаж. Открылись любопытные виды. В частности, район, где обитает сам Ал Алустон. - А почему ты с ним еще не встретился? - спросит продвинутый читатель. - Он сейчас в Москве, - объясню я. Алушта и здесь перестраивается - на крутом склоне делали фундамент под многоэтажку. "Иногда я не узнаю Алушту", - вспомнилась мне фраза Ала. Я повернул к "Южному берегу". Кошачьей лестницей и партизанским переулком поднялся на Хромых. Вскоре был дома. * * * Паумен к тому времени давно проснулся. - Пошли купаться! - воскликнул он. - Уверен? - засомневался я. - Не надоела холодная вода? - Купаться надо каждый день! - важно заметил мой друг. - Для этого мы на юг и приехали! Шел уже девятый час. На этот раз спустились к морю по Калядина и Ленина. На набережной неожиданно обнаружилось много людей. С прошлым августом не сравнить, но всё же! Зашли в ближайший к Ротонде пляжный отсек. Там оказалось комфортней, чем в нашем. Шире пляж, а также деревянные, напоминающие советские, лежаки, на которых удобно переодеваться. Окунулись. Как и ожидалось, вода не потеплела. Затем проследовали по набережной. Я всё втолковывал Паумену о ресторане "Жюль Верн", который не выходил из головы. Мой друг предлагал "Водолей" и другие кафе. Заодно мы посмотрели выступление брейкеров, послушали советские песни в исполнении веселого дуэта. Какой-то человек горланил песню Розенбаума "Только пуля казака догонит". Мы даже видели чебуречного "Бороду" за работой! На этот раз он вел себя тихо. Как обычно, зашли в "По-домашнему". Честно говоря, холодная пища уже надоела, поэтому воспользовались микроволновкой. Они есть и в зале с едой, и в зале со столиками. Возвращаться решили по Ленина. Тут у Паумена заныло слева под ребрами. Мы устроили мозговой штурм. Потом осознали, что это - панкреатит. И, по совету бывалых, устремились в аптеку. Хотя хронологически было не совсем так. Сначала мы задумали прогуляться по Приморскому парку. Миновали памятник Горькому и храм Инны, Пинны и Риммы. Вышли к бывшему ресторану "Пекин", где ныне "Столовая по-домашнему". Она работала аж до одиннадцати, но почему-то там не было ни одного посетителя. Уже собрались идти к дельфинарию... Тут Паумен и ощутил недомогание. Пришлось подниматься к круглосуточной аптеке, что на улице Ленина, прямо напротив "Пуда". Купили там лекарство "Креон 10000". И повернули назад. На Советской площади бил фонтан с подсветкой. Необычные туи вокруг напоминали новогодние елки. - Обязательно сходим туда, - пообещал Паумен, - как только у меня прекратятся боли! Около десяти вечера вернулись в номер. "Креон" сработал на "отлично". 6. "Гиппократ". 20 июня, пятницаИ вновь Паумен разбудил меня в половине шестого. - Не могу заснуть! - объяснил он. - Раз уж разбудил, давай пойдем к морю, - сказал я. - Только я в Гурзуф ехать не готов, - добавил мой друг. - У меня вчера ныло слева, а теперь режет справа. [Думаю, в этой поездке больше не стоит планировать Гурзуф. Уже дважды эта затея срывалась. Видно, не судьба насладиться волшебными Адаларами.] - А куда пойдем? - Может, на тот же пляж? - Нет, туда уж точно не пойду! - запротестовал я. - Опять смотреть, как мужик в семь часов приносит две подстилки?! Ситуация осложнялась тем, что стояла дымка. Вдобавок, к одиннадцати обещали дождь. - Куда тогда? - Хотя бы в Рабочку! - А там есть туалеты? - С помощью Яндекс.Карт найдем! (Позвольте отступление, которое может слегка покоробить эстетов. Как вы обычно справляете на пляже малую нужду? Правильно, в море! Но сейчас вода настолько холодная, что это практически невозможно. Поэтому время от времени требуется сортир.) В 6:00 от троллейбусного кольца стартовала знакомая "двойка". Первый рейс. У нас был шанс на нее успеть. В 5:45 мы вышли на улицу. Кошачьей лестницей спустились на Багликова. В Ула-Узень оглушительно квакали лягушки. Ровно в шесть были на остановке. Через минуту подъехал троллейбус. Высадились на кольце в Рабочке. Октябрьской улицей спустились к морю. - Пошли в сторону Алушты, - предложил я. Вскоре открылся пустой пляж с лежаками. Паумен постучал в будку местного "заведующего". - У вас написано, что есть туалет, - сказал мой друг. - Где он? - В этом кафе, - ответил "смотрящий", указав на заведение поблизости. - Открывается в восемь. Мы отдали 600 рублей за два лежака. Вскоре комфортно разместились на берегу. Было еще совсем рано и довольно прохладно. Народ практически отсутствовал. Этот пляж нам понравился больше вчерашнего: просторней и безлюдней. Ближе к семи утра решили окунуться - вода по-прежнему была холодной. (Только сейчас узнал из сводки гидрометцентра: вчера в Алуште температура моря была 11 градусов!!!) Мой друг был обеспокоен болями справа. - Когда лежишь, не болит, - объяснил он, - а при движении сильно режет. Даже при дыхании! Я уж и не знал, что подумать. Лишь спросил: - Может, ты какую-то мышцу потянул? - А что там с погодой? - вклинится бесцеремонный читатель. - На небе была дымка, - напомню я. - Временами солнце из нее выходило. Тогда становилось не жарко, но тепло. В половине девятого мы покинули пляж. Пешком направились в Алушту. - Это только кажется, что далеко, - заверил я друга. - На самом деле, не более пятнадцати минут. По мере продвижения вперед, у Паумена всё сильнее болело справа. Мы уж и сидели на скамейке, и шли нога за ногу. Ничего не помогало! Вокруг открывались прекрасные пейзажи, светило солнышко, пляжи были почти пустыми, но, к сожалению, все мысли крутились лишь вокруг недомогания друга. Наконец добрели до "Столовой по-домашнему". Кстати, попали в противофазу. В то время, как все шли на пляж, мы возвращались. Я взял сосиски с яичницей, мой друг - творожную запеканку. После завтрака Паумену сделалось еще хуже. - Не дойду до "Южного берега", - мрачно заявил он. - Вызови такси с троллейбусного кольца. Получилось даже проще. Только мы вышли с набережной на проезжую часть, как увидели машину с шашечками. - Нам близко, - объяснил я водителю. - Улица 15 апреля. - Минимальная такса - 250 рублей, - ответил он. Путь до "Южного берега" составил ровно 840 метров. В номере боли у моего друга еще усилились. - Пошли в "Гиппократ"! - в сотый раз предложил я. - Там всё-таки врачи! На сто первый раз мой друг согласился и позвонил в этот медицинский центр. "Гиппократа" мы обнаружили вчера вечером. Он находится в 190 метрах от нашего номера, ближе к Советской площади. - Приходите к одиннадцати, - сказала администратор центра. - Сделаем УЗИ. Паумен чувствовал себя совсем плохо. - У вас можно вызвать скорую? - спросил мой друг у горничной "Южного берега". - Номер телефона - 103, - ответила она. - Приедут и вас осмотрят. - А если что, повезут в Симферополь? - Нет, у нас есть своя больница. Паумен тяжело вздохнул и стал спускаться по лестнице. * * * И вот мы оказались в "Гиппократе". Медицинские подробности опущу. Во-первых, не хочется обсуждать здоровье Паумена. Во-вторых, на УЗИ я не присутствовал. Главное, что моему другу повезло. Процедуру выполняла квалифицированный врач. Она по полочкам разъяснила Паумену, что дело, скорее всего, в отравлении, которое произошло четыре дня назад. Судя по всему, оно было сильным. Все боли - и слева, и справа - лишь его последствия. - Вам надо какое-то время вообще ничего не есть! - добавила доктор. - Придите домой, поспите и не нервничайте! Вооруженные советом врача, мы вернулись в "Южный берег". - А как быть с завтрашней экскурсией? - спросил я. - Если ничего не есть, я ослабну, - ответил мой друг. - И вряд ли смогу насладиться экскурсией. А если боль не пройдет, то вообще не знаю! Пришлось мне идти к распространительнице Наталье. - Могу предъявить заключение УЗИ, - закончил я свою оправдательную речь. - Я вам верю, - мрачно ответила Наталья. И вернула пять тысяч рублей за два наших билета. - Надеюсь, в воскресенье вы поедете, - с некоторой угрозой добавила она. * * * Вот так ныне протекает наш отдых. Я еще сходил в аптеку, наиболее посещаемое в последние дни заведение. Затем в "Пуде" купил себе кефир и яблоки. Когда вернулся в номер, Паумен уже спал. Тяжело вздохнув, я приступил к записям. * * * Мой друг проснулся около пяти вечера. Боли у него не прошли. Мало того, меньше не стали. Мы долго обсуждали способы выхода из ситуации. В какой-то момент Паумен захотел вызвать скорую. Я его отговорил. Верное ли это было решение? Наверное, завтра узнаем. Всё же в двух словах опишу медицинский аспект. Врач сказала, что после отравления кишечник Паумена изменил форму. Он растянулся и теперь постепенно приходит в норму. Поэтому боли возникают только при движении. Но разного рода опасения всё равно остаются. Поэтому желательно, чтобы боли как можно быстрее прошли. 7. Змея и скорая. 21 июня, субботаЯ встал в восемь утра. Впервые за несколько дней сделал зарядку. Около десяти часов поговорил с Пауменом. Боли у него по-прежнему сохранялись. Возникла идея записаться к врачу в Симферополе на 23-24 июня. Если не станет лучше, то туда поехать, а станет - отменить прием. - Еще посплю, - заявил мой друг. И я остался наедине с нетбуком. Вода в Алуште - по-прежнему 11 градусов, зато в Ялте - уже 16! * * * Мой друг спал до двух дня. За это время я: - посмотрел гастроэнтерологов в Симферополе, раньше 25 июня никто не принимает; - изучил некоторые аспекты, связанные с работой кишечника; - проверил постное меню ресторана "Жюль Верн" на соответствие диете номер пять. Как только Паумен открыл глаза, я воскликнул: - Нашел для тебя прекрасное питание: постный борщ с бородинскими гренками и корнишонами! - Потом, Гризли! - последовал обескураживающий ответ. - Хочу еще поспать. Напрасно я объяснял другу, что не стоит впадать в депрессию. Может, ему и вправду требовался покой? - Тогда пойду погуляю, - заявил я. - Какой смысл мне торчать в номере? И без пятнадцати три отправился в город. План созрел быстро - пройти по набережной Алушты в сторону Рабочки до упора. Вскоре был у моря. Правда, до этого по Хромых вышел к обзорной площадке возле мечети Юхары-Джами. Насколько помню, мы там гуляли в 1996 году. Увы, всё заросло, - теперь с этой площадки ничего не увидеть. На набережной было нежарко. Дул ветер. В первую же минуту он сорвал с меня кепку - пришлось долго за ней бежать, а затем надеть козырьком на затылок. При этом солнце грело. Где можно, я старался идти в тени. Но всё же для трех часов дня и середины июня, было, скорее, прохладно. Быстро добрался до Октябрьской улицы - мимо аквапарка и кафе "Алустон". Вышел на пирс, откуда ходят катера. Никаких объявлений о морских прогулках там не обнаружил. Катеров тоже. Но это - именно тот пирс, других рядом нет. Пошел дальше. Окрестности мне были более-менее знакомы. Мы раза три загорали здесь в прошлом году, да и в 2018-м году наведывались из Рыбачьего. Отель "Калипсо", кафе "Дорадо". Неподалеку от Октябрьской - отель "Русалма" с подогреваемым бассейном. В сложившихся погодных условиях - незаменимая вещь. Загорающих на пляжах стало больше. Ведь в этих местах много гостиниц и санаториев. Прямо на набережной возведены и по сей день строятся красивые многоэтажные отели. Из их номеров открываются потрясающие виды на море. Я достиг "Морского уголка". За сто метров до него - кольцо электрокаров. Спустился к морю, потрогал воду. Она мне показалась чуть теплее вчерашней. (Из сводки гидрометцентра на 21 июня: вода в Ялте - 12, в Алуште - 13 градусов.) Видел кораблик, стилизованный под пиратское судно. Дальше решил идти не по берегу (возможно, через "Морской уголок" не пройти), а по верху. Обнаружил прекрасную крымскую сосну, которой мы любовались в 2010 году. А также полуразрушенную обзорную площадку времен Советского Союза. Пятнадцать лет назад мы на нее выходили, а ныне проход капитально закрыт, не прорвешься. Почему-то мне казалось, что шоссейная дорога так и идет вдоль берега чуть ли не до самой Санта-Барбары, коттеджного поселка в сторону Партенита. "Дойду, куда сил хватит, - подумал я. - А обратно на такси". И приступил к выполнению плана. Меня не смутило, что народ куда-то резко исчез. Вскоре я шел по совершенно пустой дороге. Метров через триста уперся в шлагбаум. Увидел объявление: "Внимание! Во исполнение распоряжения главного санитарного врача въезд и проход на территорию ДЛ "Кристалл" с 1 июня по 31 августа запрещен". За пару минут до этого, когда я еще подходил, шлагбаум открылся и пропустил на территорию машину. На крыле автомобиля было написано "Крым Кино". Что делать? Некоторое время я стоял в раздумье. Скорее всего, повернул бы назад, но тут, мимо шлагбаума, на территорию "Кристалла" спокойно прошли люди. Точнее, женщина с двумя девочками, а следом - мужчина. Никто никаких документов у них не проверил. Тогда я решил, что тоже пройду. Мне по-прежнему казалось, что надо лишь пересечь режимный "Кристалл", а дальше пойдет нормальная дорога. Если не до Санта-Барбары, то, хотя бы до Малого Маяка, ближайшего селения. Открылась заброшенная территория некогда роскошного детского лагеря. Мужчина присоединился к женщине с девочками. Они куда-то целеустремленно шли, а больше вокруг никого не было. Я проследовал за ними. По пути увидел надпись: "Здесь скоро будет кино". Очевидно, компания "Крым Кино" недавно выкупила территорию, но этим пока и ограничилась. Пройдя насквозь весь бывший "Кристалл", а это метров шестьсот, я вышел к морю. Волшебная четверка (мужчина с женщиной и двое детей) по-прежнему была передо мной. На страницах записок выражаю им огромную признательность - без них я бы точно здесь не очутился! Открылись обалденные виды на море и безлюдный пляж. Я заметил лишь одного рыбака на далеком волнорезе. Вокруг висели объявления: "Купаться запрещено! Дно не проверено! Есть опасность схода оползня!", но лишь для того, чтобы снять с администрации ответственность за какие-либо происшествия. Возможно, в этих местах частенько бывают штормы, ибо всю гальку с советских времен начисто смыло. Остались лишь огромные камни. Четверка спустилась по лесенке на пляж. В их месте, и вправду, оказалось уютно. Они сидели там одни, на чудом сохранившейся гальке. Лучше места для уединенного отдыха просто не найти! "Может, и нам с Пауменом сюда наведаться? - подумал я. - На такси до "Морского уголка", а дальше - семьсот метров до прекрасных просторов!" Впереди открылись и Малый Маяк, и Санта-Барбара. Виды завораживающие! Кто бы мог подумать, что всего в километре от переполненной Рабочки царит такая потрясающая безлюдность? Оставив четверку за спиной, я двинулся дальше. "Дойду, куда смогу!" - повторил про себя. Впереди показались очередные ворота. Я читал или слышал, что организации не могут запрещать людям проход вдоль моря. Тут оказался именно такой вариант. Железная дверь была не на замке. Я открыл ее и прошел внутрь. На открывшейся территории не было ни души. По правую руку, в сторону суши, имелось элегантное ограждение из дерева. Полуметровый заборчик, нисколько не скрывавший вид, просто отделявший одну часть пляжа от другой. В глубине стояло шикарное, не так давно возведенное, здание-дворец. Судя по всему, там еще никто не жил. Прямо на земле, перед заборчиком, имелись указатели с надписью "Проход". По этим стрелкам, нарисованным красной краской, я и пошел. Надписи справа: "Частная территория, ведется видеонаблюдение" немного смутили меня, поэтому я не сфотографировал дворцовое великолепие. В конце волнореза обнаружил бакланов. И сюда добрались! Кто-то ругал меня в комментариях за любовь к этим гордым птицам, но мне они по-прежнему нравятся. Я направился дальше. И тут понял, что прогулка закончилась. Открылся берег, который "равняла" техника: проводили серьезные ландшафтные работы, а потом забросили. Впереди имелась серьезная преграда - гора из больших валунов, сложенная при помощи той же техники. Не исключено, что можно было пройти и дальше, но не в моей обуви. Я и так раздолбал свои туфли, в которых не стоит ходить по камням. За горой валунов вдоль моря шли волнорезы. Возможно, до самого Малого Маяка. Но всё вокруг выглядело таким заброшенным и безлюдным! И я повернул назад. Знакомой дорогой, мимо дворца. Сразу за калиткой вверх вела лестница. "Может, оттуда красивый снимок получится?" - подумал я. Лестница, на удивление, хорошо сохранилась. Ступенек сто. Мне это напомнило подъемы в Рыбачьем. Погода была нежаркой, поэтому я почти не вспотел. Наверху открылась совершенно пустая трасса. Еще выше стояла заброшенная гостиница. Сколько же всего разрушилось с распадом Советского Союза! Я спустился на берег и отправился к загорающей четверке. Затем мне надо было входить на территорию "Кристалла", обходной дорогой поднимаясь к шлагбауму. Тут я заметил, метров на сто ближе к Алуште, удобную лестницу. Когда я был внизу и только собирался идти вдоль моря, то видел на ней двух мужчин. "Пойду здесь, - решил я. - Так будет быстрее". И стал подниматься. Преодолев четыре пятых пути, обнаружил, что лестницу преграждает калитка, закрытая на замок. Спускаться не хотелось. "Сейчас обогну ее, а потом пройду через "Кристалл" на выход", - пришло мне в голову. Полез по склону, цепляясь за деревья. Потом спрыгнул на лестницу за калиткой и оказался на закрытой территории. Тут же почувствовал себя, как в компьютерной игре. Мне надо было выбраться и остаться незамеченным. Я увидел открытую дверь, ведущую в помещение. Туда точно заходить не стоило. Прошел дальше. Оказался в каком-то, сложной формы, дворе. Все пути оттуда вели в разные комнаты. Мне совсем не улыбалось столкнулся с постояльцами, которые могли устроить скандал. "Блин! Забрался на свою голову! Куда теперь?" Увидел поворот к заброшенному корпусу и рванул туда. Там виднелся берег. "Лучше выйду из "Кристалла", так будет проще", - решил я. Оказался на обзорной площадке у моря, на высоте около четырех метров. Вот только вниз, к пляжу, ступенек не было! Тогда я перелез через ограду, спустился, повис на руках и спрыгнул. Здравствуй, детство золотое! Уже порядком устал, но возвращаться по-прежнему не хотелось. "Попробую пройти по пляжу, - пришла новая мысль. - Ведь должен быть обеспечен проход вдоль моря". Но и это не удалось. Когда я подошел к границе "Кристалла", то увидел глухую каменную стену. Перелезть ее было невозможно. Внизу, метрах в двадцати, из воды торчали огромные бетонные конусы, защитные сооружения от шторма. Я заглянул за стену, рискуя свалиться вниз. Дальше шла безлюдная местность и новые препятствия. Стало ясно, что из "Кристалла" есть только одна дорога. Я вернулся туда по пляжу. И стал подниматься по пустой изгибающейся трассе. Уже почти не смотрел по сторонам, ибо сильно устал. Размышлял: "Стоит ли идти сюда с Пауменом? Всё-таки весьма долгий подъем". От мыслей отвлек какой-то шорох. Я повернул голову и обомлел: навстречу неспешно, но весьма зловеще, ползла очень толстая, в метр длиной, змея! Сделай я еще пару шагов, мог бы наступить на нее. Змея меня совсем не боялась, на шее у нее не было никаких пятен. Значит, ядовитая! У меня душа ушла в пятки. Я тут же отошел на почтительное расстояние. Чтобы меня не приняли за фантазера, сфотографировал змею. Это стало кульминацией прогулки. "К черту этот "Кристалл"! - в ужасе подумал я. - Больше сюда не пойду! Хорошо, что жив остался!" Кто бы мог подумать, что здесь водятся змеи?! Я ведь встретил ее прямо на дороге! С другой стороны, там почти никто не ходит. Позже посмотрел интернет. Пишут, что в Крыму ядовитых змей почти нет. Разве что степная гадюка, но вряд ли они обитают возле самого моря. Возможно, мне повстречался желтобрюхий полоз, хотя ничего желтого в нем я не приметил. Змея мне показалась темной, с коричневым оттенком. На этом осмотр новых мест завершился. Я вышел через те же ворота со шлагбаумом. Добрался до кольца электрокаров. - Скоро поедете? - спросил у водителя. - Минут через десять-пятнадцать. Отдал сто пятьдесят рублей. Сел. Тут неожиданно подошла компания отдыхающих. Мы быстро тронулись. Теперь понимаю: не такой уж короткий маршрут у этих электрокаров. Точнее, 2 километра 930 метров. В районе "Русалмы" к нам подсели три толстых пассажира. Сразу стало тесно. Когда электрокар тронулся, с полной женщины слетела кепка. - Что случилось? - спросил ее спутник. - Кепку сдуло ветром, - ответила она. Возникла пауза секунд в десять, за которую электрокар преодолел метров триста. - Может, надо было за ней бежать? - запоздало спросила женщина. На кольце выяснилось, что головной убор упал на заднюю площадку электрокара, да так и доехал вместе со всеми до цели. * * * Я вернулся в половине шестого. Мой друг по-прежнему спал. - Пошли в "Жюль Верн"! - Не хочу! - Но надо же тебе что-то есть! Договорились, что я куплю в "Столовой по-домашнему" картофельное пюре, а потом подогрею его в микроволновке, которая есть у нас в номере. Сходил на Хромых. В продаже оказались и пластиковые контейнеры. Купил еще на утро четыре вареных яйца. Вернулся. Разогрел пюре. Паумен его съел вместе с позавчерашним бананом. - Как твои боли? - По-прежнему. - Неужели такие же сильные? - Да. Мы стали обсуждать недуг Паумена. Внезапно он сказал: - Всё-таки нужно вызвать скорую. - Если считаешь нужным, вызову, - ответил я. - Мне уже эти метания надоели. - Вызывай! Я позвонил по телефону 103. Звонок сбросили. Никаких гудков, просто отключились. - Но именно этот номер указан в интернете! - удивился я. Оказалось, надо звонить на единый 112, а они уже соединят, с кем нужно. Я сообщил оператору всю необходимую информацию. ФИО, свое и Паумена. Что у моего друга два дня болит живот. Номер мобильного телефона. Где мы находимся. Почему-то оператор не знал о существовании улицы 15 апреля. Я объяснил, что это - дата освобождения Алушты от немецко-фашистских захватчиков. Потом меня соединили со скорой. Я услышал усталый мужской голос. Еще раз всё повторил. - Ждите, - ответил мужчина. - Будем класть в больницу. Собирайте пока вещи, вы - пятнадцатые в очереди. И повесил трубку. Я передал содержание разговора Паумену. - Ты же не хочешь в больницу? - спросил я. - Нет. - Зачем тогда скорая? - Может, что скажут. - Да что они могут сказать?! Они могут только положить в больницу. Давай отменим вызов. - Давай, - после паузы согласился Паумен. Чувствуя себя полным идиотом, я снова набрал 112. Меня опять соединили со скорой. - Отмените вызов, - сказал я. - Мой друг не хочет ложиться в больницу. - У пациента нет панкреатита? - тем же усталым голосом спросил врач. - Нет. - Сходите в аптеку, купите "Ношпу", пусть примет сразу две таблетки. Еще "Омез" и "Креон". Если через два часа боль не пройдет, звоните снова. Я снимаю вызов. Я не стал объяснять врачу, что все три препарата у нас имеются. И что Паумен их давно принимает. Ясно было одно: скорая, как и везде в России, может только положить в больницу. А там уж будут разбираться. Приехать, осмотреть больного и прямо на месте лечить - этим они не занимаются. И, кстати, не только в России. 8. Лаванда. 22 июня, воскресеньеЯ проснулся, сделал зарядку, поговорил с Пауменом. - Чувствую себя лучше, - сказал мой друг. - На экскурсию поедешь? - Да. И я приступил к запискам. * * * В два часа мы вышли из дома. Вскоре стояли возле кинотеатра "Шторм", ожидая экскурсионный автобус. В этом году здание выкрасили в голубой цвет, а до этого оно было бледно-желтым. Там по-прежнему показывают фильмы. Сейчас вовсю идет картина, посвященная столетию "Артека". - Не пойдем, - оценил Паумен, взглянув на афишу. В половине третьего подошли к автобусной остановке - На "Лавандовый рай"? - спросила незнакомая девушка. - Да, - ответил Паумен. - Я - ваш экскурсовод. Услышите крики: "Алушта! Лаванда!", значит, приехали за нами. Вскоре подошел голубой микроавтобус. Водитель Юра, гид Ольга. Экскурсовод при ближайшем рассмотрении оказалась более взрослой, лет сорока. Миловидная и симпатичная. Поэтому, несмотря на некоторые огрехи и местами скучное повествование, оставила хорошее впечатление. - А можно не с места в карьер? - вклинится раздраженный читатель. - Не волнуйтесь, всё расскажу по порядку, - отвечу я. Автобус на восемнадцать пассажиров резво стартовал. Мы заняли третье и четвертое места. Заехали еще за одной парой в Ревкомовский переулок, возле речки Демерджи, и отправились в Симферополь. Экскурсанты - женщины "позднебальзаковского" (от 55 до 80) возраста и два мальчика. Пока ехали в столицу Крыма, экскурсовод рассказывала об окрестностях. Возле Ангарского перевала есть памятник и барельеф Кутузову. Ольга углубилась в подробности жизни полководца. - Против сорокатысячного турецкого десанта выступил полк в пятьсот человек, - сказала она. - За ночь они прошли 120 километров. Меня это насторожило. - Выходит, бежали 8 часов подряд со скоростью 15 километров в час, - подсчитал я. - А Кутузов над ними летел, - предположил мой друг. При таком раскладе неудивительно, что пятьсот русских солдат разгромили целую турецкую армию. Далее речь зашла о Великой Отечественной. - Раненые партизаны не могли лечь в госпиталь Симферополя, - сказала экскурсовод. - От них пахло костром, они имели неряшливый вид. - Фашисты так их и вычисляли, - поддержал я. - Рубашка плохо в штаны заправлена? Расстрелять! - Что ты придираешься, Гризли? - воскликнул из рюкзака Ежик. Нашего просвещенного друга мы взяли на экскурсию. - Ольга знает в сто раз больше, чем ты, - продолжил колючий спутник. - Слушай и помалкивай в тряпочку! Последую умному совету. Напоследок всего одна фраза экскурсовода: - У нас в Крыму родилась легендарная группа "Кино". Серьезное заявление! "Может, компания "Крым Кино" посвящена памяти Цоя?" - родилась в моей голове бредовая мысль. Некоторые рассказы экскурсовода были интересны. Например, об огромной Соборной мечети на подъезде к Симферополю. Там пока еще нет пятничных проповедей для мусульман, должны начаться в этом году, хотя групповые экскурсии уже вовсю проводят. Ольга сказала, что на строительство мечети собирали всем миром. Каждая татарская семья (речь идет о Крыме) должна была внести около ста долларов. Недостающую сумму добавила Чечня. Единственное, о чем попросили чеченцы, чтобы из убранства мечети, орнаментов внутри и снаружи, убрали изображения тюльпанов. Да, этот цветок является одним из символов Крыма, но в мечети не должно быть изображений людей, животных и растений. Почему? Чтобы их созерцание не отвлекало верующих от мыслей об Аллахе. К моему сожалению, экскурсовод много внимания уделяла истории и почти ничего не рассказывала о дне сегодняшнем. Так, я узнал массу фактов о греках, скифах, готах, Крымском ханстве и крымских татарах, приезде Екатерины в Бахчисарай, но почти ничего о современном Крыме. Ольга лишь мельком отметила: строится трасса между Ялтой и Керчью в объезд крымской столицы. - Надеюсь, после этого в Симферополе станет меньше пробок, - добавила она. - А мне нравится история! - вклинится Ежик. - Особо запомнилось, что когда скифский воин умирал, в его могилу также клали слугу, коня и жену. - Конь важнее слуги, - уточнил Паумен. А мы достигли Симферополя. Узкими улочками - в обход центра, где пробки, - стали пробираться к трассе "Таврида". - Зачем? - спросит любознательный читатель. - Чтобы ехать в Бахчисарай, - отвечу я. Открылись незнакомые кварталы крымской столицы. Верхний район, откуда виден весь город. К сожалению, Симферополь мы почти не знаем, хотя там есть, что посмотреть. И ботанический сад, и парк в английском стиле. Ольга сообщила, что этой весной все местные экскурсоводы проходили переаттестацию. "Узнаю российские порядки", - подумал я. Причем, билеты были по всем темам. В том числе и по Керчи, хотя туристов из Алушты туда не возят. Многие гиды не справились, а Ольге повезло: попался билет про пещеры, о которых она всё знает еще со школы. Кстати, она живет (забыл название села) где-то неподалеку от Симферополя (Пионерское?). В Алушту приехала своим ходом, а на обратном пути Юра высадил ее ближе к дому. Мы же по прекрасной "Тавриде" устремились в Бахчисарай. Были там в прошлом году, поэтому пейзажи оказались знакомыми. Степной Крым - разнообразные поля, обширные просторы, одинокие деревья. Проезжали плантации персиков. Кусты обрезают, чтобы крона имела форму чашечки, - тогда персики получают больше солнечного света. Наиболее ценный сорт - "Белый аист". - Мы ели в прошлом году! - вспомнил я. По словам Ольги, и тут я с ней согласен, - в советское время в Крыму было гораздо больше фруктовых садов (свои сорта яблок, а сейчас в "Пуде" - сплошь иностранные), лавандовых и цветочных полей. Нынешнему Крыму до тех показателей еще очень далеко. А вот и Бахчисарай. На подъезде к городу видели отвесные скалы, где начинающие альпинисты оттачивали свои навыки. Узенькие улочки, нависающие над ними горы. Ханский дворец по-прежнему ремонтируют. В центре города мы попали в серьезную пробку. Это было как-то связано с сегодняшней датой, днем начала войны. Юра воочию продемонстрировал свое мастерство, филигранно управляя автобусом. Иногда он проезжал буквально в миллиметрах от встречных машин. "На экскурсии берут самых лучших водителей", - подумал я. - Кто идет на дегустацию? - спросила Ольга. Некоторые подняли руки. - А там соки пробовать можно? - поинтересовался кто-то за моей спиной. В итоге из четырнадцати женщин (мальчики не в счет) на мероприятие отправились лишь шесть. Нас же ждало кафе "Мираба". Мы там были в прошлом году. Я заказал лагман, Паумен - картофельное пюре. Следующий пункт программы - обзорная площадка с видом на гору Крокодил. - Может, не поедем? - спросил Юра. Все только что отказались от посещения винного магазина "Фотисаль", поэтому вопрос не показался странным. - Есть же крокодил на троллейбусном кольце, - добавил водитель. - Их там даже несколько! Шутка для доверчивых экскурсантов. А я подумал: "Мне не хватает наблюдательности! Никогда не обращал внимания на тех крокодилов!" Гора Крокодил впечатлила. Как и другие виды со смотровой площадки. В этом районе Крыма горы невысокие, до пятисот метров, но этого вполне хватает для ярких и запоминающихся пейзажей. Ольга советовала купить варенье из лепестков роз, продававшееся в ларьке неподалеку. Но мы в свое время такое уже брали, не особо понравилось. - Теперь - "Лавандовый рай"! - провозгласила гид, когда мы вновь сели в автобус. Самые большие лавандовые поля в Крыму находятся в Тургеневке. Село так названо, потому что в годы войны в небе над ним погиб летчик Тургенев. Фиолетовые поля видны издалека. Люди приезжают сюда на закате, чтобы фотографироваться. В это время суток снимки наиболее эффектны. Я невольно вспомнил прошлогоднюю экскурсию на Розовое озеро. В сравнении с ней "Лавандовый рай" слегка подкачал. Во-первых, было очень много народу. Не менее пятисот посетителей, а на Розовом озере - около тридцати. Во-вторых, на посещение лавандовых полей надо давать больше времени. Мы же получили лишь пятьдесят минут, да и то из-за отказа ехать в винный магазин. Иначе было бы сорок. Время, потраченное на дегустацию, следовало посвятить лаванде. Ибо самые эффектные поля (Ольга даже не обмолвилась об этом) находятся на пологих склонах, далеко от входа. Это сообщил человек, проверявший билеты на входе (300 рублей с носа, Ежикам бесплатно). Даже за час туда и обратно не дойти, разве что в темпе воинов Кутузова. И еще: надо приезжать к самому закату. Тогда снимки и впрямь получатся великолепными! Экскурсию в целом следовало проводить иначе. Ехать только на поля, с заездом к Крокодилу. По пути объяснить экскурсантам: где, при каких ракурсах, под каким углом к солнцу получаются наиболее зрелищные кадры. - Гризли, ты - фанат лаванды? - перебьет заскучавший читатель. - Или массовик-затейник? - добавит возмущенный Ежик. - Некоторые вещи лежат на поверхности, - отвечу я. В итоге мы, конечно, сфотографировались. Нашли хорошие ракурсы. Постарались запечатлеть всю фиолетовость момента. Но если на Розовом озере вышли по-настоящему впечатляющие снимки, то на лавандовом поле - нет. К видовым достопримечательностям - сердечку, скамейке, лодочке - выстраивались очереди. Таких "изюминок" надо было сделать не пять, а двадцать пять! Так что зрелище интересное, но есть, куда расти. - Гризли, сними меня еще в пшенице! - попросил Паумен. Это поле находилось рядом с лавандовым. - Пшеницу нельзя топтать! - возмутился я. - Там всё вытоптали до нас! - "Не на деревьях булки растут. Помни, малыш! Хлеб - это труд!", - вспомнил я лозунг, висевший в школьной столовой. И мы отправились на пшеничное поле. Кстати, получились неплохие кадры. - Может, купить букет лаванды? - предложил я. - Он очень быстро завянет, - объяснил Паумен. Ольга всем рекомендовала лавандин. Более дорогой, но стойкий вид. В прошлом году букет лавандина с приятным ароматом простоял у гида до самой зимы. Но мы так и не купили. Подытоживая: всё прошло хорошо, а мою критику считайте конструктивной. Сейчас начало сезона - выбор экскурсий невелик. Нет предложений по страусиным фермам, пасекам и кроличьим питомникам. Хотя мы проезжали много подобных мест в Бахчисарайском районе. - Требую экологических экскурсий! - воскликнул Паумен. Мы с Ежиком целиком и полностью поддерживаем нашего друга! Довольные экскурсанты сели в микроавтобус. Благоухая лавандой, отправились в Алушту. - Что потом делают с лавандой, которая растет на этих полях? - спросил Паумен. - Собирают и перерабатывают, - предположил я. - В любом случае, совхоз больше выручит от экскурсантов, желающих фотографироваться, чем от самой лаванды. - В начале июля лаванда будет цвести более пышно? - спросил я у Ольги. - Каждый год по-разному, - объяснила экскурсовод. - Прошлый июнь был жарким, к июлю вся лаванда уже отцвела. А это лето - странное, поэтому не знаю. На обратном пути экскурсантки запели. Последний раз с таким явлением я сталкивался в Киргизии образца 1993 года. Песни подходили возрасту: "А я люблю женатого", "Девчата", "Три танкиста". Под заунывные стенания мы добрались до Алушты. Уже стемнело. Часы показывали половину десятого. Любезный Юра остановился у Советской площади, оттуда до нашего номера - две минуты ходьбы. - Доволен экскурсией? - спросил я. - Еще бы! - ответил Паумен. 9. "Морской уголок" и "Жюль Верн". 23 июня, понедельникСегодня мы планировали рано выйти на пляж. Но, выглянув в окно, передумали. Небо было затянуто, в такую погоду на море утром делать нечего. - Это еще почему? - спросит недоуменный читатель. - Слишком холодно, - отвечу я. - Особенно, если выкупаться. При этом прогнозы на метеосайтах были противоречивыми. Яндекс показывал яркое солнце, Гисметео - проливной дождь. В итоге весь день наблюдалась переменная облачность. Я писал, Паумен спал. Наконец мой друг проснулся. В одиннадцать мы вышли из номера. Решили ехать в "Морской уголок". У меня возникло желание сводить товарища в "Кристалл" - погода для такой прогулки была подходящей. - Не хочу туда, где змеи! - в последний момент отказался Паумен. - Они неядовитые! - Ты точно знаешь? Заодно мой друг заявил, что девятьсот метров - очень далеко. Я не стал настаивать. Вышли к набережной. Потом сели на электрокар и доехали до конца маршрута. Затем спустились к "Морскому уголку". Этот дом отдыха, сохранившийся с советских времен, замыкает береговую линию Рабочки. Дальше пройти нельзя. Изучили здешние условия проживания. К сожалению, мало что изменилось за последние сорок лет. Всё те же номера со старой мебелью, без кондиционеров и стеклопакетов. - Зато балконы разделены сплошной стенкой, - заметил я, - не то, что в "Южном береге". Сегодня на соседний балкон вылезла какая-то девица. Ничего не оставалось, как с ней поздороваться. - Ну, проявил вежливость, - вклинится удивленный читатель. - Что тут необычного? - Был спросонья, в одних шортах, непричесанный, - объясню я. - На балконе хочется побыть одному, а не здороваться! В целом, "Южный берег" - странный гостевой дом. С одной стороны, много плюсов: прекрасная сантехника, отличная звукоизоляция, белье и полотенца меняют каждые три дня. В то же время тесные номера и просматриваемые балконы. Вернемся к "Морскому уголку". Мы спустились по лесенке на дальний из двух пляжей. В конце отсека нашли место для подстилки. Залегли. Кстати, здесь привозная розовая галька. - С советских времен, - заявил Паумен. - Может, позже довозили, - возразил я. - Нет, - поставил точку в споре мой друг. Море оказалось значительно теплей! Вместо одиннадцати - четырнадцать градусов. Кто-то сочтет это сарказмом. И напрасно. Разница в три градуса чувствуется! При одиннадцати можно лишь нырнуть и тут же вылететь из воды, да потом еще минуту тело будет ломить от холода. При четырнадцати появляется возможность поплавать. То есть пять гребков туда и обратно. - Сегодня сменился ветер, - сообщил я. - Уже завтра может быть теплая вода. - Не верится, - сказал Паумен. - Мне тоже, - признался я. С собой мы взяли Бегыча. Наш друг обнаружил камень, похожий на бегемота, торчавший из воды. Стал любоваться своим увеличенным отображением. - Гризли, пойдем домой! - через час сказал Паумен. - В чем дело? - возмутился Бегыч. - Я никуда не пойду! Не мешайте мне общаться с соплеменником! Вчера Ежик восторженно рассказывал зверям о горе Крокодил. - Знаю я этих крокодилов, - недовольно произнес Бегемот. - Они злые. Мы, бегемоты, гораздо добрей! Пришлось припомнить другу его же слова. - Паумен устал, еще не оправился от болезни, - объяснил я. - Надо идти в номер. - Разве что ради Паумена, - неохотно согласился Бегыч. - Напиши в записках, что у меня - широкая душа! Мы снова пришли на стоянку электрокаров. На этот раз ждали минут пятнадцать. Наконец тронулись в путь. В районе улицы Октябрьской с Паумена слетел головной убор. Я среагировал оперативней, чем полная женщина: - Стойте! И резво побежал за кепкой. - Потешно несешься, - оценил Бегыч, когда я вернулся. - Вроде бы стоит всего триста рублей, - пришло мне в голову. - Как и поездка на двоих в этом электрокаре. Но неохота так глупо расставаться с кепкой. Поели в "Столовой по-домашнему". Неожиданно нарвались на очередь - даже пришлось минут пять стоять с подносами в руках. - Сезон набирает обороты, - оценил Паумен. - Время неудачное выбрали, - добавил я. Когда покидали столовую, очереди уже не было. - Никому не посоветую "Южный берег", - произнес Паумен, когда мы поднимались по улице 15 апреля. (Кстати, раньше она называлась Генуэзской.) - Почему? - Долгий подъем. - Может, это нужно для закалки и тренировки? - Лично я закаляться не хочу. В номере каждый занялся своим делом. Бегыч рассказывал зверям о каменном бегемоте, Паумен читал, а я писал. Разгрузочный день. Такие необходимы в любом путешествии. * * * Вечером мы направились в ресторан "Жюль Верн". Перед этим я им позвонил. Вдруг все столики заняты? Или надо заказывать заранее? Вопросы остались без ответов, ибо никто не снял трубку. Я снова набрал номер. Звонок сбросили. - Что творится в этом пафосном ресторане? - возмутился я. - Придем и увидим, - ответил Паумен. От "Южного берега" до "Жюля Верна" - около 400 метров, пять минут ходьбы. По пути гадали: не выгонят ли нас за то, что явились не в смокингах? И вот мы вошли. В ресторане имелись посетители, но персонала не обнаружилось. По крайней мере, на первый взгляд. Какая-то парочка, вошедшая до нас, стояла в зале, озираясь по сторонам. Тут я увидел официантку. - Присаживайтесь за свободный столик, - сказала она. - Где нет надписи: "Зарезервировано". Сначала нам приглянулся "часовой" зал (со множеством циферблатов, показывающих время в разных столицах мира), но там бы мы сидели друг напротив друга на расстоянии двух метров, либо рядом. В итоге выбрали центральный зал. Интерьер "ресторана-музея" был оригинальным, но не сногсшибательным. - Жителя Питера трудно удивить, - заявил я. - Можно подумать, ты бывал во многих пафосных ресторанах. - Взять хотя бы нашу "Ротонду" в Кронштадте! Заодно я припомнил ресторан "O! Куба" на улице Рубинштейна, где мы с профессором Цыцарским поглощали дорадо. В качестве интерьера там использовали американский автомобиль 60-х годов. Итак, достопримечательности "Жюля" были осмотрены, а к нам никто не подходил. - Еще посижу минут пять и пойду в "Столовую по-домашнему"! - возмутился я. - Что ты, Гризли, всё беспокоишься? - Понимаешь, я готов долго ждать еду, но принести меню они должны быстро! Наконец мы дождались. И углубились в изучение возможностей. В итоге Паумен заказал фирменный борщ с вишней, а я - шурпу. Заодно два салата - теплый с телятиной и оливье 1905 года. Пока ждали суп, я отправился в сортир. Обнаружил там два унитаза и один писсуар. Угловой унитаз был оборудован множеством кнопок. Я тут же вспомнил фильм "Быстрее пули" с Бредом Питом. Прямо на входе в ресторан сидел какой-то человек. Надпись гласила: "Не мешайте писателю. Он думает". Видимо, восковая фигура, как в "Усадьбе адмирала Лазарева". До меня не сразу дошло, что это и есть Жюль Верн. - Почти не читал его, - сообщил я, вернувшись за столик. - Больше увлекался романами Конан Дойла. Разве что "Таинственный остров" и "Дети капитана Гранта". Тут принесли суп. Перед моим другом поставили борщ, а мне досталась шурпа с огромной бараньей костью! Да, нелегко было с ней разделаться! Стоит ли говорить, что кухня в "Жюль Верне" оказалась замечательной? - Конечно! - воскликнет читатель-гурман. Что тут добавить? Баранина была очень нежной, а суп - на редкость вкусным. - Последний раз ел такое в Сумгаите. - Меня "пробило" на воспоминания. - Было это в далеком 1992 году. С трудом одолев аппетитную баранью кость, я ощутил приятное насыщение. Минут через пять подали салаты. Паумен поглощал телятину, пропитанную ягодным соусом, с грибами, зеленью и сложной приправой. Мне достался оливье 1905 года. Именно в этом году умер Жюль Верн. Салат подавали на похоронах? В любом случае, он был необычный. Короче, кухня превосходная! Как и счет - 3300 рублей. Пока ели, за окнами стемнело. Поблагодарив официанта, покинули "Верна". Напоследок я запечатлел моего друга рядом с великим писателем. А также собаку фантаста, сделанную из камня. - Хорошее заведение, - оценил я. - Всё сделано со вкусом. - И кухня изысканная, - добавил Паумен. Подытоживая, мы остались довольны! Если вам захочется вкусных и необычных блюд, добро пожаловать в "Жюль Верн"! Был уже десятый час, Алушта отдыхала вовсю. Из кафе и ресторанов доносилась музыка. Мы вышли на городской песчаный пляж. Я потрогал воду рукой: - Чуть-чуть потеплела. На набережной горели яркие огни. Люди потоками шли в разные стороны. Плотной августовской "закваски" пока не наблюдалось, но праздная толпа однозначно имелась. Остановились возле брейкеров. Юноши, подростки и совсем дети выделывали на танцполе нечто невероятное. Особо меня поразила местная "звезда" великолепным сальто назад. Это было мощно! "Самое яркое зрелище в Алуште!" - подумал я. - Славный вечер! - оценил Паумен. 10. Восточные пляжи. 24 июня, вторникСегодня мой друг не захотел никуда со мной ни ехать, ни идти. Хотя ему были предложены самые разные варианты. В 15:15 я не выдержал и отравился на прогулку один. - Даже Ежика не взял? - спросит удивленный читатель. - Был настолько возмущен поведением Паумена, что забыл обо всем. Новый маршрут стал логичным продолжение предыдущего. Позавчера я ходил в Рабочку до упора, а ныне устремился на восточные пляжи. Правда, цели "до упора" уже не стояло. Сначала знакомым маршрутом до "Пуда". Потом квартал до моста через речку Демерджи. Далее Перекопской улицей до Приморского парка. В начале этой улицы растут прекрасные платаны. И на восток через Демерджи. Мы с Пауменом туда уже выдвигались в прошлом году. Правда, тогда у меня порвались тапки. Сегодня "китайцы-скороходы" не подвели. Всего лишь семьсот метров по заброшенной дороге. На всякий случай я внимательно смотрел под ноги. Вчера прочел, что степная гадюка обитает и у моря - ее нередко можно встретить на пляже. Ныне думаю, что видел именно гадюку. Это было заметно по ее поведению - обычно змея уползает от человека, а эта даже не собиралась. Благодарю Высшую Силу за то, что уберегла! Пишут, что укус степной гадюки не смертелен, но крайне болезнен и очень долго проходит. Это бы испортило всю поездку! Добавлю, что я шел по безымянной дороге вдоль отеля "Бартон Парк". Вскоре спустился на восточные пляжи. Народу там было меньше, чем в Рабочке. Отсеки, закрепленные за санаториями, преимущественно пустовали. Другие, под грифом "городские пляжи", были более людными, но везде имелись свободные места. Я даже спустился на один из пляжей. Потрогал воду. Как и ожидалось, она была холодной. После пляжей "Славутич" и "Голден" пошла безлюдная местность. Она пестрела предупреждениями "Купаться опасно!". Гальки там уже почти не было, лишь огромные камни и цветущее море. Я призадумался: "Может, и мне где-то выкупаться?" Заглянув в очередной отсек, обнаружил голого мужчину, вылезающего из воды. Увидев меня, он прикрыл причинное место. Я так и не понял его смущения перед "однополовцем", но купаться голышом расхотел. После беспризорных пляжей открылась территория с надписью: "Жилищный кооператив КРКМЗ "Лазурный". Г. Алушта, пос. Семидворье, мкр. Волна-1". На Яндекс.Картах он никак не обозначен. Обычно такие постройки называют "люксами у моря". У каждого номера - отдельный въезд и свой балкон. Почти на всех люксах было написано "Сдается". На одном из склонов я обнаружил несколько, полностью построенных, отелей. Вот только спуск к морю для них так и не оборудовали. Имелась и огромная надпись-растяжка: "Продаю". Всё же курортный бизнес имеет серьезные риски - почти невозможно заранее предсказать спрос. После "Лазурного" вновь шел "дикий" берег. Я добрался до места, обозначенного на карте "Пляж турцентра Аян-Дере". Тоже люксы у моря. Сразу за ними начинались лодочные гаражи. Я вышел на последний пирс, чтобы изучить далекое восточное побережье. За гаражами стояла одинокая палатка, рядом с которой протекал ручей. Дальше тянулся неблагоустроенный берег. На карте он именовался нудистским пляжем. Полагаю, в тот день там не загорало ни одного нудиста. Далее уже просматривалось Семидворье. Осознав, что через гаражи, стоящие впритирку к морю, проходить проблематично, я повернул назад. В районе пляжа "Славутич" пригляделся к морским волнам. Они были с самого начала прогулки, но теперь явно усилились. Мне это не понравилось. Может, завтра будет шторм? Память прекрасно сохранила день, когда в прошлом году, с таких же примерно волн, начался трехдневный шторм. Затем я решил передохнуть - присел на красивую белую скамеечку. "Здесь же где-то есть тоннель!" - внезапно осенило меня. Через него мы дважды ходили в 2010 году. Вот только где он находится? И вновь помогли Яндекс.Карты. Оказывается, подземный переход был создан в 1980-х годах. Его возвели перед началом строительства пансионата "Нева" (более известного в Алуште как "Утюг"), чтобы отдыхающие могли кратчайшим путем выйти к морю. Длина тоннеля - 300 метров, он вырублен в скале и укреплен бетонными кольцами. Достаточно широк, по нему может проехать грузовик. Является самым протяженным в Крыму. Открыт с 7 до 20 часов. Об этой постройке я писал в 2010 году. Тогда там и вовсе не было освещения. Теперь оно имелось, но весьма слабое. Я разглядел надпись украинских времен: "Кривой Рог навсегда!". Отметил, что тоннель - весьма длинный. Он всё время шел с наклоном вверх, а под конец имел еще около ста ступенек. Пятнадцать лет назад я об этом даже не упомянул. Теперь констатирую: подъем дался с трудом. И вот я вышел из-под земли. Куда теперь? Решил идти вверх. По моим прикидкам, я бы смог затем выйти к "Пуду". Смело отправился в гору. Вскоре очутился метрах в пятистах от строящегося высотного здания, которое прекрасно видно с нашего балкона. Однако "что-то пошло не так" - универсальное объяснение для сбоя компьютерной программы. Я забрел на очень узкую и безлюдную улочку. В то же время навигатор показывал чушь, отправив меня прямо к "привидениям" на Демерджи. Осознав, что мне здесь не выбраться, я вернулся к тоннелю. И зашагал оттуда простым путем, как все отдыхающие. А именно, вдоль гостиницы Porto Mare, что переводится с итальянского как "Морские врата". Видел, как за ее забором отдыхали весьма небедные люди. В Алуште немало "белых пятен". Вместо их изучения, я через "Пуд" вернулся домой. * * * - Сегодня никуда не пойду! - заявил Паумен. - Хочу спать! - А тебе известно, что завтра возможен шторм? Тогда до самого отъезда больше не покупаешься! - А ты плавал? - Нет. Как бы я потом в мокрых трусах пошел домой? - Мог бы идти без трусов. - Это мне не пришло в голову. - Ладно, пойду купаться, - согласился мой друг. Мы вышли в город по Калядина и Ленина. - Почему ты не сказал, что так холодно? - спросил Паумен. - Я шел и особого холода не чувствовал. На пляже волны оказались не такими и сильными. Видимо, восточные пляжи иначе развернуты к ветру. Мы выкупались. Море было чуть теплей, чем вчера. - Пошли ужинать, - сказал я. Мы выбрали "Столовую по-домашнему", где раньше находился ресторан "Пекин". Теперь я знаю, почему там всегда мало посетителей. Неудобное заведение. В самом помещении под крышей находится "БургЕрS крымский". Проход в столовую - через турникет. А еще на раздаче не было ножей! - У вас их нет в принципе? - спросил я у одного из работников. - Не принесли, - ответил он, не оценив юмор. Пока мы ели, ножи так и не появились. - Больше сюда не пойдем, - заключил Паумен. После ужина заглянули на городской пляж. Я потрогал воду: - Вроде, не очень холодная. - И волна стихла, - добавил мой друг. Повернули к "Южному берегу". Мимо клубного дома "Дача Штейнгольца". Его построили в 2007 году на месте бывшей дачи "Буюрнус". Там в начале 20 века жил известный врач, специалист в области дыхательных систем - профессор Штейнгольц. Владельцы дома придумали легенду, что известный медик был знаком с Жюль Верном. Якобы писатель порекомендовал Штейнгольцу выкупить виллу "Буюрнус" и создать там лечебный пансионат. Сейчас в этом здании сдают апартаменты премиум-класса от 15 тысяч рублей в сутки. - А рядом стоит деревянный бегемот! - добавил мой друг. Паумен разбудил меня в половине шестого. Так и договаривались: как только он проснется, тут же встаем. Собрались. Я открыл приложение "Волна". Построил маршрут "Алушта - Рыбачье". Выбрал тип "Стандарт", 1350 рублей. Нажал "Заказать". Поиск обнаружил две свободных машины, которые, одна за другой, отказались везти нас в такую даль. Появилась надпись: "Заказать тариф "Скорый"? 115 рублей дополнительно". Я нажал "Да". "Непредвиденная ошибка," - высветилось на экране. Тогда я выбрал тип "Комфорт", 1500 рублей. Шофер Александр пообещал приехать через четыре минуты. Вскоре мы сели в его машину. - Едете в Рыбачье на такси, чтобы купаться в море? - изумленно спросил таксист. - Да, - честно признался я. Больше Александр за всю поездку не проронил ни слова. - Надо было сказать, что к друзьям, - позже заявил Паумен. - Зачем? Что, таксист разнесет по всему побережью весть о двух сумасшедших туристах? - Так было бы солидней. - Тогда следовало бы ответить: "Какое еще купание?! Наша цель - историко-научные изыскания!" Стартовали в половине седьмого. По пустой трассе выехали из Алушты. Таксист повернул в сторону Рыбачьего, и сразу пошел серпантин. Экскурсовод Ольга рассказывала, что в 19 веке путь от Алушты до Симферополя занимал два дня. Это стало возможно, когда русские солдаты пехотных полков с помощью лопат, кирок и пороха проложили дорогу. Перемещались по ней на двуколках, багаж везли вьючные животные. Дорога имела бесчисленное количество поворотов - перед каждым возница издавал предупреждающий крик, дабы встречная повозка тормозила. Затем путь расширили, а в советское время - сильно спрямили, сделав короче на тридцать километров. - К чему этот долгий рассказ? - спросит заскучавший читатель. - Трассу Алушта - Рыбачье тоже следовало бы спрямить, - объясню я. - Но вряд ли кто-либо этим займется в ближайшие сто лет. Солнце только встало. Дорога совсем пустая. Сплошные повороты. С разных ракурсов открывалась впечатляющая гора Демерджи и ее "привидения". Вдруг перед нами показались машина и грузовик. Движение замедлилось. Трасса одноколейная с двойной сплошной полосой. То есть объезд запрещен. Мы тащились за грузовиком минут десять. И лишь когда оказались на длинном и ровном участке (один такой на всем пути), таксист газанул и дважды пересек двойную сплошную. И мы вновь помчались в гордом одиночестве. "Молодец!" - первым делом подумал я. Затем призадумался. Ведь шофер нарушил правила. А если бы нам навстречу вылетела машина? Повторять "подвиг" Виктора Цоя не хотелось. И всё же водитель поступил верно. Ведь он хорошо знал эту трассу, а прямой участок был весьма длинным. В Крыму, на всех ключевых дорогах, желательно иметь две полосы в одну сторону. Зачем? Для возможности обгона. На участке "Алушта - Рыбачье" об этом можно только мечтать. Выехали к морю. Миновали Солнечногорское и Малореченское. Почему-то все знают, что Цой останавливался в Морском, но никто не помнит, что он дважды бывал в Малоречке. - Да что ты зациклился на своем Цое! - воскликнет удивленный читатель. - Ты еще текст "Группы крови" приведи от начала до конца! - Недавно слушал о нем книгу! - объясню я. - Ловите "пирожок"! Мне с детства стало очевидно, Мир сказок так бездушно лжив. И лишь в одно я верю свято: Цой жив! Проехали удивительно красивую Никольскую церковь-маяк. Прекрасная, воздушная конструкция! Спустились по серпантину. На автостанции Рыбачье простились с Александром. Изучили "план побега", расписание обратных рейсов. И отправились на Новую набережную. Название наше, ибо на карте она никак не обозначена. Находится на краю Рыбачьего, ближе к селу Малореченскому. Там же расположен район элитных коттеджей, сдающихся посуточно. До этого я посетил туалет, на удивление работавший в такую рань. - Тридцать рублей, - веско сообщил пожилой мужчина. Я протянул ему мелочь. Вошел, сделал дела. - Большое спасибо! - произнес мужчина на прощанье. Первый раз слышу такое, выходя из сортира. В Рыбачьем было малолюдно. На берег лениво накатывали волны. Поселок только просыпался. Мы шли к Новой набережной. Она слегка изменилась за последнее время (мы отдыхали в Рыбачьем в 2016 и 2018 годах). Все коттеджи достроили. Заодно перед ними возвели несколько строений. Таким образом, "откусили" немалую часть от кемпинга. - Как пройти на эту набережную? - спросил я. - Мы шли мимо собаки, - ответил Паумен. - Собаку-то я помню, а где это было? - Наверное, ту калитку давно снесли. Мы подошли к новострою. Двое рабочих занимались отделкой здания. Мы проследовали мимо них. - Куда теперь? - задумался я. - Здесь сплошной забор. - Туда, по доскам, - указал Паумен, заметив проход между строением и забором. Только мы туда направились, как раздался крик. Я повернулся к рабочим. Они занимались своим делом, не обращая на нас внимания. Тогда мы сделали вторую попытку приблизиться к доскам. - Туда нельзя! - услышал я более отчетливый крик. Оказывается, горланил сторож. Он сидел выше по трассе, возле шлагбаума. Того самого, где в 2018 году лежала лохматая собака. - Проход здесь! - Мужчина указал верное направление. - Он нам помог, - сообщил я Паумену. - По доскам тоже можно было пройти, - возразил мой друг. Новая набережная - самый комфортный район во всем Рыбачьем. Около тридцати роскошных четырехэтажных коттеджей в три ряда. Перед ними - красивая набережная, а за ней - пляж. Туда мы и пришли. Разложили подстилку. Народу практически не было. За время нашего пребывания на пляже мы видели там не более восьми человек. - Почему так мало народу в Рыбачьем? - спросил я. - Ведь в Алуште отдыхающих хватает! - Поселки перестали пользоваться популярностью, - предположил Паумен. - Люди предпочитают ехать туда, где ближе. - Куда проще добраться, - уточнил я. - В поселки приезжают исключительно ради моря и солнца. Но тем, кто прибыл в эти дни, не повезло. Такое холодное море никому не пожелаешь! Кстати, в Рыбачьем вода оказалась теплей. Можно сравнить лишь с нашим купанием в Ялте. Хотелось бы верить, что вода в целом прогрелась, но гидрометцентр упорно показывает в Алуште плюс одиннадцать. Мы покупались и залегли. С собой в поездку взяли Ежика. Колючий друг удобно устроился на подстилке, задумчиво глядя вдаль. - Можем вернуться на теплоходе, - предложил я. - Он отправляется в 12:50. - Слишком поздно, - ответил Паумен. - Поедем на автобусе в 9:55. - Да что же это такое? - возмутился Ежик. - Вы должны уехать отсюда только поздно вечером! Я готов дойти до пляжа "Кулона", спуститься к морю, а затем в рюкзаке Гризли совершить восхождение на "Фавор"! Увы, мечтам нашего спутника не суждено было сбыться. В этой поездке мы ориентируемся на самочувствие Паумена. - Я и так встал рано, - подчеркнул мой друг. - Возвращаемся в десять. - А что вы делали на пляже? - вмешается любопытный читатель. - Загорали? - Мерзли, - отвечу я. - Солнце зашло в дымку, а после купания, пусть и в относительно теплой воде, становится холодно. Так мы дрожали до восьми утра. Потом всё же выглянуло солнце. И мы слегка позагорали. Окунувшись в последний раз, запихнули в рюкзак Ежика, который чуть не выпустил колючки. На автостанции купили билеты. Заплатили 300 рублей. В пять раз дешевле, чем на такси. Немного прогулялись по поселку. Пересекли речку Алачук, похожую на ручей. Рассматривали далекую набережную, начинавшуюся с гостиницы "Ольга". На пляже, который уходит за мыс, мы в 2016 и 2018 годах провели немало времени. Где-то впереди были "Кулон" и "Фавор", а также наша обитель - гостевой дом "Киор" (фамилия хозяйки - Роик). Пришлось повернуть назад. Микроавтобус подъехал вовремя. Мы сели. Вскоре все места оказались заняты. Контролер-посадчик проверила билеты. Через десять минут тронулись в путь. Уже в Малоречке нас ждали "безбилетники". Они всю дорогу до Алушты стояли, заплатив водителю по сотне. Последним в салон с трудом втиснулся мужчина с Семидворья. Мы вышли на Советской площади. Микроавтобус ехал сорок пять минут, а такси туда - около получаса. Позавтракали в верхней "Столовой по-домашнему". Потом Паумен вознамерился поспать. - Ты тоже мог бы спать днем, - сказал мой друг. - Я буду писать. - А ты сейчас поспи, а потом всё напишешь на работе. - Там у меня не будет на это времени. - Ты, Гризли, не умеешь отдыхать! Вот, мы с родителями часто ездили на юг. Мама и папа всегда спали днем. Папа при этом брал какую-нибудь книгу и засыпал прямо с ней. А тебя мама не приучила к нормальному отдыху. - Я сам себя приучил. - Глупость! И еще: обязательно запиши эти мои слова. Я ведь - твой куратор. - Какой еще куратор? - Курирую, что ты напишешь. - Мне нужен не куратор, а спутник. - Вот я и куратор, и спутник. Сообщив столь ценную информацию, мой друг заснул. * * * А я хочу затронуть тему, не касающуюся нашего отдыха. Три дня назад, 22 июня, лев серьезно ранил Олега Зубкова, владельца парка "Тайган". - И что с того? - удивится непосвященный читатель. Мы с Пауменом посещали этот парк львов восемь лет назад. Я тогда писал: "...сфотографировал рекламу услуги "Львенок в номер". Имелась в виду местная гостиница "Тайгана", куда постояльцам для их детей за деньги приносили львят. Это вызвало у меня подозрение. - Львята, наверное, обколотые, - предположил я. - Иначе бы они покусали детей. Я нигде не видел, чтобы дети играли с львятами. От этих львят потом собственная мать откажется. - Может, у них еще нет зубов? - предположил Паумен. Понимаю, что это - тема отдельного разговора, но мне кажется, что в любом случае детям не стоит играть с львятами. У меня вообще сложилось впечатление, что к животным в "Тайгане" относятся не очень хорошо. - Просто зоопарк - это бизнес, и они ведут его как бизнес, - повторил Паумен фразу Воглера, персонажа из сериала "Доктор Хаус". Действительно, "Тайган" - абсолютный бизнес. Тут не до интересов животных. Например, во многих зоопарках висят объявления "Животных не кормить". Здесь же, наоборот, везде призывают: "Кормите!" Уверен, животным такой перекорм вреден. Ладно бы, кормили только продаваемой пищей, но и это происходит не всегда. Допустим, одна девушка на наших глазах скормила медведю сладкую булочку. А морковка и прочая "продаваемая" еда так и остались лежать возле кормушки. Впрочем, особо критиковать сафари-парк я тоже не буду. Для Зубкова сафари-парк "Тайган" - бизнес. Целый букет самых разных коммерческих предложений. Можно даже полетать над зоопарком, для этих целей имеется специальная вертолетная площадка. Представляю, в какую сумму обойдется полет". Добавлю, что Зубков - известная личность в Крыму. Сначала основал зоопарк "Сказка" под Ялтой, потом - "Тайган", самый крупный парк львов в Европе. На мой взгляд, Олега Алексеевича погубила беспечность. Он решил, что если кормит львов, то и они должны соблюдать субординацию. Но лев - царь зверей. Помните передачу "Охотники за крокодилами"? Ее бодрого ведущего Стива Ирвинга убил электрический скат. К чему я об этом говорю? Если долго играть с огнем, когда-нибудь сгоришь. Олег Зубков всю жизнь посвятил популяризации львов. Пытался доказать общественности, что хищники - добрые, что при должном обращении с ними можно поладить. Но лев есть лев. Интересна и реакция на эту трагедию других людей. Пресс-центр "Тайгана": "Никто не виноват. Олег Зубков действовал грамотно, лев тоже "держался в рамках". Налицо случайность и форс-мажор. Владелец парка "Тайган" закрывал вольер, замок неожиданно издал резкий звук, что взбудоражило льва". Далее в красках описывается, как мужественно вел себя Зубков, пока лев таскал его за шею. Иной взгляд - критика Зубкова и "Тайгана". Причем, ничем не подтвержденная. Якобы владелец парка разнимал двух львов, за что и поплатился. И вообще "Тайган" - исчадье ада. Его необходимо закрыть, а Зубкова - посадить, если выживет. Третья точка зрения - льва-убийцу надо немедленно усыпить. А то он непременно кого-нибудь еще убьет. Желательно уничтожить весь прайд. Зачем? Чтобы поганым львам не повадно было! * * * Когда Паумен проснулся, мы направились в сторону "Палубы". - Купаться не будем, - постановил мой друг. - Всего не успеть. На всякий случай оделись потеплее. Я натянул на себя футболку и джинсы, а Паумен - рубашку и брюки. Даже куртки прихватили. А вечер, на удивление, оказался чуть ли не самым теплым за всю поездку. Вдобавок совсем не было ветра. Вскоре оказались на набережной. На берег накатывали весьма солидные волны. Купаться в них было можно, но мы боимся шторма. При волнах без ветра его вероятность возрастает. На входе в "Палубу" нас встретил знакомый официант. Оказалось, его зовут Мардан. Если верить интернету, татарское имя. Хотя на татарина официант совсем не похож. - Может, не армянское кафе? - засомневался Паумен. - Пишут, что Варган - славянское имя, - добавил я. - У меня таких знакомых нет, хотя был одноклассник Варганов. На этот раз в "Палубе" всё сложилось иначе. Начну с того, что мы сели за столик у моря. Причем, угловой. Самый лучший вариант: прекрасный вид, морская прохлада и негромкая музыка. Первые полчаса в кафе и вовсе царила тишина. А позже - никакого шансона, современная попсня. Прозвучала и моя любимая "Девочка, танцуй!" - С каких пор Гризли такое нравится? - удивится продвинутый читатель. - Только эта песня, - уточню я. - В ней есть щемящее настроение! К тому же Мардан принес счет вовремя. Воистину, "Палуба" непредсказуема! - А как шашлык? - спросит читатель-гурман. - Был прекрасен, - отвечу я. Мы долго сидели за удобным столиком, наслаждаясь вкусной едой и любуясь пейзажами. В какой-то степени прощались с Крымом, ибо послезавтра уезжаем. - Почему же мы так мало увидели за эти дни? - всё спрашивал Паумен. - Ты заболел, - объяснял я. - Почти неделю потеряли! - Хорошо, что у меня два года назад вырезали аппендицит, а то я бы точно решил, что это он. - Если бы ты лег в больницу, это было бы ужасно! Такое и в Питере сложно перенести, а на юге - и вовсе кошмар! В десятом часу покинули "Палубу". Дружелюбный Мардан долго махал рукой нам вслед. Возвращались по набережной. - Искупаемся? - предложил Паумен. - Мы же не взяли плавки. - Пойдем домой без трусов. Поначалу я отказался, но друг настаивал. Тогда мы спустились на пляж возле Ротонды. Там оказалось неуютно. Какие-то люди распивали алкоголь в темноте. На одном из лежаков спал человек бомжеватого вида. - Может, по очереди? - спросил Паумен. - Ни за что! - отказался я. Переместились на городской пляж. Там тоже имелась разная публика, но, в целом, было приличней. Разделись и бросились в море. Вода оказалась самой теплой за поездку! Вот что значит смена направления ветра! С собой на "Палубу" мы взяли Бегемота. Наш друг изучал окрестности рюкзачным зрением. - Неохота уезжать, - молвил он по пути в "Южный берег". - Дайте хоть с соплеменником пообщаться. И мы заглянули к деревянному бегемоту у "Дачи Штейнгольца". - Как жизнь, старина? - начал Бегыч. - Неплохо, - пробасил деревянный. - Тут тень, тихо, меня почти никто не беспокоит. Дышу свежим воздухом, предаюсь размышлениям. - А я в "Морском уголке" нашего из камня встретил, - продолжил Бегыч. - Он утверждал, что бегемоты - высшая раса. - Чушь! - фыркнул деревянный. - Лично я - декоративный объект, а тот, каменный, - творение природы. - А я кто? - заинтересовался наш друг. - Наверное, живое существо! - предположил декоративный объект. На том бегемоты и расстались. 12. Прощание, 26 июня, четвергИтак, наступил последний полный день на юге. Сегодня же я с вами, дорогие друзья, и распрощаюсь. Не хочу тянуть кота за хвост, описывать сборы, путь до Симферополя и далее. Лучше всё закончить в прекрасной Алуште. * * * Паумен побил рекорд и разбудил меня в пять утра. Сбылась мечта идиота: в 5:25 мы уже шагали по улице 15 апреля. Убедились, что набережную всё-таки моют! Правда, очень рано, в районе четырех. Сегодня обещали жару до 31-го градуса. В шестом часу было, скорее, холодно. "Сосновый берег" еще не открыли, поэтому мы разместились на соседнем пляже. Неудивительно, что оказались первыми. Одинокие отдыхающие куда-то перемещались, поклонники здорового образа жизни бегали. - Пойдешь купаться? - спросил я. - Пока нет, - ответил мой друг. И я полез в воду один. Она оказалась около 17 градусов. Потом минут десять пытался согреться, ибо солнце зашло в дымку. - Готов купаться, - сообщил Паумен. И я, не согревшись, пошел вместе с ним во второй раз. В итоге основательно замерз. Тем временем, на пляж подтягивался народ. Какое-то время людей было немного. Но тут рядом с нами разложила постилку шумная компания с детьми. Сразу вспомнился вчерашний пляж на Новой набережной. Вот куда надо ехать загорать! В Рыбачьем ближайший пляжник будет лежать от тебя на расстоянии метров в сорок. - Пошли в "Сосновый берег"! - предположил Паумен. - Он ровно в семь открывается. - Тогда давай там пролежим хотя бы до десяти, - ответил я. - Не хочется просто так платить тысячу рублей. Собрали вещи и прямо в плавках пошли к "Сосне". И что вы думаете? Там не было ни одного человека! Блондинка отсутствовала, а какой-то парень в черной футболке не сидел у входа, а возился с шезлонгами. - Ляжем, - сказал Паумен. - Он потом подойдет. Мы направились к лежакам. Оказалось, они мокрые и высохнут нескоро! Видимо, парень для чистоты их вымыл. Никто не ждет в такую рань клиентов в "Сосновый берег"! - Вечно ты меня куда-то тянешь! - разозлился я. - Ну, чем не сиделось там? И что теперь делать? Озадаченный Паумен вывел меня к пансионату "Алуштинский". - Может, здесь разложить подстилку? - спросил он. Тут навстречу вышел человек в желтой футболке. На его спине красовалась надпись "Спасатель". Замечу, что многие работники пляжей в Алуште так одеты. - Вы из пансионата? - спросил он. - Нет, - ответил я, ожидая, что нас немедленно выгонят. - Могу устроить для вас лежаки, - заговорчески произнес "спасатель". И повел нас вглубь территории. Я в прошлом году уже писал об "Алуштинском": допотопные деревянные лежаки, тесные советские номера без кондиционеров. Человек в желтой футболке довел нас почти до конца пляжа. - Здесь берите два лежака, - сказал он. - 500 рублей. Я хотел тут же рассчитаться, но спасатель остановил: - Потом. Я еще подойду. И мы обосновались в "Алуштинском". Я взял из стопки два шезлонга, поставил рядом. Свободного места на берегу было не так уж и много. Залегли. Вскоре подошел "благодетель". Я полез в кошелек. - Положите деньги на телефон, - тихо попросил он. Я не понял и протянул ему купюру, которую спасатель быстро спрятал в карман. Только потом мне стал ясен его план - на соседнем шезлонге лежал мобильный телефон. Следовало туда положить деньги, словно мы - два опытных разведчика в глубоком тылу врага. Я не планировал долго загорать на "Алуштинском", поэтому рассказы спасателя о том, что где находится, пропустил мимо ушей. Запомнилась лишь фраза: - После обеда будет сильнее волна, ложитесь на шезлонги наверху. Значит, ожидается шторм?! Выдав необходимые инструкции, работник удалился. - Каждый старается срубить побольше бабла, - прокомментировал я. Мы лежали, загорали. Солнце вышло из дымки, но... Представьте, что теплые лучи греют вас слева, в то время как справа дует прохладный ветер. Нет, мы не дрожали от холода, но и согреться не могли. Наконец решили искупаться. Блин, я же не сказал про волны! С самого утра на берег ощутимо накатывало. Примерно так же, как и вчера вечером. Выльется ли это в шторм? Шансов много, учитывая комментарий благодетеля. В море находиться было приятно, но всё же холодно. Вдобавок со стороны восточных пляжей потянуло какую-то хмарь. Вскоре половина Алушты скрылась в тумане. - Это дождь? - забеспокоилась соседка слева. - Не обещали, - ответил я. Тут справа от нас улеглась толстая тетка. С собой на пляж она привела сына-подростка. - Чтобы лежал в плавках! - прикрикнула толстуха. Упрямый подросток остался в шортах и футболке. - Никакого телефона! - заорала тетка. - Немедленно раздевайся! Я вновь вспомнил пустынный пляж в Рыбачьем. Прав был Ежик: рано мы оттуда ушли! Вскоре мой друг отправился в душ. Я составил ему компанию. Когда Паумен закончил обливаться, то твердо сказал: - Уходим! - Сейчас еще 8:30! - Я замерз! Мне тоже было не согреться, но всё-таки я совершил относительно дальний заплыв. Около десятка гребков кролем. Впервые за поездку оказался в двадцати метрах от берега. Мысленно попрощался с Черным морем. В 8:40 мы уходили с пляжа. Миновали благодетеля. - Лучше ему вообще ничего не говорить, - предложил я. - Вы еще вернетесь? - расплылся в улыбке спасатель. - Возможно, - ответил Паумен. * * * Отправились в "Столовую по-домашнему". Она лишь час, как открылась. Мне было никак не согреться. Я даже взял уху с семгой, потому что горячая! Основательно перекусили. Лишь после этого я почувствовал себя лучше. Никогда еще здесь так не мерз! Возвращались по набережной и улице Ленина. Солнце опять зашло в дымку. - Где обещанная жара?! - воскликнул я. В номере мой друг пошел мыться, а я - в "Пуд", магазин ежедневного посещения. По пути заглянул на Советскую площадь. Полюбовался красивым фонтаном и оригинальными туями. И в этот момент... очень сильно захотелось никуда не уезжать. Вроде, поездка не самая удачная. Паумен заболел. Холодное море. Теперь, когда оно немного прогрелось, грядет шторм. Но всё же здесь так хорошо! В волшебной южной природе есть нечто чарующее! Мы лишь слегка акклиматизировались, а уже пора уезжать! "Вернемся, - подумал я. - Обязательно вернемся". На этой фразе ставлю жирную точку, а наш отдых в Алуште всё еще продолжается. |
|
|
|
